Женские образы в прозе XIX века

Благородная гордость вот ответ ее свету.

Ф. М. Достоевский

Федор Михайлович Достоевский — писатель особого склада. Он не примыкал ни к либералам, ни к демократам, а вел в литературе свою тему, воплощая в образах обиженных и оскорбленных, поломанных судьбах людей идею всепрощения. Его герои не живут, а выживают, мучаются и ищут выхода из невыносимых условий, страждут справедливости и покоя, но так и не обретают их... Прослеживается интересная тенденция в изображении женских характеров писателем.

В его романах присутствуют два типа героинь: мягкие и покладистые, всепрощающие — Наташа Ихменева, Сонечка Мармеладова — и бунтарки, страстно вмешивающиеся в эту несправедливую и враждебную им обстановку: Нелли, Катерина Ивановна. А позже — Настасья Филипповна. Два этих женских характера интересовали Достоевского, заставляли его вновь и вновь обращаться к ним в своих произведениях. Писатель, безусловно, на стороне кротких героинь, с их жертвенностью во имя любимого. Автор проповедует христианское смирение. Ему больше по душе кротость и великодушие Наташи и Сони. Порой Федор Михайлович грешит против здравого смысла, описывая самоотречение Наташи, но в любви, вероятно, и не бывает умничанья, а все на эмоциях.

Наташа не хочет рассуждать, она живет чувствами, видя все недостатки возлюбленного, пытается обратить их в достоинства. «Вот говорили,— перебила она (Наташа),— да и ты, впрочем, говорил, что он без характера и... и умом недалек, как ребенок. Ну, а я этого-то в нем и любила больше всего... веришь ли этому?» Поражаешься всепрощающей любви русской женщины. Она способна в своем чувстве совершенно забыть себя, все бросить к ногам любимого. И чем он ничтожнее, тем сильнее и неодолимее эта страсть. «—Я хочу... я должна... ну я вас просто спрошу: очень вы любите Алешу? — Да, очень. — А если так... если вы очень любите Алешу... то... вы должны любить и его счастье... составлю ли я его счастье? Имею ли я право так говорить, потому что я его у вас отнимаю. Если вам кажется и мы решим теперь, что с вами он будет счастливее, то... то...» Это почти фантастический диалог — две женщины решают судьбу слабохарактерного возлюбленного, жертвуя ему свои драгоценные души.

Ф. М. Достоевский сумел увидеть главную черту русского женского характера и раскрыть ее в своем творчестве. А бунтарки — чаще всего безмерные гордячки, в порыве оскорбленного чувства идут против здравого смысла, кладут на алтарь страсти не только собственную жизнь, но, что еще страшнее,— благополучие своих детей. Такова мать Нелли из романа «Униженные и оскорбленные», Катерина Ивановна из «Преступления и наказания». Это еще «пограничные» характеры от христианского смирения к открытому бунтарству. Изображая судьбы Наташи Ихменевой и Нелли, Катерины Ивановны и Сони Мармеладовой, Достоевский дает как бы два ответа на вопрос о поведении страдающей личности: с одной стороны, пассивное, просветленное смирение и с другой — непримиримое проклятие всему несправедливому миру. Эти два ответа наложили отпечаток и на художественную структуру романов: вся линия Ихменевых — Сонечки Мармеладовой окрашена в лирические, местами в сентиментально-примирительные тона; в описании истории Нелли, злодеяний князя Валковского, злоключений Катерины Ивановны преобладают обличительные интонации.

Все типы представил писатель в своих повестях и романах, но сам остался на стороне кротких и слабых внешне, но сильных и не сломленных духовно. Вероятно, поэтому гибнут его «бунтарки» Нелли и Катерина Ивановна, а тихая и кроткая Сонечка Мармеладова не только выживает в этом страшном мире, но и помогает спастись Раскольникову, оступившемуся, потерявшему опору в жизни. Так всегда было на Руси: мужчина — деятель, но его опорой, поддержкой, советчицей была женщина. Достоевский не просто продолжает традиции классической литературы, он гениально видит реалии жизни и умеет отразить их в своем творчестве. Проходят десятилетия, века сменяют друг друга, а правда женского характера, запечатленная автором, продолжает жить, будоражить умы новых поколений. Приглашает вступать в полемику или соглашаться с писателем.