Эссе на тему: Брачный договор в семейном бизнесе

ЭССЕ НА ТЕМУ: БРАЧНЫЙ ДОГОВОР В СЕМЕЙНОМ БИЗНЕСЕ

             Хочу начинать мою работу с того, что брачный договор в отечественном семейном праве – исключение из принципа «pacta sunt servanda».

Согласно ст. Статья 39 Семейного кодекса Российской Федерации: При разделе общего имущества супруга и определении доли имущества доля мужа и жены считается равной, если соглашением между супругами не предусмотрено иное.

Согласно ст. Статья 42 Семейного кодекса Российской Федерации: Согласно брачному договору, оба супруга имеют право изменить правовую систему совместной собственности (статья 34 Семейного кодекса Российской Федерации) и установить общую, долевую или совместную систему собственности. Раздельное владение всем имуществом супругов супруга, в его различных видах или на имущество каждого супруга  [2,c.44].

Общие правила, предусмотренные нормативным правовым актом семейных отношений, содержатся в Семейном кодексе Российской Федерации и толковании в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. N 15 "О применимом законодательстве суда при рассмотрении дел о расторжении брака". Дела", если правовая система совместной собственности в брачном договоре изменилась, то суд должен руководствоваться условиями таких соглашений при разрешении споров о разделе имущества мужа и жены.

Например, супруги добровольно соглашаются изменить систему своей собственности, перейдя от общей собственности (как правило) к контрактным соглашениям (раздельное владение). Если такая сделка не имеет признаков недействительности по причинам, предусмотренным ст. Статьи 166-181 Гражданского кодекса Российской Федерации, или если это не противоречит основным принципам (устоям) семейного права, не должно быть исключений, которые могут привести к неопределенным и нестабильным правовым последствиям.

Однако закон предусматривает исключение, которое по сути носит оценочный характер. Статья 2 Статья 44 Семейного кодекса Российской Федерации предусматривает, что суд также может признать брачный договор недействительным полностью или частично по требованию одного из супругов, если условия договора ставят супруга в крайне невыгодное положение.

Среди судов нет единого мнения о том, что представляет собой крайнее неблагоприятное положение. Постановлением N 15 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 года “О применении судами законодательства по делам о расторжении брака” Верховный Суд Российской Федерации привел только один такой пример. “Крайне неблагоприятная ситуация”, то есть имущество одного из супругов полностью лишен.

Этот пример в судебной практике стал общим стандартом оценки брачных контрактов. Однако исчерпывающего списка не существует. В постановлении Конституционного суда Российской Федерации N 779-О-О от 21 июня 2011 года: Относительно отказа в принятии жалобы гражданки Арбузовой Валентины Павловны на то, что пункт 2 статьи 44 Конституции нарушает ее конституционные права, Семейный кодекс Российской Федерации указал, что суд, принимая во внимание конкретные обстоятельства, решает в каждом конкретном случае, предлагать ли конкретный брачный контракт [4,c.89].

Вопрос о том, ставят ли условия контракта одну из сторон в крайне невыгодное положение......Существует множество ситуаций, которые влияют на статус имущества супруга, поэтому составить исчерпывающий перечень в законе невозможно.

В 2016 году Верховный суд Российской Федерации выявил оценочную концепцию “один из супругов находится в крайне невыгодном положении” и установил новый стандарт для ”значительно непропорциональной доли общего имущества". В постановлении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации N 5-КГ16-174 от 20 декабря 2016 года дословно указано: “Осуществление супругом права определять имущественный строй и распоряжаться общим имуществом для заключения брачного договора не должно ставить под угрозу одно из супруги в крайне неблагоприятной ситуации, например, из-за непропорционально большой доли общего имущества [1,c.66].

Раскрытие концепции оценочности с помощью новых оценочных юридических лиц является эффективной методологией нормативного толкования национальных высших судов.

Судебная практика, после вынесения вышеуказанного определения судом общей юрисдикции по гражданским делам, начала активно применять этот стандарт в судебных решениях (например, постановление Суда общей юрисдикции N 78-КГ20-14 по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 26 мая 2020 года, постановление Второго Апелляционный суд общей юрисдикции от 7 июля 2020 года N 88-14717/2020 по делу N 2-2658/2019, Московский городской суд от 24 июля 2017 года по апелляционному постановлению по делу N 33- 28323/2017), но не предоставил никаких разъяснений по его исполнению.

  Объединяя вышеупомянутые примеры судейского поведения, мы можем сделать вывод, что судебная практика, основанная на этом стандарте, эффективна с помощью “разрушения” брачного контракта.

В то же время эти позиции гражданского суда также активно использовались в практике арбитражного суда по делам о банкротстве. Другими словами, в своей интерпретации арбитражный суд согласуется с позицией суда общей юрисдикции по вопросу о стандарте “уничтожения” брачного договора. Например, по делу N A40-116301/2017 Арбитражный суд Московской области 15 июля 2019 года вынес постановление N F05-9712/2019 [3,c.60].

Если стандарт ”полного лишения собственности“ относительно ясен, поскольку у одного из супругов вообще не должно быть собственности, то ”доли значительно непропорциональны" вызовет много проблем.

На мой взгляд, такой подход полностью разрушает предсказуемость системы брачных имущественных контрактов, а смысл самого контракта сводится к нулю.