Георгины

В.Ярхо

Сначала их пробовали... есть. Европейцы именно так, «на зуб» и «на вкус», испытывали многие растения, обнаруженные ими в Новом Свете... Увидев это – с довольно большими цветами-соцветиями, у которых по краям росли неплодные язычковые (как у подсолнечника), а в середине – мелкотрубчатые цветки и, главное, произрастающее из клубней, богатых полукристаллическим веществом, напоминающим крахмал, решили попробовать и его. А вдруг эти клубни съедобные, как у картошки? Так, в XVII в., георгины попали из Мексики в Испанию.

Доставленные клубни высадили в испанскую почву на территории Королевского ботанического сада, в Мадриде и, когда пришла пора, попробовали из клубней что-нибудь приготовить. В принципе есть их было можно, но вкус оказался столь отвратительным, что от мексиканского растения отказывалась даже самая неприхотливая скотина. (В клубнях георгин содержится не крахмал, а лишь похожий на него инулин).

Разочарование, охватившее чиновников, к счастью, не передалось испанским ботаникам, и директор ботанического сада решил разводить растение как декоративное – не для сытости народной, а для украшения жизни Их Величеств и вящего прославления вверенного его попечению ботанического сада. Он же и дал имя заокеанскому цветку, назвав его в честь своего шведского коллеги, ученика Линнея Андрея Даля – Dahlia.

Цветы «Dahlia», выведенные в садах мадридского ботанического сада, оказались так хороши, что последовал приказ выращивать их только в парках королевского дворца Эскуриал, и нигде более. Запрещено было не только вывозить их из страны, но и вообще выносить за пределы дворцового парка. Целых 13 лет королевским садовникам удавалось удерживать монополию на выращивание необыкновенного растения, но потом какой-то ловкач сумел обмануть бдительность стражей. Купил ли кто-то тайком или попросту выкрал «Dahlia» из парка Эскуриала, история об этом умалчивает, но только клубни растения оказались во Франции, где их жаждали высадить на клумбах версальского парка садовники короля Людовика XIV.

В XVII в. отношения между испанским и французскими королевствами были весьма натянутыми, и потому похищение цветов из сада испанского короля было не просто кражей его имущества, а целой шпионско-диверсионной операцией. Клумбы с добычей можно было теперь показывать дипломатам разных стран, на ярком и красивом примере демонстрируя слабость испанской монархии, не способной даже устеречь цветы на клумбах в собственном дворцовом парке. Однако столь эффектная демонстрация силы не состоялась, поскольку краденое не пошло французам впрок: оказалось, что украсть растения мало – нужно было еще прихватить и садовников, владеющих cекретами их выращивания. Французские садовники допустили роковую ошибку, поместив драгоценные испанские клубни в слишком теплую оранжерею, где те и погибли.

После провала французской авантюры испанская монополия на обладание «Dahlia» продержалась еще сотню лет, пока знаменитый немецкий путешественник Александр Гумбольдт не привез клубни этого растения в Германию.

Он передал их в Берлинский ботанический сад, где ими занялся опытный ботаник Виденау, опыты которого увенчались успехом. Виденау же дал цветам новое обиходное имя, под которым они известны теперь в русском языке, – он назвал их георгинами, в честь петербургского естествоиспытателя Георги. Таким образом в названии цветов оказалось увековечено имя человека, не имевшего к ботанике ровным счетом никакого отношения. Георги был этнографом и путешественником, профессором минералогии Санкт-Петербургской императорской Академии наук. В 1770–1774 гг. он совершил путешествие по Уралу, Западной Сибири, побывал на рудниках Алтая и на Байкале и позже издал свои походные записки на немецком языке. Видимо, эта работа произвела на Виденау большое впечатление.

Трудами Виденау испанская монополия на георгины рухнула, и теперь эти цветы мог выращивать всякий. Они быстро вошли в моду, и в 1806 г. на выставке в Лейпциге уже было представлено 55 сортов георгин. Спустя три года известному немецкому садовнику Гартигу из Карлсруэ удалось вывести махровый георгин, после чего вокруг этих цветов начался настоящий бум. Новые сорта возникали ежегодно, а цены на клубни ползли вверх, как ртуть в термометре в жаркий летний полдень! В Англии цена за клубень доходила до 20 фунтов стерлингов – англичане страстно желали иметь эти цветы и даже стали уверять весь мир в том, что цветок назван «георгином» в честь английского короля Георга III. Общество любителей этого растения в Англии в 1836 г. зафиксировало выведение двухсотого сорта и объявило о премии в 1000 фунтов тому, кто сможет получить георгины голубого цвета.

Конечно, тогда уже не было никакого секрета разведения георгин и сохранения их клубней. Опытные садоводы давно уже адаптировали растение к разным условиям, но общие правила, выработанные в конце XVIII – начале XIX вв., остались примерно теми же. Георгины цветут в конце лета и осенью, и когда они отцветают – поздней осенью, но еще до морозов – клубни цветов извлекают из земли, не очищая их от налипшей почвы, ожидая когда она осыплется с клубней сама, это будет верным знаком того, что клубни высохли. После этого их переносят в сухое проветриваемое помещение и оставляют там на некоторое время. С началом холодов клубни сажают в горшки, наполненные сухой, просеянной сквозь сито землей и держат их там в течение всей зимы без полива, при температуре +3 °С. Ранней весной горшки с клубнями переносят в место, освещаемое солнцем, где держится постоянная температура около +10...12° – так клубни готовят к высадке в почву.

В дикой природе, в Центральной Америке, георгины вырастают иногда очень большими, но даже среди них вид Dahlia imperialis выглядит гигантом – это растение вымахивает до нескольких метров в высоту. В Европе садовые виды георгин не поражают размерами, зато необычайны по расцветке и формам цветов, которые у иных сортов бывают даже шарообразными. Наиболее распространены европейские сорта садовых Dahliа variabilis desf, имеющих множество самых разнообразных форм.