Мир романа (Ф.М. Достоевский. "Преступление и наказание")

Мир романа (Ф.М. Достоевский. "Преступление и наказание")

В мире романов Достоевского дыхание трагедии охватывает сразу: это особая художественная действительность, мир болезненный и страшный, где нет непопранной красоты, непадшей добродетели, счастливых и спокойных лиц.

Мир - вымышленный и реальный в одно и то же время - ставит героя в острую ситуацию выбора, которой не избежит ни один из героев романа. Это тупик для слабого и дорога для сильного, как во многих русских сказках, где посреди чиста поля стоит камень, на котором написано: "Направо пойдешь - коня потеряешь, налево - меч, а прямо пойдешь - лишишься головы". Обратного же пути нет, дорога жизни идет только вперед.

Достоевский пользуется этим древнейшим архетипом, когда герой заведомо, еще только пускаясь в путь, обрекает себя на этот перекресток трех дорог и на решение.

Герой Достоевского, выбирая себя в нашем, по слову Горького, "прекраснейшем из миров", бросает вызов судьбе, уготовившей ему жалкое и убогое существование "ветошки". Пафос его самоутверждения начинается просто с "Я есмь": "Я существую и хочу жить, я буду утверждать это право, что бы там ни было". Ощущение тотальной несправедливости и гнев душат его.

В фокусе писательского внимания - человек как великая тайна: непостижимая, бесконечная, но молящая о разгадке. Развитие сюжета в романах Достоевского более всего похоже на конструирование условий жесткого эксперимента: духовное и материальное бытие личности оказывается тяжелейшим испытанием. Автор не "нагнетает ужасы" - его самого страшит потерянность человека в мире: готовность к греху, к попранию высоких истин и нравственных ценностей. Герой Достоевского живет как будто в безвоздушном пространстве первобытного вселенского хаоса, где все начинается с него: ему необходимо сделать первый и самый трудный шаг, ибо от этого зависят судьбы мира. Так грезит герой Достоевского в своих самых дерзких мечтах: Я - и Человечество. Невероятная тяжесть ответственности давит его; тяжесть, которая по плечу не голодному и нищему студенту, а небожителю, вершащему судьбы мира и подчиняющемуся иным законам, - сверхчеловеку.

В напряженной и трагической реальности романов Достоевского как шелуха отброшены бытовые реалии нашего существования: должности, профессии, приятельства и неприязни. Его герои видят мир в философском аспекте, в жизнь вступают - чтобы постичь смысл ее. Поэтому из реальной действительности писатель переносит в свой мир главную проблему (проблему выбора пути) в столь сконцентрированном виде, в каком она в нашей обыденности существовать не может.

Два пути лежат перед человеком: стать палачом или жертвой. Третьего не дано. Почему так? Разве в жизни часто мы сталкиваемся с подобной дилеммой? Во всей ее остроте - лишь в исключительных случаях. Более того, многие так никогда и не поставят перед собой этого вопроса. Но это не означает, что вопрос не вставал перед ними: они просто не захотели его увидеть, осознать, остановиться и осмыслить себя и мир.

Потому что в ином звучании этот вопрос можно сформулировать так: что для тебя лично важнее - ты сам или окружающие? Твоя жизнь - или жизнь чужая? И здесь решение может быть только однозначным: или - или.

Этот выбор стоит перед каждым человеком, вступающим в сознательную, взрослую жизнь. Уникальность Достоевского состоит в том, что никто, кроме него, не поставил вопрос выбора с такой ясностью, не определил так его неотвратимость, не доказал, что, лишь осознав эту проблему и приняв ответственность за избранный путь, человек может двигаться дальше.

Вот почему каждый в момент взросления, в момент первой переоценки ценностей должен пройти "через Достоевского": построить с Раскольниковым схему разделения людей на разряды; увидеть убитую старуху-процентщицу и защищающуюся рукой от топора Лизавету; услышать проповедь Сони, ужаснуться сходству с Лужиным...

В мире Достоевского все напряжено до последнего предела - неслучайно его герои так часто мешают сон с явью. Но это напряжение возникает не от фантастичности обстоятельств, проблем и характеров, а от их невероятной в реальной жизни масштабности. Метод Достоевского можно сравнить с фотографией: в момент съемки фотограф включает "вспышку", ибо при обычном свете снимок выйдет темным и расплывчатым. Жить при свете "вспышки" нельзя, но лишь при нем можно рассмотреть мельчайшие детали в их целостности. Так и Достоевский включает режущий глаза неистовый свет, позволяющий иначе, с предельной ясностью увидеть людей и мир; ускоряет время, до предела наполняя действием каждое мгновение; укрупняет характеры; обостряет взаимоотношения, доводя их до крайних степеней всепоглощающей любви или обжигающей ненависти. И в этом мире обычно скрытые от нас вопросы нравственности и бытия оказываются главными, основными, единственно важными, без их осознания и разрешения дальнейшая жизнь невозможна.

"Тварь я дрожащая или право имею" - нет других дилемм в мире этого романа. Либо жертва, либо палач. Раскольников выбирает второе. Его постоянно преследует вопрос - внутренний, непроизнесенный, только "помысленный": "Почему все именно так, кто виноват? Или мир не есть божественное творение, где все происходит по законам, записанным в древнейших книгах человеческих, определяющих: это возможно, а это запрещено и греховно?"

Вопросы о мире и месте человека (и прежде всего своем месте) неотступно преследуют Раскольникова. Выбор и борьба - вот две психологемы, которые постоянно тревожат души героев. Это авторский взгляд на мир и бытие личности в нем.