Языки огненные и языки человеческие

свящ. Михаил Асмус

Пятидесятница считается днем рождения Христовой Церкви. Рождению Церкви содействовало двойное чудо: сошествие Святого Духа на апостолов в виде огненных языков и дарование им возможности проповедовать на различных языках и быть услышанными всеми народами.

Премудрые ловцы

Десять дней после вознесения Господня апостолы ожидали того, когда они будут облечены силою свыше, чтобы стать свидетелями и проповедниками покаяния и прощения грехов во имя Христово во всех народах (Лк. 24: 47-49). Им было обещано Христом послание другого Утешителя, т. е. «Заступника, Ходатая», вместо Себя – Духа истины, Который от Отца исходит (Ин. 15: 26). Но они не могли и предположить, что первым даром Святого Духа будет дар говорения на иностранных языках (греч. «глоссолалия»), необходимый для проповеди даже до последних, т. е. «до крайних пределов», земли (Деян. 1: 8).

То, что это были именно иностранные языки, а не какая-то нечленораздельная болтовня, практикуемая нынче в некоторых «харизматических» сектах, свидетельствуют, помимо сведений из апостольских Деяний и Посланий, многие песнопения праздника. Например, 2-я стихира на вечерне:

Языками инородных («иноплеменников») обновил еси, Христе, Твоя ученики, да теми (т.е. «на этих языках») Тя проповедят Безсмертнаго Слова и Бога, подающаго душам нашим велию милость.

Чудо состояло еще и в том, что говорить на языках стали люди неученые. Простые Галилейские рыбаки в одночасье превратились в убедительных ораторов, тонких психологов и возвышенных богословов, ловящих в сети своей проповеди умы и сердца людей самой различной степени развития. Об этом говорится и в тропаре Пятидесятницы:

Благословен еси, Христе Боже наш, Иже премудры ловцы явлей («Показавший рыбаков мудрецами»), ниспослав им Духа Святаго, и теми уловлей вселенную («и ими Уловивший весь мир»): Человеколюбче, слава Тебе!

Глоссолалия по-византийски и по-славянски

Дар языков, давший первый мощный импульс распространению Церкви, вскорости потерял свою актуальность: в учрежденных христианских общинах на первое место вышли пресвитеры, возглавлявшие Евхаристические собрания, и учители, занимавшиеся разъяснением благовестия Христова. Для этих целей теперь требовался дар слова и разума, щедро подававшийся Святым Духом тем, кого мы ныне именуем Святыми Отцами и чьи произведения мы из поколения в поколение повторяем за богослужением или читаем в книгах.

Один из великих учителей Церкви, прп. Иоанн Дамаскин (VII век), оставил по себе канон Пятидесятнице, исполняемый на праздничной утрене. В этом каноне, написанном 6-стопным ямбом, автор предстает как дерзновенный творец языка, сочиняя дотоле не ведомые многосложные эпитеты, прославляющие величия («великие дела») Божия: Решительное («освобождающее») очищение грехов – огнедохновенную приимите Духа росу, о чада светообразная церковная: ныне от Сиона бо изыде закон – языкоогнеобразная Духа благодать (ирмос 5-й песни). Или в честь Богородицы: Радуйся, Царице, матеродевственная (т. е. одновременно материнская и девичья) славо: всяка бо удобообращательная благоглаголивая уста витийствовати не могут Тебе пети достойно…(«все обильное оборотами красноречие, витийствуя, не способно по достоинству воспеть Тебя» - ирмос 9-й песни).Самый длинный и богословски насыщенный эпитет, прилагающийся к Святому Духу, выражен по-гречески 3-приставочным, 4-коренным и 29-буквенным словом: ακτιστοσυμπλαστουργοσυμθρονον – «нетварносозданнодетельносопрестольный» (3-й тропарь 8-й песни). Славянским переводчикам пришлось разделить его на три прилагательных: несозданный, зданнодетелен, сопрестолен, причем в процессе деления второе слово потеряло значимую по смыслу приставку со-. Дух Святой равен Отцу и Сыну не только Своей нетварностью и царским достоинством, но и участием в творении мира и человека.

Компенсируя эту неудачу, в другом месте славянский текст, вполне в духе прп. Иоанна Дамаскина, передает два греческих слова выразительным одним: …дождоточиши ми струю от нетленнопрободеннаго Твоего ребра, о Божий Слове… (1-й тропарь 4-й песни).

Еще одно неожиданное поэтическое явление украсило славянский текст службы Пятидесятницы: словом «язык» передается не только греческое «глосса» («орган речи», «сама речь, национальное наречие»), но и греческое «этнос» («народ», преимущественно «языческий народ»). В результате, дар языков («наречий») приводит к провещению языков («язычников»), а праздник Пятидесятницы становится поистине праздником духовного единства всех народов:

Егда снизшед языки слия, разделяше языки Вышний: егда же огненныя языки раздаяше, в соединение вся призва… - «Когда, сойдя [посмотреть на Вавилонскую башню – Быт. 11: 5-7], Всевышний смешал все наречия, [этим] Он разделил народы; когда же Он раздавал [апостолам] огненные языки [Духа], Он всех [людей] призвал к единству…» (кондак Пятидесятницы).

Это богозаповеданное и богодарованное единство христианских народов есть и залог, и плод Святого Духа, который нам нельзя терять ни при каких превратностях истории. Тем же Духом пропитаны и все наши прекрасные службы, храня которые мы не порвем связи с Церковью Христовой: ибо ее согревает Собою Дух Божий.