Свет вечерний и Свет Невечерний

свящ. Михаил Асмус

Богослужение Христовой церкви, пришедшей на смену церкви Ветхозаветной, восприняло лучшие элементы иудейского богопочитания, в частности, освящение начала и конца дня общественной молитвой.

Можно ли молиться Христу?

Раннехристианским гимном, предназанченным для утра, было сохранившееся как на греческом Востоке, так и на латинском Западе, известное всем Великое славословие, точнее – его первая часть от слов Слава в вышних Богу… до слов …во славу Бога Отца. Аминь. По уставу Православной Церкви оно исполняется ближе к концу утрени после возгласа: Слава Тебе показавшему нам свет, и, тем самым, приурочено к восходу солнца. Однако в самом тексте славословия мы не встретим прямых указаний на время суток; использование этого песнопения как утреннего – дань традиции, восходящей к первым векам христианства.

О древности гимна ярко свидетельствуют особенности его структуры. Прежде всего, текст изобилует прямыми цитатами из Священного Писания: так, в качестве начала взята ангельская песнь, которая огласила вифлеемское небо в ночь Рождества Христова: Слава в вышних Богу, и на земли мир, в человецех благоволение («среди людей – доброжелательность». Лк. 2: 14). После выражения нашего богопочитания всевозможными хвалебными глаголами – хвалим Тя, благословим Тя (буквально: «говорим о Тебе хорошо»), кланяем Ти ся, благодарим Тя – следуют две богословские строфы – триадологическая (о Святой Троице) и христологическая (о Христе) – в форме молитвенных обращений с употреблением библейских наименований Лиц Святой Троицы и Христа. 1) Господи, Царю небесный, Боже Отче Вседержителю; Господи, Сыне единородный, Иисусе Христе; и Святый Душе.2) Господи, Боже, Агнче Божий, Сыне Отечь («Сын Бога-Отца»), Вземляй («Берущий на Себя») грех мира, помилуй нас; Вземляй грехи мира, приими молитву нашу; Седяй («Сидящий») одесную Отца, помилуй нас: яко Ты еси един – свят, Ты еси един – Господь Иисус Христос во славу Бога Отца. Аминь.

В этих древних словах нет ничего своего: искусство составителя этого гимна – в распределении готовых библейских выражений по тематическим разделам. Однако нельзя обойти вниманием тот факт, что в песнопении обосновывается сама возможность обращаться с молитвой прямо ко Христу: дело в том, что еще в середине III века не все христианские учители были уверены в допустимости такой молитвы (Ориген Александрийский: «О молитве»), а вплоть до самого IV века прославление Святой Троицы звучало: Слава Отцу чрез Сына во Святом Духе.

Щадящий Свет

Древнейший вечерний гимн не сильно отличался от разобранного нами славословия. Только вместо ангельской песни в начале звучал первый стих 112 псалма: Хвалите, отроцы («дети или слуги»), Господа; хвалите имя Господне. Впоследствии, однако, он был замещен другим песнопением, ставшим центральным текстом византийской вечерни – Свете тихий. Его структура также отдает глубокой древностью: из трех строф, его составляющих, первая и третья посвящены Христу, а вторая – наподобие припева – Святой Троице. Считается, что именно на эту триадологическую формулу …поем Отца, Сына и Святаго Духа, Бога…ссылается свт. Василий Великий (IV век) для доказательства Божественного достоинства Святого Духа.

В отличие от Великого славословия, в тексте вечернего гимна есть прямое указание на время дня: …пришедше на запад солнца («дожив до солнечного заката»), видевше свет вечерний… Причем в первой христологической строфе это указание порождает удивительный по красоте и силе образ Христа – тихого Сияния святой славы Небесного Отца. Словом тихий здесь передается богатое значениями греческое прилагательное иларос, имеющее тот же корень, что и в слове илеос - «мягкий, милостивый». Светом тихим, т. е. «мягким, щадящим, радующим глаз», Христос называется по аналогии со светом закатного солнца и по противопоставлению с нестерпимо ярким, иссушающим светом солнца полуденного. Действительно, Начальник и Совершитель нашей веры, даже на Кресте продолжавший нас учить любви к своим врагам, есть Бог всепрощения и милости, а не гнева и всепожирающей ярости, как какой-нибудь языческий Ярило.

Говоря о Христе, православные песнопения парадоксальным образом совмещают, казалось бы, несовместимые определения: Солнцем правды и Востоком с высоты называется пришедший в мир Богомладенец (рождественский тропарь); закатному свету вечернему уподобляется Бог любви и Податель жизни (вечерний гимн); наконец, Светом невечерним, т.е. «незаходящим, немеркнущим», именуется Христос – Творец и вечный Владыка всего мироздания (ирмос 5 песни канона Сретению).