Чехов не просто описывал жизнь, но жаждал переделать ее, чтобы она стала умнее, человечней Чуковский

Писать о Чехове? Да разве это возможно? Чехов, Чехов… И нет тебя давно, и история давно вынесла приговор прежнему строю, и, может быть, свидетель Чехов своими беспристрастными показаниями помог людям «во многом разобраться». Что же мы находим в произведениях Чехова близкого, понятного, сегодняшнего? Чехов, как и прежде, с его вишневым, молодым, белым садом нужен нам, необходим. Вот поэтому мы и обращаемся к его творчеству сегодня. Творчество его молодо, прекрасно по сей день. Значительное место в нем занимают рассказы, совсем небольшие по величине, но глубокие по содержанию. Рассказы эти юмористические. Читая их, понимаешь, почему с таким нетерпением ждали читатели рассказики, подписанные Антошей Чехонте. Удивляет лаконизм чеховской прозы, его умение одной деталью обрисовывать характер, ситуацию или внешность человека. Толстый и тонкий из одноименного рассказа, поднятый палец Хрюкина, лысина чиновника, картины, сделанные из фотографий местных сановников, и прочее — детали, намеки, которые порой стоят больших и многословных описаний. Над рассказами молодого Чехова всегда смеешься и одновременно чуть-чуть грустишь. Ведь в этих коротеньких вещицах автор высмеивает все дурное, мешающее людям жить честно и справедливо: лицемерие, грубость, чинопочитание, пошлость. Как тут не вспомнить гоголевское: «Скучно на этом свете, господа!» Я думаю, особенно беспощаден был писатель к обывателям и пошлякам, которые не только смешны, но и страшны.

Таков учитель греческого (мертвого!) языка Беликов из рассказа «Человек в футляре». Как он возмутился, увидев девушку на велосипеде: ведь это неприлично! А громкий смех, оказывается, — нарушение порядка. Он боялся всего нового, передового, любимым его изречением было: «Как бы чего не вышло».

Под стать ему и унтер Пришибеев, пытающийся всюду наводить «порядок». Беликовы и Пришибеевы, Очумеловы и Елдырины были душителями светлых, живых мыслей и дел, одной из опор режима. Подобных типов немало и в нашей жизни.

Так смешное у Чехова переходит в обличительное. И подобных рассказов у писателя много: «Попрыгунья», «Ионыч», «Учитель словесности», «Крыжовник» и другие. Жизнь конца XIX века была полна проявлений неравенства, нечестности, бесчеловечности, тупости, человеческого горя. Я считаю, что Антон Павлович хорошо знал жизнь разных слоев общества, чему способствовала и его врачебная практика.

В 1892 году он написал «Палату № 6». Этот рассказ произвел на меня громадное впечатление. Больница для душевнобольных, изображенная в нем, так похожа на саму Россию с ее нелепыми порядками, при которых гибнут порой замечательные, талантливые люди и процветают глупцы и бездарность.

Конечно, писатель в своих рассказах, повестях, пьесах показывал не только мещан, хамелеонов, подхалимов и плутов. Его лучшие герои думают о счастье страны, народе, о путях борьбы за лучшее будущее. Эти люди порывают с миром пошлости и вступают на путь, который приведет к осуществлению их благородных целей. К ним относятся и Надя из рассказа «Невеста», и Аня, и Петя Трофимов из «Вишневого сада»…

Чехов хотел, чтобы у каждого человека были высокие нравственные идеалы, чтобы каждый воспитывал себя: избавлялся от недостатков, повышал культуру. «В человеке должно быть все прекрасно: и лицо, и одежда, и душа, и мысли», — говорил он. Сам Антон Павлович был замечательным человеком. Все, кто знал его, восхищались его спокойным, необыкновенно отзывчивым и честным характером, умением хорошо повеселиться и плодотворно поработать, желанием как можно больше сделать в жизни. Высшим злом Чехов считал ложь. Он писал брату: «Не лгать даже в пустяках. Ложь оскорбительна для слушателя и опошляет его в глазах говорящего». И самое важное условие, чтобы не прожить обывателем, скучной мещанской жизнью, не погрязнуть в пошлости, — честный творческий труд. «Надо поставить свою жизнь в такие условия, чтобы труд был необходим. Без труда не может быть честной и радостной жизни», — учил этот великий гуманист.

До конца своей короткой жизни, зная, что смертельно болен, Антон Павлович Чехов учил доброму, чистому, вечному, учил быть человеком и в хорошем, и в плохом — в любой ситуации, учил личным примером и творчеством.

Проблема человека, выпадающего из общего строя жизни, протестующего против пошлости, — одна из ведущих линий творчества писателя.

Так в вышеназванном рассказе «Попрыгунья» Антон Павлович повествует о докторе Дымове, самоотверженно преданном делу служения людям, своему делу врача. Его жизнь — контраст пустой, никчемной жизни Ольги Ивановны, ее друзей и поклонников. Дымов умирает, но «беспощадная пошлость ни тени положить не успела на нем».

Против пошлости борется Чехов и в рассказе «Учитель словесности». «Учитель словесности» — рассказ о том, как мир мещанского счастья, обыденности и ничтожества убивает в человеке лучшие чувства, разрушает любовь. И Никитин старается преодолеть злой мир, но не гибнет духовно, а напротив, «ему страстно, до тоски, вдруг захотелось в… другой мир…».

Показывая, как страшна сила мещанской обыденности, грозящая уничтожить или разрушить духовное начало в людях, Чехов «всю жизнь боролся с ней», утверждал «другой мир» — мир любви, красоты, труда, счастья, жизни.

И единственная вера Чехова — вера в творческое начало человеческого духа, которое поддерживает людей в их существовании, дает силы противостоять обыденности, пошлости.