Страшный мир в лирике А. А. Блока 2

«Страшный мир» в лирике А. А. Блока

Автор: Блок А.А.

Я вижу: ваши девы слепы,

У юношей безогнен взор.

Назад! Во мглу! В глухие склепы!

Вам нужен бич, а не топор!

А. Блок

На годы реакции пришелся стремительный творческий рост Блока.

Воодушевляясь идеями правды, справедливости, общественного долга, он вырастает в поэта национального и овладевает блистательным мастерством. Темы его громадны: прошлое и будущее человечества, мечта и действительность, человеческое горе и счастье... В стихах его с равной силой звучат и нежнейшая лирика, и гневная сатира, и мужественная гражданственность. Мы встречаем в его стихах и мгновенное переживание, и глубокое раздумье, живописные картины природы и величественные образы прошлого ("Итальянские стихи"), песню и романс, покоряющие тончайшей музыкальностью, и волнующие стихотворные рассказы о человеческих судьбах, исполненные громадного драматического напряжения ("На железной дороге", "Авиатор", "Перед судом").

Важной вехой на творческом пути Блока явился замечательный цикл "Вольные мысли". Здесь уже торжествуют принципы того строгого и мощного поэтического стиля, воплощением которого служит лирика зрелого Блока. "Вольные мысли" проникнуты живым и свободным человеческим чувством: поэт жадно вбирает в себя все впечатления реальной действительности, чувствует себя заодно с людьми, говорит о своей связи с природой, поет "высокий гимн" о том, как "вольна душа". Здесь запечатлен подлинный, ничем не искаженный и не заслоненный облик мира, в котором люди трудятся, веселятся, любят, страдают, умирают. Здесь нарисованы великолепные по точности и тонкости изображения картины северной природы. Здесь, наконец, с большой сатирической силой разоблачены пошлость и уродство буржуазного быта. Блок долго оставался вне настоящей, общенародной жизни, долго не знал ее. Но зато как велик был восторг узнавания:

О, весна без конца и без краю —

Без конца и без краю мечта!

Узнаю тебя, жизнь! Принимаю!

И приветствую звоном щита!

Какой звонкий, ликующий голос! Однако это не было слепым, безразборчивым восприятием действительности — такой, как она есть. Всем смыслом, всем содержанием своей поэзии Блок подводит к другому пониманию и принятию жизни. Как и положено поэту-романтику, он предъявляет ей громадные требования. Да, в существе своем жизнь прекрасна — и достойна самой пламенной, самой восторженной любви. "Нет на свете ничего такого, о чем нельзя было бы спеть песню", — утверждал Блок. Но жизнь в мире "сытых", где человек обречен на "голодную и больную неволю", страшна, темна и уродлива. Это лишь жалкое подобие настоящей жизни — и ее можно только ненавидеть и проклинать.

В поэзии Блока и запечатлены два лика жизни: лживая, нарумяненная "жизнь" там, где царят мгла и лютая стужа, тоска и скука, страдание и смерть, где упыри стерегут "гроба, наполненные гнилью", где "зреют темные дела",— и другая, прогреваемая в свободной романтической мечте, вольная, чистая и прекрасная жизнь, где грохочет освежающая буря и раскрывается "осветленный простор." И говоря об этой истинной жизни, поэт характеризует ее облик по преимуществу образами могущественных стихий либо человеческой борьбы и деяний: солнце, дотла выжигаю шее всяческую гниль, очистительная гроза, буйный ветер, молния, молот, щит, копье, "священный меч", обнаженный для битвы за торжество "нового века"...

Жизнь трудна, в ней идет жестокая неутихающая борьба, и жить достойно — значит каждодневно идти на подвиг. На этом пути человека подстерегают суровые испытания, может быть, гибель, но все равно: это единственный путь, достойный человека. Поэтому, принимая жизнь, нужно быть всегда готовым к борьбе и подвигу.

И смотрю, и вражду измеряю,

Ненавидя, кляня и любя:

За мученья, за гибель — я знаю —

Все равно, принимаю тебя!

Слитное чувство "любви-ненависти" к жизни определило всю тональность поэзии Блока, весь ее трагедийный пафос.

Да, поэзия Блока трагична, и герой этой поэзии — трагический герой, болезненно переживающий трагедию раздвоения ("И отвращение от жизни, и к ней безумная любовь..."). Но трагическое мировоззрение не имеет ничего общего с пессимизмом, беспросветным отчаянием, "отрицанием жизни" и т. п. Оно всегда обращено к будущему и не только не отрицает жизнь, но, напротив, преисполнено пафосом героического утверждения жизни в ее идеальной форме. Трагедийное всегда мужественное. Трагический герой не склоняется покорно перед "роковой судьбой", но, руководимый волей к подвигу, мужественно борется с "роком", и в этом единоборстве раскрывается смысл трагедии. Пусть герой погибает в неравной борьбе за свою "мечту", подчас и не достигая цели, все равно сама гибель его героична, потому что освещает путь следующим поколениям. Обращаясь к животворным традициям русской литературы, Блок говорил: "Великие художники русские — Пушкин, Гоголь, Достоевский, Толстой — погружались во мрак, но они же имели силы пребывать и таиться в этом мраке: ибо они верили в свет. Они знали свет. Каждый из них, как весь народ, выносивший их под сердцем, скрежетал зубами во мраке, отчаянии, часто злобе. Но они знали, что рано или поздно все будет по-новому, потому что жизнь прекрасна". Таким же великим художником, знавшим, что жизнь прекрасна, и верившим в свет будущего, был и Александр Блок.