Роль "двойников" Раскольникова в раскрытии основной идеи романа

Роль "двойников" Раскольникова в раскрытии основной идеи романа

Раскольников окружен в романе персонажами, которые являются как бы его “двойниками”: в них снижается, пародируется или оттеняется какая-либо сторона личности главного героя. Благодаря этому, роман оказывается не столько судом над преступлением, сколько (и это главное) судом над личностью, характером, психологией человека, в которых отра­зились черты русской действительности 60-х годов прошлого века: поиски правды, истины, героические стремления, “шатания”, “заблуждения”.

В сопоставлении с умным, но ординарным Разумихиным видна неза­урядность личности Раскольникова, стремящегося к “всеобщности” ре­шения вопросов о бедности, нищете и несправедливости. Деловой человек Лужин с его “экономическими теориями”, оправдывающими эксплуатацию человека, построенными на выгоде и расчете, оттеняет бескорыстие помыслов Раскольникова. И хотя теории и одного и другого приводят к мысли, что можно “проливать кровь по совести”, мотивы Раскольникова благородны, выстраданы сердцем, им движет не просто расчет, а заблуждение, “помрачение ума”.

Рядом с “механическим человеком”, “последователем” нигилизма Лебезятниковым, который, ни о чем не думая, мигом пристает “непременно к самой модной ходячей идее, чтобы тотчас же опошлить ее, чтобы мигом окарикатурить все” (этим он мне очень напоминает Ситникова и Кукшину в “Отцах и детях” И.С. Тургенева), рядом с ним — Раскольников с его выстраданной теорией оказывается живым, достойным сочувствия своих исканиях и заблуждениях.

Свидригайлов — человек без совести и чести — как бы предостережение Раскольникову, если он не послушается голоса собственной совести и захочет жить, имея на душе преступление, не искупленное страданием. Свидригайлов — самый мучительный для Раскольаикова “двойник”, потому что в нем раскрываются глубины нравственного падения человека,из-за душевной опустошенности пошедшего по пути преступлений. Свидри­гайлов — это своеобразный “черный человек”, который все время тревожит Раскольникова, который убеждает его, что они “одного поля ягоды”, и с ко­торым поэтому особенно отчаянно борется герой.

Раскольников все время стремится разорвать ту нить, которая внутренне связывает его, совершивше­го преступление, со Свидригайловым. Не случайно именно с появлением Свидригайлова связана линия Германна из пушкинской “Пиковой дамы”. В сне Раскольникова после появления Свидригайлова проходит “видение Германна” — мучительный образ убитой старухи. Черты человека, одержимого идеей обогащения и самоутверждения, добровольно отказавшегося от любви и счастья, частично воплощаются в Раскольникове. Но трагедия героя Досто­евского углубляется, расширяется. В “Преступлении и наказании” — это трагедия не только характера, но и времени. Перекличка с Пушкиным под­черкнута и сюжетно: оба героя стремятся начать новую, чистую жизнь, од­нако не останавливаются перед преступлением (они тоже похожи — убийство никчемной, никому не нужной старухи). И в одном и в другом случае пре­ступление влечет возмездие. Пушкинская тема преступления и возмездия за него проходит и в романе Достоевского, только он решает ее по-другому.

Достоевский развивает идею искупления преступления страданием. В романе эта идея выражена через образы Сони, Порфирия Петровича, Миколки, взявшего на себя преступление Раскольникова и решившего постра­дать. Мысль об очищении страданием как о пути нравственного совершен­ствования, избавления от зла — одна из самых заветных и любимых мыс­лей писателя.

Таким образом, сопоставление Раскольникова с другими героями глу­боко связано с философским смыслом романа.