Эссе на тему: "Может ли один человек изменить общество?"

Может ли один человек изменить общество?
«Я задыхаюсь» – под таким лозунгом жители США протестуют после гибели афроамериканца при задержании... Стихийные митинги, начавшиеся в одном штате, распространились по всей стране... Начались схватки с полицией и поджоги...
Подобные сообщения появились в СМИ после того, как 25 мая полицейские повалили задержанного Джорджа Флойда, а один из них наступил ему коленом на шею. «Убийство чернокожего жителя Миннеаполиса, штат Миннесота, поставило Соединенные Штаты Америки на грань гражданской войны» – вот одна из буквальных цитат из новостных материалов (см: https://life.ru/p/1326878).
Смерть одного человека всколыхнула всю страну. И если об «изменении общества» говорить нельзя ни в каком случае, то о влиянии на общество, на его поведение – говорить можно однозначно и определенно.
Но Флойд был задержан по подозрению в использовании фальшивых денег. Он не протестовал против чего бы то ни было. Более того, за спиной этого 46-летнего чернокожего было пять тюремных сроков (см: https://life.ru/p/1326878). Впервые в тюрьму он попал в 20 лет за кражу. Свой последний срок он отбывал за ограбление...
Но вот другой пример, гораздо более близкий нам (во всех смыслах). Белоруссия, Минск, 15 августа. Прощание с Александром Тарайковским, погибшим 10 августа у метро «Пушкинская». «У ритуального зала – сотни людей с цветами и флагами, машины сигналят. Когда выносили гроб, люди становились на колени» (см.: https://www.murmansk.kp.ru/daily/217169.5/4270738/).
Обстоятельства смерти Александра Тарайковского до конца не ясны. Представители власти утверждают, что он погиб, когда пытался бросить взрывное устройство в сотрудников правоохранительных органов – оно якобы взорвалось у него в руке. «Ничего при нем не было, ничего этого он не умеет», – сказала его жена. А один из друзей Тарайковского рассказал, что тот погиб после выстрела (см.: https://meduza.io/news/2020/08/15/v-minske-prohodit-proschanie-s-aleksandrom-taraykovskim-pogibshim-vo-vremya-protestov).
Сейчас это не так важно – как погиб Александр Тарайковский, как бы цинично это ни звучало. Важно, что он в числе многих тысяч людей вышел на акцию протеста, выражая несогласие с официальными результатами президентских выборов.
Что может противопоставить один человек несправедливому порядку вещей или порядку, который он считает таковым?
Давайте вспомним, что происходило в Китайской Народной Республике в далеком теперь уже 1989 году. Главные события происходили на площади Тяньаньмэн.
Известно, что 23 апреля было объявлено о создании Независимого союза студентов Пекина, который выступил за всеобщую стачку в университетах. Студенты требовали демократизации политической жизни, свободы СМИ и борьбы с коррупцией в партии. Реакция власти на возникшие волнения была жесткой: в начале июня протесты были подавлены. Официально было объявлено о 241 погибшем и семи тысяч раненых. По другим оценкам, число жертв составило до тысячи человек (см.: https://ria.ru/20190604/1555212125.html). Вот такой ценой китайское общество «благополучно» (есть мнение, что в этом случае можно обойтись и без кавычек) избежало перемен, которые могли быть продолжением событий на площади Тяньаньмэнь и приобрести черты, сходные с нашей перестройкой...
На улицах Москвы такого, конечно, не было. Как, впрочем, не было и серьезного повода. Никакого намека на что-либо даже отдаленно похожее нет сейчас и в Хабаровске. Хотя, разумеется, пекинские события и хабаровские митинги явления несопоставимые и вряд ли в строгом смысле хоть сколько-нибудь сравнимые. Дело в другом: на что сетуют оппозиционные силы? На то, что власть бдительно следит за проявлениями общественной активности и по существу умело затыкает оппозиции рот? Так это же во благо. Во всяком случае, нет погромов, какие были в Пекине или, например, периодически происходят в Париже. Другой вопрос, что «настоящих буйных мало», как пел Высоцкий, но мы сейчас не об этом.
Конечно, власть не хочет повторения «Евромайдана», то есть украинского варианта (события конца 2013–2014 годов). На то она и власть. Будет ли доволен мирный обыватель, если его автомобиль, как из раза в раз это происходит в Париже, сожжет какой-нибудь хулиган, прикинувшийся идейным оппозиционером? Конечно нет. И ничего, что 206 поправок к Конституции простому люду за отведенный срок не то что «проанализировать», но и прочитать-то было сложновато. Власть лучше знает, что такое благо для народа.
А пока на федеральных телеканалах изо дня в день продолжается то, что в либеральных СМИ называют «оголтелой кремлевской пропагандой». Согласимся с тем, что эти телеканалы по определению должны проводить государственную линию и в ряде вопросов они не выходят за рамки разумного и целесообразного. Но, видимо, не случайно Владимир Соловьев ничтоже сумняшеся назвал митингующих хабаровчан «пьяной поганью» (программа «Соловьев Live» на канале YouTube, эфир от 16 июля). Как сообщил сайт Online812.ru (и многие другие), Соловьев «...быстро “огреб” не только в соцсетях, но, похоже, и у своих кураторов в Кремле, которые в отличие от хамоватого Соловьева поняли, что сейчас не время “воспитывать” несогласных дальневосточников. Звезде эфира пришлось извиниться, правда, как замечают блогеры, это больше походило на оправдание» (см.: https://online812.ru/2020/07/20/115343). Надо полагать, что, несмотря на извинение, в целом позиция журналиста вряд ли изменилась, и если это не «линия Кремля», то уж во всяком случае не «линия против». Владимир Соловьев в одиночку и волне самостоятельно, если исходить их экранно-эфирного образа, влияет на общество, но очень по-своему.
...Мы не знаем (Китай – далекая страна), кто были эти люди, которые погибали на под танками на площади Тяньаньмэн. Но это были протестующие, которые осознанно сделали свой выбор. Это были личности, каждая из которых стремилась изменить общество.
Джордж Флойд не выступал ни с каким протестом, но его смерть нашла отклик в сердцах огромного количества людей, которые, вольно или невольно, выступили в роли тех, кто хотел бы изменить общество.
Мы не знаем, о чем думал перед смертью Александр Тарайковский. Вряд о каких-то глобальных вещах. Но его поступки, скорее всего, теперь уже реально повлияли на белорусское общество.
В своем эссе мы старались не давать оценок событиям и поступкам, а просто констатировали, что у каждого человека есть право выбора. А повлиять на общество – это задача для одного человека непосильная, если только он не античный герой. Один человек вряд ли что может. Но вместе люди могут многое, если каждый из них сделает свой выбор. Только пусть все происходит мирно, без погромов, танков на площадях и смертей.