Эссе по книге Б.Н.Флоря - Иван Грозный

В отечественной истории существует немало личностей, деятельность
которых до настоящего времени продолжает вызывать ожесточенные споры
как среди членов профессионального исторического сообщества, так и среди
тех, кто глубоко интересуется историей своего Отечества.
Иван IV – именно такая личность. В отношении к нему, кажется, нет
равнодушия. Одни готовы видеть в нем правителя, достигшего к закату дней,
чуть ли не святости, другие – столь же яростно проклинают, утверждая, что
первый русский царь залил страну кровью и истребил половину ее
населения.
Разумеется, обе точки зрения носят крайний, категоричный характер.
Если мы хотим приблизиться к истине, то их не стоит придерживаться.
Гораздо продуктивнее обратиться к подлинным документам
рассматриваемой эпохи, а также к свидетельствам современников о той или
иной личности (пусть даже данные источники носят крайне ненадежный
характер).
В 1999-м году популярная серия «Жизнь замечательных людей»,
основанная еще в тридцатые годы прошлого века Максимом Горьким,
порадовала читателей очередным потенциальным бестселлером – книгой
известного отечественного историка Б.Н.Флори, посвященной именно Ивану
IV, прославленному под прозвищем «Грозный» (хотя, замечу в скобках,
прозвище это дал ему, скорей всего, придворный историограф Н.М.Карамзин
уже в девятнадцатом столетии, а то же самое прозвище носил его дед –
«государь всея Руси» Иван III) .
Редкая по спокойному тону и приближению к объективности книга –
именно такое впечатление создалось у меня о ней после прочтения. Ученый
явно ни с кем не полемизирует, старается опираться только на
документальные сведения. Приходится признать, что их немного, к тому же
большинство свидетельств принадлежат иностранным деятелям, которые не
испытывали к русскому царю никаких симпатий. Последние же годы

правления Ивана IV и вовсе можно назвать «глухими», «темными» годами,
поскольку к тому времени фактически прекращается летописание.
В книге отсутствует вводная часть, что несколько необычно для книг
такого рода. Автор сразу же приступает к рассмотрению биографии главного
героя книги, его детских и юношеских лет.
В дальнейшем хронологический принцип повествования неуклонно
выдерживается на всем протяжении книги. Факты личной жизни царя прочно
увязаны с его государственной деятельностью. Не обойдены вниманием как
деятельность Избранной рады, так и наиболее трагический вопрос – об
учреждении опричнины.
Иван IV предстает перед нами живой, полнокровной личностью. Он
представлен не только как семьянин и правитель (формальный срок его
пребывания у власти – пятьдесят один год, дольше чем у кого бы то ни было
во всей российской истории), но и как искусный политик, дипломат, даже
писатель-стилист (достаточно вспомнить хотя бы его переписку с
изменником Андреем Курбским).
Автор обращает внимание на то, что в формировании характера
будущего царя сыграло роль скопление самых неблагоприятных факторов:
ранняя смерть матери в результате отравления, привычка видеть кровь во
время охоты и овладение искусством убивать самому. Иван не принадлежал
себе. Ему постоянно указывали и напоминали, кто он и как должен себя
вести. Его держали на отдалении от трона, унижали, хотя и не осмелились на
физическое устранение. Его месть знатным боярам и духовенству, таким
образом, вызревала в течение нескольких десятилетий, и потому она
окажется столь страшной, беспощадной и опять же кровавой.
В своих законных притязаниях на власть молодой царь находил
поддержку у митрополита Макария и священника Сильвестра, а также в круг
близких ему людей входили Алексей Адашев и Андрей Курбский.
Безусловно, положительно и благотворно влияла на царя его первая и горячо
любимая жена Анастасия.

Избранная рада провела несколько успешных реформ, однако не
выполнила главной задачи – ограничения боярского своеволия и всевластия.
Эту задачу пришлось решать более радикальным образом, через введение
социально-политического института опричнины.
Что же касается опричнины, то ее следует воспринимать как
карательное орудие, как инструмент расправы царя с родовитым боярством,
как способ отстранения родовитой старинной знати от вершин власти.
Вместе с тем, Б.Н.Флоря не склонен считать, что история опричнины
завершилась спустя семь или восемь лет после ее введения, когда были
казнены ведущие опричники, а само слово было запрещено употреблять как
устно, так и письменно. Политика царя не претерпела сколько-нибудь
существенных изменений. Автор книги не согласен и с теми, кто полагает,
будто тяжелые болезни и близость смерти привели царя к глубокому
раскаянию в собственных грехах. Да, он велел составить «Синодик
убиенных», однако никто из осужденных к тюремному заключению по
стандартному обвинению в государственной измене освобожден не был.
Стало быть, если царь в чем-то и сомневался, то не в правильности
проводимой им внешней и внутренней политики.
В заключительной главе Б.Н.Флоря, пытаясь определить место Ивана
IV в отечественной истории, делая ряд важных замечаний по этому поводу,
все же в конечном итоге вынужден признать, что окончательного ответа на
этот вопрос до сих пор не дано, и точка в спорах о личности «грозного царя»
не поставлена. Впрочем, споры и разногласия среди историков – явление
нормальное и обычное, куда подозрительнее было бы установление полного
единодушия.
Книга снабжена также списком использованной литературы,
справочным аппаратом и авторскими примечаниями, как и положено в
изданиях подобного рода.
Могу с полным основанием рекомендовать книгу всем, кто
интересуется эпохой Ивана Грозного, кто хочет узнать о ней и о нем больше.