Бруннов Филипп Иванович

(1797-1875)

Барон, потом граф, дипломат. Родом из курляндских дворян. Начал свое дипломатическое поприще в эпоху конгрессов под руководством Стурдзы и Каподистрии и проникся идеями русской и немецкой дипломатий в духе Священного союза. Во время переговоров об Адрианопольском договоре Бруннов так блестяще изложил мнение Дибича о занятии Силистрии, что привел в восхищение графа Орлова (1829). Это было началом быстрой карьеры Бруннова. Орлов устроил ему назначение управляющим дипломатической канцелярии в Константинополе, а с 1832 г. он был определен вице-канцлеру графу Остерману и редактировал ноты русским уполномоченным при иностранных дворах. В 1833 г. назначен членом главного управления цензуры от Министерства иностранных дел и принимал участие в деле прекращения “Телеграфа”, издаваемого Полевым. В 1839 г. Бруннов приступил к переговорам с Англией относительно недоразумений в связи с пересмотром одного из трактатов. На его долю выпало сыграть большую роль в вопросе о проливах и о положении России на Ближнем Востоке. Бруннов должен был согласовать действия Англии и России относительно Турции. Они были несовместимыми, и Бруннову пришлось уехать из Лондона, не добившись той цели, ради которой его посылали. Уезжая из Англии, он рискнул осторожно провести в своих депешах мысль о предпочтительности для России сохранить свое прежнее, независимое от Западной Европы, положение на Востоке. В следующем же 1840 г. Бруннов был назначен посланником в Англию и заключил лондонскую конвенцию, окончательно разрушившую англо-французское соглашение. А в июле 1841 г. был прописан трактат о закрытии проливов.

1848 г. застал Бруннова в Лондоне, и на его долю выпала задача склонить Англию к соблюдению принципов Священного союза и бороться совместно с Россией против революции. С 1851 г. Бруннову пришлось принимать участие в переговорах о противоречиях, приведших к Крымской войне. Бруннов старался изо всех сил свести дело к миру, но, убедившись, “что Англии недостает мужества, чтобы сражаться, и ума, чтобы жить в мире”, сообщил своему правительству о безнадежности дела и в начале 1854 г. покинул Лондон.

В 1856 г. Бруннов был назначен вторым уполномоченным от России на Парижский конгресс, во время которого оказывал сильное влияние на ход дел благодаря своим знаниям и опытности. Ему удалось внести в текст договора такую неясность, которая дала возможность произвольных толкований его, благоприятных России. Бруннов же и завершил ликвидацию Севастопольской кампании на Парижской конференции 1856 г. С 1856 г. Бруннову пришлось принять участие в переговорах России и Англии относительно Персии, и он добился для этой страны смягчения требований, предъявленных к ней британским правительством. Пробыв около двух лет (1856—1858) в Париже и Берлине, Бруннов вновь был назначен посланником в Лондоне. Ему пришлось вести переговоры относительно греческого кризиса 1862 г.; на лондонских конференциях 1863—1864 гг. (о присоединении к Греции Ионийских островов) и по поводу польского восстания 1863 г. В 1867 г. Бруннов подал мысль о нейтрализации Люксембурга и провел ее в жизнь на лондонской конференции. За участие в лондонской конференции 1871 г. Бруннов получил графское достоинство и в июле 1874 г. уволился от службы и поселился в Дрездене.