Подарок 2

Подарок

Автор: Брэдбери Р.

Рэй Брэдбери. Подарок

Завтра Новый год. Уже по дороге на космодром отец и мать волновались. Для их сына это будет первый полет в Космос, первый раз в жизни он сядет в ракету, и им хотелось, чтобы все прошло самым лучшим образом. Поэтому, когда им не разрешили пронести в корабль приготовленный для него в подарок, вес которого оказался всего лишь на несколько унций больше допустимого, и маленькую елочку с очаровательными белыми свечами тоже пришлось оставить на таможне, они почувствовали, что их лишили и праздника, и любви к сыну.

Мальчик ждал их у входа на посадку. Догоняя его после безрезультатных препирательств с чиновниками Межпланетной службы, мать и отец перешептывались.

- Что будем делать?

- Даже не знаю. Теперь ничего не поделаешь.

- Глупые инструкции!

- А ему так хотелось елочку!

Резко прозвучала сирена, и тесная людская толпа устремилась к ракете, улетающей на Марс. Отец и мать поднялись на борт самыми последними, их маленький бледный сын шел между ними молча.

- Что-нибудь придумаю, - сказал отец.

- О чем ты? - не понял мальчик.

Ракета стартовала, их швырнуло стремительно в черное пространство.

Ракета летела, оставляя за собой огненный хвост, оставляя позади Землю, на которой шел последний день декабря 2052 года, направляясь к месту, где совсем не было времени, не было месяца, не было года, не было минут. Они проспали остаток первого полетного дня. Около полуночи, если считать по земным часам, мальчик проснулся и сказал:

- Я хочу посмотреть в иллюминатор.

На корабле был всего один иллюминатор, наверху, палубой выше, окно внушительных размеров с невероятно толстым стеклом.

- Еще рано, - откликнулся отец. - Сходим наверх чуть позже.

- Я хочу посмотреть, где мы и куда летим.

- Давай подождем. Потом поймешь почему, - сказал отец.

Он уже давно лежал с открытыми глазами, ворочаясь с боку на бок, думая о брошенном подарке, о том, как быть с праздником, и о том, как жаль, что елка с белыми свечами осталась на Земле. Наконец, всего лишь за пять минут до того, как проснулся сын, он встал, чувствуя, что придумал план. Осуществить его - и путешествие станет по-настоящему радостным и интересным.

- Сынок, ровно через полчаса наступит Новый год, - сказал он.

Мать тихо ойкнула, напуганная тем, что он напомнил о празднике. Было бы лучше, если б мальчик как-нибудь забыл об этом, так ей хотелось.

Лицо мальчика вспыхнуло от волнения, и губы задрожали.

- Я знаю, знаю. Вы мне подарите что-то, да? У меня будет елка. Вы обещали...

- Да, конечно, и подарок, и елка, и даже больше, - сказал отец.

У матери дрогнул голос:

- Но...

- Честное слово, - повторил отец. - Даю честное слово. Все, что обещали, и даже больше, намного больше. Ждите меня здесь. Я скоро вернусь.

Его не было минут двадцать. Он вернулся улыбаясь.

- Осталось недолго.

- Можно, я буду держать твои часы? - попросил мальчик, и ему вручили наручные часы, и он держал их, они тикали у него в пальцах, отсчитывая последние минуты дня, которые уносились в огне и безмолвии, в неощутимом движении.

- Все, наступил! Новый год! Где мой подарок?

- Идем, - отец положил руку на плечо сына и повел его из каюты, по коридору, вверх по трапу; мать следовала за ними.

- Ничего не понимаю, - повторила она несколько раз.

- Скоро поймешь. Вот мы и на месте, - сказал отец.

Они остановились перед закрытой дверью большой каюты. Отец постучал телеграфным кодом: три раза и потом еще два... Дверь открылась, а свет в каюте потух, в темноте перешептывались голоса.

- Входи, сынок, - сказал отец.

- Там темно.

- Возьми меня за руку. Пойдем, мама.

Они перешагнули через порог, дверь закрылась, в каюте стояла полная темнота. А прямо перед ними неясно вырисовывался огромный стеклянный глаз, иллюминатор, окно четырех футов в высоту и шести футов в ширину, через него можно было выглянуть в космос.

Мальчик затаил дыхание. У него за спиной отец и мать тоже притихли изумленно, и в этот момент несколько голосов запели в темноте.

- С Новым годом, сынок.

Голоса в темноте пели рождественский гимн, древний, незабываемый; мальчик двинулся осторожно вперед, пока не прижался лицом к холодному стеклу иллюминатора. Он долго стоял у окна и смотрел в открытый космос, просто смотрел в бездонную ночь, где пылали свечи, десять миллиардов, миллиард миллиардов белых, прекрасных, пылающих свечей.