Прием антитезы в одном из произведений русской литературы XIX века. А.С.Грибоедов. Горе от ума.

Прием антитезы в одном из произведений русской литературы XIX века. (А.С.Грибоедов. «Горе от ума».)

Автор: Грибоедов А.С.

Термин “антитеза” произошел от греческого слова и означает — противоположение. Это стилистическая фигура, основанная на резком противопоставлении образов и понятий. Для писателей девятнадцатого века был существенен сам факт смены одних антитез другими, знаменующий сдвиг в сознании писателя, хотя смысловая контрастность не устраняется: “К добру и злу постыдно равнодушны”, “И ненавидим мы, и любим мы случайно” (“Дума” М Лермонтова).

Уже в названии “Горе от ума” возникает намек на антитезу, так как здравое мышление не допускает, чтобы ум, разум приносили горе.

В художественных образах пьесы Грибоедов отразил объективную правду жизни, создал типический образ “нового человека” — общественного протестанта и борца в типических обстоятельствах его противоречивого исторического времени.

Сюжетную основу “Горя от ума” составил драматический конфликт бурного столкновения умного, благородного и свободолюбивого героя с окружающей его косной средой реакционеров. Этот изображенный Грибоедовым конфликт был жизненно правдив, исторически достоверен. С юных лет вращаясь в кругу передовых русских людей, вступивших на путь борьбы с миром самодержавия и крепостничества, живя интересами этих людей, разделяя их взгляды и убеждения, Грибоедов имел возможность близко и повседневно наблюдать самое важное, характерное и волнующее явление общественного быта своего времени — борьбу двух мировоззрений, двух идеологий, двух жизненных укладов, двух поколений. Используя многообразные возможности антитезы, он художественным произведением решал одновременно и политические, и социальные, и чисто человеческие проблемы, типичные для того времени.

После Отечественной войны 1812 года, во время формирования и подъема общественно-политического и общекультурного движения дворянских революционеров-декабристов, борьба нового, нарождающегося и развивающегося, со старым, отжившим и тормозящим движение вперед, острее всего выража лась в форме именно такого открытого столкновения между молодыми глашатаями “свободной жизни” и воинствующими охранителями ветхозаветных, реакционных порядков, какое изображено в “Горе от ума”.

Грибоедов показал, как планомерно и неудержимо, все более и более обостряясь, нарастает “противуречие” Чацкого с фамусовским обществом, как это общество предает Чацкого анафеме, которая носит характер политического доноса, — Чацкого объявляют во всеуслышание смутьяном, карбонарием, человеком, покушающимся на “законный” государственный и общественный строй; как, наконец, голос всеобщей ненависти распространяет гнусную сплетню о безумии Чацкого.

В рамки драматической картины столкновения героя со средой Грибоедов вместил громадную общественно-историческую тему перелома, обозначившегося в жизни, тему рубежа двух эпох — “века нынешнего” и “века минувшего”.

Изображая Чацкого человеком умным и благородным, человеком “возвышенных мыслей” и передовых убеждений, глашатаем “свободной жизни” и ревнителем русской национальной самобытности, Грибоедов решал стоявшую перед прогрессивной русской литературой двадцатых годов проблему создания образа положительного героя. Задачи гражданственной, идейно направленной и общественно действенной литературы в понимании писателем декабристского направления вовсе не сводились лишь к сатирическому обличению порядков и нравов крепостнического общества. Эта литература ставила перед собой и другие не менее важные цели: служить средством революционного общественно-политического воспитания, возбуждать любовь к “общественному благу” и воодушевлять на борьбу с деспотизмом. Эта литература должна была не только клеймить пороки, но и восхвалять гражданские доблести. Грибоедов ответил на оба эти требования, выдвинутые самой жизнью и ходом освободительной борьбы. Изучая действительность как пытливый аналитик, он отразил ее как художник, притом как смелый новатор. Он нарисовал точную и достоверную картину, пользуясь приемами, средствами и красками художественного изображения. Он воплотил смысл подмеченного и изученного им в художественных образах. И от этого нарисованная им картина идейной жизни в декабристскую эпоху оказалась гораздо ярче, глубже, объемнее, нежели мог бы сделать это даже самый внимательный ученый-исследователь.