Арватов Борис Игнатьевич

В. Фриче

Арватов Борис Игнатьевич [1896–] — искусствовед и литературовед, деятель Пролеткульта, один из теоретиков Лефа (см.), автор ряда работ (гл. обр. статей) по вопросам ИЗО и поэзии, наиболее выдающийся представитель «формально-социологического» метода (см. «Методы литературоведения»), основы которого им изложены в статье «О формально-социологическом методе» («Печать и революция», № 3, 1927).

Отвергая «имманентную» точку зрения чистых формалистов, лишавшую их возможности «дать помимо хронологической и структурной морфологии более глубокое, исчерпывающее объяснение закономерностям, наблюдаемым в истории литературы», равно как и точку зрения ортодоксального марксизма об общественной (классовой) психоидеологии или идеопсихологии как субстрате («содержании») поэтических произведений, А. рассматривает литературу как «профессиональную практическую общественную систему литературного труда, обладающую своей техникой, экономикой и своими надстройками».

Хотя литература как профессиональная система литературного труда и «функционирует как часть всей общественной системы в целом» и хотя «механизм переработки материала (т. е. жизни) в лит-ую форму» надлежит изучать как механизм «социальный и профессиональный, детерминированный общими законами исторического развития», однако профессиональный момент главенствует и даже действует исключительно, ибо «материал и структура литературного произведения определяются общественным способом его производства и общественным способом его потребления».

«Исходными пунктами» формально-социологического метода исследования литературных произведений являются поэтому «типы литературного сотрудничества и присвоения, техника обработки материала, работа на потребителя, по заданию, по свободному соглашению, на заказ, на вольный рынок, в виде журнала, газеты, альманаха, индивидуальной книги, устного или письменного изложения и т. д.». Так смена индивидуалистической и не «тенденциозной» дооктябрьской литературы литературой общественной и «тенденциозной» объясняется формально-социологическим методом тем, что до Октября «писатель представлял собой одиночку-товаропроизводителя, обособленного ремесленника, производившего на безличный рынок, который состоял из индивидуальных покупателей», а после Октября профессиональное положение писателя изменилось, ибо «Октябрьская революция, национализировавшая промышленность, во многом национализировала, частично коллективизировала и литературное хозяйство», произошло «огосударствление писателей», а с другой стороны «конкретный потребитель был соединен в заводские, профессиональные и прочие коллективы». В итоге — «производство на общественного потребителя, потребность в политической отчетливости заставили художников перейти к тенденциозным сюжетам».

Отвергая принципиально общественную (классовую) психологию и идеологию как определяющее литературные формации и лит-ую эволюцию начало, формально-социологический метод на практике часто именно ими объясняет литературные явления. Так для объяснения упадка «большой поэтической формы, последним реализатором которой был Пушкин», решительно отметается «смена общественных идей» и «смена общественной психологии», а приводятся факторы именно этого порядка, — на фоне «развития промышленно-товарного хозяйства», «первое появление разночинцев-интеллигентов, рост городов, укрепление буржуазии с ее индивидуальным бытовым укладом, семейственностью, комнатно-квартирным уютом, расширение просветительски-конкретных нужд общества, требовавшее грандиозных по размеру сюжетных планов» и т. д.; в силу этих условий «большая поэтическая форма» оказалась неподходящей для развертывания сюжета, и Пушкин (см.), Лермонтов (см.), Гоголь (см.) переходят к повести, к роману, — к прозе.

Если в данном примере профессиональный момент исчез из объяснения данного литературного явления, то он появляется при объяснении смены большой поэтической формы (Пушкин) — малой [Тютчев (см.)], смены, вызванной появлением (на фоне роста буржуазии) «кадра индивидуальных и обособленных художников-товаропроизводителей». Т. к. в 60-х гг. профессиональное положение писателя в этом смысле не изменилось, то следовало бы заключить, что «большая поэтическая форма» не стала в эту эпоху возможностью, однако, как известно, она снова появляется у Некрасова (см.) и появляется не в силу профессионального момента, а «ввиду огромного общественно-политического движения, положившего начало народничеству». Так формально-социологический метод, благодаря неправильности исходной точки зрения, вынужден давать литературным явлениям или неубедительное истолкование, или же сходить с своей собственной позиции, или же наконец объяснять те или иные литературные явления одного порядка то профессиональным моментом, то напротив «общественно-политическими движениями».

Список литературы

А.: Искусство и классы М., 1923

Контрреволюция формы, «Леф», № 1, 1923

Синтаксис Маяковского, «Печать и революция», кн. 1, 1923

К марксистской поэтике, сб. «На путях к искусству», М., 1926

Современный художественный рынок и станковая картина, «Новый Леф», № 2, 1928. Статьи А. собраны в сборнике «Социологическая поэтика», М., 1928.