Московские ворота

Каких только ворот нет в Москве! Проездные, проходные, пролазные. В историческом интерьере города они занимали важное место. Это не только вход-выход (въезд-выезд), но нередко - произведения градостроительного искусства.

Ворота возникли в доисторические времена вместе с первыми ограждениями и имели, как правило, оборонительные функции. Представим себе Москву изначальную: любой из ее холмов укреплен валом, частоколом, рвом от врагов, от дикого зверя, от весеннего паводка, от шквального ветра. В оборонительном сооружении было множество ворот. Некоторые из них тщательно маскировали, забрасывали валежником, даже засыпали землей; другие, наоборот, всячески украшали. Случалось, что делали обманные входы. Лазы, подныры, тайные ворота наши изобретательные предки выводили к речному берегу, в ближайший лес, на дно оврага или в специальный ров.

Все эти древние ворота теперь оказались на территории Москвы, и метростроевцы нередко находят длинные подземные галереи, укрепленные дубом или камнем. Сейчас ведется большая работа по уточнению времени их сооружения.

Дубовые стены Ивана Калиты погибли, как известно, в беспощадном пожаре 1365 года. Молодой князь Дмитрий решил укрепить город белокаменной стеной. Всю зиму возили по льду реки глыбы подмосковного известняка, и менее чем за два года мощные стены и шестеро надёжных ворот обезопасили москвичей от татар и литовцев. Первой была сооружена Тайницкая башня с целой сетью секретных входов и выходов. От неё и сейчас, говорят, можно пройти подо всем Кремлём, а тогда, 600 лет назад, скрытые от любопытных взглядов ворота вели будто бы даже за Москву-реку.

Из других ворот белокаменного Кремля, по улице Великая, уходил великий князь Дмитрий Иванович с дружиною в сторону Коломны и далее – к полю Куликову. Не дошло до нас древнее название тех ворот, но мы знаем, что позднее на той же улице воздвигнута была проездная Константино-Еленинская башня, и что её ворота предохранял подъёмный мост над кремлёвским рвом. В последующие века ров засыпали, мост убрали, ворота заделали, а саму башню надстроили шатром и прославили в легендах.

Возвратился великий князь в Москву уже Дмитрием Донским и во главе ратников вошёл в Кремль, как и подобает победителям, через самые торжественные ворота – Фроловские.

Все ворота белокаменной стены стояли западнее нынешних (т. е. были отодвинуты вглубь современной кремлевской территории). Каждая эпоха приносила им перемены. Постепенно утрачивалась оборонительная функция ворот и на первый план выступала то эстетическая, то религиозная. На Фроловской башне в 1658 году была укреплена над воротами икона Спаса Нерукотворного, Никольские ворота оберегал Николай-Чудотворец. Уже не ворота охраняли город, а горожане стали оберегать любимые места. Они украсили их шатрами, снабдили часами, отделали скульптурами, резными узорами. Москвичи благоговели, глядя на вздымавшиеся в небо гербы, флажки, кресты, звёзды. Сколько строк было посвящено кремлёвским воротам летописцами, учёными, поэтами!

Особый колорит придавали городу ворота другого оборонительного сооружения – Китайгородской стены. Построенные в 1534-1538 годах на месте ограждений типа “кита”, они в течение веков мало переделывались и не переименовывались. Варварские, Ильинские, Никольские ворота стояли ещё в прошлом веке и много раз были сфотографированы. Не повезло лишь Воскресенским воротам Китай-города. Двухэтажные, увенчанные двумя шатрами, они вели с Красной площади на Тверскую дорогу. Через реку Неглинную от них был переброшен мост, возле которого торговали домашней птицей. В обиходе и мост, и ворота назывались Куретными, а одно время – Львиными, т.к. здесь стояла клетка с подаренными царю львами, а позднее – Аблакатными (от слова “адвокат”, искажённого на московский манер, попросту, писец, составлявший судебный иск). Дело в том, что к воротам примыкала долговая тюрьма. Когда у ворот была построена Иверская часовня, она дала им ещё одно название. Семьдесят лет тому назад ворота разобрали, но в наши дни воссоздали вновь.

Третьяковский проезд был проделан в стене Китай-города братьями Павлом и Сергеем Третьяковыми, дабы увековечить в городе память о себе. Он украшен высокими арочными воротами и является лишь символом градостроительства без каких-либо функциональных нагрузок.

Белый город и Земляной город строили почти одновременно – в конце XVI века. Из 27 башен Белого города 10 были воротными, память о которых живёт в современных выражениях: “Площадь Арбатских ворот”, ”У Никитских ворот”, ”Остановка Яузские ворота”. Не сохранилось ни одной башни, ни одной стены Белого города, но каждый интересующийся своим городом знает, что Семиверхую башню Чертольских ворот Фёдор Конь переделывал трижды, за что был нещадно бит батогами, чтоб не тратил зря царёвы деньги. Деревянная стена Земляного города (Скородома) имела едва ли не 100 башен, из них десятка полтора были проездными с крепкими деревянными воротами. Старые москвичи ещё и теперь говорят: у Сухаревских ворот, к Калужским воротам, до Мясницких, за Серпуховскими.

Имели ворота все Московские заставы. Белый и Земляной город были охвачены стеной в оборонительных целях. Пока существовали стены, ворота запирали на ночь, возле них ставили стражу. У ворот чинили допрос, пытали, брили бороды, укорачивали полы и рукава, брали пошлину. Вместе с тем, у ворот встречали дорогих гостей, послов из дальних стран, своих героев. Поэтому для особо торжественных случаев ворота ставили прямо в поле.

Старинные гравюры рисуют нам, что парадные церемонии проходят не через одни, а через трое триумфальных ворот, стоящих друг за другом через какую-нибудь сотню метров. Их сооружали наскоро, а после торжеств разбирали. Оставались стоять годами только очень уж красивые. Так случилось с Красными воротами. Поставленные для встречи царя Петра – победителя в Полтавской битве, они заново золотились и подновлялись пока архитектор Д. Ухтомский не перестроил их в камне. С интенсивным развитием города ворота, к сожалению, пришлось разобрать. Но среди жителей Москвы находится достаточно сторонников их восстановления.

Были в Москве ворота, поставленные и по печальному случаю. Грозный царь Иван Васильевич пригрозил боярам поставить себе двор опричь Кремля. И поставил. Москвичи ужаснулись, увидав крепкие ворота Опричного двора. Были они резными, дубовыми, с львиными мордами, у которых на месте глаз зияли зеркала.

Выделялись нарядностью своих ворот московские монастыри. Над ними ставили часовню или даже церковь. Две надвратные церкви украшают Новодевичий. А чего стоит надвратный терем Крутицкого подворья, воздвигнутый О. Старцевым! Украшенный зелёными узорчатыми изразцами с высокой четырехскатной крышей, он похож на сказочный домик.

Богатые москвичи во все времена заботились о въезде в свои городские усадьбы, а потому ворота становились всё великолепнее. Местные власти столь же заботливо относились к въезду в сам город. С возникновением северной столицы основной дорогой в Москву становится Петербургский тракт. Могли ли отцы города не выделить его? Нет, не могли. На въезде в заново отстроенную после пожара Москву по проекту архитектора О. Бове поднялись Триумфальные ворота. Они заменили собой деревянную арку, сооруженную в 1814 году для встречи войск, вернувшихся из Парижа. Но победа над Наполеоном стоила того, чтобы воздвигнуть не временные, а вековечные ворота – символ города, триумф победы. Сто лет стояли ворота у Тверской заставы, возвышаясь на фоне двух и трехэтажных строений. В 1936 г. арку разобрали, но через тридцать лет снова поставили уже у Поклонной горы на Кутузовском проспекте. Решение оказалось гениальным, ибо трудно представить знакомые всем ворота на старом месте.

Материал взят http://moskvoved.narod.ru/