Иностранные колокола в России

Колокола на Русь пришли впервые из Европы и до ХIХ века отливались иностранными мастерами, приезжавшими к нам для отливок, или покупались в готовом виде в Европе. Иногда иностранные колокола попадали в Россию в качестве военных трофеев. Древнейший сохранившийся колокол, находящийся в собрании Новгородского музея, предание относит к XII веку и связывает его появление в Новгороде с миссионерским приездом туда Антония Римлянина в 1116 году. Колокол, привезенный для Руси в качестве особого христианского дара, весил 1 пуд 10 фунтов и был итальянским. Предания говорят, что именно в Италии появляются первые христианские колокола – кампаны. Такой кампан и привез в Новгород Антоний Римлянин. Западным (или, как говорили еще, корсунским) называют и вечевой Новгородский колокол (смотри статью). И даже тот колокол, который обычно считают первым известным русским колоколом, привезенным из Москвы и отлитым в 1342 году мастером Борисом для Софийского собора в Новгороде, трудно назвать собственно русским колоколом, т.к. по Никоновской летописи мастер этот был римлянином (Борис Римлянин). Порой иностранных мастеров называли прозвищем, говорящем о нерусском происхождении мастера: Николай Немчин, Николай Фрязин.

На Руси долгое время (и после появления русских колокололитейщиков, а также признанных литейных центров в Пскове, Москве, Новгороде) пользовались “корсунскими”, “немецкими” колоколами, звонившими посредством раскачивания самого колокола (качающиеся, очепные колокола). Преемственность западноевропейских колокольных традиций выражалась не только в использовании иностранных колоколов, очепной системы звона, но и в отношении к самой сути колокола, зафиксированной в колокольной надписи.

Европейские мастера часто писали по латыни “Слава единому Богу”, как на немецком колоколе 1636 г из собрания Музея колоколов (колокол находился на церкви Бориса и Глеба в Плотниках в Новгороде. Такая же надпись и на шведском колоколе 1860 г. (в свое время он звучал на церкви Федора Стратилата в Новгороде).

Русские мастера ХVI в. наследуют и технологию колокольного производства, и систему построения формы колокола (что видно по колоколу 1536 года, отлитому псковскими мастерами Т.Андреевым и П.Григорьевым и находящемуся в Музее колоколов). При этом мастера ХVI в. переняли у иностранцев и обычную колокольную надпись: “Слава свершителю Богу”. Она написана по-русски, но не выходит за рамки европейской традиции, от которой вскоре русские мастера отойдут, предложив свое понимание колокола и надписи на нем.

И даже если русские заказчики отливали колокол в Европе и на изделии при этом делалась обычная латинская надпись, она, как правило, впоследствии бывала дополнена традиционной русской, как в случае с колоколом К.Клеймана 1648 года. Мастер в надписи указал “Слава единому Богу”, поставил свое имя, дату, место производства (г. Любек, Германия) и отправил колокол заказавшим его стрельцам в Новгород вместе с двумя другими работами.

Через двадцать два года, по получении колоколов, стрельцы вырезали в готовом колоколе свою вкладную надпись, в которой подробнейшим образом указали назначение колокола (“Бога молить, а по смерти за их души их поминать, доколе сей св. церкви Бог благоволит по вере христиан стояти”) и историю его создания, из которой становится ясно, что колокол заказан в 1647 г, отлит в 1648г, получен в 1669году. В это время в Новгороде существовала своя литейная школа, но сознание (и многовековой опыт Руси) подсказывали, что лучшие колокола всегда лили немцы. Поминальный колокол должен быть лучшим и стрельцы заказали три колокола в Германию Кордту Клейману.

В 1647г. К.Клейман отливал 50-пудовый благовестник для Клопского монастыря в Новгороде, тогда, видимо сделали свой заказ и стрельцы. На клопском колоколе тоже есть русская надпись, вырезанная вкладчиком И.Л.Ланежским в 1653 году.

Колокола ХVII века работы иностранных мастеров имелись во многих русских городах, в том числе и в Новгороде…

При Георгиевской церкви в Новгороде еще в начале ХХ в. висел не существующий ныне колокол амстердамского мастера Ассалия Костера 1671 г. Колокола этого мастера имеются и в других русских регионах: Вологде, Ярославле, Соловецких островах.

Известны работы мастеров А.Путтена (1600 г.), К.Амелроя (1603-1604 г.г.), Х.Вегеверта (1623г.), К.Вегеверта (1636г.), Х.Хорста (1638г.) и другие. В Музее колоколов имеется два трофейных шведских колокола, появившихся в России в начале ХVIII в. в ходе Северной войны. В ХVII в. шведские войска Делагарди вывезли с оккупированной ими новгородской земли все возможные памятные колокола ХVI в., на которых были обозначены имена русских царей – такие колокола были достойны трофея.

Русские войска, захватывая шведские местности, брали в трофеи тоже колокола, имеющие знаковое значение. Таков колокол 1692 года отлитый в Стокгольме М.Бадером для местечка Хиетаниеми по заказу короля Карла ХI в. Колокол того же мастера 1686 г., отлитый для Хиетаниеми, находился в Стрельне под Петербургом, а в 1885 г. великим князем Константином Николаевичем передан шведской стороне, ныне (как и изначально) находится в приходе Хиетаниеми.

В Музее колоколов имеется еще один шведский колокол с изображением объединенных гербов баронов Хеепикрентс – Кройцев и Лайсфи - свадебный колокол. Надпись его долгое время считалась криптограммой, не поддающейся расшифровке. Перевод ее может быть таким: “Единому Богу Слава Год 1680. Барон Хеепикрентс – Кройц господин Кассаритса и пр. Баронесса Мария Флеминг дочь барона Лайсфи, госпожа Кассаритса и пр. Слава Богу, на небесах. Меня отлили в Стокгольме”.

Среди иностранных колокольчиков в музее имеются английские, американские модели колоколов, настольные французские колокольчики, китайская колокольная подвеска, американский ветровой колокол.