Слово о погибели Русской земли

"Слово о погибели Русской земли" - выдающееся произведение древнерусской литературы, написанное в Киеве при дворе князя Ярослава Всеволодовича в годы монголо-татарского нашествия (возможно, в н.1238). Поводом к написанию послужило известие из Северо-восточной Руси о вторжении в нее полчищ Батыя и гибели в бою с татарами на р. Сити брата Ярослава - Юрия.

Это произведение, оставшееся незаконченным, содержит не имеющий себе равных в средневековой литературе гимн-прославление родной земли, воспоминание о ее былом могуществе (при князьях Владимире Мономахе, сыне его Юрии Долгоруком и внуке Всеволоде Большое Гнездо) и рассуждение о "болезни" - усобицах, подтачивающих силу Руси после смерти Ярослава Мудрого. Подобно автору "Слова о полку Игореве", автор "Слова о погибели" обращается к прошлому своего отечества, пытаясь понять причины его сегодняшних бед.

"Слово о погибели Русской земли" первоначально представляло собой предисловие к не дошедшей до нас светской биографии Александра Невского. Вероятно, оно написано дружинником князя и возникло вскоре после смерти Александра Невского.

Слово о погибели рускыя земли

О смерти великого князя Ярослава. О светло светлая и украсно украшена земля Руськая! и многыми красотами удивлена еси: озеры многыми удивлена еси, реками и кладязьми месточестьными (1), горами крутыми, холми высокыми, дубравоми чистыми, польми дивными, зверьми разлычными, птицами бещислеными, городы великыми, селы дивными, винограды обителными (2), домы церковьными, и князьми грозными, бояры честными, вельможами многами. Всего еси испольнена земля Руская, о прававерьная вера християньская!

Отселе до угор и до ляхов, до чахов (3), от чахов до ятвязи, и от ятвязи до литвы, до немець, от немець до корелы, от корелы до Устьюга, где тамо бяху тоимици а погании и за дышючим морем (4), от моря до болгар, от болгарь до буртас (б) от буртас до чермис, от чермис до моръдви, - то все покорено было богом крестияньскому языку поганьскыя страны великому князю Всеволоду, отцю его Юрью, князю кыевьскому, деду его Володимеру и Манамаху, которым то половоци дети своя ношаху (в) в колыбели, а литва из болота на свет не выникываху, а угры твердяху каменыи городы железными вороты, абы на них великый Володимер тамо не вьсехал. А немци радовахуся, далече будуче за синим морем; буртаси, черемиси, вяда (г) и моръдва бортьничаху (5) на князя великого Володимера, и жюр (6) Мануил цесарегородскый опас (7) имея, поне и великыя дары посылаша к нему, абы под ним великый князь Володимер Цесаря города не взял.

А в ты дни болезнь крестияном, от великаго Ярослава и до Володимера, и до ныняшняго Ярослава (д), и до брата его Юрья, князя Володимерьскаго.

1 - почитаемыми в определенных местностях;

2 - садами монастырскими;

3 - чехов;

4 - Северное Ледовитое или Белое море;

5 - платили дань медом;

6 - господин (греч.);

7 - опасение.

а - Видимо, языческий народ, живший в районе реки Тоймы, впадающей в Северную Двину.

б - Болгары и буртасы обитали по Волге.

в - Возможно, что "ношаху" здесь написано ошибочно, вместо "полошаху" или "страшаху".

г - Водь - народ, живший на юге от Финского побережья и Наровы.

д - Ср. в "Слове о полку Игореве": от стараго Владимера до нынешняго Игоря".