Эссе на тему: «Счастье – это когда тебя понимают, большое счастье – это когда тебя любят, настоящее счастье – это когда любишь ты»

Данное высказывание Конфуция в очень сжатой, краткой и лаконичной форме дает ответы на два самых фундаментальных вопроса человеческой жизни: что есть счастье? и что есть любовь? Наверное, нет человека, который бы не задумывался над этими вопросами, сопровождающими нас всю жизнь от самого рождения до смерти. Они волнуют нас так глубоко, что порою мы можем не замечать всех остальных проблем, которые кажутся нам в данный момент несущественными, пустыми и ничтожными, не стоящими нашего внимания и наших сил. Вся жизнь человека проходит в постоянных исканиях любви и счастья, которые подобно далеким звездам светят вдалеке, манят нас своим светом, своей красотой, своим блеском и своей необыкновенностью. Но кто из живущих на земле смог достичь этих звезд? Кто из всемирной истории человечества мог бы сказать, что он счастлив?

Необходимо заметить, что русское слово “счастье” весьма противоречиво. В романе Александра Солженицына “В круге первом” Глеб Нержин спорит с Рубиным по поводу этимологии слова “счастье”. Рубин говорил, что «слово “счастье” происходит от “се-часье”, то есть этот час, это мгновение». Глеб Нержин же ему указывал на то, что “Счастье” «происходит от “со-частье”, то есть кому какая часть, какая доля досталась, кто какой пай урвал у жизни»

Обычно в русском языке слово “счастье” обозначает субъективное состояние человека, его самочувствие, самоощущение, самовосприятие. Здесь заключается фундаментальная ошибка. Невозможно сегодня быть, т.е. чувствовать себя счастливым, а завтра погружаться во тьму отчаяния, уныния, печали. Логически противоречиво к категории счастья применять временные параметры. То же самое и с любовью. Если ты кого-то разлюбил, то это значит, что ты его никогда и не любил. Сама возможность “разлюбить”, например, данную девушку предполагает отсутствие любви к ней.

Безусловно, многие могут просто посмеяться, прочитав, с их точки зрения, такую бессмыслицу. Этот спор замечательно был изображен И. А. Гончаровым в его раннем романе “Обыкновенная история”. Александр Адуев спорит со своим дядей о любви. Он считает, что сердце может любить лишь один раз, тогда как его дядя довольно убедительно показывает, что «сердце любит до тех пор, пока не истратит своих сил. Оно живет своею жизнью и так же, как и все в человеке, имеет свою молодость и старость. Не удалась одна любовь, оно только замирает, молчит до другой; в другой помешали, разлучили — способность любить опять останется неупотребленной до третьего, до четвертого раза, до тех пор, пока, наконец, сердце не положит всех сил своих в одной какой-нибудь счастливой встрече, где ничто не мешает, а потом медленно и постепенно охладеет. Иным любовь удалась с первого раза, вот они и кричат, что можно любить только однажды. Пока человек не стар, здоров…»

Но кто способен постичь сущность счастья и любви? Для человека, который не пытается глубоко постичь сущность счастья и любви, ответы, предлагаемые каким-угодно мудрецом, не откроют ничего нового, поскольку они предполагают наличие внутреннего поиска. Если я не ищу счастья и любви, не пытаюсь понять, как же научиться любить, то для меня все этические рассуждения будут представлять лишь сугубо теоретический интерес. Между тем, можно вспомнить Аристотеля, для которого сфера этики – это сфера наших поступков. С этим трудно спорить. Действительно, что мы скажем о человеке, который говорит о милосердии, сострадании, доброте, но при этом не поступает согласно этим добродетелям? Именно поэтому любая этическая система по необходимости должна быть “поступкоцентрична”.