Дуэль Пьера с Долоховым. Анализ эпизода из романа Толстого Война и мир

Роман-эпопея Л. Н. Толстого «Война и мир» не только показывает нам реалистически достоверные события времен наполеоновских войн, не только дает сложное переплетение художественных и мировоззренческих концепций автора, но и отвечает на главный вопрос, сформулированный в названии романа. По мнению автора, существует два главных направления в истории — к соединению людей и к их разобщению. Единение происходит тогда, когда люди объединены не только социальным равенством, но и общей идеей, целью, как это произошло в войне с Наполеоном, их может объединять дружба, любовь, семья, общность интересов. Разъединение людей происходит из-за гордыни человеческой, индивидуализма, возвышения личности. Также в разъединении людей свою губительную роль играют нравственные пороки. Именно такой момент отношений Пьера и Долохова показан нам в сцене дуэли. Ведь когда-то они были приятелями. Вражда их началась тогда, когда Долохов решил за счет Пьера реализовать свои амбиции, утвердиться как личность, при этом поступаясь всеми нравственными принципами. Пьер, женившись, по старой дружбе приглашает Долохова пожить в своем доме — в результате Долохов становится любовником Элен. Пьер, конечно, ни о чем и не подозревал, потому что такая подлость ему просто не могла бы прийти в голову, но он получает анонимное письмо, проливающее свет на отношения Элен и Долохова.

На обеде в честь Багратиона в Английском клубе Пьер мучительно обдумывает содержание письма, пытается анализировать все произошедшее. Долохов сидит за обедом напротив Пьера, и когда Пьер смотрел на него, он «чувствовал, как что-то ужасное, безобразное понималось в его душе». Пьер размышляет: «Для него была бы особенная прелесть в том, чтобы осрамить мое имя и посмеяться надо мной, именно потому, что я хлопотал за него и призрел его, помог ему». Пьер вспоминает приступы жестокости , которые находили на Долохова и которым Пьер был свидетелем. Пьер понимает, что Долохову ничего не стоит убить человека. Толстой опять повторяет ту мысль, что при взгляде на Долохова «что-то страшное и безобразное поднималось в его душе». Автор нагнетает обстановку, показывает, как все окружающие Долохова люди начинают нагло вести себя, так же, как и он, в том числе и Ростов. Все, попадающие в орбиту Долохова, кажется, заражаются от него цинизмом, неуважением к окружающим, наглостью. Глядя на Пьера, Долохов провозглашает тост за хорошеньких женщин и их любовников. Это по меньшей мере неуместно на чествовании героя, победителя в Шенграбенском сражении. Слуга хочет дать Пьеру текст кантаты в честь Багратиона, но Долохов выхватывает листок из рук Пьера. Чаша терпения Пьера переполнилась: «Что-то страшное и безобразное, мутившее его во все время обеда, поднялось и овладело им. Он нагнулся всем тучным телом через стол. «Не смейте брать! — крикнул он». Долохов, прекрасно понимая состояние Пьера, смотрит на него «светлыми, веселыми, жестокими глазами, с той же улыбкой». Пьер вызвал Долохова на дуэль.

Интересен контраст между этими персонажами, который особенно заметен перед дуэлью. Долохов спокоен, никаких мук совести он совершенно не испытывает, волнения тоже, более того, он объясняет Ростову причину своего спокойствия: «Ты иди с твердым намерением его убить, как можно скорее и повернее, тогда все исправно». То есть сам он идет на дуэль с твердым намерением убить человека, которому многим обязан, перед которым виноват, которому он разбил жизнь.

Пьер всю ночь перед дуэлью не спит, размышляя о произошедшем: «Два соображения исключительно занимали его: виновность его жены, в которой после бессонной ночи уже не оставалось ни малейшего сомнения, и невинность Долохова, не имевшего никакой причины беречь честь чужого для него человека». Пьер так благороден и великодушен, что он забывает о той обиде, которую ему нанес этот человек, о том дурном влиянии на окружающих, которое оказывает Долохов, о его беспричинной жестокости, цинизме, стремлении все и всех очернить. Но тем не менее он готов к дуэли, и ни о каком примирении, которое предлагают ему и его сопернику секунданты, как это положено по правилам дуэли, быть не может. Но Пьер никогда в жизни не держал в руках пистолета. Он спрашивает секунданта: «Вы мне скажите только, как куда ходить и стрелять куда?» Пьер похож на большого добродушного ребенка, никогда и никому в жизни не причинившего зла. И такого человека хочет убить ничтожество Долохов!

И вот противники начали сходиться. «Пьер быстрыми шагами пошел вперед, сбиваясь с протоптанной дорожки и шагая по цельному снегу. Пьер держал пистолет, вытянув вперед правую руку, видимо, боясь, как бы из этого пистолета не убить самого себя. Левую руку он старательно отставлял назад, потому что ему хотелось поддержать ею правую руку, а он знал, что этого нельзя было». Все детали описания героя подчеркивают его неопытность в вопросах дуэли, абсолютную невозможность для него убить кого бы то ни было. Пьер стреляет не целясь и ранит Долохова. Долохов, упав на снег, хочет сделать свой выстрел. Пьер, потрясенный тем, что он совершил, стоит перед пистолетом Долохова, даже не пытаясь прикрыть себя оружием: «Пьер с кроткой улыбкой раскаяния, беспомощно расставив ноги и руки, прямо своей широкой грудью стоял перед Долоховым и грустно смотрел на него». Секунданты даже зажмурились, понимая, что Пьер будет убит. Но Долохов промахнулся. «Мимо!» — крикнул он. Сколько злобы на себя самого звучит в этом крике из-за того, что он не убил Пьера. А Пьер «схватился за голову и, повернувшись назад, пошел в лес, шагая целиком по снегу и вслух приговаривая непонятные слова». «Глупо…глупо! Смерть…ложь…» — повторяет Пьер. Для него чудовищна сама мысль о том, что он чуть было не убил человека, а для Долохова ужасен факт, что он не убил Пьера. Такая антитеза позволяет нам понять философскую концепцию Толстого: насилие не должно быть способом решения конфликтов, нет ничего дороже человеческой жизни.

Раненого Долохова везут домой, и Ростов, который был у него секундантом, с удивлением узнает, что «Долохов, этот буян, бретер Долохов, жил в Москве с старушкой матерью и горбатой сестрой и был самый нежный сын и брат». Тем страшнее вина Долохова, который играет и чужими жизнями, и своей собственной, зная, что его любят, переживают и страдают из-за него близкие люди.

Для Пьера дуэль была переломным моментом жизни: он задумывается над смыслом жизни, пересматривает свои поступки, меняет свои взгляды. Одно остается неизменным: его доброта, душевная щедрость, великодушие. И в сцене дуэли эти лучшие качества Пьера проявились в полной мере.