Любимые страницы романа Л.Н. Толстого Война и Мир

«Я не знаю, как отвечать на ваш вопрос, - говорит Пьер. – Я решительно не знаю, что это за девушка; я никак не могу анализировать её. Она обворожительна. А отчего, я не знаю: вот всё, что можно про неё сказать». Такой ответ услышала Марья Болконская, попросившая его рассказать о Наташе Ростовой. Секрет обаяния этой героини Толстой показал через богатство её натуры.

Общая любимица семьи, Наташа, переполненная к окружающим её людям любовью, лаской и радостью, с первых страниц романа поселяется в душе читателя. Сначала это «зелье-девка», «казак», потом «замечательно хорошенькая девушка», в конце произведения не «просто человек», а «совсем другое, высшее» (по мнению Пьера), примерная жена и мать, которая «до крайности доводит свою любовь к мужу и детям».

Один из секретов очарования героини в том, что у неё есть свой мир, который Толстой постепенно раскрывает нам.

Наташа – дворянка, аристократка. Однако, вращаясь в дворянской среде, она всем существом своим близка к народу и его поэзии. Народная музыка, песни и пляски захватывают её. В Михайловке она замирает, слушая, как дядюшка исполняет на гитаре русскую песню «По улице мостовой». Страстное желание сплясать подхватывает героиню. «Ну, ну, голубчик, дядюшка, - …умоляющим голосом застонала Наташа».

Этот эпизод меня пленил больше всего. «Наташа сбросила с себя платок, который был накинут на ней, забежала вперёд дядюшки и, подперши руки в боки, сделала движенье плечами и стала».

Я вместе с Николаем и присутствующими там испугалась за героиню, волнуясь, «что она не то сделает». «Она сделала то самое и так точно, что Анисья Федоровна… прослезилась».

Пляску Наташи Толстой изображает как инстинктивное проникновение в сокровенные тайны народной души, которое смогла осуществить эта «графинечка», танцевавшая только салонные танцы с шалями и никогда не плясавшая народные.

Больше всего меня, как и Анисью Федоровну, дядюшку, поражает, как Наташа «умела понять всё то, что было и в Анисье, и в отце Анисьи, и в тётке, и в матери, и во всяком русском человеке».

Вместе с Толстым я не перестаю удивляться, «где, как, когда, всосала в себя из того русского воздуха, которым она дышала, - эта графинечка, воспитанная эмигранткой-француженкой, - этот дух, откуда взяла она эти приёмы, которые pasdechale давно должны были вытеснить? Но дух и приёмы эти были те самые, неподражаемые, неизучаемые, русские, которых и ждал от неё дядюшка».

В развитии характера Наташи играли роль не только семья, воспитание и близкие ей люди, но и русские обычаи, традиции, нравы народной жизни, с которыми был тесно связан быт Ростовых.

Музыкальная одарённость Наташи раскрылась в новом качестве в Михайловке, где она всей душой наслаждалась чисто русским, деревенским бытом, игрой и пением дядюшки, который «пел так, как поёт народ, с тем полным и наивным убеждением, что в песне всё значение и заключается только в словах, что напев – так только, для складу».

В образе Наташи Ростовой поэтизируются народные элементы, сохранившиеся ещё кое-где в патриархальной дворянской среде.

Девушка непосредственна и стихийна, как сама природа. Ей в высшей степени присуще чувство близости ко всему русскому, ко всему народному – и к родной природе, и к простым русским людям, и к Москве, и к русской песне и пляске.

Автор мастерски убеждает нас в том, что русское не прививается искусственно, а впитывается с молоком матери.

Оттого и счастлива героиня, что почувствовала свою кровную близость с народом. «А знаешь, - вдруг сказала она, - я знаю, что никогда уже я не буду так счастлива, спокойна как теперь».

Читая эти страницы, мы любуемся Наташей Ростовой, как любуется ею Толстой, показывая её глубокую, искреннюю, поэтическую, деятельную натуру. Она обладает внутренним чутьём, влекущим её к тем, порой бессознательным, самозабвенным поступкам, в которых раскрываются её душевные порывы, обращённые к жизни, к людям, ей умение всегда угадывать, что и как нужно сделать. Героиня несёт людям радость, потому что она верит в возможность счастья. Глядя на Наташу, легче научиться быть человеком, любящим жизнь.