Принцип добросовестности в договорных правоотношениях

Аннотация. Цель настоящей статьи состоит в изучении принципа добросовестности в договорных отношениях, который упоминается в законодательстве, но в полной мере не раскрывается. Анализ проводился с помощью методов анализа, синтеза и формально-юридического метода.
В результате изучения сделан вывод о том, что иногда принцип добросовестности нарушается сторонами договорных правоотношений, что следует из материалов судебной практики. Одновременно с этим, данный принцип и его соблюдение имеют особое значение. В целях оптимизации определения добросовестного поведения были выявлены основные критерии, позволяющие отграничить добросовестное поведение от недобросовестного поведения в гражданском обороте.
ABSTRACT
The purpose of this article is to study the principle of good faith in contractual relations, which is mentioned in the legislation, but not fully disclosed. The analysis was carried out using the methods of analysis, synthesis and formal legal method.
As a result of the study, it was concluded that the principle of good faith is often violated by the parties to contractual legal relations, which follows from the materials of judicial practice. At the same time, this principle and its observance are of particular importance. In order to optimize the definition of bona fide behavior, the main criteria were identified that allow distinguishing bona fide behavior from unfair behavior in civil turnover.
Ключевые слова: добросовестность, договор, исполнение, принцип, права.
Keywords: good faith, contract, performance, principle, rights.
В соответствии с ч.3 ст. 1 Гражданского кодекса РФ, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно [1]. Отмечается, что никто не праве извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Очевидно, что в данном случае законодатель ввел в законодательство принцип добросовестности, но содержание данного принципа до сих пор надлежащим образом не определено в связи с чем, это вызывает определенные дискуссии в научной и юридической литературе. Например, в своей книге «Основные проблемы гражданского права» И.А. Покровский акцентирует внимание на том, что вопросы, которые связаны с определением содержания принципа добросовестности в праве, не могут найти решения уже в течение века [2, с.37]. Аналогичной точки зрения придерживается К.И. Скловский. Автор указывает на то, что «добрая совесть едва ли может быть определена доктринально или легально, равно как не может быть определена исчерпывающим образом» [3, с.41].
Представляется, что дискуссии в решении данного вопроса обусловлены тем, что добросовестность является системой представлений, сформированных в обществе по поводу поведения участников гражданского оборота, а также по поводу нравственного обоснования тех или иных действий. Представления данного рода, по сути, являются абстракцией, что порождает определенные сложности при их определении. Полагаем, что для формирования определения добросовестности можно обратиться к материалам судебной практики, так как суды нередко акцентируют внимание на необходимости добросовестного поведения участников правоотношения. Примером могут являться разъяснения, данные в Постановлении Пленума ВС РФ от 23.06.2015 года № 25, так как в п.1 указано, что оценивая действия сторон как добросовестные или как недобросовестные, стоит исходить из поведения, которое ожидается от любого участника гражданского оборота [4]. Более детальное определение дается в Определении ВС РФ от 20.09.2016 года № 49-КГ16-18 [5]. Так, рассмотрев материалы дела, судебная коллегия указала, что добросовестность в рамках осуществления гражданских прав и исполнения гражданских обязанностей, подразумевает такое поведение, которое ожидается от любого участника гражданского оборота, учитывает права и законные интересы другой стороны. В связи с этим, полагаем, что под добросовестностью в данном аспекте стоит понимать систему представлений о нравственности поведении лица при приобретении, осуществлении или исполнении обязанностей, сложившуюся в обществе и признанную законом, практикой или обычаями. Таким образом, нравственность будет являться представлением о добре и зле и в случае, если в обществе определенная модель поведения расценивается обществом как зло, поведение едва ли будет считаться добросовестным. Отсюда следует, что в качестве критериев определения добросовестности в гражданском праве стоит выделить сразу несколько критериев.
Во-первых, о добросовестном поведении участника гражданского оборота можно говорить тогда, когда, как отмечается в судебной практике, лицо учитывает законные интересы и потребности контрагента. Примером может явиться Постановление Президиума Верховного Суда Республики Крым от 28.11.2018 года по делу № 44Г-179/2018 [6]. Так, истец заявил требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, а также пени за неисполнение денежных обязательств по договорам займа. Указал, что стороны заключили договор займа, но ответчик, в нарушение принципа добросовестности, свои обязательства по договора не исполнил. Рассмотрев материалы дела, судебная коллегия частично удовлетворила заявленные истцом требования. Очевидно, что в данном случае ответчик действительно нарушил принцип добросовестности, так как не стремился исполнять свои обязанности, что повлекло нарушение интересов контрагента.
В качестве второго критерия добросовестности можно расценивать осведомленность лица о тех обстоятельствах, которые могут нарушить права и законные интересы контрагента или третьих лиц. Ярким примером является добросовестный приобретатель, который признается таковым только в случае, если он действительно не знал об отсутствии права на отчуждение спорного имущества. Данный вывод подтверждается материалами судебной практики. Так, в качестве примера стоит привести Определение Судебной коллегии по гражданским делам ВС РФ от 27.02.2018 года № 5-ГК17-251 [7]. Так, уполномоченный орган заявил исковое требование об истребовании квартиры из чужого незаконного владения и выселении, указав, что спорное имущество является выморочным. Ответчиком было заявлено встречное требование о признании добросовестным приобретателем, которое суд удовлетворил. Суд отметил, что приобретая спорное имущество, ответчик руководствовался данными ЕГРП, приобрел имущество на возмездной основе и впоследствии зарегистрировал право собственности. Тот факт, что уполномоченный орган не принял мер для надлежащего оформления выморочного имущества, не является основанием для удовлетворения их требований. Данный пример показывает, что приобретая квартиру, лицо не знало о том, что она является выморочным имуществом, что свидетельствует о наличии в данном случае критерия осведомленности. Как следствие, в обратных случаях, когда лицо знало, что приобретает имущество, например, у лица, не имеющего прав на отчуждение, оно действует недобросовестно, что представляется вполне естественным.
Третий критерий добросовестности видится нам в наличии исполнения обязательств в точном соответствии с условиями, которые предусмотрены обязательством. Например, лицо будет действовать добросовестно в том случае, если исполнил обязательства в срок, в надлежащем размере или месте. Как правило, принцип добросовестности во взаимосвязи с данным критерием нарушается в обязательствах с точным сроком исполнения. Примером таких обязательств могут являться кредитные обязательства, что подтверждается материалами судебной практики. Например, в Апелляционном определении Свердловского областного суда от 11.07.2019 года по делу № 33-11678/2019 было заявлено требование об обращении взыскания на заложенное имущество. В обоснование требований кредитная организация указала, что в связи с тем, что заемщик недобросовестно исполняет обязательства по договору кредита, они вынуждены обратиться с иском. В частности, платежи по кредиту не вносились в срок и в установленном размере. В результате рассмотрения дела исковые требования были удовлетворены [8]. Отсюда следует, что говорить о добросовестности в указанной ситуации можно было бы только тогда, когда все платежи по кредиту вносились в установленный срок и в размере, указанном в договоре. Однако это в полной мере относится и к иным обязательствам.
Можно констатировать, что добросовестность или недобросовестность в договорных правоотношениях представляет собой оценку обществом того, каким образом ведет себя субъект применительно к установленным правилам. Представляется, что сегодня существует три основных критерия поведения, которое можно расценивать как добросовестное. В частности, учет интересов контрагента, осведомленность и надлежащее исполнение обязательства (в срок и в установленном размере и месте). Представляется, что данный принцип имеет особое значение для практической деятельности, а также приобретает особое значение для нормального функционирования основных гражданско-правовых институтов.
Список литературы:
1. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11 1994 № 51-ФЗ (ред. 31.07.2020) // Собрание законодательства РФ. – 1994.- N 32. - Ст. 3301;
2. Покровский И.А., Основные проблемы гражданского права: книга. – М.: Статут, 2020-351 с.;
3. Скловский К.И., Повседневная цивилистика: книга. – М.: Статут, 2017-288 с.;
4. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 2015. - N 8;
5. Определение ВС РФ от 20.09.2016 года № 49-КГ16-18. Справочно-информационная система Гарант [Электронный ресурс] Режим доступа: https://base.garant.ru/71514484/;
6. Постановление Президиума Верховного Суда Республики Крым от 28.11.2018 года по делу № 44Г-179/2018. Справочно-информационная система Консультант плюс [Электронный ресурс] Режим доступа: http://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc&base=SOUG&n=156444;
7. Определение Судебной коллегии по гражданским делам ВС РФ от 27.02.2018 года № 5-ГК17-251. Справочно-информационная система Консультант плюс [Электронный ресурс] Режим доступа: http://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc&base=ARB&n=530483#046231158290434626;
8. Апелляционное определение Свердловского областного суда от 11.07.2019 года по делу № 33-11678/2019. Справочно-информационная система Консультант плюс [Электронный ресурс] Режим доступа: http://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc&base=SOUR&n=244980#051400833760466;