Юджин О’Нил

Юджин О’Нил

М. Заблудовский и А. Льюис

О’Нил Юджин Гладстон (Eugene Gladstone О’Neill) — крупнейший американский драматург. Сын ирландца-эмигранта, популярного актера. Начиная с 18-летнего возраста переменил множество профессий.

В первый период своего творчества О. стоял целиком на позициях «людей 20-х гг.» — писателей радикальной мелкой буржуазии, разоблачавших гнусность капиталистического строя, ханжество, узколобость и невежество «честных» американцев (Менкен, Натан), но бессильных преодолеть ограниченность мелкобуржуазной идеологии. В своих маленьких одноактных пьесах, являющихся кусками одного драматического действия («Караибская луна» — Moon of the Carribees; «Ha пути к Кардиффу»; «Долгий путь домой» и т. д.), О. в мрачных реалистических тонах рисовал тяжелую, безрадостную работу моряков, крушение надежд и гибель простых и сильных людей. Первой полноактной пьесой, привлекшей внимание театров к О., была пьеса об утраченных иллюзиях «За горизонтом» (Beyond the Horizon, 1920). Противоречие между любовью и страстью к наживе, чувство собственности у фермера из Новой Англии — тема одной из наиболее известных пьес — «Любовь под вязами» (The Desire under the Elms, 1924).

Пессимизм характерен для всего первого этапа творчества О. Этот пессимизм связан с тем, что О. рисует не классовую борьбу, а борьбу одиночки-индивидуалиста против всего общества (например «The Hairy Ape» — Волосатая обезьяна, 1922). Конфликт сильной личности, — а все герои пьес первого периода — это сильные люди, — с обществом неизбежно заканчивается гибелью этой личности. Характерен подбор героев — моряки, фермеры, проститутки, негры и т. п. На этом этапе творчество О. более социально значимо и насыщенно благодаря тому, что темой пьес служат реальные конфликты, живые герои из низов.

Бунтарство О., несмотря на влияние поздней западной драмы, есть завершение мелкобуржуазного бунтарства Ибсена, возникшего и развившегося в других условиях. Так же, как Ибсен, О. часто ставит проблему семьи, брака, положения женщины («Первый человек» — The first Man), противоречия между стремлениями личности и семьей («Любовь под вязами»), противоречия расы и семьи («Негр»). Но в отличие от Ибсена эти проблемы не поставлены социально, с необходимой широтой и резкостью, а сведены к изображению страданий и гибели личности. Это особенно ярко проявляется в пьесе «Негр» (All God’s Chillun Got Wings, 1923); расовое неравенство, которым О’Нейль подменяет неравенство классовое, воспринимается им как враждебная, но ниспосланная свыше необходимость.

Во втором периоде, совпадающем с временной стабилизацией капитализма и последующим кризисом, пессимизм О. приобрел другие черты. Если в первых пьесах люди гибли, пытаясь осуществить определенные идеалы, то теперь эти идеалы становятся неопределенными. Оживление надежд на мирное процветание — на «просперити» порождает иллюзию, что выход из тупика может быть найден, но О. ищет его в прошлом. Как и Ибсен («Кесарь и галилеянин»), он берет темой Рим в эпоху раннего христианства («Лазарь смеется» — Lazarus laughed, 1926), где воскресший Лазарь возвещает миру, что истина жизни и сущность божества — это смех. О. повторяет судьбу Ибсена: социальная струя в его творчестве все более иссякает; переход к символическим образам, к мрачной мистике и отрыву от действительности характеризует годы начавшегося кризиса (1929). Символистская драма (Метерлинк, Андреев), влияние которой проявлялось еще в «Императоре Джонсе» (Emperor Jonse, 1921), где бегущего от восставших негров императора-колониста преследуют «маленькие бесформенные ужасы» и призраки, соприкасается в творчестве О. с влиянием греческой трагедии, особенно театра Эсхила, в котором идея рока получила наиболее полное завершение (см. драму О. «Траур приличествует Электре» — Mourning becomes Electra, 1929). Индустриальный фетишизм отражен в драме «Динамо» (Dynamo, 1929), где мощный двигатель уничтожает загипнотизированного им человека.

Бессильные попытки борьбы против общества и одиночество личности в драмах О. неизбежно приводили к углублению в себя и стремлению разрешить противоречия не в процессе общественной жизни и борьбы, а в своем сознании. Психологизм характерен для стиля О. Его драма душевных переживаний героя достигает своего наибольшего развития в пьесе «Странная интерлюдия» (Strange Interlude, 1927), в которой на всем протяжении 8 актов (пьеса ставится порознь двумя частями) на сцене раздаются высказывания двух рядов: ряда сознательного, логического диалога, и ряда подсознательного, туманного, сбивчивого мышления. Тема пьесы развертывается под влиянием фрейдовской концепции: сексуальность как основа подсознательного и полная неудовлетворенность как причина конфликта. По стилю же и манере письма О. в этой пьесе находится под сильнейшим влиянием романа Джойса «Улисс».

Если в первый период яз. О. был реалистичен, полон своеобразных оборотов, характерных для матросов и фермеров, то в поздних пьесах яз. писателя становится все более возвышенно-поэтическим, в соответствии с символическим их звучанием и тайным смыслом. Формы творчества О. беспрерывно менялись, он неустанно искал новых форм, новых способов выражения: драма О. развилась от простых одноактных пьес до фантазии «Фонтана» или введения хора в «Лазаре». Сценическая техника богато используется О.; примером может служить «Динамо», где на сцене представлена внутренность огромной электростанции, или «Любовь под вязами», в которой сценическая конструкция является разрезом фермы. Большую роль играет музыка, сопровождающая действие.

Все большее абстрагирование идей, разрешение темы в символистском плане, означало дальнейший отход О. от реализма первых пьес в сторону условности и психологически запутанного рисунка.

В последние годы О. старательно избегает социальных проблем, все более становясь буржуазным писателем, развращенным и опустошенным купившей его капиталистической системой. Мир представляется ему хаосом, бессмысленной и жестокой пустыней — в этом сказалось влияние кризиса. Недаром его последняя вещь называется «Ах, пустыня» (Ah, Wilderness, 1933).

О. широко известен не только в Америке, но и в других странах. У нас его пьесы «Любовь под вязами», «Косматая обезьяна» и «Негр» ставятся в Камерном театре в Москве, «Анна Кристи» — в филиале Малого театра.

Список литературы

I. Любовь под вязами, М. — Л., 1927

Золото, перев. Крымовой, обраб. П. Б. Зенкевич, изд. Теа-кино-печать, (М.), 1928

Негр, (Черн. гетто), перев. Н. М. Крымовой, перераб. П. Б. Зенкевича и А. Т., режисс. примеч. А. Я. Таирова, «МОДПИК», М. — Л., 1930

Королева Атлантики («Ворвань»), перев. и вступ. статья А. Г. Мовшенсона, изд. Теа-кино-печать, Л. — М., 1930

Complete Works, 4 vv., N. Y., 1925

Nine Plays selected by the Author, N. Y., 1932.

II. Boyd E., Portraits: Real and Imaginary, N. Y., 1924

Sutton G., Some Contemporary Dramatists, N. Y., 1925

Karsner D., Sixteen Authors to one, New York, 1928

Mickle A. D., Six Plays of Eugene O’Neill, N. Y., 1929

Aronstein P., Eugene O’Neill, «Neuphilol. Monatsschrift», B. I, 1930

Ferguson F., Eugene O’Neill, «Hound a. Horn», 1930, III

«Theatral Arts Monthly», 1931, Nov. (статьи J. Anderson’аи V. Geddes)

Clark B. H., Eugene O’Neill, N. Y., 1933.

III. Sanborn R. a. Clark B. H., Bibliography of the Works of E. O’Neill, N. Y., 1931

Mackcall L. L., E. O’Neill’s Bibliography, «Herald Tribune Books», № 4, 1931, 9/VIII.