Жертвы темного царства в драме Островского Гроза

В «Грозе» отразились впечатления от путешествия по Волге, которое предпринял Островский летом 1856 года в составе экспедиции по изучению быта жителей Поволжья. Но не какой-то определенный волжский город, не какие-то определенные лица изображены в пьесе. В драме Островского отражены типичные картины русской жизни того времени. В купеческих домах за высокими заборами, за тяжелыми замками льются невидимые слезы, творятся темные дела; в душных купеческих хоромах царят невежество, разврат и пьянство, брань и побои, произвол самодуров.

В атмосфере «темного царства» под гнетом самодурной силы тускнеют, чахнут живые человеческие чувства, слабеет воля, меркнет разум. Если даже человек наделен энергией, жаждой жизни, то, применяясь к обстоятельствам, он вынужден лгать, хитрить, изворачиваться.

Под давлением этой темной силы развиваются характеры Тихона и Варвары, и эта сила уродует их — каждого на свой лад. Тихон подавлен, жалок, безволен, во всем безоговорочно подчиняется своей маменьке — деспоту и самодуру. Но даже гнет Кабанихи не убил в нем окончательно живые чувства. Где-то в глубине души теплится огонек — любовь к жене. Он не смеет проявить эту любовь, он не понимает сложной душевной жизни Катерины и рад уехать от нее, лишь бы вырваться из домашнего ада. Но огонек в его душе не гаснет. Растерянный и подавленный, он проявляет любовь и жалости к изменившей ему жене, но воля его парализована, и он даже не смеет помочь своей несчастной Кате. Однако в последней сцене любовь к жене побеждает страх перед матерью, и в Тихоне пробуждается человек. Над трупом Катерины он впервые обращается к матери с обвинением: «Маменька, вы ее погубили! Вы, вы, вы…» Проклятьем звучит это многократная повторенное «вы», тем более грозным, что оно исходит от самого забитого, самого робкого и слабого человека. Значит, действительно рушатся устои «темного царства» и колеблется» власть Кабанихи, если даже Тихон заговорил так.

Иные черты характера выработались в атмосфере «темного царства» у Варвары. Не желая жить в неволе и терпенья власть самодурной силы, она обманывает, хитрит, изворачивается. Это наконец становится привычным, и делает она этой легко, весело, не ощущая угрызений совести. Варвара утверждает, что без обмана жить нельзя: «Весь дом у них на обмане держится. И я не обманщица была, да выучилась, когда нужно стало». Ее житейская философия проста: «Делай что хочешь, только бы шито да крыто было». Однако Варвара хитрила, пока было возможно; когда же ее пробуют запирать на замок, она убегает из дому. И опять рушатся старозаветные идеалы Кабанихи: дочь «опозорила» ее дом, вырвалась на свободу из-под ее власти.

Более всех слаб и жалок племянник Дикого, Борис Григорьевич. Он сам говорит о себе: «Уж совсем убитый хожу… Загнан, забит…» Это добрый и культурный человек, выделяющийся на фоне купеческой среды. Однако он не способен защитить ни себя, ни любимую женщину. В несчастье он лишь мечется да плачет. И не в силах возразить ничего даже на брань. В сцене последнего свидания с Катериной Борис вызывает презрение. Он не только боится убежать с любимой женщиной, как это сделал Кудряш, он опасается даже разговаривать с Катериной («Не застали бы нас здесь»). Покорно и трусливо звучат последние проклятия Бориса: «Ах, кабы знали эти люди, каково мне прощаться с тобой… Злодеи вы! Изверги! Эх, кабы сила!..»

Нет у него этой силы. Однако в общем хоре протестующих голосов даже этот бессильный протест знаменателен.

Начиная с первого действия, Островский постепенно раскрывает основной конфликт драмы. Еще велика власть кабаних над окружающими, и губит их эта власть, калечит их жизнь. Но уже, как пишет Добролюбов в статье «Луч света в темном царстве», самодуры русской жизни начинают ощущать какое-то недовольство и безотчетный страх: помимо их воли, не спросясь, вырастает другая жизнь с другими началами, и хотя она еще не видна хорошенько, но уже дает себя почувствовать и посылает нехорошие видения темному произволу самодуров.