Эссе на тему: "Какое значение для эпистемологии имеют Хоторнский эксперимент и принцип неопределенности Гейзенберга?"

1. Какое значение для эпистемологии имеют Хоторнский эксперимент и принцип неопределенности Гейзенберга?
Для исследования знания как такового, его строения, структуры, функционирования и развития Хоторнский эксперимент и принцип неопределенности Гейзенберга имеет первостепенное значение.
Так как основной задачей Хоторнского эксперимента нахождение зависимости между производительностью труда и условиями работы. Итогом такого экспериментов становится доказательство того, что социально-психологическая атмосфера сильно влияет на производительность, причем это влияние намного больше, чем воздействие, которое оказывают технические аспекты всего процесса производства. Получается, данный эксперимент исследует основу производительности труда, то из чего повышается работа, растет производительность, как можно на него воздействовать.
Принцип Гейзенберга вообще играет в квантовой механике ключевую роль хотя бы потому, что достаточно наглядно объясняет, как и почему микромир отличается от знакомого всем материального мира. Соответственно, любая частица (в общем смысле, например несущая дискретный электрический заряд) не может быть описана одновременно как «классическая точечная частица» и как волна. (Сам факт того, что какое-либо из этих описаний может быть справедливо, по крайней мере в отдельных случаях, называют корпускулярно-волновым дуализмом). Принцип неопределённости, в виде, первоначально предложенном Гейзенбергом, верен в случае, когда ни одно из этих двух описаний не является полностью и исключительно подходящим, например частица в коробке с определённым значением энергии; то есть для систем, которые не характеризуются ни каким-либо определённым «положением» (какое-либо определённое значение расстояния от потенциальной стенки), ни каким-либо определённым значением импульса (включая его направление).Таким образом, Хоторнский эксперимент и принцип неопределенности Гейзенберга дают сначала исследовать знание с основы, а уже потом в движении.

2. Показывают ли Хоторнский эксперимент и принцип неопределенности Гейзенберга, что мы никогда не сможем узнать мир таким, какой он есть на самом деле?
Мир меняется каждый раз, когда на него воздействуют, будь то Хоторнский эксперимент и принцип неопределенности Гейзенберга.
В обыденной жизни нас окружают материальные объекты, размеры которых сопоставимы с нами: машины, дома, песчинки и т. д. Наши интуитивные представления об устройстве мира формируются в результате повседневного наблюдения за поведением таких объектов. Поскольку все мы имеем за плечами прожитую жизнь, накопленный за ее годы опыт подсказывает нам, что раз всё наблюдаемое нами раз за разом ведет себя определенным образом, значит и во всей Вселенной, во всех масштабах материальные объекты должны вести себя аналогичным образом. И когда выясняется, что где-то что-то не подчиняется привычным правилам и противоречит нашим интуитивным понятиям о мире, нас это не просто удивляет, а шокирует.
Но нужно помнить, что наша интуиция основана на опыте поведения обычных предметов соизмеримых с нами масштабов, а квантовая механика описывает вещи, которые происходят на микроскопическом и невидимом для нас уровне, — ни один человек никогда напрямую с ними не сталкивался. Если забыть об этом, мы неизбежно придем в состояние полного замешательства и недоумения.
Принцип Гейзенберга вообще играет ключевую роль хотя бы потому, что достаточно наглядно объясняет, как и почему микромир отличается от знакомого нам материального мира, тем самым показывает, что есть на самом деле в микромире
И Хоторнский эффект говорит о том, что условия, в которых новизна, интерес к эксперименту или повышенное внимание к данному вопросу приводили к искаженному, зачастую слишком благоприятному, результату. Как у нас обычно в жизни бывает, если за нами следят, то конечно же мы будем работать эффективнее.
И сегодня ученые, занимающиеся изучением поведенческих факторов, хорошо знают о Хоторнском эффекте и составляют свои программы таким образом, чтобы избежать его. Однако, все еще часты случаи, когда после окончания эксперимента ученые обнаруживают присутствие Хоторнского эффекта. Например, многие компании попадаются на том, что они необъективно проводят проверку рыночной реализации новой продукции перед запуском ее в производство. Необъективность сострит в том, что они прилагают больше усилий во время рыночных испытаний, чем в обычных условиях производства. В результате новый продукт, когда он попадает в серийное производство, может и не достигать уровня рыночной привлекательности, выявленной во время испытаний, потому что сбытовики больше не уделяют ему особого внимания. Аналогичным образом новая программа профессиональной подготовки, направленная на совершенствование должностных и личных взаимоотношений между руководителями и подчиненными, часто бывает успешной лишь в самом начале. Однако, по прошествии какого-то времени руководители могут возвращаться к своим прежним привычкам, потому что они больше не получают поддержки и не пользуются тем повышенным вниманием, которое они имели во время осуществления программы.
Таким образом, можно сказать, что сам факт присутствия Хоторнский эксперимента или принципа неопределенности Гейзенберга, говорит уже об изменении мира, внедрения третьей стороны. Поэтому, можно сделать вывод, что мы, никогда не сможем узнать мир таким, какой он есть на самом деле.