«Настоящую нежность не спутаешь...» (любовь в лирике А. А. Ахматовой)

Среди различных мнений и суждений литературных критиков и просто любителей поэтического жанра бытует расхожее выражение “женская поэзия”. Подобный ярлык стремятся повесить на все без исключения творения представительниц прекрасного, но слабого пола. Справедливо ли проводить подобную “демаркационную линию” в литературе, разделяя поэзию по половому признаку? Безусловно, это издержки исторического наследия, извечного подчинения женщин мужчинам, постоянной и последовательной доминанты мужского начала во всех сферах человеческого бытия. Однако существует и обратная сторона этой пропитанной духом времени медали. Слишком сложно было женщине найти внутри себя силы, чтобы заявить о себе наравне с мужчиной. Крайне неблагосклонно было общественное мнение к подобным поступкам. А. С. Пушкин в романе “Евгений Онегин” вывел на сцену смелую героиню Татьяну, которая не побоялась первой признаться в своих чувствах, идя наперекор всем устоявшимся традициям и нормам морали. Но это был литературный персонаж, вымышленный, идеализированный образ. Анна Андреевна Ахматова нашла в себе уверенность, чтобы уже в двадцать два года заставить литературную общественность обратить на себя внимание. Да, это была женская поэзия. Но она была сильна и прекрасна. Это была поэзия женского сердца, вырвавшаяся наружу вулканической лавой страстей, переживаний, мечтаний, обманов. Ахматова говорила проникновенно и громко. Она обращалась от имени каждой женщины, способной любить и желавшей быть любимой. Она своим героическим примером научила женщин говорить: Звенела музыка в саду Таким невыразимым горем.

Свежо и остро пахли морем На блюде устрицы во льду.

Он мне сказал: “Я верный друг!” И моего коснулся платья...

Как не похожи на объятья Прикосновенья этих рук...

Ахматова в своей поэзии представила широкой массе читателей бесконечное многообразие именно женских судеб. Образы жены и любовницы, вдовы и матери, сестры-музы и судьбы-разлучницы переплетаются в бесконечных повествовательных миниатюрах великой поэтессы. По выражению А. М. Коллонтай, Ахматова подарила миру “целую книгу женской души”. Без сомнения, никто не знает о тайных переживаниях женщины лучше ее самой. И уж тем более никто не смог бы передать это в стихотворной форме лучше и проникновеннее, чем это сделала Анна Ахматова.

Лирическая героиня Ахматовой поначалу юна, как и сама поэтесса. Она полна чувств и желаний, она открыта миру и Ему, тому единственному, ради которого можно все потерять, не получив ничего взамен. Ахматова поражает в самое сердце острой стрелой своей искренности. Ее слова, обращенные к собирательному образу, идеалу возлюбленного, несут в себе прелестную робость с оттенком романтической наивности: Я с тобой не стану пить вино, Оттого что ты мальчишка озорной.

Знаю я—у вас заведено С кем попало целоваться под луной.

А у нас — тишь да гладь, Божья благодать.

А у нас — светлых глаз Нет приказу поднимать.

Однако юной, трепетной девичьей душе уже известны и первые разочарования, страдания и любовные муки. Она мудра не по годам; она знает, какова цена настоящему счастью и смиренно готовится принести себя в жертву: Настоящую нежность не спутаешь Ни с чем. И она тиха.

Ты напрасно бережно кутаешь Мне плечи и грудь в меха И напрасно слова покорные Говоришь о первой любви.

Как я знаю эти упорные, Несытые взгляды твои! При этом выбор в пользу “великой земной любви” героиня лирики Ахматовой делает сознательно и вопреки духовным нравственным предписаниям. Словно поддавшаяся чарам ангела-искусителя Азазеля, научившего женщину пользоваться ее главным оружием — красотой, она делает все, чтобы возвысить свою земную привлекательность, обратить на себя Его внимание: Ты куришь черную трубку, Так странен дымок над ней.

Я надела узкую юбку, Чтоб казаться еще стройней.

О, как сердце мое тоскует! Не смертного ль часа жду? А та, что сейчас танцует, Непременно будет в аду.

Ахматова в своей любовной лирике штрихами обрисовывает и судьбу женщины-поэта. Конечно, здесь она выносит на читательский суд собственный автопортрет. Одним из самых главных адресатов любовной лирики Ахматовой был поэт Николай Владимирович Недоброво, писавший ей: “С тобой в разлуке, от твоих стихов я не могу душою оторваться”. Самые сильные и яркие любовные переживания застигали Ахматову в Петербурге—Петрограде—Ленинграде. Все эти факты находят отражение в стихах: В последний раз мы встретились тогда На набережной, где всегда встречались.

Была в Неве высокая вода, Инаводненъя в городе боялись.

Он говорил о лете и о том, Что быть поэтом женщине — нелепость.

Как я запомнила высокий царский дом И Петропавловскую крепость...

По мере взросления Ахматовой нотки беспробудной тоски и бескрайней печали начинают преобладать в безупречнойгармонии ее стихов. Мотивы безответной любви, жестокой душевной черствости, предчувствие разлуки — все это слилось воедино с ощущением витающей в воздухе творческой интеллигенции обреченности: Столько просьб у любимой всегда! У разлюбленной просьб не бывает...

Как я рада, что нынче вода Под бесцветным ледком замирает...

Но та недюжинная сила любви, которая царила в душе у Ахматовой и которую поэтесса пронесла сквозь всю свою жизнь, не покидала лирическую героиню даже в самые трудные минуты ее жизни: Так дни идут, печали умножая.

Как за тебя мне Господа молить? Ты угадал:моя любовь такая, Что даже ты ее не мог убить.

В своем более позднем творчестве Анна Ахматова уделяет большее внимание гражданской, патриотической лирике. Однако обращения к теме любви присутствуют все равно. Теперь любовь не подчиняет себе весь окружающий мир, не является центром Вселенной, тем единственным светилом в холодной космической мгле. Теперь она подчинена миру: все события, происходящие вокруг, вносят свой неповторимый колорит и пикантный вкус в возвышенное чувство любви. Но от этого любовь в стихах Ахматовой становится еще более изысканной и прекрасной.