Мальчик Вася из деревни Шанчерево

Дмитрий ПАНКОВ

В октябре 1912 года началась первая Балканская война. Ее вели за освобождение от гнета султанской Турции Болгария, Греция, Сербия, Черногория.

Патриотические чувства охватили Россию. Десятки российских женщин уходили на войну сестрами милосердия, повторяя опыт русско-турецкой войны 1877–1878 годов, когда на помощь южным славянам ушли 118 сестер милосердия, среди которых были Софья Энгельгард, Ольга Юханцева, Александра Теплякова, Юлия Вревская. В 1912 году жители Тамбова услышали марш «Прощание славянки». Вскоре стало известно, что его автором был Василий Иванович Агапкин. Тогда он и не предполагал, что «Прощание славянки» станет произведением, без которого впоследствии не пройдет ни одно патриотическое начинание, пробуждая глубокие чувства к Отечеству, к тем, кто идет его защищать.

Написанное для фортепьяно, сочинение было оркестрировано Я. Богорадом. Партитура и клавир выпущены в свет издателями Москвы и Санкт-Петербурга. – Я преследовал цель, – говорил Василий Иванович, – чтобы «Славянка» трогала всех, кто даже услышал ее краем уха... Марш, родившийся на тихой Гимназической улице Тамбова, взволновал сердца не только уходящих на освободительную войну, но и поэтов А. Федотова, В. Максимова, В. Лазарева. Они написали стихи на мелодию марша. Никто не думал, что просивший подаяние на улицах Рязани мальчик Вася из деревни Шанчерово однажды станет лучшим корнетистом 308-го Царевского резервного батальона Астраханского пехотного полка.

– Быть тебе большим музыкантом, – сказал однажды капельмейстер батальона Агапкину. – Возьмешься за трубу. В оркестрах всегда не хватает трубачей. Упорные репетиции сделали свое дело. Василия зачислили в Тамбовский седьмой запасной кавалерийский полк. Он стал штабтрубачом полка.

Осуществилась мечта Агапкина и о Тамбовском музыкальном училище. Гордостью этого музыкального учреждения являлись преподаватели: композитор Г.А. Сметанин, Ю.М. Реентович. Наставником Василия был Федор Михайлович Кадичев, прививший ученику чувство вкуса и дирижерского искусства.

В 1918 году Агапкин добровольцем ушел в Красную Армию и организовал духовой оркестр в первом красном гусарском полку. Под марши оркестра красные гусары прошли сотни огненных верст, обороняя от немцев и белополяков Гродно, Барановичи, Минск.

Вернувшись в Тамбов, Василий Иванович руководил музыкальной студией и оркестром в войсках ГПУ.

В конце 1922 года он расстался с Тамбовом, продолжив свою творческую деятельность в Москве. Здесь была поддержана его идея организовать духовой оркестр из беспризорников. Однажды в один из сумрачных дней к Василию Ивановичу домой пришел офицер комендатуры Кремля.

– Мы вас хорошо знаем по Тамбову, – сказал он. – Нам необходима ваша помощь: речь идет о перенастройке часов на Спасской башне.

– Но я не часовщик, – ответил Агапкин.

Офицер улыбнулся:

– Часовщик уже есть. Нужен мастер-музыкант, тем более, автор «Прощания славянки».

Бой часов на Спасской башне Московского Кремля был усовершенствован.

С началом Великой Отечественной войны Агапкин получил звание военного интенданта первого ранга и назначен начальником духовых оркестров отдельной мотострелковой дивизии имени Дзержинского. Ему, старейшему капельмейстеру, поручили дирижировать сводным оркестром на параде 7 ноября 1941 года.

Василию Ивановичу пришлось собирать оркестр из разрозненных групп музыкантов, а им в помощь был вызван оркестр из Горького (Нижний Новгород). Репетиции оркестра прошли в Хамовниках.

В ночь на 7 ноября разыгралась пурга. Оркестранты то и дело заявляли, что клапаны у инструментов замерзают. Чтобы сохранить инструменты от замерзания, их держали под шинелями.

Обращаясь к музыкантам, Агапкин произнес:

– Будем чередовать. Одни играют, другие инструменты отогревают.

Снег все шел и шел. Кирзовые сапоги Василия Ивановича замело. После того, как прошли стрелковые части, оркестр необходимо было отвести в ГУМу. Агапкин хотел сойти с подставки, но сдвинуться не смог – примерзли сапоги.

Сам Василий Иванович вспоминал:

– Ну, – думаю, – беда. Сейчас я упаду... Как быть? Что делать? Прохождение войск уже заканчивается. Задержу кавалерию, получится заминка, а я не могу даже слова выговорить, губы мои замерзли, не шевелятся. Жестом никого не подзовешь: любой мой взмах у всех может быть истолкован как дирижерский приказ. Спасибо капельмейстеру Стейскалу. Он догадался и быстро побежал ко мне. Я нагнулся, оперся рукой на его плечо, отодрал сапоги, спустился по ступенькам вниз и подал знак оркестру...

Вскоре после ноябрьского парада Василий Иванович получил назначение в Новосибирск. В столицу он возвратился в 1943 году.

Большим событием в своей жизни Агапкин считал свое участие в Параде Победы 24 июня 1945 года. Его назначили заместителем главного военного дирижера – Семена Александровича Чернецкого, одного из основоположников современной военной музыки. – Василий Иванович, – обратился к Агапкину после репетиции молодой флейтист-оркестрант, – что бы вы нам пожелали?

– Да пожеланий много, – ответил Василий Иванович. – Но одно важное скажу: нужно много трудиться, в совершенстве владеть инструментом и хорошо знать его возможности.

Музыкальная тема «Прощание славянки» очень нравилась Александру Галичу, большому ценителю и знатоку музыки. Одно из своих произведений он написал на эту мелодию, назвав его «Походный марш»:

Снова даль предо мной неоглядная, Ширь степная и неба лазурь, Не грусти ж ты, моя ненаглядная, И бровей своих темных не хмурь!

Время, время, время... И сегодня продолжает звучать не только марш «Прощание славянки». Духовые оркестры исполняют вальсы Агапкина – «Ночь над Москвой», «Раннее утро», «На берегу Черного моря».

Василий Иванович до конца своих дней не отказывался от мысли, что Россия всегда была лучше того, что в ней происходило. И не потому ли в его музыке мы слышим надежду, вечное наше спасение...

Список литературы

Подольский рабочий № 64 (18880) 24 июня 2010