Соотношение международного и внутригосударственного права

.

Взаимодействие международного и внутригосударственного права на этапах правотворчества и правоприменения (дуалистическая и монистическая теории).

И плюралистическая, и монистическая теория "исходят из того, что существует общая сфера, в которой международно-правовые и внутриправовые нормы могут действовать одновременно в отношении одного и того же предмета, и проблема, следовательно, заключается в том, какое право при этом должно превалировать"[1].

"Дуалистическая доктрина указывает на существенное различие между международным правом и внутригосударственным правом, которое прежде всего заключается в том, что эти две системы имеют разный предмет регулирования. Международное право есть право, регулирующее отношения между суверенными государствами; внутригосударственное право действует в пределах государства и регулирует отношения его граждан друг с другом и с исполнительной властью. Согласно такой концепции, ни один правопорядок не может создавать или изменять нормы другого. Когда внутригосударственное право предусматривает, что международное право в целом или в какой-либо части подлежит применению в данной стране, это всего лишь проявление главенства внутригосударственного права, принятие или трансформация норм международного права. В случае коллизии международного и внутригосударственного права сторонник дуалистической теории стал бы исходить из того, что национальный суд применит национальное право. Дуализм тесно связан с позитивистской доктриной, которая склонна отрицать силу иных источников международного права, кроме практики государств"[2].

"Монизм представлен рядом юристов, теории которых существенным образом отличаются друг от друга"[3]. Например, в трудах Лаутерпахта[4] монизм принимает форму утверждения супрематии международного права даже во внутригосударственной сфере, наряду с хорошо разработанной концепцией индивидуума как субъектам международного права. Как отмечает Я. Броунли, по теории Лаутерпахта, "международное право – самый лучший из имеющихся регуляторов человеческих дел, а также логическое условие правового существования государств"[5].

Кельзен развил монистические принципы на базе формальных методов анализа, покоящихся на теории познания, по его мысли[6], международное право и внутригосударственное право представляют собой часть одной и той же системы норм, сила и содержание которых логически вытекают из единой основной нормы ("Государства должны вести себя так, как они обычно себя вели"[7]).

Как отмечает Я. Броунли, "все большее число… специалистов по международному праву стремятся избавиться от дихотомии монизма и дуализма… Так Дж. Фицморис оспаривает принимаемую монистами и дуалистами посылку о том, что международное право и внутригосударственное право имеют общую сферу действия. Эти системы не приходят в столкновение как системы, поскольку они действуют в различных сферах. Каждая из них является высшей в своей собственной сфере"[8]. Такие теории получили наименование теорий координации (между международным и внутригосударственным правом).

Способы осуществления международного права в правовых системах государств.

Основные способы осуществления международного права в правовых системах государств[9]:

Самостоятельное применение норм международного права – без прямого участия норм национального законодательства.

Совместное применение норм международного права и родственных норм национального законодательства.

Приоритетное применение норм международных договоров вместо норм национального законодательства в коллизионных ситуациях.

Вместе с тем, следует отметить, что в Англии и других странах англо-саксонской системы права (США и странах Британского Содружества) в целом главенствует доктрина инкорпорации. В этой связи, относительно применения международного права английским судом (по делу ChungChiCheungv. TheKing), лорд Аткин в 1939г. заявил: "Международное право имеет силу лишь постольку, поскольку его принципы признаны и восприняты нашим собственным внутренним правом. Не существует такой внешней силы, которая навязывает свои нормы нашему сбственному кодексу материального или процессуальному праву"[10].

Конституция Российской Федерации и международное право.

Конституция РФ устанавливает, что общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры РФ являются составной частью ее правовой систем, при этом если международным договором РФ установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора РФ (ч.4 ст.15 Конституции РФ). Принцип автоматической включенности норм международного права в национальную правовую систему зафиксирован также в конституциях ряда иностранных государств, в частности, Германии, Греции, Болгарии, Испании, Украины.

Конституция РФ закрепляет право каждого, в соответствии с международными договорами РФ, обращаться в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека, если исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты (ч.3 ст.46). В настоящее время существует возможность обращения россиян, в частности, в Европейский Суд по правам человека[11] в Страсбурге (Франция).

Конституция РФ предусматривает возможность наличия у гражданина России двойного гражданства, в соответствии с международным договором РФ (ч.1 ст.62 Конституции РФ). В соответствии с нормами международного права, по общему правилу за иностранными гражданами и лицами без гражданства, находящимися в России, признаются равные с россиянами права и обязанности (ч.3 ст.62 Конституции РФ).

В соответствии с общепризнанными нормами международного права[12] Россия вправе предоставить политическое убежище иностранным гражданами и лицам без гражданства (ч.1 ст.63 Конституции РФ). Исходя из этого, не допускается выдача другим государства лиц, преследуемых за политические убеждения (ч.2 ст.63 Конституции РФ).

Конституция РФ предусматривает возможность выдачи лиц, кроме российских граждан, обвиняемых в совершении преступления, криминализированных также и в России, а также передачи осужденных для отбывания наказания в других государствах, в соответствии с нормами международного права[13] (ч.1 ст.61, ч.2 ст.63 Конституции РФ).

В соответствии с нормами международного права[14], Конституция РФ устанавливает, что территория России включает в себя внутренние воды, территориальное море, воздушное пространство над ними, кроме того, Россия обладает суверенными правами и осуществляет юрисдикцию на континентальном шельфе и в исключительной экономической зоне РФ (чч.1,2 ст.67)

Помимо прочего, Российская Федерация гарантирует права коренных малочисленных народов в соответствии с общепризнанными принципами и нормами международного права и международными договорами РФ[15] (ст.69 Конституции РФ).

Список литературы

Международное право: Учебник для вузов. – 2-е изд., изм. и доп. / Отв. ред. проф. Г.В.

Броунли Я. Международное право. Книга Первая (пер. С.Н. Андрианова, ред. ивступительнаястатьяГ.И. Тункина) М., 1977 (first published: Brownlie J. Principles of Public International Law. Second Edition. Oxford, 1973).

[1]2, с.66.

[2]2, с.66.

[3]2, с.66.

[4]См.: Lauterpacht. International Law and Human Rights (1950).

[5]2, с.67.

[6]См.: Kelsen. General Theory of Law and the State (1945).

[7] Kelsen. General Theory of Law and the State. p.369.

[8]2, с.69.

[9]1, с.145.

[10] Цит. по: 2, с.87.

[11] См.: ст.ст.34,35 (Европейской) Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

[12] См.: п.1 ст.14 Всеобщей декларации прав человека.

[13] См.: Европейская конвенция о выдаче.

[14] См.: Конвенция ООН по морскому праву 1982г.

[15] См.: Конвенция о коренных народах и народах, ведущих племенной образ жизни в независимых странах.