Образ поэта и тема творчества в лирике Пушкина

Язык поэзии для истинного поэта — главное средство самовыражения личности, инструмент познания жизни, «углубленного проникновения в тайны мироздания» и воздействия на общественную жизнь. А.С. Пушкин писал много стихотворений на случай, в альбом, шутливые стихи, эпиграммы, которые хоть и отмечены печатью таланта, задором, брызжущей энергией, упоенностью творчеством, все же ограничены тематически, художественно творческой задачей. Поэт не придавал большого значения этим стихам, хоть они помогали шлифовать стиль, но, рано осознав свое призвание, неоднократно обращался к теме роли, назначения настоящей поэзии в жизни общества. Пробуждение национального самосознания, демократическое преобразование общества, просвещение народа в духе свободолюбия, нравственной чистоты с помощью просто призывов неэффективно. В стихотворении «Деревня» поэт болезненно переживает ограниченность воздействия поэзии на умы и сердца людей, несовершенство своего поэтического языка в эмоциональном воздействии на читателя. Как добиться духовного освобождения народа, раскрыть ему глаза на унижающий человеческое достоинство порядок вещей, где царит вопиющая социальная несправедливость: «барство дикое» и «рабство тощее»? С горечью и надеждой восклицает поэт:

О, если б голос мой умел сердца тревожить!

Почто в груди моей горит бесплодный жар

И не дан мне судьбой витийства грозный дар?

Но как бы ни трудна была сверхзадача поэзии, А.С. Пушкин неуклонно стремился достигнуть ее, находя точные изобразительные средства для воплощения духовных идеалов и высокого накала души. Поэта угнетает наличие жандармской цензуры, признающей только официозную литературу, отвергающей все живое, смелое, прогрессивное. В стихотворении «Послание цензору» негативная роль последнего в литературном процессе выражена автором четко и недвусмысленно:

Докучным евнухом ты бродишь между муз;

Ни чувства, пылкие, ни блеск ума, ни вкус,

Ни слог певца «Пиров», столь чистый, благородный, —

Ничто не трогает души твоей холодной.

А.С. Пушкин искренне пытался пробудить в народе вольнолюбивые настроения, чувство собственного достоинства, стремление к справедливому социальному переустройству, но тщетно: голос одинокого поэта, «свободы сеятеля пустынного», остается гласом вопиющего в пустыне! Благородная, высокая миссия поэта — служение народу, его духовное, нравственное совершенствование — остается невостребованной, не услышанной:

Рукою чистой и безвинной

В порабощенные бразды

Бросал живительное семя —

Но потерял я только время.

Благие мысли и труды…

В стихотворении «Пророк» А.С. Пушкин наиболее полно и ярко выразил свои представления о роли поэта в жизни общества, о высокой, мучительно трудной, самоотверженной и благородной его миссии. Автор использует сюжет библейской легенды, в которой посланник Бога серафим очищает избранного из прочих человека от скверны, поразившей мир, дает ему силы вскрывать язвы общества и совершать возмездие, так как сердце народа огрубело настолько, что не воспринимает ни правду и добро, ни критику и насмешку. Пушкин использует в стихотворении только часть библейского сюжета о чудесном превращении человека в пророка. Лирический герой, жаждущий духовного очищения, бредет по жизни, как по мрачной пустыне, бессмысленной, бесцельной, не освещенной идеалами, и вдруг в минуту полной растерянности, «на перепутье», появляется целеустремленный, энергичный серафим, и жизнь преобразуется, озаряется светом понимания истины:

Перстами легкими как сон

Моих зениц коснулся он:

Отверзлись вещие зеницы,

Как у испуганной орлицы.

Осторожные, бережные прикосновения ангела тем не менее производят очень ощутимые превращения: органы восприятия путника приобретают исключительную обостренность, чувствительность, весь мир входит через них в человека.

И все же обостренности восприятия недостаточно, чтобы бредущего в поисках истины путника превратить в пророка. Серафим вырывает у человека «и празднословный и лукавый» грешный язык, заменяя его жалом мудрой змеи. Но и этого оказалось мало: нужно избавиться от сердечной чувствительности, неуверенности, снисходительности, быть твердым и даже жестоким.

Чтобы вести за собой людей, открыть им глаза на несовершенство общественного устройства и личные пороки, необходимо избавиться от жалости и ложного сострадания. Духовное очищение невозможно без страданий, тяжкой работы над собой. Ноша поэта-пророка тяжела вдвойне: сознавая пороки, несовершенство собратьев, сочувствуя людям и любя их, ему необходимо «глаголом жечь» их сердца, не поддаваясь никаким сомнениям.