Рецензия на художественный фильм Андрея Тарковского Сталкер

Рецензия на художественный фильм Андрея Тарковского Сталкер

«Сталкер» - последний фильм режиссера, снятый на Родине, - как-то остался «на обочине» нашего восприятия его творчества: его не вводили в постоянно растущее число публикаций о Тарковском, вообще-то получивших саму возможность появления уже после его смерти.

И на уровне всего контекста творчества великого режиссера, и на уровне эстетической микроструктуры фильм «Сталкер» еще ждет своего анализа: никаких поколений (в отличие, скажем, от «Иванова детства», «Андрея Рублева», «Зеркала») здесь сегодня просто нет.

Со временем и здесь будут опознаны эти сложнейшие отклики главных внутренних тем, связующих все творчество Тарковского в одно-единое лирико-поэтическое высказывание.

Прежде всего перед нами редчайший случай полного переосмысления литературного оригинала: Сталкер Стругацких - мародер Зоны, торгующий ее загадками, у Тарковского становится ее апостолом, он ведет сюда заблудшие, несчастные души, чтобы исполнились их сокровенные желания. Он, проводник, бескорыстен. Здесь он ничего не берет и ничего не может получить для себя, таков закон Зоны (учитель Сталкера пожелал себе - получил и погиб).

Этот измученный, весь словно бы обугленный человек, с лицом Ван Гога (поразительное сходство с ним актера Александра Кайдановского), в Зоне, огороженной, охраняемой, недоступной для пришельца, непостижимой, - счастлив. Он приходит на свидание с Зоной, как на свидание с покоем, тишиной, одиночеством. Свободой. Он чувствует Зону, как самого себя, ловит ее угрозы, ее снисхождение. Он приходит сюда из промозглого, выродившегося, омертвевшего мира, где живут люди, чтобы ловить запахи ее огромных трав, чтобы слушать пульсацию ее воды, чтобы слышать ее таинственные зовы.

Тарковский не дает нам ответа на то, что она такое, эта Зона. Говорят, что ее оставили пришельцы, что она порождена метеоритом, но она просто есть. И Сталкер все водит и водит сюда людей, во всем изверившихся, с пустыми душами и глазами, надеясь, что их желания окажутся высоки и бескорыстны…

Говорят, что в фильме Тарковского, в отличие от оригинала Стругацких, Сталкер морочит своих клиентов, что тут вся Зона безопасна; это ошибка, это неверно: следы смерти видны повсюду, и гибель другого Сталкера, о котором идет речь, - правда.

Теперь - о другом. Фильм Тарковского - не научная фантастика. Это мистерия. Это опять «страсти». В сущности, все картины режиссера принадлежат к роду «страстей» - древнему роду искусства. Не потому ли - знаковый признак жанра - так часто в фильмах Тарковского звучит ария Петра их баховских «Страстей по Матвею» (в «Сталкере» ее небрежно, но очень точно насвистывает писатель (А. Солоницын) - надорванный, изнуренно многословный, надменный, балованный и абсолютно несчастный).

«Страсти» - это испытание сомнениями, поиски веры, это крестный путь человеческой души, проходящей через ужасы жизни, чужую смерть, одиночество.

Сталкер у Тарковского - человек, который становится добровольным проводником по такому вот крестному пути, он водит заблудшие души по Зоне дорогой самопознания, даже не зная о конечном итоге. Не зная, но веря. Впрочем, теперь этот итог перед ним: ни один из теперешних его ведомых решительно не хочет переступить через порог комнаты, где исполняются заветные желания, потому что эти желания наверняка мелки, эгоистичны, низки.

Они уходят от чуда, уклоняются от него - возвращаются из Зоны такими же, какими пришли. Они недостойны «страстей», потому что они, как это сказано в Новом Завете, «не холодны и не горячи», хуже чего для человека быть не может…