Кадомская вышивка

Россия, которая при Петре буквально ворвалась на европейский рынок, по мнению государя, не могла позволить себе такой роскоши: ввозить из-за границ все необходимое - от пушек до "розоватых брабантских манжет". Уже тогда было замечено, что такой российский импорт способен стать причиной разорения землепашества и едва ли не заводов и мануфактур Империи. Петр тенденцию уловил, опасность почувствовал и издал указ (благо, что в те времена царские указы в отличие от нынешних президентских безропотно выполнялись). Как пушки научились отливать сами и парусину ткать в Хамовниках, так и кружева было приказано плести не хуже венецианских в Кадоме.

Через моря и реки, собрав и бережно уложив в дорожную котомку иголки, нитки да кружева, несколько монахинь добрались из Венеции в Кадом. Ознакомились не без удивления с красотами местной Швейцарии и приступили к делу. Стали обучать местных женщин, так не похожих на итальянок, - синеглазых да круглолицых, плести иглой сказочные узоры.

Такова легенда о возникновении кадомского вениза - уникальной игольчатой вышивки белым по белому, только в названии которой угадывается имя далекой столицы дожей - Венеции. Почему выбор пал именно на Кадом - уже тогда затерянную в лесах глубинку да место царевой ссылки еще со времен Ивана Грозного, об этом легенда умалчивает. Может, подвернулся государю под горячую руку кто-то из местных дворян, кого царь то ли наказал, то ли облагодетельствовал новым госзаказом. А может, перехватил у Петра Алексеевича выгодный государев заказ разворотливый местный купчишко. Об этом нам остается только гадать.

Но вениз порожден потребностями российского рынка. Поощрение полезных, новых видов производства, промыслов и товаров было составной частью господствовавшей тогда в Европе экономической концепции меркантилизма. Вениз начал развиваться почти три века назад как кустарный промысел, таковым и оставался до самой революции. Даже когда в XVIII в. крепостничество, государственное регулирование пронизали всю российскую промышленность, промыслы продолжали жить по законам капиталистического рынка. Именно из них выросло производство ивановских ситцев, павловопосадских шалей и кузнецовского фарфора. Кадомский вениз из этой же породы.

Советская власть кустарничества не терпела. В 1927 г. 25 вышивальщиц объединили в промыслово-кооперативную артель "Пробуждение", ставшую со временем просто швейной фабрикой. Через 30 лет продукция предприятия была представлена на международной выставке в "кружевной Мекке" - Брюсселе и в Монреале. К тому времени кружево перестало быть основной продукцией "Пробуждения". В то же примерно время ушла навсегда из жизни другая вышивка - филейная. Расшивали тогда ею шторы, салфетки, покрывала она и дамские перчатки. Мы уже и представить себе не можем, какими они были, и с трудом припоминаем, как называются кружевные дамские перчатки без пальцев. Оказывается, митенками. Они вновь недавно вошли в моду. Только в Кадоме их давно уже не выпускают: забыли, как это делается. Отказались от них по одной простой причине - дорого, изделия не находили сбыта. Продукция кадомских мастериц всегда была предназначена для людей обеспеченных, относилась к предметам роскоши. И никак не хотела приспосабливаться к неприхотливому советскому быту. Надобность в кружевных изделиях, выполненных в технике вениза, надолго отпала. Только музеи изредка закупали изделия кадомских вышивальщиц, да делались заказы для выставок народного творчества.

К концу 70-х годов опомнились наконец и занялись возрождением вениза. К этому времени он на русской почве разительно изменился. Уже не "гуляка праздный" венецианец. Земля рязанская, знаменитая своей уникальной яркой, многокрасочной вышивкой, такой традиции не знала. Российские крестьянки никогда не украшали свои сарафаны и рубахи венизом, как, впрочем, и ростовским золотым шитьем. В этом уникальность судьбы вениза - народного промысла, родившегося в Новое время. Русские вышивальщицы выдумали белошвейные узоры на снежной белизне полотна, внесли в орнамент российские мотивы, обогатили технику игольчатой вышивки, имитирующей плетеное кружево. И все же вениз нетрадиционен. И возродить его удалось только потому, что были живы еще вышивальщицы, знавшие, как творить это чудо на полотне, остались в музеях да старинных сундуках вещи, вышитые венизом.

Работы кадомских мастериц пользуются неизменным успехом. Скатерти, панно, салфетки, полотенца и другие изделия неоднократно демонстрировались на международных и российских выставках и отмечались наградами.