Эссе на тему: "Произведение Чарльза Диккенса "

Проблема смертной казни не теряет злободневности вот уже которое столетие. Чарльз Диккенс уделял ей большое внимание, как, впрочем, и другим общественно значимым вопросам. 
Будущий великий писатель приобрел известность сначала как репортер, а затем как автор ярких публицистических текстов, которые вошли в сборник «Очерки Боза» (1936). Боз – псевдоним Диккенса. 
Очерк «Публичные казни» (1849) был написан под впечатлением казни, свидетелем которой стал автор. По структуре произведение весьма необычно: оно построено как взволнованное обращение в форме двух писем (этот прием автор использовал не один раз). Их адресат не указан, но в любом случае ясно, что Диккенс обращается ко всему обществу, в первую очередь к его неравнодушным и вдумчивым представителям. По силе воздействия, по глубине проникновения в существо общественных проблем это, конечно, очерк. 
При внимательном прочтении очерка нельзя не обратить внимания на то, что автор, высказывая явное отвращение к смертной казни, тем не менее не выступает за ее отмену. Пафос публикации сосредоточен в одной точке: публичная казнь – зрелище, противное самой природе человеческой. Зрелище казни развращает человека, опустошает душу и в некоторых случаях даже становится «толчком» для людей с неустойчивой психикой для совершения «собственного» преступления. Да, нужно согласиться с такой предварительной постановкой вопроса. Но почему «предварительной»? Это требует некоторого пояснения. 
Нужно обратить внимание, как минимум, на два обстоятельства. Во-первых, очерк нельзя рассматривать в отрыве от других публицистических произведений Диккенса. Так, в публикации «О смертной казни» (1944) автор прямо говорит, что он ратует «за полное уничтожение смертной казни, как за общий принцип, во имя блага общества и предупреждения преступлений». Во-вторых, и это главное, по преимуществу якобы «бытописательский» текст содержит сильное эмоциональное начало, которое, однако, играет роль вовсе не простую. 
Главными в очерке становятся сцены безобразного поведения улюлюкающей толпы, взирающей на казнь с явным удовольствием. А вот дальше начинается своеобразная логическая цепочка, разворачивая которую автор приводит читателя к осознанию всей мерзости по-своему преступной радости толпы, которая глумится не только над смертником, а над самими христианскими ценностями. А затем для вдумчивого читателя становится очевидной жестокость, бессмысленность, антигуманность и по сути нерациональность самой смертной казни. 
Конечно, в материале много аргументов отнюдь не эмоционального плана. Приближаясь к финалу, Диккенс рисует сложную картину «правильности», «рациональности» такого положения дел, когда отправление правосудия в форме лишения человека жизни будет окружено тайной и уж во всяком случае потеряет признаки явной публичности. 
Казалось бы, читателю всё популярно объяснили: стоит лишь отменить казнь как зрелище, как разновидность какого-то дикого цирка, и тогда общество станет спокойнее, перед глазами людей будет меньше проявлений социального зла в разных его формах. Но логика Диккенса неумолима: звучит одновременно смешно и страшно, что автор предлагает совершать казнь в стенах тюрьмы, при этом круг допущенных людей должен быть весьма узким, а «мистера Колкрафта, палача… следует несколько ограничить в неуместном веселье, шутках, брани и потреблении коньяка». Это ли решение проблемы социального зла, которое в разных обличьях продолжает умножать жестокость в мире? В 1868 году смертная казнь в Великобритании была отменена.