Вильгельм II: покровитель армии и муз

Император отправил Бисмарка в отставку, потому что желал править сам. Однако именно его неспособность к управлению государством и стала одной из причин Первой мировой войны.

"Политика - это мое дело!" - заявляет Вильгельм II, отправляя в отставку "железного канцлера". Молодой император умен, честолюбив и одарен, однако в не меньшей степени поверхностен, и склонен к театральным жестам. Он не способен систематически заниматься государственными делами. В Европе Вильгельма II считали непредсказуемым политиком. Наибольшее влияние на молодого императора оказали не политики, а военные. В этот период неимоверно вырастает роль армии в повседневной жизни. Происходит внедрение в общественную жизнь таких военных понятий, норм и "добродетелей" как надзор, подслушивание, субординация, которые способствовали формированию соответствующего образа мыслей.

На переднем плане – искусство выживания

Вильгельм II, получивший от своих верноподданных прозвище "император муз", пробует силы и в искусстве. Он рисует, дирижирует, сочиняет стихи, ставит спектакли в придворном театре. Пристрастия Вильгельма II к показному блеску, к учениям и пышным военным парадам, похоже, разделяет и германское общество. В нем задают тон, прежде всего промышленники, банкиры и крупные землевладельцы - юнкеры, а также офицеры, чиновники и состоятельные городские жители. Пока высший свет развлекается, для большинства населения на переднем плане стоит искусство совсем другого рода: искусство выживания.

Победа социал-демократов

Поэтому неслучайно, что на выборах в рейхстаг 20 февраля 1890 года самое большое число голосов получает Социал-демократическая партия. Император Вильгельм реагирует незамедлительно: он провозглашает смену внутриполитического курса и ставит целью улучшение социального положения рабочих, намереваясь примирить рабочих с государством. С императором согласен и новый канцлер Лео фон Каприви (Leo von Caprivi) убежденный, что правительство должно стоять над политическими партиями. По инициативе Каприви, рейхстаг отменяет Закон о социалистах, служивший при Бисмарке основой для преследования организаций социалистического и социал-демократического толка. Кроме того, издается ряд законов, направленных на улучшение охраны труда: детям до 13 лет запрещается работать по воскресеньям, рабочий день для женщин ограничивается одиннадцатью, а для подростков не старше 16 лет - десятью часами. Однако правительству не удается лишить социал-демократов поддержки рабочего класса.

Германия наживает новых врагов

В результате отказа от проводимой Бисмарком политики союзов и изменения немецкой внешней политики Россия в конце девятнадцатого века вышла из сферы влияния Берлина и заключила союз с Францией. Дальше ситуация для Германии развивается еще хуже. Империя форсирует строительство военного флота, наживая тем самым новых врагов. Самая мощная морская держава - Великобритания - расценивает активность Германии как угрозу собственной безопасности. Однако германское правительство не согласовывает свои действия с англичанами. Вильгельм не желает отступать от своего курса и без устали повторяет, что видит будущую Германию морской державой. При этом он опирается, прежде всего, на статс-секретаря в министерстве военно-морского флота, адмирала Альфреда Тирпица (Alfred von Tirpitz). Тирпиц - не только специалист военного дела, но еще и талантливый пропагандист. Он начинает крупномасштабную кампанию, чтобы поддержать строительство флота, и рассылает по всей стране флотских офицеров и известных ораторов. Его усилия приносят плоды, население охватывает волна небывалого энтузиазма.

Лобби и профсоюзы

В Германии формируется мощное лобби, открыто выступающее за проведение агрессивной внешней политики. На фоне слабости рейхстага его влияние на курс германского руководства опасно возрастает. В то же время усиливается и рабочее движение. Профсоюзы становятся массовыми организациями. Они объединены в ассоциацию под названием "Свободные социалистические профсоюзы", которая насчитывает к 1913 году два с половиной миллиона членов. Однако предприниматели по-прежнему категорически отказываются видеть в рабочих равноправную социальную группу, что приводит к подъему забастовочного движения.