Романс

Н. Комовская.

Романс — употребляется в двух значениях. 1. В применении к испанской литературе Р. — от старокастильского прилагательного «romance» — «романский, простонародный» — обозначает народные поэмы лирико-эпического характера, исполняемые самостоятельно или под аккомпанемент струнного инструмента. Р. распеваются не только на народных празднествах, но и в рабочей обстановке (во время сбора урожая и т. д.).

Метрически Р. представляют собою цепь чередующихся двустиший из 8—7-сложных (усеченных) стихов, объединенных так наз. моноримическим гласным ассонансом в четных строках (2, 4, 6 и т. д.). Обычно один и тот же ассонанс проходит через весь Р. Основная цезура падает после восьмого слога.

Эпоху возникновения испанского Р. определить трудно. Старейшие из известных нам поэм восходят к XV, редко к XIV вв. Этот наиболее старый их слой тесно связан с испанским героическим эпосом короля Родриго, Сида, Семи инфантов Лары, Фернан Гонсалеса, Альфонса VII и др. Романсы, по мнению крупнейших испанских ученых нашего времени (Рамон Менендес Пидаль), представляют не что иное как обломки этого эпоса, удержавшиеся в народной памяти. Оторвавшись от той или иной эпической поэмы, Р. начинал жить самостоятельной жизнью. Обычно в Р. усиливалась в результате всего этого лирическая часть и вся поэма приобретала лирико-эпический характер.

Этот старейший слой испанских Р. может быть поделен на отдельные циклы: о Карле Великом и Ронсевальской битве, о Бернардо дель-Карпио, о семи инфантах Лары о графе Фернан Гонсалесе, о Сиде и нек. др.

Второй, более поздний слой Р. связан уже не с героическим эпосом, а с политическими событиями дня. Сюда относятся Р., возникшие на почве борьбы с маврами и гражданской междоусобицы. Таковы Р. пограничные («fronterizos») и мавританские («moriscos»).

Особую группу составляли Р., связанные с разнообразными памятниками средневековой литературы (романы Круглого Стола, Троянская война, книга об Александре Великом), и Р. бытовые, поглотившие в переработанном виде старые лирические песни.

Время наивысшего расцвета Р. — XVI—XVII вв. К этой эпохе относится и возникновение так наз. «искусственного романса», над которым работали такие крупные мастера слова, как Лопе де Вега и Гонгора. В связи с этим возникают особые жанры Р. — «пастушеский» и «любовный» (гл. обр. мавританский). Романс проникает в городскую и придворную среду еще до второй половины XVI в. Приблизительно к этому времени испанские историографы и хроникеры начинают вводить его в историческое повествование. Собрания Р. («романсеро») открываются «Кансионеро де романсес» (1548), за которым следуют «Сильва де романсес» (1550), «Флор де романсес» и наконец «Романсеро Хенераль» (1600—1605).

В 1579 севильский поэт Хуан де ля Куэва (Juan de la Cueva) впервые использовал Р. для сцены, и с этого времени Р. приобретает здесь прочное положение, особенно в пьесах Лопе де Веги, Тирсо де Молины и др. Некоторые из пьес XVII в. («Юность Сида» (Las mocedades del Cid) Гильена де Кастро (Guillen de Castro, 1636)) сюжетно целиком построены на Р.

Несомненно сильным было воздействие Р. и на испанскую художественную прозу. «Гражданские войны в Гренаде» Переса де Ита (G. Pérez de Hita)) в значительной своей части представляют своеобразную антологию «пограничных» или «мавританских» Р. Некоторые ученые считают даже, что величайшее произведение испанской литературы «Дон Кихот» Сервантеса обязано своим пародийным замыслом двум Р. Из Р. заимствованы также и отдельные его эпизоды (Карденьо в Сиерра-Морена и пещера Монтесиноса и др.).

Во второй половине XVII в. начался период быстрого упадка Р. в связи с проникновением в Испанию французского влияния. Тем не менее Романс продолжал жить в народной среде, получив в эту эпоху очень большое распространение за пределами Испании. Вторичная эпоха расцвета испанского романса уже в XIX в. вызвала интерес к нему европейских романтиков (Соути, Вальтер Скотта, Байрона — в Англии, Гёте, Гримма, Шлегеля — в Германии, Виктора Гюго во Франции). В испанской образованной среде в связи с этим снова начинает чувствоваться интерес к Р., не прекращающийся и до нашего времени.

Революционный романс

В связи с ростом революционного движения в Испании в 20-х гг. XX в., особенно усилившегося после свержения монархии (1931), романсовая форма стала использоваться отдельными революционными поэтами в целях классовой борьбы. К Р. как наиболее популярной народной форме прибегают сейчас представители обеих поэтических революционных школ — валенсийской (Пла-и-Бельтран) и мадридской (Рафаэль Альберти и поэты его группы). Из «революционных романсов» особенно известны «Крестьяне из Эстремадуры» (сб. стих. Рафаэль Альберти) и Р. о сожжении карательным отрядом крестьян в Касас Вьехас (Пла-и-Бельтрана). Использование испанскими революцтонными поэтами Р. в целях классовой борьбы показывает, каким подлинно народным и живым является этот жанр, сочетающий в лучших своих как старинных, так и новых образцах элементы большой художественной простоты, драматизма и подлинного народного поэтического чувства.

Издания Р.: кроме капитальных, но в значительной мере устаревших изданий A. Duran’а (Colección de romances castellanos anteriores il siglo VIII, 5 vv., Madrid 1828—1832, 2-е увелич. изд. vv. 1849—1851) и Ф. И. Вольфа (Primavera y flor de romances, Berlin, 1856), а также школьного издания Мериме имеется издание Р. Менендеса Пидаля Flor nueva de romances viejos, Madrid, 1928, с обстоятельной статьей этого выдающегося ученого о происхождении испанского Р. На русском языке имеется перевод разрозненных романсов К. Д. Бальмонта (собраны в книге Бальмонта, Испанские народные песни, М., 1911). В готовящемся изд. «Academia» перев. «Гражданских войн в Гренаде» Переса де Ита имеется ряд «пограничных» и «мавританских» Р. в перев. А. Сиповича. Там же сведения об испанском романсе в сводной статье Е. Сергиевского (изд. выйдет в 1937). Menendez Pidal R., El romancero español, N. Y., 1909

Романс как жанр выходит далеко за пределы испанской литературы. В XVII в. развитием прециозной поэзии возникает салонный сентиментально-галантный Р. Употребление термина все более расширяется, характерные для жанра сюжетные признаки становятся все более расплывчатыми, сохраняя лишь общие черты повышенной эмоциональности и отчасти экзотичности изображаемого. В итоге развития термин «Р.» начинает обозначать сольную художественную лирическую песню с музыкальным сопровождением.

В России название «Р.» встречается впервые лишь в начале XIX в.; до этого времени близкие к Р. формы существовали под различными названиями: «Российские песни» (впервые это название появилось в 1774), «Куранты» (1733) и так. наз. «народные» песни. В основу их были положены стихотворения Ломоносова, Державина, Сумарокова и пр. поэтов. Религиозно-сентиментальный характер кантов и псальм имел сильное влияние на песни-Р., сохранившие поэтому вплоть до половины XIX в. свою слезливую, нарочитую сентиментальность (отчасти и под влиянием сентиментальности западной музыки). Этим было положено основание «жестокому» мещанскому Р., имевшему широкую популярность среди городского населения «Песня», «Песенники»).

Являясь в своей художественной обработке псевдонародной песнью, «жестокий» Р. в крестьянской и городской мещанской среде возвращался к своему первоначальному виду, бытуя как песня с «жалостным» содержанием. Основой «жестокого» Р. служили также тексты стихотворцев XVIII в. (Сумарокова, Тредьяковского, Дмитриева и др.), положенные на музыку, характер которой вполне подходил к содержанию песни, подчеркивая ее слащавость и сентиментальность («Стонет сизый голубочек», «Прежестокая судьбина» Козловского и др.).

В XX веке, до революции, эпоху, «жестокий» Р. уступил место в значительной степени так наз. «блатным» песням; последние широко бытуют в мещанской среде, а через нее проникают и в деревню, конкурируя с частушками, родственными им по тематике («страдания»).

В послереволюционный период «жестокий» Р. и «блатная» песня отчасти еще сохраняются в городской и деревенской среде в качестве своеобразного фольклора улицы («Мурка», песни беспризорников и др.). Нередко на тематику их оказывает влияние низкопробная эстрадная продукция («Гоп со смыком», «Черные глаза», «У самовара я и моя Маша»).

Как музыкальный жанр Р. не подлежит нашему рассмотрению. Следует лишь отменить, что в связи с развитием оригинального русского Р. в XIX в. наблюдаются различные взаимоотношения между музыкой Р. и его текстом. Большей частью музыка Р. пишется на слова лирических произведений русских и западных поэтов (Пушкина, Кольцова, Гейне, Гёте и др.). При этом текст либо остается без изменения, либо композитор подвергает его переработке (изменение Мусоргским текста «Полководца» Голенищева-Кутузова и др.). Наконец нередко композиторы писали сами музыку и текст Р. (баллады Бородина — «Море», «Морская царевна» и пр.; романсы Мусоргского — «Озорник», «Классик», «Семинарист» и т. д.).

Особый путь развития имеет революционная песня-Р. Декабристы, а впоследствии и народовольцы, прислушиваясь к бытовавшим в городской и крестьянской среде песням и Р., создавали свои («Ах, тошно мне» Рылеева и др.), выбирали те из них, которые по содержанию соответствовали проводимым ими идеям («Нас венчали не в церкви» Даргомыжского). Иногда они создавали новые песни на известные напевы, вкладывая в текст более острое социальное содержание (на мотив «То не ветер ветку клонит» написана рабочим песня «Не трава в степи колышется»). К 70-м гг. революционная песня уже утрачивает ложную «народность» и приобретает своеобразный стиль, иногда связанный с так наз. «тюремным фольклором» («Славное море, священный Байкал»). Эмоциональная насыщенность их и увязанность с музыкальным аккомпанементом были отличительными чертами этих Р., имевших громадную популярность.

В послеоктябрьскую эпоху Р. постепенно внедряется в быт не только разночинной интеллигенции, но и рабочего класса. Лицо Р., его содержание и насыщенность изменяются, становясь более соответствующими нашей эпохе.

Список литературы