Своеобразие проблематики ранней прозы М. Горького. (На примере одного из рассказов.)

В часы тяжелых раздумий, когда жизнь, окружающая тебя, кажется пошлой и пустой, необходимы поддержка, добрые и твердые слова друга. И лучшим другом будут в этом случае книги. Они раскрывают перед человеком его собственную красоту и благородство, они согревают, делая действительность красивее и лучше, будят желание верить людям и наперекор всему, что ты видишь часто в жизни, добиться подлинно высокой и чистой любви.

Это книги особого склада — героической романтики. Пусть герои в них несколько приподняты над жизнью, пусть они немного лучше и ярче — это не страшно: надо звать вперед, надо показать пути. Ведь одна мысль, что такие люди существуют, наполняет читателя гордостью за человека, рождает стремление самому становиться сильнее, добрее, мягче.

Возможно, именно желание увлечь за собой людей, уставших от мерзостей тогдашней жизни, двигало пером молодого Горького, когда он создавал первые свои произведения Он привел в русскую литературу толпу необычных героев. Эта толпа ворвалась вместе с рокотом прибоя, песнями цыган и веселой руганью босяков.

Конечно, Горький их романтизировал, превращая обычных бродяг в искателей смысла жизни, у которых в груди, под лохмотьями, билось горячее и щедрое сердце. Но ведь литература и не должна копировать действительность! А ранние рассказы Горького занимают почетное место в ряду литературы «зовущей». Они свежи и необычны, заставляют задуматься, учат мечтать. И самое главное — они призывают быть Человеком.

В одном из лучших своих рассказов «Старуха Изергиль» писатель ищет ответа на вопрос — для чего стоит жить? Тема рассказа принадлежит к так называемым вечным. Горький размышляет о смысле жизни, то есть о том, о чем думали и спорили писатели всех стран, всех эпох. Каждая из трех легенд рассказа, например, перекликается с множеством романов, повестей, драм самых различных авторов. Для меня, например, «Угрюм-река» Шишкова как бы разворачивает в огромную эпопею мысль, сконцентрированную в легенде о Ларре. Прохор Громов, герой романа, человек исключительной силы характера, смелый, упрямый, влюбленный в свое дело, не может не нравиться. И в то же время он холодный эгоист, способный на убийство любимой женщины. А человек, презирающий людей, никогда не сможет заслужить любви, рано или поздно, но все совершенное им зло беспощадным бумерангом ударит по нему самому. Так случается и с Прохором, который сходит с ума и бросается с «Орлиной башни». В отличие от Ларры он просто человек, и за! ним остается право на смерть.

А сама Изергиль? Во многом ей можно позавидовать, ибо это женщина яркой и красочной судьбы. Она пленительна и отважна, умеет любить и бороться за свою любовь. Но и ее жизнь прошла бесплодно, потому что она никому не помогла, не совершила чего-то доброго, что осталось бы в памяти людей, и к старости она оказывается выброшенной за борт жизни. Как похоже это на драму Г. Ибсена «Пер Гюнт», которая тоже рассказывает о судьбе яркого и веселого парня, легко шагавшего по жизни, думавшего лишь о своих удовольствиях. Однако под старость ему тоже хочется ощутить радушие, теплую встречу друзей, односельчан, а вот этого-то он не получает. За любовь надо платить любовью, надо приносить радость людям, если ты хочешь, чтобы тебя вспоминали добром.

Так в чем же смысл жизни? Герои рассказа «Старуха Изергиль» — и Ларра, и сама Изергиль, и Данко — люди сильные и незаурядные. Это еще больше заостряет вопрос Конечно, не могут не вызывать симпатии люди сильного характера: цельные, суровые и горячие — настоящие мужчины, однако воля и личное мужество человека дают плоды только в сочетании с высокой целью служения людям, которой посвящена жизнь.

Для того чтобы человек чувствовал себя полноценным, он должен знать, что он нужен, что он приносит какую-то пользу. Это не чувства идеальных людей, а потребность почти каждого человека. Ведь если жизнь прожита попусту, ничто не оградит от мучительного сознания своей никчемности. Человеку надо чувствовать теплоту, признательность близких ему людей. Ради этого идут на подвиг Ради этого повел свое племя Данко Данко! Люди, подобные ему, редки. И все-таки, как много прошло их по земле, отдавая всего себя народу Вожаки восстаний, идущие на смерть, ученые, разбивавшие своими открытиями тьму средневековья и рисковавшие за это быть сожженными на кострах, путешественники, ставившие жизнь на карту ради новых открытий... Сколько прекрасных образов пламенных борцов создано в мировой литературе, начиная с Прометея, скольким людям эти образы освещали путь, словно маяки жизни! Человек должен быть прекрасен, об этом мечтают даже на «дне» Вот что пишет литературовед И. Славина: «Человек! Это великолепно! Это звучит... гордо!» — при этих словах Сатин преображается. В этот момент с него, кажется, спадает пелена пьяного угара, он разом трезвеет и, покоренный красотой понятой им правды, вдохновенно и сильно ораторствует... он кажется могучим героем... И когда-то вычитанное им в книгах писателей-гуманистов, искателей истины, теперь зазвучало как свое, выстраданное, заветное, понятное».

В горьковской сказке мать убивает сына, блестящего полководца, наводящего трепет на страну. Она убивает его потому, что он несет с собой смерть, а матери ненавидят смерть, ибо они — матери. И в этом трагическом акте мать проявляет себя настоящим человеком, ненавидящим зло.

Нелегко быть настоящим человеком. Гораздо легче запомнить горьковское: «Человек — это звучит гордо» или чеховское о том, что «в человеке все должно быть прекрасно...» Нет, надо любить не человечество вообще, а тех самых людей, с которыми встречаешься повседневно, надо уметь быть с ними добрым, чутким, великодушным. Мне, например, это не всегда удается. Это надо изжить — человек обязан воспитывать себя сам, чтобы стать просто хорошим человеком, умным, простым, честным. И тогда можно с полным правом считать, что все великие страницы о замечательных людях, до сих пор обжигающие нас пламенем своей мечты, написаны о тебе.