Политическая доктрина И. Т. Посошкова

.

Видным представителем политической мысли петровского времени был Иван Тихонович Посошков (1652--1726). Он родился в дворцовом селе Покровское, что на Яузе. Отец и дед его, значились умельцами серебряного дела. Ремесленники в этом селе жили слободой, близкой по организации их труда западноевропейским цеховым устройствам. Свою карьеру И. Т. Посошков начал с должности денежного мастера, но уже в 1697 г. он обратился к Петру с предложением о введении новой модели огнестрельного оружия, что свидетельствует о его занятиях по оружейному делу (“Записка о ратном поведении”). Вскоре И. Т. Посошков, по-видимому, увлекся “купеческим делом” и с братом открыл винокуренный завод, а затем лично “сыскал самородную серу” и бил челом о помощи в устроении предприятия по серокурению. В 1704 г. Посошков открыл фабрику игральных карт, затем он некоторое время подвизался на “водочном сидении” у Каменного моста на Москве, а в 1710 г. получил аналогичное “сидение” в Новгороде, где в 1711 г. построил еще и аптеку. Приблизительно тогда же он хлопочет и о постройке полотняной фабрики. Уже в это время Посошков состоит в переписке с различными влиятельными лицами, высказывая предложения по многим аспектам экономической, политической, юридической и культурной жизни государства. В этих письмах он называет себя купцом.

Главной задачей “Книги” является выяснение причин народной скудости и существующего в государстве беззакония. Внимание автора сосредоточено на определении модели развития народного хозяйства-- сельского и промышленного. В центре всех его рассуждений-- проекты организации промышленности, торговли, сельского хозяйства и сословной организации в стране. Он требовал запрещения занятия торговлей для всех сословий, кроме купеческого. “Ныне торгуют бояре, дворяне, офицеры и солдаты и крестьяне”, причем торгуют беспошлинно, нанося ущерб казне. Дворян, по его мнению, следует полностью отстранить от торговых операций, ибо торговля отвлекает их от основного дела -- военной службы. “Един раб не может двум господам служить”, он должен либо торговать, либо воевать.

Купцам необходимо предоставить “право свободного торга”, упорядочить внутренние пошлины, установив их единообразие. Государству, в свою очередь, нужно оказывать купцам покровительство и помощь, обесречивая выгодные условия для внутренней и внешней торговли, а также помогать купцам в снабжении купеческих предприятий рабочей силой. Столкнувшись с полной неподвижностью закрепощенного русского населения, он жаждал привлечь к наемному труду хотя бы “трюмных сидельцев и бродяг”.

В свою очередь, в обязанность купцам Посошков вменял неуклонное соблюдение правил “честного торга”. Продавец обязан правильно определять вес и меру товара, а в случае обмана нести ответственность за свои действия. Настаивал он также на введении “уставной цены” на основные виды товаров, полагая, что цену на них необходимо устанавливать одинаковую как в первой лавке, так и в последней, а также добиваться равного изобилия товаров в любом месте страны.

Посошков проявлял заботу не только об экономическом положении купечества, но и об его авторитете как сословия, полагая, что “...без купечества... ни великое, ни малое царство стояти не могут... Купечество воинству товарищ, воинство воюет, а купечество помогает и всякие потребности им уготовляет”. “Царство воинством расширяется, а купечеством украшается”.

Однако Посошков в крестьянском вопросе не был последовательным. С одной стороны, он безусловно боялся открыто требовать отмены крепостного права, но с другой-- остро понимал всю сложность разрешения проблемы с наймом рабочей силы для промышленных предприятий. Он подходил к крестьянской проблеме с разных аспектов, но неизбежно сталкивался с тем, что представление о государственном богатстве и наличие крепостного права -- предметы явно несовместимые. Мысль Посошкова о том, что помещики “не вековые держатели крестьян, а временные их владельцы”, в то время как российские самодержцы являются собственниками всех своих подданных, по своей сути была направлена не на поддержку крепостного права, а на его юридическое отрицание. И это не единственное высказывание мыслителя в подобном плане.

В числе мер по упорядочиванию правового статуса земельных владений в государстве Посошков настаивал на введении прогрессивного налога на землю в зависимости от размера, мотивируя это мероприятие тем, что вся земля является собственностью государства и поэтому недопустимо ее бесплатное использование.

Покушался он на дворянские привилегии и в вопросе организации государственной службы. В качестве безоговорочного права и одновременно обязанности он оставлял за дворянами несение военной службы. Административный чиновничий аппарат он предлагал укомплектовывать государственными чиновниками, предоставляя места в нем согласно способностям и знаниям претендентов.

В суде Посошков предлагал производить протокольную запись “ судоговорения” (“писать все в книгу”), доход же от суда (“присуд”) направлять прямо в царскую казну.

В обязанности судей он вменяет также и проверку всех задержаний. Судьи обязаны ежедневно осведомляться, кто и за что посажен, чтобы никто не сидел напрасно.

Для осуществления правосудия в стране необходимо “сочинить книгу с подлинным рассуждением на всякие дела”, а “судить по судебному усмотрению... како кому понравится” строго запретить. Для создания подобной книги следует провести большую кодификационную работу, которая позволила бы законодателю уточнить все древние статьи, добавить новые и расположить весь законодательный материал ясно и четко для удобства пользования им. При осуществлении такой работы следует рассматривать не только отечественное законодательство, но и обращаться к немецким судебным и другим иноземным уставам, привлекая все то, “что к нашему правлению будет пригодно”. Стоит даже рассмотреть и турецкий судебник, перевести его и проанализировать их политические порядки и если обнаружится что-либо подходящее, “то и от них принять, ибо слышно, что в турецком царстве много порядков в судебном деле, да и купечество у них праведно хранится”.

К составлению новой Судебной книги следует пригласить специальную комиссию, в составе которой будут по два-три человека от всех сословий из каждой губернии, в том числе от крестьян и солдат. По окончании работы все выборные лица подписывают Судебную книгу и направляют ее на утверждение царю. Таким образом. Посошков предлагал взаимодействие “народосоветия” и монарха, оставляя за последним решающее слово -- “кии статьи его величеству угодны, то те тако и будут”.

Высказал Посошков и целый ряд предложений по реорганизации военного дела. Прежде всего, он требовал серьезного обучения воинскому искусству всех молодых солдат (“так, чтобы ни одной пули даром не терял”). Указывал он и на необходимость хорошего содержания армии, ибо “от бескормицы служба вельми не спора”. Воины должны быть довольны “пищей и одеждой”, обеспечены годовым жалованьем, и только тогда государство может требовать от них добросовестной службы в опасном деле. Он предлагал сократить войско (“не почто пятьдесят тысяч войска конного держать и кормить напрасно”), восполнив численность высокой боеспособностью, вооруженностью и обученностью.

В историографии принято рассматривать И. Т. Посошкова только как представителя купечества, выражавшего наиболее очевидно сословные интересы этого класса. Действительно, он много писал о задачах и целях этой социальной группы, рассматривая ее как первейшую опору трона и государства. Но представляется, что общая совокупность его предложений выходит за пределы сословных интересов купечества. Поддерживая идеи “меркантилизма” и желая направить страну по пути промышленного и торгового развития. Посошков выступил как мыслитель нового времени. Во многих аспектах его взгляды соответствовали духу западноевропейской мысли.