Дао Дэ Цзин

Буквально, книга о Совершенстве Природы», написанная великим философом Лао-цзы. Это своего рода Космогония, включающая все основные доктрины Эзотерического Космогенезиса. Так, он говорит, что в начале не было ничего, одно только беспредельное и бесконечное Пространство. Все, что живет и существует, было рождено в нем, от «Принципа, который существует Сам по Себе, развивая Себя из Себя», т.е. от Свабхавата. Так как имя его неизвестно и сущность непостижима философы назвали это Дао (Анима Мунди), несотворенная, нерожденная и вечная энергия природы, проявляющаяся периодически. Природа, также как и человек, достигает чистоты, достигает и покоя, и тогда все становится единым с Дао, что есть источник всего блаженства и счастья.

Как в индусской и буддийской философии, подобная чистота и блаженство, и бессмертие может быть достигнуто лишь через осуществление добродетели и абсолютного спокойствия нашего земного духа; человеческий ум должен управлять и, в конце концов, побороть и даже уничтожить бурную деятельность физической природы человека; и чем раньше он достигнет необходимой степени нравственной чистоты, тем счастливее он будет себя чувствовать. Как выразился известный китаист Потье: «Человеческая Мудрость никогда не применяла язык более святой и глубокий».

К переводу Дао дэ цзин на славянский язык

История русских переводов Дао дэ цзин насчитывает уже без малого два столетия. В инструкции графа Сперанского, предназначенной священнослужителям, направлявшимся в составе десятой Российской духовной миссии в Пекин (1820–1830), прямо предлагалось изучать и переводить буддийские и даосские книги с целью «приготовления нужных на оныя возражений». В эти же годы появился первый (частичный) перевод Дао дэ цзин на русский язык, выполненный членом духовной миссии Даниилом Сивилловым, впоследствии архимандритом. Сложилось так, что именно православным священством было положено начало российскому китаеведению.

Эпохой стали переводы из Лао-цзы, выполненные Львом Толстым (с западных языков). Над этими переводами писатель работал в течение нескольких лет, начиная с 1880-х и вплоть до самой смерти. Он впервые провел последовательный сопоставительный анализ рассуждений китайского мудреца и христианского вероучения. Толстой также редактировал первый полный профессиональный русский перевод Дао дэ цзин, выполненный профессором Масутаро (Даниилом Петровичем) Кониси. Толстовский анализ Лао-цзы во многих аспектах не потерял значения даже до сегодняшнего дня.

ХХ век, особенно его последняя четверть, не испытывал недостатка в русских переводах Дао дэ цзин. Вместе с тем, даже несмотря на наличие громких имен (Ян Хин-шун, И.Лисевич, А.Лукьянов и др.), ни один из переводов по разным причинам нельзя назвать образцовым. Это оставляет пространство для новых попыток.

Перевод Дао дэ цзин на славянский имеет свои основания. Прежде всего, это наиболее наглядный способ некоторым образом продемонстрировать, как в действительности виделся текст Лао-цзы китайцу на протяжении последних двух тысяч лет. Затем, это способ избежать беспомощной псевдохудожественности стиля целого ряда недавних поэтических русских переводов, вернувшись к ее, художественности, источнику. Затем, славянский язык исключительно подходит для перевода именно философского текста, поскольку обладает богатейшей терминологией нелатинского происхождения (что по-прежнему нелепо выглядит при переводе с китайского), вместе с тем абсолютно понятной русскому читателю. Наконец перевод на славянский язык сразу же вносит книгу в обширный контекст собственно славянских ассоциаций и в такой перспективе приобретает отчетливый компаративистский оттенок. Использование славянского языка, который ipso facto является языком христианства по преимуществу, придает каждому термину характер неявного комментария – а какой смысл данное высказывание китайского философа в его буквальном прочтении имеет для человека христианской культуры? Это позволяет не только лучше понять самого Лао-цзы, но и лучше понять, а что он для нас значит. В конечном счете, попытка перевода на славянский язык – это просто способ перевода. Он возможен для нас благодаря некоторым особенностям русской культуры.

LotosWiki /17.05.2004 10:35/

На самом деле :)) Лао Цзы никогда не был философом. Это только в энциклопедиях пишут, что он был философом.

***

«Дао дэ цзин» («Канон дао и дэ») — основополагающий трактат даосизма, первоначально назывался «Лао-цзы» по имени предполагаемого автора Лао-цзы. По мнению ученых, «Д.д.ц.» окончательно сложился в 4— 3 вв. до н.э. и записан последователями основателя даоского учения.

Современный текст «Д.д.ц.» состоит из 81 главы, на границе 38-й главы разделен на «Дао цзин» («Канон дао») и «Дэ цзин» («Канон дэ»), написан ритмизованной и частью рифмованной прозой, снабжен древними (Хэшан-гун, 2 в. до н.э.) и раннесредневековыми (Ван Би, 3 в. н.э.) комментариями. Наряду с общепринятым известны др. списки «Д.д.ц.», в частности найденные в 1970-е гг. в Мавандуе (район Чанша) рукописи на шелке. Основная идея «Д.д.ц.» — спасение людей и вещей, обращение цивилизации Поднебесной в состояние органического естества (цзы жань). Метод — социальный и антропологический палингенезис: возвращение производящего человека к единству с первозданным вселенским естеством. В соответствии с этим создается философия дао и дэ. Дао рождается из вселенской пустоты как младенец (цзы) в облике живого, вечно вьющегося корня существования. Дэ в роли аналога дао возвращает человека в младенца-дао. При этом учителем и духовным наставником людей на пути к естеству выступает «совершенно-мудрый человек». Он проповедует недеяние (у вэй) как способ ухода человека от трагизма цивилизации, тиражируя «недеяние» в «неслужении», «неучении», «молчании» и т.д. Степень готовности вступления в дао — равновесие в человеке телесных, духовных и идеально-мыслительных противоположностей. После возвращения в дао начинается этап генезиса новой даоской человеческой и вещной цивилизации. Генетический знак младенца-дао (цзы) дополняется значением старика-дао (лао — предка, матери-прародительницы), откуда, вероятно, и происходит категория «лао-цзы», присвоенная анонимному основоположнику даосизма в качестве имени собственного.

«Д.д.ц.» оказал определяющее влияние на развитие даоского мировоззрения, переведен на все основные европейские языки, в силу традиционности кит. культуры до сих пор сохраняет теоретический и практический интерес.

Список литературы

Ян Хиншун. Древнекитайский философ Лао-цзы и его учение. М. Л., 1950

Лукьянов А.Е. Лао-цзы (философия раннего даосизма). М., 1989

Мистерия Дао. Мир «Дао дэ цзина». М., 1996

Лао-цзы. Обрести себя в Дао. М., 1999

Торчинов Е.А. Даосизм. «Дао дэ цзин». СПб., 1999

Лукьянов А.Е. Лао-цзы и Конфуций: философия Дао. М., 2000

Legge J. The Texts of Taoism. Pt 1, 2. New York, 1962

Peerenboom R.P. Law and Morality in Ancient China. The Silk Manuscripts of Huang — Lao. New York, 1993.