Уйгурский язык и литература

Уйгурский язык и литература (средние века). У. яз. принадлежит к древним письменным языкам тюркской системы. Носителем его была народность, обитавшая на юге современной Монголии и в районах Гучена-Хами (соврем. Синь-Цзян). В VIII в. уйгуры, объединив ряд племен, основали государство, обнимавшее значительные территории в Центральной Азии. К этому периоду относится создание уйгурской письменности, заимствованной у согдийцев, к которым в свою очередь проник (очевидно после III в. н. э.) переднеазиатский арамейский алфавит. В IX в., после распадения уйгурского государства, правившие племена спустились к югу, образовав княжества в районе Хами и вблизи современного Гань-Чжоу в провинции Гань-Су.

Сведения о древнем уйгурском яз. приводятся в известном труде XI в. «Диван-у-луга-ти-т-турк» Махмуда Кашгарского. Интересные данные приводит Фахр-Ед-Дин Мубарек-шах Мерверруди (начало XIII в.), указывающий на заимствование у согдийцев алфавита, легшего в основу уйгурской (а через него и монгольской) письменности.

До наших дней сохранилось большое количество памятников на уйгурском яз., гл. обр. религиозного содержания. Наиболее интересным памятником является более поздний трактат Юсуф Хас-Хаджиба — «Кутадгу-билиг» (цитируется также «Кудатку-билик» — «Приносящее счастье знание»), датируемый 1070. В более поздний период уйгурский яз. вытесняется чагатайским , однако уйгурская письменность сразу не исчезает. В 1432 Бакыр Мансур-Бахши составил для гератского эмира Джелаль-Эд-Дин Фируз-шаха сборник поэтических отрывков, писанный на чагатайском яз., но уйгурским шрифтом.

Из современных живых языков в прямой связи с древним письменным уйгурским яз. стоит реликтовый язык тюркской системы — так наз. «желтых уйгуров» (сарыг-уйгуров) и салыров, живущих в китайских провинциях Гань-Су и Цин-Хай.

Уйгурский язык и литература (современные). Современный уйгурский яз. принадлежит к языкам тюркской системы и распространен в китайской провинции Синь-Цзян, а также среди выходцев оттуда, живущих в трех союзных республиках СССР — Узбекской, Казахской и Киргизской. Уйгурский язык распадается на ряд диалектов: кашгарский (наиболее распространенный), илийский, турфанский, хамийский, аксуйский, котанский и лобнорский. Все эти диалекты имеют общие фонетические особенности, за исключением лобнорского, представляющего промежуточную ступень от синьцзянских уйгурских говоров к более архаичному по своему строю языку ганьсуйских «желтых уйгуров». Характеризуя особенности уйгурских говоров, С. Е. Малов сводит их к следующим основным моментам: 1) Ослабление широких гласных, сужение и палатализация их в зависимости: а) от переноса ударения в слове (напр. «at» — имя, «eti» — его имя); б) от регрессивного влияния гласных «i», «y», «u», «o» (через один согласный, напр. «azuq» — пища — переходит в «ozuq»; «jaruq» — свет — в «joruq»); в) от обоих условий вместе (напр. «oina» — играй, «oinudoq» — играли). 2) Узкие звуки «и» «о» под влиянием особой экспрессии чередуются или заменяются широкими «а» (напр. «otun» > «otan» — дрова). 3) Звуки «ü» и «ö» заменяются «ä» (напр. «özüm» > «özäm» — сам я). 4) Звук «ы» отсутствует, имея тенденцию быть более переднего ряда даже после «q», «ol». 5) В ряде случаев исчезает звук «r» за счет удлинения предшествующего звука (напр. bi вместо bir — один).

Образец древнеуйгурского письма (отрывок из «Кудатку билик»)

Литературный язык, принятый у уйгуров, живущих в СССР, создан гл. обр. на основе живых кашгарского и илийского диалектов и пользуется для письменности латинизированным шрифтом, имеющим 31 знак. От него резко отличается пользующийся арабским алфавитом литературный язык уйгуров Синь-Цзяна. По сути дела этот язык является еще бытующим осколком чагатайского языка , подвергшимся воздействию (да и то гл. обр. на севере — в Кульдже, Чугучаке и Урумчи) живых народных говоров. Расхождение между написанием и произношением, наличие некоторых архаических грамматических форм, засорение лексики давно исчезнувшими из обихода словами, не привившиеся в широком обиходе заимствования из арабского и персидского яз. — все это делает литературный язык Синь-Цзяна чуждым народу.

Создание у уйгуров литературного языка на основе живых говоров произвело огромную культурную революцию, ибо раньше уйгурский народ был бесписьменным — чагатайский язык был недоступен для народа. Сейчас в СССР на уйгурском яз. издается несколько газет республиканского значения — «Шарк Хакикаты», «Колхозчиляр Авази», «Кзыл Туг» и ряд районных газет в Казахстане и Узбекистане. Создана большая учебная литература для многочисленных уйгурских школ и, наконец, вырос отряд молодых уйгурских писателей, большинство которых объединено специальной уйгурской секцией Союза советских писателей Казахстана. Растет уйгурская литература и в Узбекистане, где проводится интересная работа по записи фольклора. Народное творчество уйгуров представляет большой художественный и политический интерес. Крестьяне, уходящие на отхожие промыслы и приходящие из глубин Синь-Цзяна, приносят песни о Сталине, которые там поет народ. Вот образчик одной из песен о Сталине:

Я его имя услышал в Хотане

И на запад пошел по песку и пыли.

Я дела его увидал в Киргизстане

На пороге советской земли.

Я увидел там счастье народа,

Изобилье, богатство, поля и стада.

Я увидел, что даже природа

Не цвела так еще никогда.

Нередко в песнях проводится сопоставление радостной жизни советского Востока с полной лишений и тревог жизнью зарубежных восточных стран.

В Синь-Цзяне с печатью дело обстоит очень слабо. В Кашгаре же давно существует типография шведской католической миссии, но она за все время, кроме нескольких миссионерских книг, выпустила только один букварь и весьма незначительное количество брошюр.

С 1935 в Синь-Цзяне стали выходить газеты в Кашгаре, Кульдже, Чугучаке и Урумчи. Тиражи их, однако, очень малы и распространения они за пределами городов совершенно не имеют.

Список литературы

Позднеев Д., Исторический очерк уйгуров (по китайским источникам), СПБ, 1899

Ольденбург С., Исследование памятников старинных культур Кит. Туркестана, Журн. мин. нар. просв., СПБ, 1904, ч. 353

Малов С. Е., Сказки желтых уйгуров, «Живая старина», СПБ, 1912, XXI, вып. 2—4

Бартольд В. В., Новая рукопись уйгурским шрифтом в Британском музее. Доклады Российской Академии наук, январь — март, Л., 1924

Малов С. Е., Два уйгурских документа (в сб. об-ва по изучению Таджикистана, посвященном В. В. Бартольду, Ташкент, 1927)

Его же, Уйгурские рукописные документы экспед. С. Ф. Ольденбурга. Записки Ин-та востоковедения Академии наук СССР, Л., 1932, I

Müller W. F. K., Uigurica (Abhandlungen der Berliner Akademie der Wissenschaften, Bd. I—IV), 1908—1931

Radlow V. V., Uigurische Sprachdenkmäler, Leningrad — Lpz., 1928.

Малов С. Е., Изучение живых турецких наречий Западного Китая, Восточные записки, т. I, Л., 1927

Его же, Материалы по уйгурским наречиям Синь-Цзяна. Сборник, посвященный С. Ф. Ольденбургу, Л., 1927

Боровков А., Учебник уйгурского языка, Л., 1935

Raquette G., A contribution by the existing knowledge of the eastern Turkestan dialect..., «Journal de la Société Finno-Ougrienne», Helsingfors, 1909, v. XXVI, № 5

Его же, Eastern Turki Grammar, Practical and theoretical, with vocabulary, Berlin, 1913—1914 (в серии: Mitteilungen des Seminars für Orientalische Sprachen, Bd. XV—XVII).