Мятежный дух лирики М. Ю. Лермонтова

Лермонтов и его поэзия — это до конца не изведанная страна, где все огромно, беспредельно и необозримо в своей неповторимости и величии. Читаю снова и снова стихи поэта. Что влечет меня к ним? Красота языка или мудрость мысли, отчаяние мятущейся души или поэзия силы и действия? Скорее всего — все вместе. Поэта волнуют глобальные события, происходящие в стране, судьба родины. Уже в пятнадцать лет он задавал себе вопрос: "К чему глубокие познанья, талант и пылкая любовь к свободе, когда мы их употребить не можем?" На этот вопрос он ответил всем своим дальнейшим творчеством, придя к выводу, что призвание поэта — служить родине. И лира Лермонтова всю жизнь звучала для России, волнуя, будоража, борясь с равнодушием и пассивностью. Недаром его с юности влекла бунтарская поэзия великого романтика Байрона, принимавшего участие в освободительной борьбе у себя на родине, в Италии и Греции.

Я молод, но кипят на сердце звуки,

И Байрона достигнуть я б хотел:

У нас одна душа, одни и те же муки;

О, если б одинаков был удел!..

Поэзия Лермонтова — это вечные поиски смысла жизни, истины и счастья, разочарование и страдание. О своем одиночестве в светском обществе, об окружающих его бездушных людях-масках, о холодности рук и душ говорит поэт в стихотворении "Как часто, пестрою толпою окружен..." Лермонтов пишет о том, как "большой свет" пытается убить его душу. Стихотворение начинается с картины маскарада. Что раздражает поэта, и почему он пытается "забыться памятью" в "недавней старине", почему ласкает в душе старинную мечту? Маскарад отвратителен своей фальшью. Это притворство, это маски, прикрывающие бездушие, хранящие пустоту. Они нелепы. Все парадоксально в мире маскарада. "Пестрая толпа" видится поэту "как будто бы сквозь сон". Мелодия в музыке разрушена. Вместо искренних, доверительных речей слышится лишь "дикий шепот". Все противоестественно, все лжет. Душа Лермонтова живет "вольной птицей" только тогда, когда он вспоминает:

...и кругом

Родные все места: высокий барский дом

И сад с разрушенной теплицей;

Зеленой сетью трав подернут

Спящий пруд,

А за прудом село дымится...

Лермонтов скучал и задыхался в душной атмосфере света, куда определила его судьба. В "буре тягостных сомнений и страстей", как ни ярка, ни властна мечта поэта, она лишь "свежий островок". При всей ее притягательности мечта хрупка.

И шум толпы людской спугнет мечту мою,

На праздник незванную гостью...

После этого отрезвления от мечты у поэта с необычайной силой рождается желание "смутить веселость их и бросить им в глаза железный стих, облитый горечью и злостью". В этих горьких, выстраданных строчках звучит горячий протест против всего, что воплотила в себе светская чернь, и что было особенно отвратительно поэту: фальшь, бездушие, пустота. Этой борьбе Лермонтов был верен до конца своей жизни. И силы для этого давал ему истинный и прекрасный, полный гармонии мир, который всегда жил в его душе.

Скорбная и суровая мысль о поколении, которое, как казалось ему, обречено пройти по жизни "без шума и следа", не оставив следа в истории, вытеснила его юношескую мечту о романтическом подвиге. Лермонтов живет теперь, чтобы сказать правду о "плачевном состоянии" его духа и совести поколению безвольному и малодушному, живущему без надежды на будущее.

К добру и злу постыдно равнодушны,

В начале поприща мы вянем без борьбы;

Перед опасностью позорно-малодушны,

И перед властию — презренные рабы.

Мятежная душа поэта бунтует против равнодушия, пассивности, малодушия своего поколения. Лермонтов не может примириться с тем, что образованные, гуманно мыслящие люди, усвоив "поздний ум" отцов, старятся в бездействии, живут без всякой цели, покорно склоняя голову перед силами реакции. Поэтому Лермонтова восхищает жизненный подвиг его великого предшественника Пушкина, который "восстал... против мнений света" и поплатился за это жизнью. Его до глубины души возмущает фальшивое, лицемерное сожаление подлых убийц гениального русского поэта. И он бросает им в лицо гневные, убийственные слова и грозит справедливым возмездием:

Вы, жадною толпой стоящие у трона,

Свободы, Гения и Славы палачи!

Таитесь вы под сению закона,

Пред вами суд и правда — все молчи!..

Но есть и божий суд, наперсники разврата!

Есть грозный суд: он ждет;

Он не доступен звону злата,

И мысли и дела он знает наперед.

Лермонтов звал современников к борьбе и к избавлению от рабской неволи. В своем воображении он рисовал гордых героев, людей, верных клятве, гибнущих за волю, за родину, за верность самим себе. Ведь могущественный образ лермонтовской поэзии — буря. Человек, рожденный для бури, тоскует без нее, ищет в ней смысл жизни, поле деятельности. Он, как романтический Мцыри, готов, "как брат, обняться с бурей". Поэт желает иметь не крепкую ладью, которая спасет его от бури. Нет, он любит риск, хочет один на один столкнуться со стихией.

Дайте мне челнок дощатый

С полусгнившею скамьей,

Парус серый и косматый,

Ознакомленный с грозой.

Эти строки из стихотворения "Желанье" говорят о том, что для Лермонтова борьба была естественным состоянием души. Она необходима ему, чтобы увериться в своих силах, стать вровень со стихией. Чем она громадное и яростнее, чем меньше средств защиты от нее, тем полнее удовлетворение, сильнее гордость. "Буйный спор с дикой прихотью пучин" способен сделать поэта радостным и свободным. Через всю жизнь проносим мы в душе образ поэта — тоскующего, смелого, благородного, наделенного могучими страстями, волей и проницательным и беспощадным умом. Поэта, чей мятежный дух заставляет тревожно биться наше сердце, зовет к борьбе с повседневностью и обыденностью.