это быстро и бесплатно
Оформите заказ сейчас и получите скидку 100 руб.!
Ознакомительный фрагмент работы:
Оглавление
Введение
Глава I. Возникновение и развитие адвокатуры в дореформенной России в XIX веке. Судебная реформа
§1. Зарождение адвокатуры
§2. Положение адвокатуры в дореформенной России XIX в.
§3. Судебная реформа. Судебные преобразования в Забайкалье
Глава II. Организация и деятельность российской адвокатуры
§1. Статус российской адвокатуры во второй половине XIX в.
§ 2. Присяжные поверенные
§ 3. Частные поверенные
§ 4. Помощники присяжных поверенных
§ 5. Надзор за деятельностью адвокатов
Глава III. Организация и деятельность советской адвокатуры
§ 1. Статус советской адвокатуры
§ 2. Создание и деятельность советской адвокатуры после социалистической революции 1917 г.
§ 3. "Положение об адвокатуре" 1922 г. и дальнейшее развитие работы коллегий
§ 5. "Положение об адвокатуре СССР" 1939 г.
§ 6. Деятельность адвокатов в период развития социализма. "Положение об адвокатуре РСФСР" 1962 г.
§ 7. Организация и деятельность адвокатур по "Положению об адвокатуре РСФСР" 1980 г.
Глава IV. Адвокатская деятельности и адвокатура в Российской Федерации
§ 1. Статус современной адвокатуры
§ 2. Права и обязанности адвоката
§ 3. Организационные основы адвокатуры в РФ
Заключение
Список литературы
Важнейшим показателем цивилизованного общества является наличие в нем эффективного правозащитного механизма. В настоящее время в государстве создается надежная правовая база, которая призвана обеспечить незыблемость закрепленного в ст.2 Конституции Российской Федерации положения о том, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью, а признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.
Современное состояние правовой системы Российской Федерации характеризуется наличием новых законов. Примечательно, что практически любой современный закон требует, чтобы его применяли квалифицированные специалисты. Это вызвано не только сложностью его толкования, но и тем, что государство должно вступать с гражданином в равные, партнерские отношения. Данное требование нашло наглядное выражение в Конституции Российской Федерации, в ст.48 которой каждому лицу гарантируется возможность получения квалифицированной юридической помощи, а в предусмотренных законом случаях - получение данной помощи бесплатно.
Изучение истории развития российской адвокатуры помогает понять многие аспекты ее прошлой деятельности, объективно подойти к изучению того состояния, в котором оказалась сегодняшняя адвокатура, наметить некоторые пути ее дальнейшего развития.
Прежде всего, следует отметить как очевидный факт, что развитие адвокатуры (как деятельности и как организации) - это социально обусловленная необходимость. Функциональная (деятельная) сторона этого явления, исторически всегда предшествовавшая организационной (структурной), во многом определяет, механизм и характер объединения лиц, профессионально занимающихся этой работой. Организация должна соответствовать задачам и видам деятельности. Долгое время адвокатская работа не позволяла ее исполнителям создать нужное им объединение. На этом пути были серьезные поиски, крайности, значительные трудности и крупные ошибки.
Принципиальным в развитии адвокатуры было и остается то, что адвокатская жизнь и ее развитие всегда в первую очередь является делом самих лиц, работающих в ней. Государственное вмешательство носило вынужденный характер. Он заключался, прежде всего, в корректировке функций или структуре адвокатуры. Такая позиция органов власти имела для адвокатуры двойственное значение. С одной стороны, издавая законы, государство в определенной мере заботилось о развитии адвокатуры, а с другой, провозглашая их, но, не обеспечивая исполнение, не помогая адвокатам, - ставила перед ними новые препятствия, трудности, проблемы, причем очень часто - надуманные, искусственные, субъективные.
В результате оказывалось, что, наделив адвокатуру серьезными обязанностями, государство не давало адвокатам прав и возможностей, необходимых для исполнения поставленных задач. Отсюда становятся понятными многие негативные явления в адвокатуре, ее сегодняшнее невысокое положение в обществе, необязательное отношение к ее просьбам и запросам, вынужденная терпимость адвокатской деятельности со стороны работников правоохранительной системы, да пожалуй, и самого государства.
Так было очень недавно. Почти такое же положение остается и сегодня. Государство, в силу ряда причин, очень часто забывает, что адвокатура - это не чьи-то субъективные желания, а вынужденная социальная необходимость. Общество, да и само государство, его органы, в том числе и правоохранительные, не могут существовать без адвокатуры. Она - общественный противовес в механизме государственно-правовой власти с ее законами, непосильными налогами, уголовным преследованием, обвинением, многолетней судебной и следственной волокитой и т.п.
Адвокатура всегда была и остается негосударственной саморазвивающейся системой, которая живет по ее собственным внутренним законам. Игнорировать это, не замечать действующих здесь закономерностей нельзя ни государству, ни обществу, ни, тем более, самой адвокатуре. Задачи обеих сторон - осознать серьезность института адвокатуры, познать ее закономерности, максимально использовать имеющиеся у адвокатуры возможности и обеспечивать ее дальнейшее развитие
Таким образом, целью данной работы является исследование процесса развития адвокатуры.
Задачей, поставленной автором, является рассмотрение деятельности адвокатуры.
Адвокатура, как институт государственной судебной системы, представляла научный интерес для исследователей со времени введения её в России в 1864 г.
В дореволюционные годы вышли в свет общие теоретические труды, посвященные этой проблеме и содержащие фактический материал. В этой связи следует отметить работы Барымова А.А. [1], Гессена И.В. [2], Джанишева Г.А. [3], Титова А.А. [4], а также практикующего адвоката того времени - Карабчевского Н.П. [5]. Более детальное теоретическое рассмотрение адвокатуры находит в учебниках права того времени.
Вопрос развития адвокатуры в России не обошли и советские исследователи. Широко известны труды Виленского Б.В., Троицкого Н.А. [6], Ерошкина Н.П. [7], Ефремовой Н.Н. [8]. Однако, подробно рассматривая развитие адвокатуры в центральной части России, они ни слова не упоминают об особенностях становления этого института в других регионах Российской империи. Данные работы, особенно дореволюционных авторов, представляют интерес как источник богатого фактического материала, связанного с учреждением адвокатуры и процессами ее внутреннего развития, которые во многом повторялись, с некоторым разрывом во времени, во всех регионах России.
Развитие советской и современной адвокатуры достаточно подробно рассматривают такие авторы как Барщевский М.Ю. [9], Лубшев Ю.Ф. [10], Петрухин И.Л. [11], Смирнов Е.М. [12], Стецовский Ю.И. [13], Филиппов П.М. [14], Хаски Ю. [15]
Основными источниками для данной работы послужили законодательные акты. Это в первую очередь, Судебные Уставы 20 ноября 1864 года, состоящие из четырех законов, из которых наибольший интерес для нас представляют Учреждения Судебных установлений и Устав гражданского судопроизводства. Также использовались Декреты и Положения Советской власти, законы СССР, РСФСР и Российской Федерации об адвокатуре.
Дипломная работа выполнена на кафедре уголовного и уголовно-процессуального права Читинского Государственного Университета согласно плану его научно-методической работы.
Данные дипломной работы могут быть использованы при преподавании соответствующих разделов курса адвокатура Российской Федерации и Отечественной истории в учебных заведениях различного типа, а также при подготовке рефератов и докладов.
Появление адвокатуры в разных странах происходило своеобразно и далеко не одинаково.
В Греции не было такого сословия, которое можно было назвать адвокатурой. Греческая "адвокатура" была связана более с ораторским искусством, нежели с правоведением. Юридические же вопросы излагались только письменно в специальных посланиях для суда - "логографах". Поэтому греческая адвокатура получила у историков-юристов название "немой адвокатуры". Правовое представительство в Греции возникнуть не успело. В суде можно было выступать только лично гражданину или его родственникам.
В Древнем Риме адвокатура выделилась из так называемого "патроната". Он представлял собой особый институт римского права. В соответствии с ним некое лицо могло быть принято в род римского гражданина на правах, равным родственникам.
На языке древних римлян слова "патрон" и "адвокат" имели одинаковый смысл. Адвокатские (патронские) функции могли исполнять исключительно патриции, т.е. полноценные граждане Рима.
Во времена Республики адвокатура была абсолютно свободной профессией. Не имела никакой корпоративной организации - объединения. И поскольку патриции, как истинные граждане Рима, были всегда обеспеченными людьми, они видели в адвокате лишь почетного служителя обществу. Об оплате труда адвоката не могло быть и речи. Поэтому изучение правоведения или практическое применение таких знаний, т.е. правозаступничество, находилось в большом почете.
К началу новейшего времени сформировалось два основных типа построения адвокатуры: англо-французский и германский.
Англо-французская система организации адвокатуры строилась на следующих принципах:
Относительная (в отличие от абсолютной) свобода профессии адвоката.
Сословная организация адвокатуры.
Отделение адвокатуры от судебного представительства.
Тесная связь адвокатуры с магистратурой.
Относительная безвозмездность труда адвоката.
Данные принципы означали, что, несмотря на то, что доступ в адвокатуру был открыт для каждого, тем не менее, существовал определенный образовательный и нравственный ценз для желающего стать адвокатом. Адвокатура представляла собой самоуправляемую организацию, и только член этой организации (коллегии адвокатов) считался адвокатом. Адвокаты имели преимущественное право на занятие судейских должностей. Оплата работы адвоката считалась даром благодарного клиента за участие в его деле. Запрещены были все сделки по поводу гонорара. Гонорар выплачивался только после окончания дела, причем лично клиентом.
Германская система адвокатуры основывалась уже на несколько других принципах, это:
Относительная свобода адвокатской профессии.
Сословная организация адвокатуры.
Совмещение адвокатской деятельности с правовым представительством.
Отсутствие какой-либо связи адвокатуры с магистратурой.
Эквивалентная возмездность труда адвоката.
В данной системе отсутствует организационное деление между адвокатами и правовыми представителями. Адвокаты соединяют в себе сущность и деятельность обоих этих субъектов. Адвокаты не имели никакого отношения к судебной власти. Они считались гораздо ниже нее, и редко кто из адвокатов мог стать судьей. Гонорар за оказание адвокатом услуги был заработанным вознаграждением, а не даром благодарного клиента, он определялся заранее по соглашению сторон или твердой таксе.
В России, в отличие от стран Европы, где правозаступничество и судебное представительство развивались как два самостоятельных института, первое возникло не как самостоятельный, а в связи с судебным представительством.
Вплоть до XV века в России существовал так называемый "принцип личной явки". По Псковской судной грамоте приглашать поверенных могли только женщины, дети, монахи, дряхлые старики и глухие.
Затем в обществе в качестве защиты появляется родственное представительство. Непосредственно за ними зародились и наемные поверенные. Функции их могли осуществлять все дееспособные лица. Поверенных называли ходатаями по делам, стряпчими. Только в XIX в. из обычного правового института судебное представительство превращается в юридический институт присяжных стряпчих, которые вносились в особые списки, существовавшие при судах.
В России очень долго обсуждалась и отвергалась сама идея создания адвокатуры.
Четкое оформление адвокатуры связывается с принятием Судебных Уставов 1864 г. в рамках проведения правовых реформ императора Александра II.
И еще до этих судебных реформ роль адвокатов выполняли ходатаи по чужим делам, стряпчие, которые оставили о себе весьма неблагоприятные воспоминания. Они находились в полной зависимости от судей и практически не имели никаких прав. Более того, по Уложению 1649 г. ходатаи могли быть подвергнуты телесному наказанию и даже тюремному заключению, а после троекратного осуждения лишались права ходатайствовать по чужим делам.
По системе, установленной Указом от 5 ноября 1723 г., как и ранее, "тяжущиеся" (т.е. граждане) дела готовились не стряпчими, а государственными чиновниками. "Тяжущиеся" стороны должны были только представлять свои прошения, документы и доказательства, после чего суд объяснял дело и управлял его ходом до окончательного решения.
Задача стряпчего, формальное участие которого в то время сводилось к сбору и составлению бумаг, заключалась в стремлении запутать дело, затянуть его рассмотрение, воздействуя закулисными средствами на всемогущую неповоротливую судебную канцелярию. Граждане, собственно, для этого и обращались к стряпчему. И только с такой позиции оценивались его знания и деловые способности.
В 1775 г. Екатерина II подписала указ "Учреждения о губерниях". По нему стряпчие являлись помощниками прокурора и защитниками казенных интересов. Каких-либо требований в виде образовательного или нравственного ценза к стряпчим не предъявлялось. Не существовало и внутренней организации.
Прогрессивно настроенные люди тогдашней России понимали ненормальность сложившегося положения. Ими предпринимались определенные попытки хоть как-то урегулировать правозаступничество. Так, Высочайше утвержденный 14 декабря 1797 г. доклад Правительствующего Сената по ситуации в Литовской губернии констатировал, что люди в судах по делам ходящие злоупотребляют знанием законов и прав тамошних. Вместо того чтобы помогать тяжущимся в получении, а судам в отдании справедливости, часто умножают только ябеды, распри, ссоры и бывают причиной вражды и разорения фамилий.
Чтобы бороться с этими явлениями, в докладе был увеличен сословный и имущественный ценз адвокатов. Адвокат должен был быть дворянином и иметь свои деревни в данном повете или, по меньшей мере, в Литовской губернии.
Предусматривался ряд оснований, влекущих отрешение от стряпчества, среди которых упоминались и такие, как если стряпчий предстанет перед судом пьяный или, проведя время в пьянстве, пренебрежет тяжбу или будет изобличен в картежной игре, и др.
Комиссия по составлению законов 1820 г. также весьма негативно характеризовала стряпчих. Она отмечала, что в России те, кои носят имя стряпчих, находятся в таком неуважении, какого большая часть из них действительно заслуживает, судя по примерам, как некоторые из них исполняют принятые на себя обязанности, о чем могут засвидетельствовать самые присутственные места. Никто не может с благонадежностью вверить им попечение о своих выгодах и положиться на них. Случалось, что они помогали той или другой стороне, затягивали и запутывали дела, и вместо того, чтобы мирить тяжущихся, по невежеству или с умыслом, раздражали их еще более и всегда почти бывали главнейшими виновниками ябед и несправедливых, неясных решений в низших инстанциях, которые потом столь трудно, а иногда и невозможно было переделать в высшей инстанции[16].
Поверенным, согласно закону, мог стать всякий житель, за исключением тех, кому это запрещалось сводом законов. Ходатаями становились темные дельцы - стряпчие, умевшие находить "в лабиринте российского бессудия и произвола "ходы", "выходы" для выигрывания дел"[17]. Собственно юридических познаний для поверенных и не требовалось.
Законом от 14 мая 1832 г. был создан институт присяжных стряпчих, направленный на упорядочение деятельности судебных представителей в коммерческих судах. В список лиц, которые могли заниматься практикой в коммерческих судах, включались только те, кто представит аттестаты, послужные списки и другие свидетельства об их звании и поведении.
Суд по своему усмотрению либо вносил кандидата в список, либо отказывал ему в этом, не объясняя причин отказа. Внесенный в список стряпчий приносил присягу. В обязанности суда входило обеспечение достаточным количеством присяжных стряпчих, чтобы тяжущиеся стороны не затруднялись в их выборе. Закон значительно ограничивал права и возможности присяжных стряпчих, они практически опять оставались в полной зависимости от судей.
Российское общество продолжало развиваться, и к середине XIX века необходимость проведения судебной реформы становилась все более очевидной. Органической ее частью должен был стать институт адвокатуры, по сути дела еще неизвестный российскому судопроизводству. Поэтому вопрос о будущем адвокатуры в то время серьезно обсуждался российской общественностью, которая пыталась найти компромисс между сложившимся неуважением к имеющейся адвокатуре и неумолимыми требованиями времени о создании состязательного процесса в судах.
В 1850 г. "Особый комитет при II отделении собственной Его Императорского Величества канцелярии" приступил к подготовке проекта уставов гражданского и уголовного судопроизводства. Комитет пока еще ясно не представлял себе, как создать адвокатуру в качестве относительно самостоятельного правового института.
В объяснительной записке к проекту "Устава гражданского судопроизводства" указывалось, что пока нет сословия адвокатов или защитников, нет даже и надежды найти, по крайней мере, в настоящее время, достаточно приготовленных к тому людей. Объяснительная записка к проекту Устава полагала, что в России не только нет реальной возможности иметь адвокатов, но не следует даже стремиться к этому.
Нельзя терять из виду, что может быть вредно, даже опасно для государства, отмечалось в "Записке", если основательные юридические сведения будут более распространены в другом классе и разряде людей, нежели между лицами, употребляемыми Правительством.
8 сентября 1858 г. начальник II отделения граф Д.Н. Блудов подал императору доклад "Об установлении присяжных стряпчих", т.е. об учреждении адвокатуры. Вопрос об адвокатуре был предметом ожесточенных споров.
19 октября 1861 г.Д.Н. Блудов представил императору доклад, в котором подводились итоги работы, описывалось состояние дел на данный момент, и высказывались предложения на будущее. Александр II утвердил программу. Начались обсуждения новых уставов под руководством государственного секретаря В.П. Будкова. В комиссии не могли прийти к единому мнению при обсуждении статуса присяжных поверенных. Тринадцать членов комиссии во главе с С.И. Зарудным настаивали на праве каждого адвоката заниматься правозаступничеством по всей стране. Большинство (т.е.18 человек) осудили это, поскольку "в большинстве наших городов, в которых будут окружные суды, не образуется достаточного числа присяжных поверенных", и что "…по недостаточному числу их тяжущиеся и подсудимые должны будут обращаться к нынешним ходатаям по делам, тогда как при дозволении обращаться с просьбою о словесной защите к присяжным поверенным, живущим в больших центрах населения. У нынешних ходатаев по делам останется только одна письменная подготовка процессов". Это неизбежно приведет к усилению роли неофициальных ходатаев по делам.
Неоднозначно решался и вопрос о том, можно ли доверить хождение по делу и не адвокату. Большинство осудили такую практику, поскольку судебная реформа предполагала "вызвать к жизни класс сведущих и добросовестных поверенных"[18]. Таковыми могли стать имеющие высшее юридическое образование, объединенные в корпорацию.
Также пристальное внимание уделялось независимости адвокатуры. При обсуждении статуса присяжных поверенных отвергли предложение предоставить право профессорам юридических факультетов заниматься адвокатской деятельностью. Приведенные в этой связи аргументы знаменательны: "По проекту в число присяжных поверенных не допускаются вообще лица, состоящие на службе", поскольку "от них как подчиненных по роду их службы различным начальством и несущих разные обязанности нельзя ожидать ни той независимости, которая признается необходимою для присяжных поверенных, ни той свободы располагать своим временем, без которой невозможно исполнить многочисленные обязанности, соединенные со званием присяжного поверенного". Все эти причины существуют в отношении профессоров, точно так же, как и в отношении лиц, состоящих на государственной службе, профессора так же, как и прочие чиновники, подчинены своему начальству[19]. Была исключена возможность участия адвоката в предварительном следствии. Суть аргументов сводилась к следующему: "При предварительном следствии трудно поставить защитника в надлежащие границы и нельзя не опасаться, что он сочтет своей обязанностью противодействовать собиранию обличительных документов и способствовать обвиняемому в сокрытии следов преступления"[20].
Для дореформенного суда характерна множественность и запутанность процессуальных требований, невозможность порой определить круг дел, который должен подлежать рассмотрению того или иного судебного органа. Дела бесконечно перекочевывали из одного суда в другой, зачастую возвращаясь в первую инстанцию, откуда вновь начинали долгий путь вверх, на что нередко уходили десятилетия.
Другой порок дореформенного суда - взяточничество. Это явление, столь типичное для всех звеньев государственного аппарата, здесь приобретало чудовищный, всепоглощающий размах. Крайне низкая общая грамотность судей, не говоря уже о грамотности юридической, обусловила фактическое сосредоточение всего дела правосудия в руках канцелярских чиновников и секретарей.
В дореформенном суде господствовала розыскная форма судопроизводства. Процесс проходил в глубокой тайне. Принцип письменности предполагал, что суд решает дела не на основании живого, непосредственного восприятия доказательств, личного ознакомления со всеми материалами дела, непосредственного устного допроса обвиняемого - подсудимого, свидетелей, а опираясь на письменные материалы, полученные во время следствия.
Адвокатура не существовала вовсе.
Судебная реформа, как и все реформы 60-70-х гг. XIX в. была следствием определенного кризиса российского общества. Судебной реформы желали, кажется, больше, чем крестьянской. Если большинство помещиков, вопреки здравому смыслу, не хотело освобождения крестьян, то в реформе суда были заинтересованы все, кроме, разве что, судейских чиновников, имевших недурной доход от не правосудия и не желавших приспосабливаться к новым порядкам.
Двадцатого ноября 1864 г. указом императора были объявлены Судебные уставы, которые вводили новые принципы судоустройства и судопроизводства. Судебные уставы состояли из четырех законов: Учреждения судебных установлений, Устава уголовного судопроизводства, Устава гражданского судопроизводства и Устава о наказаниях, налагаемых мировыми судьями.
Судебная реформа в корне изменила судоустройство, процессуальное и отчасти материальное право Российской империи. Она отделила судебные органы от административных и законодательных. Был введен суд присяжных, реорганизована прокуратура, освобожденная от функции общего надзора и сосредоточившаяся на работе в суде.
Согласно новому законодательству была создана адвокатура. Организация адвокатуры в России с соответствующим правовым статусом её членов не имела аналогов ни в одной из стран Европы. Отличалась она сравнительной самостоятельностью. Так, во всех государствах Европы, кроме Америки, за советом адвокатов надзирал прокурор, а в России высший надзор за действиями присяжных поверенных принадлежал судебной палате и Сенату. В судебных заседаниях судьи были лишены права немедленно налагать на присяжных поверенных дисциплинарные взыскания.
Устав уголовного судопроизводства устанавливал смешанный следственно-состязательный процесс. Государство в лице следователя (институт судебных следователей также был учрежден в результате проведения судебной реформы) начинало по собственной инициативе уголовное преследование, велось оно тайно. Прав равной стороны за обвиняемым на предварительном расследовании не признавалось.
Резко розыскной характер предварительного расследования был смягчен составителями устава уголовного судопроизводства. Так, следователь был подконтролен прокурору. Участвующим в деле лицам предоставлялось право подавать жалобы на "всякое следственное действие", которое разрешалось судом, и в судебном заседании - главной стадии судопроизводства, устно и гласно проверялись материалы предварительного следствия. Обвинение и защита являлись равными сторонами, имевшими право предъявлять доказательства виновности или невиновности подсудимого[21].
Таким образом, в процессуальном праве победили принципы состязательности, гласности, устности. Но введение новой судебной системы закончилось лишь 1 июля 1899 года, причем на окраинах - с существенными изменениями.
Как такового института адвокатуры в Забайкалье после 1864 г. не существовало. Допускалось лишь представительство защиты в гражданском процессе, признающее замену тяжущегося поверенным, на основании частной воли доверителя. В силу этого в Сибири, как и в дореформенных судах Европейской России, представительство оказалось в руках ходатаев и стряпчих. Так как представительство являлось свободной профессией, то никаких требований в виде образовательного и нравственного ценза к поверенным не предъявлялось. Не существовало также внутренней организации и контроля за их действиями. Часто ходатаями и стряпчими были люди, не только не имевшие юридического образования, но какого-либо общего.
Сибирский суд, сам не представлявший юридической компетенции, не требовал её и от местных "адвокатов". На деле чаще нужны были иные знания - личные знакомства с судьями и заседателями, знание лазеек в действующем законодательстве. Для этого, следовательно, нужны были иные личные качества: ловкость, изворотливость, пронырливость. Люди с высшим юридическим образованием терпели поражения, если они не подходили под требуемые рамки.
Ярко характеризует дореформенных поверенных местная пресса: "Нравственных достоинств и качеств в представителях защиты никто не искал, общество привыкло видеть местного ходатая защитником неправды, часто позорным путем, не останавливающегося ни перед подлогом, ни перед кражею документов из дела, а нередко и всего дела"[22]. Или: "В последнее время особенно популярен в одном из губернских городов Восточной Сибири один господин, отличающийся более в служении Бахусу, чем Фемиде"[23].
Ссылка в Сибирь дала большую группу людей, негативно влияющих на институт представительства в Забайкалье, его развитие и деятельность. Законодательство не оградило судебное представительство от бывших осужденных. Ловкие пронырливые, способные на самые безнравственные поступки, эти люди составляли довольно крупный класс "закулисных ходатаев", прикрывавшихся доверенностью на чужое имя.
Деятельность подобных представителей усугубляла недоверие к суду. Все чаще звучали предложения о введении образовательного и нравственного ценза для поверенных, о запрещении хождения по чужим делам "опороченным людям" и ссыльным. В Забайкалье проблема стояла намного острее, чем во всей Сибири, из-за большого сосредоточения ссыльных людей, "лишенных прав состояния".
Невнимание государства к институту представительства вело к искажению правосудия, как процесса, и деградации самого понятия "суда правого". Если гражданский процесс допускал представительство, то в уголовном оно полностью исключалось. Подсудимому закон предписывал самому искать способы защиты, или же эти функции возлагались на суд и прокуратуру. Часто подсудимый в силу своей неграмотности и неосведомленности не мог защитить себя, а суд и прокурорский надзор не могли решать две противоположные задачи одновременно.
Такое положение в судебной сфере подрывало престиж судебной системы и порождало массовое недовольство: "Когда присмотришься к деятельности сибирских канцелярий, то положительно становишься в тупик, что нам, в Сибири, более всего нужней - новые ли судебные учреждения, или же новые деятели"[24].
25 февраля 1885 года, наконец, были изданы "Временные правила о некоторых изменениях по судоустройству и судопроизводству в Сибири". В сентябре того же года "Временные правила" были введены в действие.
Впервые "Временные правила" допустили участие защитника в уголовном процессе. Параграф 23 гласил: "По делам о преступлениях, влекущих за собою лишение всех прав состояния, прокурорский надзор поддерживает обвинение на суде, а подсудимому назначается председателем суда защитник из состоящих при суде чиновников или посторонних лиц, которым закон не воспрещает ходатайствовать по чужим делам. При недостатке таких лиц защитник не назначается"[25].
Эта реформа, несмотря на то, что являлась несомненным шагом вперед в расширении прав защиты, содержала множество ограничений. Во-первых, право на защиту ограничивалось кругом тяжких уголовных преступлений, т.е. влекущих за собой лишение прав состояния. Во-вторых, не была отражена воля подсудимого в выборе защитника, он назначался председателем суда. В-третьих, в законе указан весьма неопределенный круг лиц, которые могли взять на себя защиту подсудимого.
"Временные правила" никоим образом не коснулись вопроса о статусе адвокатуры, вновь оставив этот важный вид общественной и судебной деятельности на откуп недобросовестным ходатаям и стряпчим.
Высочайшая воля императора имела решающее значение в деле ускорения коренного преобразования судебной части в Сибири.
В мае 1896 г. последовал высочайший рескрипт, которым Николай II, в честь своего коронования, ввел новое судоустройство в Сибири.
Судебная реформа в губерниях и областях Сибири вводилась в полном объеме и на тех же началах, установленных судебными уставами императора Александра II, но с некоторыми изъятиями.
Что же касалось положений об адвокатуре, то в Сибири советов присяжных поверенных, существовавших во внутренних губерниях России, не учреждалось. Свидетельства на право хождения по чужим делам выдавались окружным судом (в Забайкалье - Читинским) частным лицам и давали им право выступать поверенными и по делам мирового разбирательства.
Таким образом, идея учреждения в России профессиональной адвокатуры связана с основными замыслами творцов Судебной реформы 1864 г., в том числе и в первую очередь с идеей состязательности судебного процесса, в котором предоставление "полной защиты тяжущимся и обвиняемым перед судом" - очевидная необходимость и гарантия контроля над "закулисными" воздействиями на следствие и суд. Образцом для российской адвокатуры послужил германская система, характерной чертой которой являлось соединение в одних руках функций правозаступничества, т.е. юридической деятельности, направленной на защиту интересов подсудимого и судебного оратора, а также функции поверенного в делах своего клиента, ведущего все его дела.
Согласно новому законодательству обвиняемые получили право на защиту, для обеспечения которого создавалась адвокатура. В дореформенной России роль адвокатов выполняли стряпчие (при коммерческих судах) и поверенные (ходатаи) по делам, функции которых законодательно не были регламентированы. Эти ходатаи и стряпчие, не имевшие, по признанию Государственного совета, "никаких сведений юридических - ни теоретических, ни практических", пользовались дурной славой хищников и мошенников. Пореформенные адвокаты решительно открещивались от родства со своими дореформенными предтечами. "Мы народились не из них, - заявлял присяжный поверенный П.А. Потехин, - мы даже произошли не из пепла их, мы совсем новые люди; ни исторического родства, ни последовательной связи с ними не имеем, чем и можем гордиться"[26].
Действительно, адвокатура в России учреждалась заново и не имела ничего общего с ходатаями прошлого по составу и организации. Адвокатура изначально планировалась и создавалась как самоуправляющаяся организация. Фактически это означало ее известную независимость от государства, что вносило элемент состязательности в мощную систему полицейского устройства державы.
В практике присяжных поверенных в основном преобладали гражданские дела, и надо отдать им должное за то, что они создали более стабильную среду для нарождавшегося предпринимательства. Благодаря своим связям в финансовом мире некоторые из них считались в большей степени предпринимателями, нежели адвокатами.
Надо отметить, что отношение к адвокатуре было неоднозначным. Если просвещенная интеллигенция понимала значение адвокатуры и всегда весьма уважительно к ней относилась, то среди обывателей бытовало иное мнение. В начале XX в. некоторых присяжных поверенных также критиковали за рекламные кампании, пустые выступления и за стремление принимать только те дела, которые давали возможность получать высокие гонорары.
Одним из основных элементов практики адвокатов являлась защита обвиняемых по уголовным делам. Существовала статья, когда присяжные поверенные назначались судом для защиты неимущих обвиняемых. Вообще уголовная практика не была ни престижной, ни прибыльной. Исключение, возможно, составляли суды присяжных высокого ранга, где присяжные поверенные приобретали репутацию антагонистов государства. Фактически их репутация "носителей демократических начал"[27] стала складываться в семидесятые годы XIX в. в результате ряда громких политических процессов. Защитники, а они были присяжными поверенными, часто добивались оправдания на политических процессах с помощью жюри присяжных, более склонных к оправданию, нежели к обвинению. Суды присяжных (особенно по уголовным делам) овладели вниманием публики. В печатных органах адвокатуры часто публиковались речи защитников, представлявшие интересное, захватывающее чтение для публики.
Законы 1864 г. предусматривали наличие организационной структуры для присяжных поверенных, состоящей из общего собрания и совета, избираемого общим собранием. Местная судебная палата, или дворец правосудия, который находился в суде высшей инстанции округа, могла позволить группе из более чем 20 присяжных поверенных, имеющих лицензию, образовать гильдию адвокатов. Каждый совет присяжных поверенных находился под надзором местной прокуратуры. Из сказанного видно, что уже в те далекие времена два равноправных участника судопроизводства - адвокатура и прокуратура - оказались в неравном положении. Государство признавало прокуратуру "своим" институтом и давало ей права надзора за адвокатурой. Кроме того, несмотря на требования действовавшего законодательства, советы не имели четко определенных полномочий, что вызвало внутренние разногласия уже в рамках самих гильдий.
Однако присяжные поверенные предоставляли только часть правовых услуг и в основном в городах. Частные поверенные (частные адвокаты) появились в результате контр реформы 1874 г., в качестве временной меры. Предполагалось, что их законное существование будет служить сокращению числа стряпчих, или подпольных адвокатов, приобретших четкую репутацию мошенников.
Так же в 1875 г. было приостановлено учреждение советов присяжных поверенных там, где они еще не были образованы. Таким образом, советов присяжных поверенных не знали прибалтийские губернии, Польша, Казахстан и Средняя Азия, Белоруссия, Кавказ, Архангельская и Астраханская губернии, Сибирь, т.е. большая часть страны. В 1889 г. в рамках судебной контрреформы было приостановлено создание отделений присяжных поверенных[28].
За пределами Санкт-Петербурга, Москвы и Харькова до 1904 г. не разрешалось образовывать дополнительные региональные адвокатские советы. Окружному суду надлежало осуществлять контроль за частными поверенными. Несмотря на то, что от частных поверенных не требовалось наличие юридического образования, они должны были получить лицензию, а для этого иметь деньги на её оплату. Надзор за ними осуществлялся местными судами и Министерством Юстиции. Их нельзя было причислить к корпорации подобно тому, как это наблюдалось у присяжных поверенных. Частные поверенные могли выступать в качестве законных представителей клиентов, хотя они и не назначались судами.
Статус адвокатов-стажеров, или помощников, не был четко определен в законах 1864 г. и был предметом разногласий внутри сословия в течение всего периода. Стажировка, которая должна была продолжаться в течение пяти лет, упорно игнорировалась сверху.
Общее отрицательное отношение царизма к адвокатуре сказывалось во всем. Особенная острота в отношениях между государством и адвокатурой возникла по вопросу об организации коллегий, необходимым требованием при приеме и уровню образования соискателя, надзору за деятельностью адвокатуры и правилам реальной практики. Хотя советы гильдий в трех главных городах обладали большей властью в адвокатуре, нежели общие собрания (особенно в вопросах, касающихся приема, дисциплины и назначений), они все же должны были отчитываться перед государственной властью. Например, апелляции на решения о приеме в коллегию или об исключении из нее можно было подавать в судебную палату, которой принадлежало последнее слово. Судебная палата осуществляла и общий контроль за советом в своем регионе. Следовало информировать местную прокуратуру обо всех решениях совета по дисциплинарным вопросам.
Чиновники Министерства юстиции постоянно пытались лишить присяжных поверенных их прав, включая и право на подачу ходатайств, что со всей очевидностью проявилось в конце 70-х гг. Между мировыми судьями и присяжными поверенными также часто возникали напряженные отношения. В своем большинстве судьи рассматривали присяжных поверенных в качестве "зла, которое можно пережить"[29]. Советы не могли заниматься регуляцией сословия из-за вмешательства Министерства юстиции, а их собственный состав должен был быть одобрен Министерством. В тех регионах, где не имелось советов, присяжные поверенные и частные поверенные контролировались окружными судами.
Государство видело слишком большую социальную мобильность внутри адвокатуры. Поэтому были определены группы лиц, чье участие в деятельности адвокатуры ограничивалось или затруднялось. В 1889 г. правительство ограничило поступление евреев в коллегии адвокатов, и они могли, таким образом, практиковать только в качестве помощников, частных поверенных или стряпчих. Женщин вообще не допускали к юридической практике в России до февральской революции 1917 г. Реформы 1864 г. не мешали женщинам стать присяжными поверенными, но им запрещалось посещать лекции по праву в университете. В 1874-75 гг. была предпринята попытка давать женщинам лицензии частных поверенных, однако, и эта попытка провалилась, поскольку Министерство юстиции запретило подобную практику. В то время как такое поведение в отношении женщин было, несомненно, дискриминационным, оно все же не представляло собой открытых репрессий, от которых страдали еврейские юристы.
Русская адвокатура не имела должной свободы слова и дела. В самодержавной стране она была поставлена в такие условия, которые заведомо парализовывали ее политическую активность. Прежде всего, были жестко ограничены ее процессуальные права. Защита могла знакомиться с делом только перед самым началом судебного разбирательства, уже после составления обвинительного, как правило, крайне тенденциозного, акт[30].
От участия же в предварительном следствии защита вообще отстранялась, хотя устав уголовного судопроизводства 1864 г. не запрещал ей это, иные адвокаты толковали его в смысле "что не воспрещено - следует считать дозволенным".17 октября 1877 г. Петербургский совет присяжных поверенных даже принял специальную резолюцию в разъяснение устава о том, что защита может участвовать во всех следственных действиях[31]. Однако, царизм быстро пресек инициативу адвокатов.26 октября 1877 г. Сенат официально разъяснил, что участие в предварительном следствии для защиты исключено.
После судебных процессов "193-х" и Веры Засулич, на которых адвокаты вызывающе смело защищали революционеров, правительство начало затянувшийся на несколько лет поход против института адвокатуры.
21 апреля 1878 г. министр юстиции К.И. Пален, внес в Государственный совет предложение распространить на присяжных поверенных действие статьи 1117-й Свода законов, позволявшей министру юстиции лишать частных поверенных права ходатайства по делам. Таким образом, присяжная адвокатура отдавалась в распоряжение министра, который в любое время мог лишить звания присяжного поверенного любого адвоката как "лица недостойного". Это предложение мотивировалось необходимостью пресечь стремление к "денежной наживе", которое мол, делает присяжного поверенного "наемным укрывателем всякой неправды и преступления"[32]. Государственный совет в обстановке антиправительственного возбуждения, которым отличался 1878 год, не рискнул одобрить проект Палена и отклонил его, но лишь на время. В духе этого проекта была задумана реформа (точнее, контрреформа) адвокатуры, которой самодержавие и занялось уже в 80-е годы.
Таким образом, самодержавие уставами 1864 г. "искалечило российскую адвокатуру еще при рождении и продолжало калечить далее из года в год неутомимым преследованием"[33]. Более того, адвокатура в России долго не имела поддержки со стороны общества. Напротив, общество относилось к ней, по крайней мере, до конца 70-х годов, враждебно. Основания для этого имелись: даже в число присяжных поверенных (не говоря уже о частных поверенных) нередко попадали люди, которые сами смотрели на адвокатуру как на "торговлю словами" и давали повод обществу судить о ней подобным же образом. Конечно, присяжные поверенные с такой репутацией, как у Спасовича или Стасова, не только не пятнали чести своего сословия, но и умели постоять за нее. Однако до тех пор, пока адвокатура не блеснула выступлениями на больших политических процессах 1877-1878 гг., либеральное и даже радикальное общество судило о ней предпочтительно по образчикам "продажного негодования" и "наемной страсти" и, к вящему удовольствию реакции, травило её. Газеты печатали злобные пасквили на адвокатов, изощрялись в сочинении ругательных кличек по их адресу, предлагали даже во имя общественного блага упразднить адвокатуру. Суждение об адвокатах исключительно как о "рыцарях наживы" было в 70-е годы обиходным.
Первым русским адвокатам довелось не только изыскивать возможности для действенной политической защиты в жестких рамках самодержавного "правосудия", но и растапливать лед недоверия, которым окружали их все слои общества. Многое здесь зависело от статуса судебного места. В военных судах защита по политическим делам почти ничем не могла похвастаться. Во-первых, военные суды решали дела в экстраординарном порядке, установленном для военного времени, в обход обычной законности. Во-вторых, защитникам в такие суды назначались, как правило, офицеры из числа кандидатов на военно-судебные должности[34], подчиненные прокурору как начальнику по службе. Они были сугубо благонадежны, максимально стеснены в правах, кроме того, получали руководящие внушения от начальства по ходу процессов[35].
Естественно, что при таких условиях и в таком составе защита на политических процессах в военных судах выглядела жалко. И все-таки даже в военных судах защита, если к ней допускали присяжных поверенных, активно помогала.
Уставы 1864 г. дозволяли привлекать к судебному разбирательству адвокатов либо по назначению суда, либо по приглашению подсудимых. Суд, однако, не всегда утверждал выбор, сделанный подсудимым. Военные суды особенно часто отказывали подсудимым в приглашении лучших адвокатов. В тех же редких случаях, когда они разрешали опытным и честным присяжным поверенным вести защиту, это оказывалось на пользу подсудимым и в ущерб обвинению.
13 марта 1884 г. обер-прокурор уголовного кассационного департамента Сената Н.А. Неклюдов поставил в Сенате вопрос о "неотложном и положительном разъяснении прав защиты", предложив хорошенько взнуздать адвокатуру, ибо она, дескать, всегда, кого и за что бы ни судили, "настаивает во что бы то ни стало, чтобы ей был отпущен ее Варавва, распинает ради сего и свидетелей, и потерпевших, и обвинительную власть, и даже самый закон"[36]. Адвокатура попыталась, было протестовать против задуманного "разъяснения", т.е. дальнейшего ограничения ее прав.
Самодержавие, однако, и слушать не стало протесты адвокатуры, а проектам Палена и Неклюдова дало ход. С этой целью в 1885 и 1890 гг. дважды создавались специальные комиссии для пересмотра существующих о поверенных по судебным делам узаконений. Но готовившиеся радикальные меры против адвокатского сословия не были прияты, по всей видимости, только потому, что в течение 80-х и особенно 90-х годов политическая активность адвокатуры, так беспокоившая самодержавие, резко ослабела, а стало быть, и необходимость радикальных мер отпала.
"Присяжный поверенный суть лица, посвящающие себя ходатайству по чужим делам, удовлетворяющие необходимым для того условиям и принятые в это звание установленным порядком, после чего они образуют из себя особые корпорации, состоящие при судебных палатах; однако, они не входят в состав судебных мест и пользуются самоуправлением в вопросах внутренней жизни, но под высшим контролем судебной власти. Органы управления их суть общее собрание присяжных поверенных всего округа и совет"[37].
Условия приема в сословие присяжных поверенных делились по Судебным уставам на положительные и отрицательные. Ст.354 Учреждений судебных установлений (Приложение 2) определяла, что присяжными поверенными могли быть лица, имевшие аттестаты университетов или других высших учебных заведений об окончании курса юридических наук или о выдержании экзамена в этих науках, а также прослужившие не менее пяти лет в качестве чиновника судебного ведомства или помощника присяжного поверенного.
В связи с тем, что число поверенных, удовлетворяющих этим требованиям, в особенности образовательному цензу, являлось крайне небольшим, ст.44 Положения 19 октября 1865 г. "О введении судебных уставов" разрешала временно принимать в число присяжных поверенных лиц, не имеющих высшего юридического образования, но доказавших во время службы свои познания в сфере судопроизводства. Стряпчество не давало права на поступление в число присяжных поверенных. Служба в судебном ведомстве должна была быть связана непосредственно с судебной частью. Так, например, не мог претендовать на поступление в число присяжных поверенных чиновник статистического отдела Департамента Министерства юстиции.
В ст.355 Учр. суд. уст. перечислялись отрицательные условия для претендующих на звание присяжного поверенного. Присяжными поверенными не могли быть лица, не достигшие 25-летнего возраста; иностранцы; объявленные несостоятельными должниками; состоящие на службе (за исключением лиц, занимающих почетные или общественные должности без жалованья); подвергшиеся по судебным приговорам лишению или ограничению прав состояния; священнослужители, лишенные духовного сана по приговорам духовного суда; состоящие под следствием за преступления и проступки, влекущие за собою лишение или ограничение прав состояния, и те, которые, находившись под судом за такие преступления или проступки, не оправданы судебными приговорами; исключенные из обществ и дворянских собраний по приговорам тех сословий, к которым они принадлежат; а так же те, которым по суду запрещено "хождение по чужим делам", и исключенные из числа присяжных поверенных.
Сокрытие каких-либо из вышеперечисленных фактов при вступлении в число присяжных поверенных влекло за собой не только отказ со стороны судебной палаты в принятии, но и ответственность по суду. Списки исключенных из числа присяжных поверенных публиковались в Ведомостях Министерства юстиции, а также рассылались уведомления на имя председателя окружного суда всех округов об исключенных из числа присяжных поверенных. За 1913 год из присяжных поверенных было исключено 13 поверенных из Варшавского, Московского, Саратовского, Екатеринбургского и других судебных округов. Об этом свидетельствует переписка старшего председателя Иркутской судебной палаты и председателя Читинского окружного суда[38]. Фактов исключения из числа присяжных поверенных в Читинском судебном округе нет. Строгий контроль за лицами, исключенными из числа присяжных поверенных, имел целью пресечь их попытки вновь заняться адвокатской деятельностью в другой местности.
Законодатель, имея свое основание в желании создать вполне самостоятельное сословие, специальными условиями поставил барьер для вступления в присяжные поверенные: поверенными не могли быть лица, состоящие на правительственной службе или занимающие выборные должности, за исключением лиц, занимающих общественные или почетные должности без вознаграждения. Общественная или почетная должность не должны были ставить адвоката в зависимость от начальства и нести противоречащие званию присяжного поверенного функции, поэтому звание присяжного поверенного не могло совмещаться со званием почетного мирового судьи, председателя мирового съезда и т.д.
Огромное значение при рассмотрении вопроса о принятии кандидатов в присяжные поверенные имели их нравственные качества. Причем отказ, основанный на нравственной оценке кандидата, обжалованию не подлежал[39].
Желающий поступить в присяжные поверенные должен был подать прошение в совет присяжных поверенных (Приложение 8). Но в Забайкальской области совета не было, поэтому прошения подавались в Читинский окружной суд, который исполнял функции совета, на имя председателя. Кандидат указывал в своем прошении, в каком именно городе он избрал себе место жительство; что для поступления нет ни одного из упомянутых в ст.355 Учр. суд. уст препятствий; что в случае, если в последствии откроется противное, он подлежит не только исключению, но и приданию суду; какие прилагаются документы для удостоверения в том, что проситель удовлетворяет условиям, требуемым для поступления в присяжные поверенные[40].
Если окружной суд (совет присяжных поверенных) после рассмотрения решал вопрос в пользу просителя, то ему выдавалось специальное свидетельство (Приложение 9), при представлении которого в судебное место он признавался принятым в присяжные поверенные. Судебное место, к которому приписывался присяжный поверенный, создавало распоряжение о приведении его к присяге по определенной форме, по правилам его вероисповедания. Относительно лиц нехристианского вероисповедания председатель суда предварительно обращался к министру юстиции, от которого зависело решение о принятии или непринятии данного лица в сословие присяжных поверенных. Так, среди адвокатов Забайкальской области исповедовалось христианство различных конфессий: православие, католицизм, лютеранство.
Присяга приносилась после принятия советом или заменяющим его окружным судом в присяжные поверенные, не ожидая приписки. Она носила религиозный характер и возлагала на присягающего обязанность хранить верность Императорскому Величеству, исполнять в точности законы Империи, не писать и не говорить на суде ничего, "что могло бы клониться к ослаблению православной церкви, государства, общества, семейства и доброй нравственности, но честно и добросовестно исполнять обязанности" звания, не нарушать уважения к судам и властям и охранять интересы доверителей или лиц, дела которых будут на присягающего возложены (Приложение 6).
Имя принятого в число присяжных поверенных заносилось в список присяжных поверенных, о чем делалась отметка на выданном ему свидетельстве, и публиковалось в "Ведомостях Министерства юстиции", "Губернских ведомостях", а также в местных газетах[41] (Приложение 9). В случае отказа о приеме в число присяжных поверенных кандидат имел право в двухнедельный срок обжаловать решение суда в иркутской судебной палате[42].
Юридическое положение присяжных поверенных определялось правами и обязанностями, перечисленными в ст.383 - 406 Учреждения судебных установлений.
Права присяжных поверенных распадались на корпоративные и личные. Первые вытекали из принадлежности их к "особой корпорации и состоят в том, что они суть члены установления, при судебной палате состоящего, носят его знак, принимают участие в общих его собраниях с правом голоса и могут быть избираемы на все должности, им учреждаемые"[43].
Присяжные поверенные были учреждены для судебного представительства, в помощь сторонам, и главнейшее из их прав заключалось в праве "принимать на себя хождение по чужим делам", как гражданским, так и уголовным, заменяя или дополняя в процессе представляемую ими сторону и получая за это договоренное или определенное таксой вознаграждение. Это право для удобства надзора за присяжными поверенными со стороны суда было ограничено территорией того округа судебной палаты, к которому присяжный поверенный был приписан[44]. Если дело передавалось для дальнейшего производства в другую судебную палату или судебный округ, то поверенный сохранял за собой право (по желанию тяжущегося) вести это дело в другом суде[45], поскольку передача дела другому поверенному была бы для тяжущегося сопряжена с дополнительными материальными издержками и лишала бы его поверенного уже вполне знакомого с сутью дела.
Однако в таких случаях присяжный поверенный, чтобы не пострадали его остальные клиенты, был обязан передать другие дела, подлежащие производству в его отсутствие, с согласия своих доверителей другому присяжному поверенному[46].
Право "хождения по делам" ограничивалось нравственными нормами. Так, присяжный поверенный не должен был действовать в суде в качестве поверенного против своих родителей, жены, детей, родных братьев и сестер[47]. Право "хождения по делам" не являлось исключительным правом присяжных поверенных, оно разделялось между присяжными поверенными, помощниками присяжных поверенных и частными поверенными. Помимо этого, оно не исключало право тяжущегося самому вести свои дела[48].
От тяжущегося зависело доверять или нет ведение своего дела присяжному поверенному, доверить ему совершение всех судебных дел или лишь некоторых, что указывалось в доверенности на ведение дел присяжному поверенному (Приложение 6), которая либо устно удостоверялась в суде, либо должна была быть удостоверена подписью нотариуса[49]. Но с введением адвокатуры в России тяжущиеся не потеряли право доверять ведение своих дел родителям, супругу, детям и лицам, имеющим с ним одну общую тяжбу или управляющим его делами и имениями[50].
Присяжные поверенные имели право на вознаграждение за труд, который основывался непосредственно на законе. Размер вознаграждения определялся соглашением с доверителем, выражаемым в особом письменном договоре[51]. Если такой договор отсутствовал, то вознаграждение определялось по таксе, которая устанавливалась каждые три года министром юстиции и публиковалась для всеобщего ознакомления (Приложение 7).
Такса имела двойное значение. Она бралась как основа:
при обозначении в судебных решениях количества судебных издержек, подлежащих взысканию с обвиняемого по делу в пользу противной стороны за найм поверенного;
при определении размера вознаграждения поверенного в случаях спора между ним и его клиентом при отсутствии письменного договора[52].
Те присяжные поверенные, которые вели дела безвозмездно по назначению совета или суда, пользовались правом на вознаграждение из особой кассы, составляемой из процентов, отчисляемых поверенными со своих гонораров[53].
Присяжный поверенный мог потерять право на вознаграждение, если по его вине были пропущены узаконенные сроки или допущены другие нарушения установленных правил и форм[54]. В случае, когда дело было проиграно, размер гонорара уменьшался:
поверенный истца получал четвертую часть;
поверенный ответчика получал треть от причитавшейся ему суммы гонорара.
Присяжные поверенные имели право взыскивать в судебном порядке причитающиеся им по условию или таксе вознаграждение, если оно не было им уплачено. Они могли в корректной форме предупредить доверителя о намерении предъявить к нему иск, если он не выплатил вознаграждение к определенному сроку добровольно. Присяжный поверенный имел право на вознаграждение и в том случае, когда дело кончалось миром, если производство по делу было им начато.
Круг обязанностей присяжных поверенных определялся Учреждением Судебных Установлений и присягой данной при вступлении в сословие присяжных поверенных. В свою очередь, обязанности по содержанию распадаются на профессиональные и корпоративные. Из них предварительные обязанности сводятся к отказу от занятий, несовместимых со званием присяжного поверенного[55], к принесению присяги[56] и к избранию места жительства в пределах округа[57].
Другую группу составляли профессиональные обязанности по принятию и ведению дел, производящихся в судебных местах. Содержания этих обязанностей образовывали специальную адвокатскую этику. Их определяют ст.390 - 393, 400 - 406 Учреждения судебных установлений, но лишь примерно, а не исчерпывающим образом, что доказывала формула присяги, которую приносят присяжные поверенные и которая значительно дополняет объем обязанностей.
Каждый присяжный поверенный обязывался по очереди, согласно назначению суда, безвозмездно вести дела лиц, пользующихся на суде правом бедности[58]. Присяжный поверенный был обязан охранять интересы своих доверителей:
не приобретать каким-либо образом права своих доверителей по тяжбам,
не быть поверенным двух сторон одновременно и не переходить от одной стороны к другой, что не только нарушало интересы клиента, но и являлось безнравственным поступком, а также
оглашать тайны доверителя[59].
В случаях нарушения прав доверителя последний имел право:
жаловаться в суд[60];
в случае нанесения убытков мог подать гражданский иск на общих основаниях[61];
в случае совершения преступления поверенным мог начать уголовное преследование[62].
Однако, решение, принятое против тяжущегося по вине поверенного, чтобы не возникали злоупотребления, отмене не подлежали.
В обязанности присяжного поверенного входило ведение списка дел, которые ему поручались (как подлежащих, так и не подлежащих действию таксы) [63]. От него зависел выбор дел, но отказ от ведения дела должен был обосновываться вескими причинами. Отказ от дела, в правомерности которого присяжный поверенный не был уверен, не мог вменяться ему в вину[64]. Адвокат обязан был принимать лишь те дела, по которым он мог оказать реальную помощь. Если он считал, что защита этого дела для него невозможна, то был обязан сообщить об этом доверителю. Одной из главных обязанностей присяжного поверенного было сообщение доверителю по первому требованию сведений о положении дел. Предоставление ложных сведений о положении дела могло стать поводом к привлечению присяжного поверенного к дисциплинарной ответственности. При возникновении разногласий между доверителем и присяжным поверенным относительно какого-либо действия, поверенный был обязан убедить доверителя в целесообразности его решения, а при невозможности это сделать - категорически заявить доверителю о своем отказе вести дальше это дело. Вообще присяжный поверенный не должен был выходить из пределов данной ему доверенности. Поэтому, если иное не оговаривалось в доверенности, поверенный не обязан был собирать сведения и документы необходимые для открытия или ведения дела, а имел полное право ожидать их от доверителя; разыскивать должника, если его местожительство не было указано истцом, принимать на себя расходы по возбуждению и ведению дела; выдавать копии всех бумаг по делу, кроме случаев, когда он отказывался от ведения данного дела.
На основании ст. ст.353 и 393 Учреждения судебных установлений и ст. ст.565 и 566 Устава уголовного судопроизводства (Приложение 4) в обязанность присяжных поверенных входила защита подсудимых в уголовном процессе по избранию либо по назначению председателя суда. По поводу уголовной защиты Правительствующий Сенат дал следующие разъяснения: "Устав уголовного судопроизводства", основанный на обвинительном начале, предполагает, как непременное условие, участие в каждом уголовном деле двух лиц: обвинителя и защитника, и на последнего возлагается обязанность способствовать на следствии уяснению обстоятельств дела в интересах обвиняемого. Вследствие чего защитнику ни в коем случае не может быть поставлено в вину принятие на себя защиты такого лица, в невиновности которого он не убежден. Кроме того, до окончания судебного следствия защитник часто не имеет возможности давать положительный ответ на вопрос виновен ли подсудимый во возводимом на него преступлении".
Однако сложившаяся судебная практика установила несколько иное правило. Защита по назначению суда часто ставила присяжного поверенного в трудное положение. Так, он был обязан защищать лицо, в виновности которого он был убежден. Защитник по назначению не имел права признавать подсудимого виновным, если тот не сознавался в своем преступлении. Однако это не означало, что защитник был обязан поддерживать любое заявление подзащитного. Задача защитника, назначенного судом, состояла в том, чтобы извлечь из дела, сгруппировать и представить все обстоятельства, которые бы говорили в пользу подсудимого, то есть опровергали бы обвинение или ослабляли его силу.
В судебной практике возникал вопрос об участии присяжного поверенного в ходе предварительного следствия, может ли он оказывать юридическую помощь и в чем она должна состоять. Такой вопрос резонно вытекал из самой сущности русской адвокатуры: из соединения функций правозащитника и поверенного в делах. Закон же не отразил этого аспекта.
Присяжный поверенный, назначенный защитником подсудимого, должен был объясняться с ним наедине, ознакомиться со следственным производством по делу и, в случае необходимости, попросить суд о вызове новых свидетелей и экспертов.
Когда защитник назначался судом, то оплата за работу присяжного поверенного производилась из средств самой адвокатуры. Эти средства являлись специальными дотациями Министерства юстиции, складывавшиеся из 10-процентного сбора удерживаемого с вознаграждений, получаемых присяжными поверенными. Министр юстиции производил распределение общей суммы между судебными округами пропорционально числу защитников, назначаемых председателями судебных мест из присяжных поверенных [65].
И, наконец, последнюю группу составляют корпоративные обязанности "доброго поведения и воздержания от поступков, которые могли бы ронять достоинство адвокатской корпорации в общественном мнении"[66]. В одной из записок к проекту Учреждения судебного установления говорилось: "Каждый присяжный поверенный должен дорожить своей репутацией, которая зависит от его знания и честности". Адвокатура была вынуждена следить даже за поступками своих коллег, к адвокатской профессии не относящимися.
Деятельность адвокатов не ограничивалась чисто юридической сферой. Она охватывала всю черновую работу - от сбора материала по делу до исполнения судебного решения. Такое совмещение обязанностей не всегда оказывало благоприятное влияние на адвокатуру. Сохранившиеся в архивах Читинского окружного суда документы свидетельствуют о неправомерных действиях и неприглядном облике адвокатов.
Так, частный поверенный Болеслав Антонович Чижевский 17 января 1914 года был привлечен в качестве обвиняемого в преступлении, предусмотренном статьями 13, 1598 и 1709 Уложения Наказаний. Б.А. Чижевский - потомственный дворянин, родился 15 июля 1891 г., принадлежал к римско-католической церкви, воспитание получил домашнее, имением располагал.2 октября 1904 года поступил на государственную службу по гражданскому ведомству - помощником секретаря Читинского Окружного Суда I-го стола уголовного отделения. В 1906 году он стал секретарем Временного отделения Читинского окружного суда в Верхнеудинске.24 июня 1908 года подает в отставку и становится частным поверенным. В 1914 году Чижевского обвинили в похищении "обманным способом недвижимого имущества" у сирот.15 сентября его устранили от звания частного поверенного до разрешения дела, в 1915 г. он был восстановлен в звании и продолжил практику, как ни в чем, ни бывало[67].
Известны и другие случаи нечистоплотной деятельности поверенных.20 октября 1921 года в Съезд Народных судей Забайкальской области поступила частная жалоба от поверенного гражданина Китайской республики Ван-Сю-Яна - В.К. Ясюковича на постановление Забайкальской областной следственной комиссии. В ней Ясюкович обвинял Александра Коровинских - бывшего поверенного Ван-Сю-Яна - в квалифицированном мошенничестве вообще, а в частности в обмане для побуждения к даче обязательств и в превышении полномочий, и предлагал возбудить уголовное преследование против А. Коровинских[68].
Но, тем не менее, большинство читинских поверенных пользовалось огромным уважением горожан и разных организаций. Это Вебер В.В., Дресслер К.А., Зефиров А.Ф., Кроль А.В., Самодуров И.Г., Сароск Ч.Ф., Тараторин Н.А., Шрейбер К.С. и другие. Сипайло И.М. и такие как: Буйвид В.Ф., Суровцев М.Ф., Шишковский И.М., Пакович Н.Н., Севастьянов В.А. и др. - стояли у истоков местной адвокатуры.
Институт частных поверенных в центральной России был учрежден 25 мая 1874 г., а в Забайкальской области - одновременно с присяжной адвокатурой. Частная адвокатура учреждалась для ограждения населения от неподлежавших никакому контролю ходатаев.
Правовое положение частных поверенных было регламентировано ст. ст.4061 - 40619 Учреждения судебных установлений в Своде законов 1892 года. Для того чтобы стать частным поверенным и получить право на участие в производстве гражданских дел, как в мировых, так и в общих судебных установлениях, необходимо было получить особое свидетельство на право ходатайствовать по чужим делам. Форма такого свидетельства издавалась министром юстиции[69]. Такие свидетельства выдавались мировыми съездами, окружными судами и судебными палатами, в округе которых частный поверенный осуществлял ходатайство по делам[70].
Желающий получить свидетельство на право быть частным поверенным должен был подать о том прошение в соответствующее судебное место с приложением документов, удостоверявших его личность, указывая в прошении, что для получения права быть поверенным нет ни одного из препятствий, указанных в статье 246 Устава Гражданского Судопроизводства (Приложение 3). Если же впоследствии выяснялось противное, то он не только лишался права хождения по чужим делам, но и привлекался к ответственности по статье 943 Уложения о наказаниях[71]. Судебное место имело право "удостовериться в надлежащих познаниях" кандидата с помощью экзамена. Но это правило не распространялось на лиц уже получивших свидетельство от другого, равного или высшего суда, или имевших аттестаты университетов или других высших учебных заведений об окончании курса юридических наук, или же выдержавших экзамен в этих науках[72].
Поверенными не могли быть лица: несовершеннолетние; неграмотные; монашествующие; священнослужители белого духовенства; несостоятельные должники; ученики, воспитанники, студенты и слушатели курса наук до его окончания; состоявшие под опекой; члены судебных учреждений и чины прокурорского надзора; отлученные от церкви; лишенные всех или особенных прав состояния; преданные суду по обвинению в преступлениях, влекущих ограничение всех или особенных прав и не оправданные судебным приговором; исключенные из службы по суду, или из духовного ведомства за пороки, или из среды обществ и дворянских собраний по приговорам тех сословий, к которым они принадлежали; и все те, кому было запрещено судебным приговором ходатайство по делам[73]. Так же не могли быть частными поверенными женщины[74].
Приняв во внимание все необходимые сведения, судебное место выносило постановления о разрешении желающему быть поверенным по судебным делам, о чем ему выдавалось свидетельство, или же об отказе в ходатайстве просителя, даже если он и соответствовал всем требуемым законом формальным условиям[75]. Сведения о лицах, принятых в число частных поверенных, сообщались министру юстиции и публиковались в местных Ведомостях[76]. Отказ судебного места о принятии в число частных поверенных обжалованию в Судебную палату не подлежал.
Лица, получившие свидетельства, были обязаны оплачивать их особым денежным сбором; по свидетельствам Мирового Съезда в размере 40 рублей в год, а по свидетельствам окружного суда и судебной палаты - 75 рублей. Дозволялось получать свидетельства от нескольких судов, но за каждое платилось отдельно[77].
Правовое положение частных поверенных определялось их правами и обязанностями. Право на хождение по гражданским делам в окружных и мировых судах ограничивалось округом Читинского окружного суда, которым выдавалось свидетельство. Частный поверенный, принявший на себя "хождение по делу" согласно выданному свидетельству, мог по желанию клиента продолжать это дело в кассационных инстанциях, вне предела округа.
Право на вознаграждение частного поверенного определялось статьями 395 и 396 Учреждения судебных установлений, т.е. количество вознаграждения зависело от соглашения с доверителем (письменное) или от таксы, которая каждые три года устанавливалась министром юстиции.
Круг обязанностей частных поверенных был тот же, что и присяжных поверенных, за исключением безвозмездной защиты и участия в уголовном процессе.
Правила для вступления лиц в звание частного поверенного были несколько мягче, чем для присяжных поверенных (Приложение 12). Этим можно объяснить количественное преимущество частных поверенных над присяжными поверенными, особенно в небольших городах, таких как Нерчинск или Сретенск. В профессиональном отношении частная адвокатура стояла ниже, нежели присяжная. Но, тем не менее, частные поверенные также как и присяжные подвергались дисциплинарным взысканиям за неправильные или предосудительные действия. Они также подвергались предостережению или замечанию, выговору, запрещению временно отправлять обязанности поверенного и исключению из числа поверенных.
В структуре дореволюционной адвокатуры существовала еще одна категория лиц - помощники присяжных поверенных. О них упоминают Судебные уставы лишь один раз в ст.354 Учреждения судебных установлений, никоим образом не определив их статуса.
Помощники присяжных поверенных это адвокаты-стажеры. Уставы указывают лишь, что они действовали под руководством присяжных поверенных, не определяя ни условий поступления в это звание, ни его порядка, ни их прав и обязанностей, ни их ответственности. Практика дополнила закон, признав, что условия для поступления в помощники те же, что и для поступления в присяжные поверенные, за исключением только стажа, признав также, что они принимались в это звание не по единоличному усмотрению присяжного поверенного, а по определению особого совета, выбираемого помощниками из своей среды, что дисциплинарной ответственности они подлежали перед советом присяжных поверенных на одинаковых с ними основаниях.
Сложившаяся судебная практика привела к закреплению за помощниками присяжных поверенных право на самостоятельное ведение дел наравне с частными поверенными, тем самым, поставив их в двоякое положение. Во-первых, они должны были удовлетворять требованиям для вступления в присяжные поверенные, с одной стороны, за исключением стажа, с другой - они должны были оплачивать свидетельства на звание частного поверенного. Во-вторых, помощники находились под контролем и подчинялись присяжным поверенным, при которых они числились, а также под контролем судов, которые выдавали им свидетельства и имели дисциплинарную власть над ними, а вместе с тем Министерство Юстиции имело право устранять их от ведения дел.
При Читинском окружном суде на 1913 г. состояло 8 помощников присяжных поверенных, получивших свидетельство частных поверенных. Институт помощников присяжных поверенных отвечал жизненным требованиям того времени. Однако его развитию явно мешало отсутствие подхода в законодательстве к организационным принципам, к системе и методам подготовки помощников. Потому институт помощников присяжных поверенных не получал должного развития и распространения.
С появлением адвокатуры в России возникла потребность в надзоре за деятельностью поверенных. Надзор за действиями присяжных поверенных принадлежал и совету, и судебной палате. Первый был органом ближайшего надзора, вторая - орган высшего надзора, действующий, в свою очередь, под контролем сената.
Присяжные поверенные каждого округа судебной палаты объединялись их общим собранием, выбранным ими советом и судебною палатой в сословие.
Общее собрание состояло из присяжных поверенных всего округа (помощники присяжных поверенных в него не входили). Порядок его созыва определялся законом. Если в данном округе существовал совет, то собрания происходили силою самого закона, который возлагал на председателя совета обязанность созывать его. Если же совета не было, то общее собрание назначалось при наличии в округе более 20 присяжных поверенных. Собрание назначалось судебной палатой по просьбе поверенных, председательство возлагалось на одного из членов судебной палаты для выбора[78]. Если в собрание явилось менее половины всего числа состоящих в округе присяжных поверенных, то оно считалось несостоявшимся и назначался новый срок. Это условие оставалось в силе и для вновь назначенного собрания[79].
Собрание обладало определенными функциями:
определение числа членов совета в указанных законом пределах: от пяти до пятнадцати[80]. Собрание могло изменить их число, которое определялось предыдущими собраниями. При решении этого вопроса во внимание принималось как общее число присяжных поверенных округа, так и объем труда, ложившегося на совет;
избрание председателя, товарища председателя и членов совета[81]. Это была главнейшая обязанность собрания. Выборы происходили закрытой подачей голосов; избранным считался получивший наибольшее абсолютное большинство, а при равенстве голосов - старший по внесению в список присяжных поверенных[82];
слушание отчета о действиях совета за минувший судебный год[83]. Он прочитывался до производства выборов в совет на следующий год. Объявлял, таким образом, совет подлежащим отчетности перед общим собранием, закон тем самым давал последнему право обсуждать действия совета. На этом основании совет представлял общему собранию свои предложения по общим вопросам внутренней жизни института присяжных поверенных.
В этом порядке развивался институт помощников, учреждались консультации, и вообще указания общего собрания принимались советом во внимание, ложась в основу его дальнейшей деятельности. Эта же функция привела на практике и к созданию, кроме ежегодного общего собрания, упоминаемого законом, не упоминаемых им общих собраний, на которых не происходили выборы в совет. Их необходимость обуславливалась недостатком времени для разрешения всех накопившихся вопросов в одном общем собрании, а иногда - и безотлагательность, представлявшихся вопросов.
Заседания общего собрания не были публичными: на них присутствовали только присяжные поверенные округа, иногда туда допускались их помощники, но без права голоса. Последнее принадлежало только явившимся в собрание: письменная подача голоса не явившимся не могла иметь места[84]. Закон не возлагал на собрание обязанности вести протокол или журнал заседания. Он требовал лишь изготовления списка членов совета, который должен был быть передан прокурору судебной палаты и публиковался для всеобщего сведения[85].
Совет присяжных поверенных, в свою очередь, совмещал обязанности административного и судебного характера. Он состоял из избранных общим собранием председателя, товарища председателя и членов, в количестве от пяти до пятнадцати. Его функции в высшей степени были важны и обширны:
он был посредником между присяжным поверенным и его доверителем и в этом качестве: назначал по очереди поверенных как для безвозмездного хождения по делам лиц, пользовавшихся на суде правом бедности, так и для ходатайства по делам лиц, обращавшихся в совет с просьбой о назначении им таковых; определял количество вознаграждения по таксе. В случае несогласия по этому предмету между адвокатом и тяжущимся, когда не было заключено между ними письменного условия[86]; рассматривал жалобы на действия присяжных поверенных и наблюдал за точным исполнением ими законов, установленных правил и всех принимаемых ими на себя обязанностей сообразно с пользой их доверителей[87];
он заведовал всеми делами корпорации, подвергаясь отчетности перед общим собранием, и распределял процентный сбор между присяжными поверенными[88];
он являлся непосредственным начальством присяжных поверенных, "принимая" или "увольняя" их[89] и определял дисциплинарные взыскания с них[90]. В этом качестве совет подлежал, за некоторыми исключениями, апелляционному контролю судебной палаты[91].
Свои определения совет постановлял по большинству голосов, обыкновенно простому; в некоторых же случаях требовалось большинство двух третей; а участвовать в заседании совета должно было не менее половины его членов[92].
В городах постоянного пребывания окружных судов, где имелось не менее десяти присяжных поверенных, по их просьбе судебная палата могла разрешить им образовать отделение совета, со всеми правами и обязанностями полного совета[93].
Надзор за деятельностью присяжных поверенных был необходим для ограждения доверителей, как бы ни незначительно было число таких поверенных, состоящих при суде, а между тем, их число обусловливало открытие совета и его отделений. На те исключительные случаи, когда совет не был образован по недостатку присяжных поверенных, закон постановил правило, по которому, "где нет совета присяжных поверенных или отделения оного, там права и обязанности его принадлежат местному окружному суду"[94]. Такое право замены совета принадлежало суду в общем его собрании, а не какой-либо его части. Оно не могло быть передаваемо комиссии, избранной окружным судом из числа присяжных поверенных для облегчения сношений с ними, а должно было быть осуществляемо самим судом.
Окружной суд, как орган, наделенный правом надзора, получал дисциплинарную власть над присяжными поверенными и управление их общественными делами. Закон предписывал ему не только наблюдение за профессиональной деятельностью поверенных, но и за их поступками, которые могли повлиять на степень доверия к нему со стороны общества.
За нарушение своих обязанностей присяжные поверенные подлежали ответственности перед гражданским или уголовным судом, или же особой дисциплинарной ответственности. Задачей первой являлось удовлетворение нарушенных поверенными имущественных интересов их доверителей. Чтобы предъявить поверенному иск не требовалось особого разрешения, а сам иск предъявлялся в то судебное место, где адвокат вел дело[95]. Уголовная ответственность своим предметом имела преступные деяния присяжных поверенных. Они подлежали уголовному суду на общем основании, без всяких изъятий в органах и порядке производства. Наконец, целью дисциплинарной ответственности было ограждение достоинства корпорации, применимо к действиям, составлявшим нарушение обязанностей присяжного поверенного.
Предостережение - это указание ошибки. Оно применялось при наиболее легких нарушениях обязанностей поверенного, допущенных в первый раз.
Выговор - выше предостережения, но способ его исполнения не определялся. Это открывало возможности для деления его на степени:
1) выговор поручалось исполнить одному из членов совета, без оглашения имени наказанного даже между поверенными;
2) выговор давался в присутствии полного состава совета, с приглашением наказанного выслушать его.
Срочное запрещение практики - третья дисциплинарная мера, так же допускала "степенение".
Исключение из числа присяжных поверенных - высшая из дисциплинарных мер. Она вызывала лишение навсегда права быть поверенным и применялась в крайних случаях, когда дисциплинарный поступок, не переходя в уголовно-наказуемое деяние, представлялся весьма тяжким, или же когда испробованные предварительно другие меры взыскания оказались недостаточными: присяжный поверенный, два раза подвергшийся запрещению отправлять временно обязанности поверенного в случае новой вины, которую совет признавал заслуживающей такого же взыскания, исключался из этого звания[96].
"Предание уголовному суду"[97] - в особенно важных случаях совет имел право своей властью применять эту меру.
Возбуждение дисциплинарного преследования против присяжных поверенных принадлежало совету (окружному суду - в Забайкальской области), или по заявлениям и жалобам частных лиц, даже если они не выдавали формальной доверенности, или по сообщениям судебного места, или по заявлениям товарищей обвиняемого, или, наконец, по собственному усмотрению совета.
Порядок дисциплинарного производства по делам поверенных отличался от порядка, установленного для дисциплинарных дел должностных лиц судебного ведомства. Закон предписывал требовать объяснений от обвиняемого, но так же дозволял решить дело и тогда, когда оно не было представлено в установленный срок[98]. Обвиняемый должен был быть вызван в определенный срок[99], но ему не было дано права требовать гласного разбора дела, и неявка его без уважительных причин не останавливала производства. Право дисциплинарного разбора принадлежало совету в составе не менее половины всего числа членов. Его решения постановлялись по абсолютному большинству голосов, а при их равенстве перевес имело мнение, которое принял председатель. Но важнейшие дисциплинарные взыскания, а именно запрещение практики, исключение со службы и предание суду могли быть определены советом только по большинству двух третей голосов присутствовавших на заседании[100]. Все постановления совета о наложении дисциплинарных взысканий или освобождении от них сообщались прокурору того судебного места, при котором состоял совет[101]. Если совет заменялся окружным судом, то дисциплинарные дела о поверенных слушались в общем его собрании, при участии прокуратуры.
Постановления, состоявшиеся в дисциплинарном порядке, подлежали пересмотру судебной палаты по протестам прокуратуры и жалобам осужденных. Прокуратуре принадлежало право протеста как на постановления об освобождении от дисциплинарной ответственности, так и на постановления о наложении каких бы то ни было взысканий[102]. На принесение жалобы и протеста полагался двухнедельный срок[103].
Судебная палата при рассмотрении протестов и жалоб на постановления совета соблюдала правила общего дисциплинарного порядка, то есть была обязана назначить день заседания общего собрания, известить о нем стороны и производить дело при участии прокуратуры. Определения палаты признавались окончательными и дальнейшему обжалованию не подлежали[104].
Таким образом, профессиональная адвокатура, организованная на основе Судебных Уставов, явилась новым учреждением, как по своему содержанию, так и по форме. Вместо большей частью невежественных и недобросовестных ходатаев пришли юристы-профессионалы, объединенные в самоуправляющиеся организации. Были предусмотрены меры, чтобы тяжущиеся и подсудимые, не имеющие средств для оплаты адвокатского гонорара, не оставались без защиты.
Адвокаты стали одновременно правозаступниками и поверенными своего клиента. Допустив адвоката в судопроизводство по уголовным и гражданским делам, законодатель тем самым подчеркнул значение юридической помощи для обеспечения прав личности и соблюдения принципа законности.
Февральская революция 1917 г. породила новую надежду на либеральную демократию, и присяжные поверенные пошли в Думу. На этом этапе в адвокатуру были также допущены женщины. Признавая важность адвокатуры в либеральной демократии, подкомитет по законопроектам Временного Правительства взялся за написание нового закона об адвокатуре. Короткий период существования Временного Правительства был перерывом в конфронтационных отношениях между государством и адвокатурой России.
Влияние, которым пользовались адвокаты при Временном Правительстве, было недолгим. Более того, адвокатура не имела должного авторитета, необходимого для того, чтобы убедить население в том, что конституционная демократия выше рая трудящихся. Но новая эра не принесла с собой полной перестройки адвокатуры, при том, что и во взаимоотношениях между адвокатами и государством ничего не изменилось.
Между дореволюционной адвокатурой и адвокатурой советского периода было много общего. Обе адвокатуры были организованы на местном уровне, у них не было центрального аппарата и идейной платформы, благодаря которым они могли бы бросить вызов политике царизма или Советской власти более эффективно. И та, и другая адвокатуры должны были мириться с контролем Министерства Юстиции за своими действиями, с недостаточным уважением со стороны судей, со снижением их роли в досудебной стадии. Обе адвокатуры, в конечном счете, зависели от государства в определении своих прав и обязанностей. В обоих случаях государство также испытывало недовольство положением адвокатуры в обществе.
В годы гражданской войны большевики рассматривали право, правовую систему, юристов в качестве временных раздражителей и принуждали все организации работать под своей опекой. Адвокатура не была исключением. Она не вписывалась в представление большевиков о приоритетной защите классовых интересов по сравнению с интересами личности. В результате Коллегия адвокатов Российской Империи была распущена Декретом "О суде" от 22 ноября 1917 г. Теперь любой человек мог выступать в качестве адвоката защиты (защитника) пока у него или у нее имелось правильное (революционное) сознание. Однако большинство людей, защищавших обвиняемых в то время, продолжало ощущать себя адвокатами, подготовленными до революции, их считали правозащитниками. В это время большевики начали процесс обезличивания отношений между клиентом и адвокатом.
У большевиков не было ясного представления о том, как вести дела в адвокатуре, в особенности, по проблемам оплаты адвокатского труда. В основном это объяснялось тем, что адвокатура стояла на одном из последних мест в шкале приоритетов, поэтому чиновники на местах и верхушка правящей Коммунистической партии не были заинтересованы в выработке некой определенной системы тарифов. Более того, выделение бюджетных средств на оплату адвокатов также не входило в их планы. Все это позволяло традиционной системе экономических отношений между адвокатами и клиентами оставаться в действии. Единственное, что делало государство - вводило ограничение на максимальный размер заработка адвокатов.
В первые месяцы после установления власти большевиков одни адвокаты практиковали, как обычно, на индивидуальной основе, другие перешли в частные предприятия. Они даже выступали против ЧК, первого большевистского агентства секретной полиции, участвовали в нескольких бойкотах вместе с другими юристами. Не без оснований большевики рассматривали адвокатуру в качестве потенциальной группы политической оппозиции, особенно когда адвокаты, с точки зрения большевиков, защищали клиентов в суде против интересов государства рабочих и крестьян. Законы, принятые в 1920 г., исключили защитников из процесса расследования, ликвидировали царские коллегии и суды присяжных, в результате фаза расследования стала занимать центральное, решающее место. Сразу после большевистской революции многие адвокаты были уничтожены, другие брошены в концлагеря, созданные для изоляции и привлечения к физической работе представителей ранее правивших классов, оставшиеся были лишены права практиковать в судах, и превратились в канцелярских работников. Местные исполкомы составляли списки подходящих защитников, получавших зарплату от государства.
Несмотря на свои первоначальные заявления о грядущем исчезновении права, большевики позволили адвокатам помогать развитию экономики с элементами рынка в соответствии с ленинской Новой Экономической Политикой. Частную юридическую практику терпели, начиная с 1922 г. и до конца двадцатых годов.
В советском праве не было четкого понятия об этических принципах работы адвоката, особенно в том, что касалось отношений между адвокатом и его клиентом, адвокатом и судьей и адвокатом и прокурором или следователем. Отсутствие четкого представления по проблеме этики явилось еще одним пережитком эры царизма.
В первой половине 30-х гг. адвокаты страдали от правового нигилизма как за пределами адвокатуры, так и внутри нее. Отсутствие уважения к закону, всеобщее презрение к юристам характерно для всего советского периода, но никогда оно не было столь велико, как в первые два десятилетия советской власти. К 1934 г. право стали считать постоянно действующим фактором легитимности государства, в то же время разрабатывался закон об адвокатуре и предполагалось, что адвокатура должна иметь, по крайней мере, внешние атрибуты законной и ответственной организации.
В 1935 г. адвокатура пострадала от чистки, проходившей по всей стране с разной степенью интенсивности и влияния. Но, правда, в ноябре 1936 г., может быть, потому, что адвокатов признали неизбежным злом, был организован отдел правовой защиты в Комиссариате Юстиции СССР (хотя поначалу он не имел большого влияния). Сама структура адвокатуры, право ее рядовых членов избирать членов президиума и председателя - все это затрудняло контроль над ней.
В 1939 г. "Закон об адвокатуре" заменил коллегии защитников коллегиями адвокатов. Согласно этому закону адвокаты больше походили на производственные единицы, действующие под руководством заведующего (единоличного управляющего), чем на юристов. Свободно организованные коллективы упразднялись, а всех адвокатов переводили в юридические консультации, которые должны были подчиняться президиуму коллегии адвокатов. Хотя, без сомнения, в основе модели консультации лежала дореволюционная консультация, более мощный механизм контроля был уже характерной чертой эпохи сталинизма. Заведующие были прямо подчинены президиуму, а не общим собраниям. Больше не разрешалась частная практика, за исключением особых обстоятельств в сельских районах, где практиковали врачи и учителя. Юрисконсульты больше не могли быть членами коллегии адвокатов. Более того, главным для адвоката было его политическое лицо. Начиная с этого времени, у адвокатов появились дополнительные побудительные мотивы к вступлению в Коммунистическую партию, даже если они и не отдавали ей своих идеологических предпочтений. Фактически адвокатура привлекла многих людей идеалами законности в противовес партийности.
Роль адвокатуры не только не повышалась, но и продолжала сохранять подчиненное положение в советской правовой системе. Кроме того, адвокаты страдали от сокращения сферы их деятельности, так как разрешение споров по гражданским экономическим делам было перенесено из судов, как это было при НЭПе, в государственные органы. Лишь немногие адвокаты допускались к политическим делам. Президиум коллегии адвокатов в ходе консультации с КГБ отбирал тех адвокатов, кто мог иметь специальные свидетельства-"допуски". Пытаясь добиться расположения влиятельных лиц, некоторые адвокаты требовали еще более строгого наказания для своих клиентов, нежели прокуроры, хотя такие адвокаты являлись скорее исключением, чем правилом. Несмотря на приниженное положение адвокатуры, в целом члены коллегии по-прежнему сохраняли верность своей профессии. Даже при отсутствии единой общегосударственной ассоциации адвокатура во многом сохранила свою корпоративную целостность, имела ограниченную автономию особенно в вопросах дисциплины и платежей.
К концу сталинского периода адвокаты стали получать более или менее системное образование. В 1935 г. были созданы юридические институты. Однако адвокаты продолжали получать образование отдельно от других работников юстиции. К 1950 г. все адвокаты должны были, как минимум, закончить курс, эквивалентный степени бакалавра права, далее они объединялись с другими будущими юристами в школах права.
Н.С. Хрущев, который пришел на смену Сталину, стремился усилить роль права и профессиональных юристов в строительстве социализма. Адвокатам защиты предоставлялось гораздо больше возможностей участвовать на более ранних стадиях уголовного разбирательства дел некоторых категорий клиентов в результате внесения изменений в Основы уголовно-процессуального законодательства СССР и в отдельные уголовно-процессуальные кодексы союзных республик. Предоставлялось больше прав защите, защитнику разрешалось представлять несовершеннолетних, инвалидов, людей, не говоривших на языке, который использовался в суде, с начала предварительного расследования.
В 50-е гг. значение роли адвокатов в уголовном и гражданском судопроизводстве уже не подвергалось никакому сомнению. Их "терпели" даже в кассационном суде, хотя большинство ходатайств и их кассационные жалобы на этом уровне не удовлетворялись судом. Типичное объяснение роли адвоката защиты в суде было следующим: "Защитник, как и прокурор, разъясняет в ходе судебного разбирательства общественно-политическое значение дела, подвергает анализу и оценке полученные доказательства в суде, дает юридическую оценку установленным фактам, характеризует личность обвиняемого и высказывает свое понимание меры преступления или призывает к оправданию обвиняемого. То же самое и в гражданском деле"[105]. Советский адвокат защиты не был законным представителем обвиняемого, по сути, в качестве независимой стороны, определяющей линию своего поведения. К 50-м гг. многие адвокаты были членами КПСС. В личном плане членство в партии обеспечивало карьеру в адвокатуре, но часто не адекватно выражало действительные идеологические предпочтения.
Процесс, начавшийся при Хрущеве, носил эволюционный характер, но не всегда развивался однозначно при Брежневе. В области применения права хозяйственного права обязанности адвокатов были расширены, и произошло это по инициативе государства, хотя большинство гражданских дел продолжали рассматриваться без участия адвокатов.
В 70-е гг. проходили и другие эксперименты, когда адвокаты давали консультации в домах культуры, горсоветах, товарищеских судах. Они даже давали срочные консультации по телефону. Ожидалось, что адвокаты будут работать на общественных началах для клиентов, которым был вынесен приговор с отсрочкой исполнения или они были освобождены условно.
В конце 70-х - начале 80-х гг. шла дальнейшая разработка вопросов правового обоснования адвокатуры как института. В брежневской конституции 1977 г. содержалась статья о коллегии адвокатов (ст.161), в которой адвокатура официально признавалась конституционным органом. С другой стороны, в этом качестве она становилась в большей степени государственным делом, нежели осталась полуавтономной профессией. В "Законе об адвокатуре" 1979 г. четко определялись новые права и обязанности адвокатов. Данный документ в одно и то же время предоставлял адвокатуре большую легитимность и подчеркивал ее независимость от Министерства Юстиции. Коллегии адвокатов рассматривались как "общественные организации", но они могли быть образованы только с одобрения местных государственных органов и республиканского министерства юстиции. Десятилетиями правительственные чиновники держали численность адвокатов на низком уровне, продолжали контролировать адвокатов путем учета их дел, следя за их поведением в зале суда. Кроме того, адвокаты еще были обязаны выступать с публичными лекциями о социалистической законности, так как в их обязанности входило распространение правовых знаний. Такой порядок раздражал некоторых адвокатов, хотя в то же время другие предпочитали работать при строгом государственном регулировании и не хотели иметь дополнительной ответственности, возникающей из автономии профессии.
Считалось, что адвокаты наиболее автономны в юридической профессии, их близость к государству меньше, чем у представителей других юридических профессий. Например, эффективность работы адвоката в суде была ограничена в определенной степени заинтересованностью государства в обеспечении высокого уровня осуждения, затрудненным доступом к клиентам и к материалам дела до процесса и иногда во время процесса. Сами адвокаты, их внимание к соблюдению процессуальных норм рассматривались как помехи для проведения расследования и причины запутывания уголовного дела. Следователи и прокуроры обычно побеждали в этой игре, особенно на стадии досудебного разбирательства. Адвокаты выступали в суде по 70% уголовных дел, но присутствовали лишь на одной трети предварительных расследований.
Февральская революция 1917 г. породила надежду на демократизацию, как российского общества, так и адвокатуры.
Подкомитет по законопроектам Временного правительства готовил новый закон об адвокатуре России. Прогрессивным явлением деятельности Временного правительства было разрешение женщинам заниматься адвокатской практикой.
Трудно сказать, как фактически преобразовало бы Временное правительство адвокатуру в России, но период его деятельности был весьма коротким, и Великая Октябрьская социалистическая революция 1917 г., и последовавшая за ней диктатура пролетариата привели к уничтожению русской, так называемой "буржуазной" адвокатуры и лишению ее лучших традиций.
Многие адвокаты были уничтожены физически как представители враждебного пролетариату класса. Другие оказались в концлагерях. А оставшиеся на свободе были лишены права выступать в судах.
Декретом о суде № 1 от 24 ноября 1917 г. социалистическая революция упразднила все судебные учреждения российского буржуазного государства, наряду с ними - присяжную и частную адвокатуру. Этим же Декретом были созданы советские суды. В качестве защитников и обвинителей допускались все непорочные лица обоего пола, пользующиеся гражданскими правами. Вопрос о судебной защите решался именно таким образом, хотя специальной организации защиты создано не было.
Естественно, бывшие присяжные поверенные с тревогой встретили "Декрет № 1"[106], требуя созыва Учредительного Собрания, освобождения арестованных членов Временного правительства и др.
19 декабря 1917 г. была издана инструкция "О революционном трибунале, его составе, делах, подлежащих его ведению, налагаемых им наказаниях и о порядке ведения его заседаний". В соответствии с этой инструкцией народным комиссариатом юстиции при революционных трибуналах образовывались коллегии правозащитников, которые действовали наряду с общегражданскими обвинителями и защитниками.
Коллегии правозащитников создавались путем свободной записи всех лиц, желающих оказать помощь революционному правосудию, но нужна была рекомендация Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. Согласно Инструкции от 19 декабря 1917 г., обвиняемый мог воспользоваться также защитником из числа лиц, присутствующих в зале суда.
Поскольку члены коллегии правозащитников выступали лишь по наиболее сложным уголовным делам, подсудным трибуналам, то ее вряд ли можно было считать адвокатурой. Всю иную юридическую помощь гражданам оказывали бывшие присяжные поверенные, присяжные юрисконсульты и другие лица, нелегально занимавшиеся адвокатской практикой.
Согласно этой инструкции при революционных трибуналах создавались коллегии правозаступников, а правозаступничество осуществлялось в форме общественного обвинения и общественной защиты. Инструкция предусматривала, что судебное следствие в революционных трибуналах должно происходить с участием обвинения и защиты. В качестве защитника обвиняемый мог пригласить любое лицо (не обязательно из коллегии правозаступников), пользующееся политическими правами. И только в том случае, если обвиняемый не мог сам пригласить себе защитника и просил об этом трибунал, тот должен был предоставить ему такового из коллегии правозаступников.
Кроме того, согласно Инструкции в судебном заседании революционного трибунала могли выступить из числа присутствующих в зале один обвинитель и один защитник.
На практике обвиняемые редко обращались к помощи защитников из коллегий правозаступников, прибегая к помощи бывших адвокатов, ибо коллегии правозаступников по существу являлись коллегиями обвинителей.
Шло время. Дела разбирались путано. И пролетарскому государству потребовалась новая форма организации защиты. Это было осуществлено Декретом о суде № 2 от 7 марта 1918 г. [107] он гласил: "При Советах рабочих, солдатских и крестьянских депутатов учреждается коллегия лиц, посвятивших себя правозаступничеству, как в форме общественного обвинения, так и в форме общественной защиты. В эти коллегии поступают лица, выбранные Советами рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. Только эти лица имеют право выступать в суде за плату".
Правозаступничество устанавливалось также в формах общественного обвинения и общественной защиты. В основу Декрета были положены поправки В.И. Ленина, касающиеся трех основных вопросов организации защиты:
при каком органе должны состоять защитники;
какой должна быть организация защиты и
кем комплектуются органы советской защиты.
В Декрете указывалось, что правозаступничество является общественной функцией.
На основании Декрета о суде № 2 Советы депутатов трудящихся издавали "Положения о коллегии правозаступников". Плата за осуществление защиты определялась свободным соглашением с клиентом.
В состав правозаступников вошло много дореволюционных адвокатов, часть из которых была настроена контрреволюционно. Это приводило к "злоупотреблениям".
Декретом предусматривалось, что члены коллегий правозаступников избирались и отзывались советами, при которых состояли коллегии. Каждый обвиняемый имел право сам пригласить себе защитника или просить суд о назначении ему правозаступника. Сохранялся порядок, согласно которому в судебных прениях могли выступить по одному обвинителю и защитнику из числа присутствовавших в зале судебного заседания.
Организация коллегий правозаступников на местах шла с большим трудом, так как представители уничтоженной адвокатуры всячески саботировали создание новых коллегий.
Кое-где бывшие присяжные поверенные пытались создать, в противовес новым коллегиям, свои адвокатские объединения, но новая власть на местах жестоко расправлялась с ними.
Адвокатура оказалась разрушенной, а "адвокаты - народные представители" не были готовы осуществлять в суде функции защиты и представительства. Уровень правовой культуры в судах резко упал, а защитники и представители попали в зависимость от местных властей.
Эта зависимость стала еще большей после принятия Декрета ВЦИК от 30 ноября 1918 г. [108], утвердившего Положение "О народном суде РСФСР". Этим положением безоговорочно признавалось сохранение коллегий правозаступников, которые стали именоваться "коллегиями защитников, обвинителей и представителей сторон в гражданском процессе".
Члены коллегии защитников фактически признавались должностными лицами и получали содержание в размере оклада, устанавливаемого для народных судей по смете Народного Комиссариата Юстиции[109].
Положение четко устанавливало, кто, кроме членов коллегии защитников, может быть защитником и представителем сторон в суде.
Согласно ст.47 ими могли быть: близкие родственники тяжущихся, как-то: родители, дети, супруги, братья и сестры, юрисконсульты советских учреждений по уполномочию их руководящих органов.
Обязательным участие защитника в уголовном процессе было тогда, когда дело по обвинению его рассматривал народный суд с участием шести народных заседателей, т.е. по делам об убийстве, разбое, изнасиловании, спекуляции, и в том случае, если по делу выступал обвинитель.
Контроль за деятельностью коллегий защитников возлагался на губернские отделы юстиции. Они должны были периодически проводить совещания членов коллегий, следственных комиссий и народных судей для единого направления их деятельности. Фактически же это означало полную зависимость адвокатуры от государственных органов в лице губернских отделов юстиции.
В июле 1920 г. на III Всероссийском съезде деятелей советской юстиции было высказано мнение о том, что коллегии обвинителей, защитников и представителей сторон себя не оправдали. Они злоупотребляли доверием, получали высокие гонорары и т.п. была дана команда на уничтожение коллегий еще до внесения изменений в законодательство.
Коллегии правозаступников окончательно были упразднены Положением о народном суде РСФСР 1920 г. [110].
26 мая 1922 г. III сессия Всероссийского Исполнительного комитета IX созыва утвердила своим постановлением "Положение об адвокатуре".
5 июля 1922 г. НКЮ издал "Положение о коллегиях защитников"[111] (см. Приложение 17) создавались коллегии защитников по гражданским и уголовным делам при губернских отделах юстиции. Общее собрание защитников избирало президиум. Он осуществлял руководство деятельностью коллегии, на президиум возлагалась обязанность приема в коллегию и отчисления из нее, наложение дисциплинарных взысканий, решение финансовых и административных вопросов, связанных с функционированием деятельности коллегии.
Деятельность коллегий защитников должна была обеспечивать организацию всесторонней юридической помощи населению путем дачи советов и консультаций, ведением дел в судах и иных организациях, широкую пропаганду советского права. Гарантией выполнения задач, поставленных перед советской адвокатурой того времени, могло служить лишь "партийное руководство коллегиями защитников".
Для этого требовалось, чтобы наиболее подготовленные члены РКП (б) активно участвовали в работе коллегий, направляя их, и на деле отстаивая политическую линию партии. Партийные организации в то время взяли под свое руководство деятельность коллегий, послав туда для работы коммунистов. В коллегиях стали создаваться большевистские фракции. Они постепенно взяли под контроль всю деятельность адвокатуры. Это было требование времени.
ЦК РКП (б), издав 2 ноября 1922 г. циркуляр "О вступлении коммунистов в коллегии защитников"[112], указал, что коммунисты в коллегиях должны образовывать фракции, подотчетные губернским комитетам партии.
Коммунистам в коллегиях запрещалось принимать дела по защите "буржуазных элементов" в их спорах против рабочих, государственных предприятий и учреждений. Нельзя было также защищать в судах "явных контрреволюционеров, расхитителей имущества и взяточников".
Адвокаты-коммунисты также обязаны были расширять бесплатную юридическую помощь населению, в первую очередь - рабочим и крестьянам. Активное участие коммунистов в работе коллегий адвокатов позволило в короткие сроки покончить с традициями старой адвокатуры, т.е. практически уничтожить подпольную адвокатуру.
"Положение о судоустройстве РСФСР", принятое IV сессией ВЦИК IX созыва 11 ноября 1922 г., также подчеркивало, что коллегии защитников действуют именно в целях обеспечения трудящихся юридической помощью.
Этим же Положением устанавливалось, что коллегии защитников состоят при губернских судах и действуют под их наблюдением.
23. апреля 1924 г. НКЮ принял циркуляр № 61, в котором предлагал губсудам усилить кадры адвокатуры привлечением в коллегии защитников работников партийных и профессиональных организаций, имеющих достаточную подготовку, а также предлагалось усилить контроль губсудов за деятельностью коллегий защитников[113].
В этом циркуляре ставился и вопрос о равномерном распределении адвокатов по территории губернии в целях лучшего обслуживания трудящихся юридической помощью.
Наркомюст подчеркивал, что деятельность коллегий защитников должна осуществляться не только "под неусыпным контролем и наблюдением губсудов", но и под контролем губернских (областных) исполнительных комитетов.
В первый период НЭПа деятельность советской адвокатуры протекала в двух формах. Одной из форм была частная практика адвокатов, другой - работа в юридической консультации.
Несмотря на то, что в годы НЭПа многие российские присяжные поверенные и их помощники вернулись к своей профессии, советская адвокатура была значительно малочисленнее дореволюционной.
В этот же период в российской адвокатуре наметилась тенденция к усилению независимости и самостоятельности коллегий защитников. Государство всерьез забеспокоилось.
В 1926 г. вопросы адвокатуры встали перед законодателем. Ст.11 "Положения о судоустройстве РСФСР" четко указывала, что коллегии защитников "действуют под непосредственным надзором и руководством областных, губернских и окружных судов". В главе XII Положения, полностью посвященной коллегиям защитников, были изложены принципы организации и деятельности коллегий защитников. Одним из новых принципов организации адвокатуры был принцип запрета ограничения численности коллегии, провозглашенный в ст.80 Положения.
Краевому (губернскому) исполнительному комитету представлялось право отзывать из коллегии защитников по своему усмотрению отдельных адвокатов. Особое внимание в Положении было уделено вопросу оказания населению правовой помощи бесплатно. Ст.84 Положения предусматривала исключение адвоката из коллегии за невыполнение им обязанностей по оказанию бесплатной юридической помощи.
С 1928 г. по инициативе коллегии Наркомюста была начата борьба с частнопрактикующими адвокатами, которые якобы "способствовали засорению адвокатуры". Акцент делался исключительно на коллективную консультационную форму деятельности. А 12 сентября 1928 г. коллегия НКЮ приняла специальное постановление "О реорганизации коллегии защитников", в котором предлагало окружным судам организовать адвокатские коллективы.
Этим постановлением признавалась необходимость проверить состав адвокатуры путем изучения каждого адвоката в отдельности с привлечением к проверке общественных организаций. Обращалось особое внимание на необходимость широкого привлечения в адвокатуру лиц, окончивших юридические факультеты вузов.
27 февраля 1932 г. Наркомюстом было утверждено новое "Положение о коллективах членов коллегии защитников". Оно учитывало как положительный, так и отрицательный опыт организации и деятельности адвокатских коллективов в первые годы их существования.
Данное Положение предусматривало организацию коллективов защитников "в районных и межрайонных масштабах" и охватывало адвокатов, работавших в районных центрах и в сельских местностях. Действовали коллективы защитников под непосредственным руководством соответствующих президиумов областных (краевых) коллегий защитников. А общий политический надзор за деятельностью коллегии возлагался на областные (краевые) суды.
Четко был определен круг деятельности коллективов защитников, которые должны были оказывать юридическую помощь населению, обслуживать государственные учреждения и предприятия, кооперативные и общественные организации, вести пропаганду советского права и подготовку практикантов, выдвинутых общественными организациями для дальнейшей работы в коллективах.
Согласно Положению прием в коллектив защитников производился добровольно, в каждом отдельном случае по заявлению вступающего в коллектив. Отказ в приеме мог быть обжалован в президиум коллегии защитников, постановление которого являлось обязательным.
Членам коллегии защитников запрещалась всякого рода юридическая работа, за исключением педагогической, литературной и научной деятельности, а также работы юрисконсульта предприятий и учреждений общественного сектора - по совместительству.
Высшими органами управления коллектива являлись: общее собрание членов коллектива, бюро коллектива, ревизионная комиссия.
Для оказания юридической помощи населению создавались юридические консультации. Особое внимание в Положении обращалось на максимальное размещение юридических консультаций в рабочих районах и сельских местностях. Открытие новых консультаций производилось с разрешения президиума коллегии. Размер вознаграждения за оказываемую юридическую помощь определялся таксой. Она вырабатывалась президиумом коллегии и утверждалась соответствующим судом.
Размер вознаграждения, взимаемого с так называемых "нетрудовых элементов", таксой не регулировался, и определялся в каждом конкретном случае соглашением коллектива с обращающимся в коллегию за помощью. Бюро коллектива могло освободить трудящегося от платы или снизить ему сумму, устанавливаемую таксой.
Все члены коллектива должны были иметь нагрузку по общественно-правовой работе, неисполнение которой влекло за собой дисциплинарную ответственность.
Сумма гонораров в коллективах распределялась следующим образом:
а) от 3% до 5% всей суммы отчислялось в запасной фонд коллектива;
б) необходимые суммы отчислялись на покрытие административно-хозяйственных расходов и культурно просветительных нужд;
в) от 2 до 5% всей суммы отчислялось на содержание президиума коллегии;
г) кроме того, по постановлению президиума могли создаваться в президиумах и другие фонды (премиальные и др.).
Конституция СССР 1936 г. установила "право трудящихся на объединение в общественные организации". В соответствии с ним и происходило объединение адвокатов в коллегии.
Формально самоуправляющиеся коллегии защитников со времени их образования были под надзором областных судов. А с начала 30-х гг. перешли под контроль Наркомюста.
Социальные изменения, произошедшие в годы Советской власти, дальнейшие политические события требовали и организованного изменения адвокатуры.
Так, 16 августа 1939 г. постановлением СНК СССР было утверждено новое "Положение об адвокатуре СССР", предусмотревшее создание юридических консультаций. Оно разрешало практически все вопросы организации и деятельности адвокатуры на том этапе. Этим Положением устанавливалось, что коллегии адвокатов образовывались в краях, областях, автономных республиках, не имеющих областного деления.
Общее государственное руководство адвокатурой возлагалось на НКЮ СССР, союзных и автономных республик, определялись конкретные задачи по оказанию юридической помощи населению, учреждениям, организациям и предприятиям:
а) дача юридических консультаций (советов, справок, разъяснений и т.п.);
б) составление заявлений, жалоб и других документов по просьбе граждан, учреждений, организаций и предприятий;
в) участие адвокатов в судебных процессах в качестве защитников обвиняемых, представителей ответчиков, истцов и других заинтересованных лиц.
Положением был закреплен новый принцип, в соответствии с которым в адвокатуру могли вступать лишь лица, имеющие юридическое образование или не менее 3-х летний стаж работы в качестве судьи, прокурора, следователя и юрисконсульта. Ст.14 Положения закрепляла важнейший демократический принцип: "все вопросы, связанные с организацией и деятельностью коллегии адвокатов, разрешаются общим собранием членов коллегии адвокатов и президиумом коллегии адвокатов". "Положением" было установлено, что коллегии адвокатов пользуются правами юридического лица.
Общее собрание коллегии адвокатов должно было созываться не реже двух раз в год. Президиум коллегии адвокатов и ревизионная комиссия избирались тайным голосованием сроком на два года. Президиум коллегии осуществлял руководство всей практической деятельностью коллегии, избирал из своего состава председателя, его заместителя и секретаря президиума.
В районных центрах и городах области, края, республики создавались юридические консультации. Руководителями их были заведующие, назначаемые президиумом коллегии. Заведующие юридическими консультациями, в которых работало не менее 15 адвокатов, освобождались от ведения судебных дел. Их труд оплачивался президиумом коллегии адвокатов.
В юрконсультациях, где работало менее 15 адвокатов, заведующие не освобождались от ведения дел, но за работу в качестве заведующего они получали дополнительное вознаграждение в размере, устанавливаемом президиумом коллегии.
Оплата юридической помощи, оказываемой адвокатами, производилась на основании инструкции, издаваемой Наркомюстом СССР.
За недобросовестное исполнение адвокатами своих обязанностей, нарушение таксы оплаты и другие проступки президиум коллегии мог наложить на них одно из следующих взысканий:
1) замечание,
2) выговор,
3) строгий выговор,
4) отстранение от работы адвоката на срок до шести месяцев,
5) исключение из состава коллегии адвокатов.
На основании изучения "Положения об адвокатуре СССР" 1939 г. и других материалов, можно сделать вывод, что основной задачей адвоката была не помощь конкретному человеку, а оказание содействия социалистическому правосудию.
"Положение об адвокатуре СССР" 1939 г. также предусматривало организацию областных, краевых и республиканских коллегий адвокатов.
Впоследствии возникла необходимость организации в городах Москве и Ленинграде городских коллегий адвокатов, хотя это и не было предусмотрено "Положением".
Последующее законодательство об адвокатуре союзных республик (в том числе "Положение об адвокатуре РСФСР" 1962 г) не только сохранило, но и значительно развило территориальный принцип организации адвокатуры.
Дальнейшее развитие этого принципа нашло свое выражение в новых формах организации адвокатских объединений.
Несмотря на то, что коллегии защитников формально являлись самоуправляющимися и независимыми, практическими они полностью находились под влиянием государственных и партийных органов, которые постоянно вмешивались в их деятельность.
В сталинское время, при господстве тайного, закрытого и письменного процесса адвокатуре приходилось работать очень трудно. Уголовный процесс был превращен в обязанность соответствующих органов любым путем изобличить преступника и жестоко наказать.
После войны многие адвокаты вернулись в свои коллегии и продолжали в них свою работу. В период мирного строительства адвокатура проделала большую работу по защите прав граждан и организаций.
После XX съезда КПСС, взявшего курс на укрепление социалистической законности, в стране возросла и роль адвокатуры.
В постсталинское время в советской адвокатуре господствовала очень строгая, навязанная государством нравственность. Она обеспечивалась руководством органов Минюста, от которого зависела и адвокатура. Разделение адвокатов на две категории было в то время немыслимым. Ведь в то время в нашей стране не было места частному интересу. Поэтому советская адвокатура вынужденно носила публичный характер, по своей сути являясь государственной службой, с почти полной регламентацией деятельности адвокатов, с утверждением членства в коллегии в компетентных органах, с четко установленной верхней границей заработка (по сути, оклада) и с ограниченной численностью адвокатов. Поэтому советская адвокатура была в подчинении государства, органов юстиции. Все декларации законодательства о ее самостоятельности, независимости и т.д. "корректировались" инструктивными материалами Минюста и политикой коммунистической партии.
Кроме того, адвокатура стала местом работы "бывших" - скомпрометировавших себя прокуроров, судей, следователе с оставленными ими партийными билетами. Поэтому, несмотря на свой публичный характер, адвокатура СССР не пользовалась особым авторитетом. Основными причинами этого были такие принципы ее организации, как подобие государственной службы, отсутствие независимости, партийность, требование служения обществу, государству, правосудию и др.
В декабре 1958 г. Верховный Совет СССР принял ряд новых законов, в их числе "Основы уголовного законодательства"[114], "Основы уголовного судопроизводства"[115], "Основы судоустройства" и др. Законом о судопроизводстве значительно расширились права адвокатов. В ст.22 Закона записано, что "защитник допускается к участию в деле с момента объявления обвиняемому об окончании предварительного следствия и предъявления обвиняемому для ознакомления всего производства по делу. По делам о преступлениях несовершеннолетних, а также лиц, которые в силу физических и психических недостатков не могут сами осуществлять свое право на защиту, защитник допускается к участию в деле с момента предъявления обвинения".
С принятием этих Основ адвокатура стала совершенствовать свою организацию и деятельность. В октябре 1960 г. были приняты новые Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы. Адвокаты еще не были готовы к работе на стадии предварительного расследования по уголовным делам, и в коллегиях были приняты меры по изучению этих законов и их использованию в адвокатской практике.
В 1962 г. Верховный Совет РСФСР принял "Положение об адвокатуре РСФСР"[116].
От предыдущего "Положения1939 г." оно отличалось тем, что в нем по-иному решался вопрос о подконтрольности коллегии адвокатов, значительно расширялись права адвокатов. В то же время повысилась и требовательность к ним, иначе определялся круг задач, стоящих перед коллегией.
Руководство и контроль за деятельностью коллегии стали осуществлять советы министров АССР, исполкомы краевых, областных, а в Москве и Ленинграде - городские советы. Общее руководство и контроль осуществлялся Министерством юстиции РСФСР.
Такое двойное подчинение объяснялось по тому времени необходимостью контроля за работой адвокатов широких масс общественности. На местные советы ложилась ответственность за работу коллегий адвокатов.
Много нового стало и в объеме адвокатской работы. Так, наряду с оказанием юридической помощи населению, на коллегии адвокатов возлагались обязанности "по изучению и обобщению причин преступных проявлений и иных нарушений законности". Адвокаты могли вносить соответствующие предложения в органы власти и управления.
В соответствии со ст.26 Положения адвокату было предоставлено право запрашивать справки, характеристики и другие документы из государственных и общественных организаций. Это, несомненно, явилось прогрессивной формой работы.
К адвокатам предъявлялись требования "быть образцом, точного и неуклонного соблюдения советских законов, моральной чистоты и безукоризненного поведения"[117]. По тем временам это положение воспринималось адвокатами с пониманием.
Ст.33 Положения обязывала адвоката "хранить профессиональную тайну", а в ст.34 указывалось, что он не мог отказаться от принятой на себя защиты обвиняемого.
Несомненно, что "Положение об адвокатуре" 1962 г. сыграло положительную роль на том отрезке жизни нашего государства, но адвокатура продолжала находится в большой зависимости от партийных и государственных структур, которые, по существу, контролировали, опекали ее работу.
В соответствии с Конституцией СССР Верховный Совет принял новый "Закон об адвокатуре в СССР" 30 ноября 1979 г[118].
До принятия этого закона вся организация и деятельность адвокатуры регламентировались положениями об адвокатуре, утверждаемыми Верховными Советами союзных республик.
Они по-разному регулировали ряд вопросов деятельности адвокатуры. Закон об адвокатуре в СССР в целях создания единообразия и закрепления принципов организации и деятельности адвокатуры предусмотрел проведение выборов президиума коллегии и ревизионной комиссии тайным голосованием сроком на три года.
Одновременно была предусмотрена возможность образования коллегий адвокатов не только по территориальному принципу, но и по другим основаниям.
Относительно задач адвокатуры в Законе указывалось, что она содействует охране прав и законных интересов граждан и организаций, осуществлению правосудия, соблюдению и укреплению социалистической законности, воспитанию граждан в духе точного и неуклонного исполнения советских законов, бережного отношения к народному добру, соблюдению дисциплины труда, уважения к правам, чести и достоинству других лиц, к правилам социалистического общежития.
В целях укрепления кадров адвокатуры и повышения качества их работы были предусмотрены более серьезные требования к лицам, принимаемым в члены коллегии адвокатов.
Ст.5 Закона предусматривала, что адвокатами могли стать лишь лица, окончившие высшие юридические учебные заведения.
При этом лица, не имеющие стажа работы по специальности юриста или имеющие такой стаж менее двух лет, могли быть приняты в коллегию после прохождения стажировки сроком от шести месяцев до одного года, а имеющие стаж работы по специальности юриста не менее двух лет, могли быть приняты в члены коллегии при условии прохождения испытательного срока, продолжительность которого составляла до трех месяцев. Это давало возможность президиумам коллегий адвокатов улучшить подбор кадров.
В Законе более четко был прописан и расширен перечень прав и обязанностей адвокатов при оказании ими юридической помощи гражданам и организациям.
В частности, адвокат мог представлять права и законные интересы любых лиц, обратившихся за юридической помощью, причем во всех государственных и общественных организациях, в компетенцию которых входило разрешение соответствующих вопросов.
Закон об адвокатуре в СССР расширил виды юридической помощи, оказываемой адвокатами.
Предусматривалось также представительство адвокатов в суде, арбитраже и других государственных органах по делам об административных правонарушениях, выдача письменных справок по законодательству и др.
20 ноября 1980 г. был принят Закон РСФСР "Об утверждении Положения об адвокатуре РСФСР"[119]. С момента принятия этого Закона утратило силу "Положение об адвокатуре РСФСР" от 25 июля 1962 г.
Новое "Положение об адвокатуре РСФСР" практически было построено на базе Закона "Об адвокатуре в СССР" 1979 г и восприняло от него самые положительные и проверенные жизнью положения.
Фактически это единственный Закон, который определял в советской России организацию и порядок деятельности адвокатуры.
Положение предусматривало, что основной организационной структурой адвокатуры являются республиканские (в автономных республиках), краевые, областные и городские коллегии адвокатов.
Часть 4 ст.3 Положения позволяла, с согласия Министерства юстиции СССР, "когда это необходимо для оказания юридической помощи гражданам и организациям" образовывать межтерриториальные и другие коллегии адвокатов.
В ст.15 Положения закреплен важный принцип, согласно которому адвокат не может быть допрошен в качестве свидетеля об обстоятельствах, которые стали ему известны в связи с исполнением им обязанностей защитника или представителя.
Несмотря на то, что юридические консультации не являлись согласно Положению юридическими лицами, на заведующих юрконсультациями возлагались значительные права и обязанности[120].
В "Положении об адвокатуре РСФСР" был полностью сохранен действовавший ранее принцип материальной независимости адвокатуры от государственных или общественных организаций. Как указано в ст.29 Положения, средства коллегии адвокатов образуются из сумм, отчисляемых юридическими консультациями от оплаты за оказание юридической помощи. При этом штаты, должностные оклады, фонды заработной платы и сметы административно-хозяйственных расходов коллегии адвокатов не подлежали регистрации в финансовых органах. Труд адвокатов оплачивался из средств, поступивших в юридическую консультацию от граждан и организаций за оказанную им юридическую помощь. Положение содержало перечень видов юридической помощи, оказываемой адвокатами. В отличие от ранее существовавшего порядка в Положении указывались конкретные случаи, когда гражданам юридическая помощь оказывалась бесплатно.
В 80-х гг. деятельность адвокатуры приобрела значительный авторитет. Средства массовой информации резко изменили свое мнение о ней. Называли ее организацией, контролирующей состояние законности с позиций интереса конкретного человека.
Этому способствовали самые различные обстоятельства: изменилась социально-политическая ситуация в обществе, поднялся уровень законодательного регулирования общественных отношений. Характер прав и обязанностей адвоката, его личные и профессиональные качества значительно выросли. В то время был поставлен вопрос о создании в СССР собственной адвокатской организации, которая могла бы объединить всех адвокатов Союза, организовать для них методическую помощь, обобщить и распространить передовой опыт адвокатов, отстаивать интересы адвокатуры на всех уровнях. И в 1989 г. такой орган был создан. Это Союз адвокатов СССР.
Изменило свое отношение к адвокатуре и Министерство юстиции СССР. Согласно ст.16 "Закона об адвокатуре в СССР" общее руководство коллегиями адвокатов осуществляли Советы народных депутатов как непосредственно, так и через министерства юстиции, отделы юстиции исполнительных комитетов краевых, областных, городских Советов народных депутатов. Поскольку на волне демократических преобразований появилось много критических замечаний о роли Министерств юстиции республик, их отделов адвокатуры, Минюст СССР начал строить свои отношения с адвокатурой на основе взаимодействия, а не контроля, как было раньше.
Итак, в советский период адвокатская деятельность была довольна строго очерчена законами об адвокатуре и различными положениями и инструкциями. Совершенно естественно (точнее, видимо, противоестественно), что административно-командная система общества не была никак заинтересована в создании сплоченных формирований юристов-профессионалов, ориентированных в своих действиях на защиту интересов граждан.
Изменение государственного строя в стране в 90-х гг. XX в. кардинально повлияло на деятельность адвокатуры в России. Несмотря на это, правовые отношения в данной сфере в течение многих лет регулировались принятым еще в 1980 г. Положением об адвокатуре РСФСР, которое, естественно, давно устарело и не отвечало ни демократическим преобразованиям, происходящим в обществе, ни реальному положению дел в адвокатской деятельности.
Весной 2001 г. в рамках проводимой в стране судебной реформы Президентом Российской Федерации был внесен проект Федерального закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации". Он был принят парламентом и вступил в силу 1 июля 2002 г. [121], который в настоящее время регламентирует адвокатскую деятельность в нашей стране.
Принятие этого Закона стало одним из важнейших элементов судебной реформы. Закон упорядочил организационные условия деятельности адвокатуры, установил общие требования к претендентам на приобретение адвокатского статуса, уравнял в правах и обязанностях всех работающих в стране адвокатов. Объединение адвокатских образований, разделенных ранее, в Федеральную палату адвокатов, несомненно, способствовало повышению профессионального уровня, правовой культуры, корпоративной солидарности российской адвокатуры.
Закон обеспечил правовое регулирование вопросов деятельности адвокатуры, ее взаимодействия с органами государственной власти и органами местного самоуправления, предусмотрел гарантии независимости адвокатов и адвокатских организаций.
Адвокатом является лицо, получившее в установленном порядке статус адвоката и право осуществлять адвокатскую деятельность.
Федеральный закон установил ряд требований, которым должно соответствовать лицо, претендующее на приобретение статуса адвоката.
Статус адвоката имеет право приобрести лицо, имеющее высшее юридическое образование, полученное в имеющем государственную аккредитацию образовательном учреждении высшего профессионального образования, либо ученую степень по юридической специальности. При этом указанное лицо должно иметь стаж работы по юридической специальности не менее двух лет либо пройти стажировку в адвокатском образовании[122].
Аналогичные правила были закреплены и в Положении об адвокатуре РСФСР 1980 г. Единственным дополнением является упоминание об ученой степени по юридической специальности как альтернативе высшему юридическому образованию.
Решение о присвоении статуса адвоката принимает квалификационная комиссия. Комиссия не вправе отказать претенденту, успешно сдавшему квалификационный экзамен, в присвоении статуса адвоката, за исключением случаев, когда после сдачи квалификационного экзамена обнаруживаются обстоятельства, препятствующие допуску к квалификационному экзамену[123].
Решение квалификационной комиссии о присвоении претенденту статуса адвоката вступает в силу после принятия претендентом присяги адвоката.
Статус адвоката присваивается претенденту на неопределенный срок и не ограничивается определенным возрастом адвоката.
Единственным документом, подтверждающим статус адвоката, является удостоверение. В нем указываются фамилия, имя, отчество адвоката, его регистрационный номер в региональном реестре. Также в удостоверении должна быть фотография адвоката, заверенная печатью территориального органа юстиции.
Адвокат может быть членом адвокатской палаты только одного субъекта Российской Федерации, сведения о нем вносятся только в один реестр.
Изменение адвокатом членства в адвокатской палате не допускается в течение первых двух лет со дня присвоения ему статуса адвоката, за исключением случаев переезда на территорию другого субъекта Российской Федерации в связи с изменением места жительства.
Адвокат вправе самостоятельно избирать форму адвокатского образования и место осуществления адвокатской деятельности.
Статуса адвоката может быть приостановлен[124]. Это означает временное лишение его возможности исполнять обязанности и пользоваться некоторыми правами, предусмотренными как Федеральным законом "Об адвокатской деятельность и адвокатуре Российской Федерации", так и отраслевым процессуальным законодательством.
Решение о приостановлении статуса адвоката может принять лишь совет адвокатской палаты, членом которой состоит адвокат. Это обусловлено необходимостью внесений соответствующих сведений в региональный реестр.
Статуса адвоката может быть возобновлен после окончания действия оснований, приостанавливающих статус адвоката.
Также статус адвоката может быть прекращен[125].
Лицо, лишенное статуса адвоката, не вправе осуществлять адвокатскую деятельность, а также занимать выборные должности в органах адвокатской палаты или Федеральной палаты адвокатов. Однако в настоящее время в законодательстве Российской Федерации отсутствует какая-либо ответственность за данное нарушение.
Адвокат является независимым советником по правовым вопросам[126]. Это означает, что адвокат предоставляет доверителю рекомендации, при помощи которых он сможет надлежащим образом участвовать в тех или иных правоотношениях. В ряде случаев, например в гражданском судопроизводстве, адвокат вправе по доверенности самостоятельно, участвовать в процессе. В уголовном судопроизводстве возможны ситуации, при которых позиции и защитника, и подзащитного различны. Адвокату-защитнику предоставлены возможности по собиранию доказательств.
Независимость адвоката обусловлена его особым положением и заключается в том, что адвокат при оказании помощи конкретному лицу не вправе исполнять указания каких бы то ни было органов и должностных лиц, например органов государственной власти, органов местного самоуправления, политических партий и их лидеров, общественных объединений и т.п. Недопустимо вмешательство в адвокатскую деятельность прокурора, следователя, дознавателя. Суд также не вправе предлагать адвокату выбирать ту или иную линию поведения, осуществлять конкретные действия в защиту интересов своего доверителя.
Все действия и решения адвокат принимает самостоятельно, коллеги по адвокатскому сообществу, в том числе лица, занимающие выборные должности адвокатской палаты, не вправе вмешиваться в его деятельность по конкретному случаю оказания помощи. Адвокат вправе обращаться с просьбой об оказании помощи к своим коллегам, однако, такая помощь должна носить характер совета, а не руководства к действию. В иных случаях адвокат может пригласить члена адвокатской палаты к участию в производстве по конкретному делу на официальной основе.
Федеральный закон четко определил виды юридической помощи. Теперь адвокат:
дает консультации и справки по правовым вопросам, как в устной, так и письменной форме;
составляет заявления, жалобы, ходатайства и другие документы правового характера;
представляет интересы доверителя в конституционном судопроизводстве;
участвует в качестве представителя доверителя в гражданском и административном судопроизводстве;
участвует в качестве представителя или защитника доверителя в уголовном судопроизводстве и производстве по делам об административных правонарушениях;
участвует в качестве представителя доверителя в разбирательстве дел в третейском суде, международном коммерческом арбитражном суде;
представляет интересы доверителя в органах государственной власти, органах местного самоуправления, общественных объединениях;
представляет интересы доверителя в органах государственной власти, судах и правоохранительных органах иностранных государств, международных судебных органах, негосударственных органах иностранных государств;
участвует в качестве представителя доверителя в исполнительном производстве, а также при исполнении уголовного наказания;
выступает в качестве представителя в налоговых правоотношениях[127].
Кроме того, адвокат вправе оказывать иную юридическую помощь, не запрещенную федеральным законом. К иным видам юридической помощи относится, к примеру, помощь по уголовным делам, состоящая в использовании адвокатом тактических приемов защиты, выборе средств и способов защиты, прав и законных интересов подозреваемого (обвиняемого), помощь в составлении гражданско-правовых договоров, составляемых в простой письменной форме, и т.д.
Новое законодательство в определенной мере расширило права адвоката (представителя и защитника) по участию в доказывании по тем или иным делам, в которых он принимает участие. Так, если ранее адвокат мог истребовать те или иные справки, характеристики и иные документы только через юридическую консультацию или президиум коллегии адвокатов, то сейчас такое право предоставлено лично ему. Также защитник вправе опрашивать лиц, предположительно владеющих информацией, относящейся к делу, собирать и представлять предметы и документы, привлекать на договорной основе специалистов, беспрепятственно встречаться со своим доверителем наедине, в условиях, обеспечивающих конфиденциальность, без ограничения числа свиданий и их продолжительности, фиксировать информацию, содержащуюся в материалах дела. При представлении этих документов, а также любых иных полученных им материалов органам, производящим расследование по уголовному делу, или в суд они могут быть признаны доказательствами по делу.
Главным отличием адвоката от иных субъектов оказания юридической помощи является то, что адвокат не вправе отказаться от принятой на себя защиты, в том числе и в тех случаях, когда он не разделяет позицию, занятую подзащитным, или когда подзащитный или его близкие не выполняют взятые на себя обязательства по оплате труда адвоката;
Негласное сотрудничество адвоката с органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность, запрещается. Причем запрет на такое сотрудничество распространяется на любые ситуации, а не только на те дела, в которых адвокат принимает или принимал участие в качестве защитника или представителя. Исключает возможность привлечения адвокатов к проведению оперативно-розыскных мероприятий на контрактной основе и Федеральный закон "Об оперативно-розыскной деятельности"[128].
Статья 7 Федерального закона четко очерчивает круг обязанностей адвоката. Адвокат обязан:
честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами;
исполнять требования закона об обязательном участии адвоката в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия, прокурора или суда, а также оказывать юридическую помощь гражданам Российской Федерации бесплатно в иных случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации;
постоянно совершенствовать свои знания и повышать свою квалификацию;
соблюдать кодекс профессиональной этики адвоката и исполнять решения органов адвокатской палаты субъекта Российской Федерации и Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации;
отчислять за счет получаемого вознаграждения средства на общие нужды адвокатской палаты, а также на содержание соответствующих адвокатского кабинета, коллегии адвокатов, адвокатского бюро;
осуществлять страхование риска своей профессиональной имущественной ответственности.
В обязанности адвоката входит заключение соглашения между ним и доверителем в случае оказания последнему юридической помощи. В соответствии со ст.25 Федерального закона соглашение представляет собой гражданско-правовой договор, заключаемый в простой письменной форме между доверителем и адвокатом, на оказание юридической помощи самому доверителю или назначенному им лицу.
Труд адвоката, участвующего в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия, прокурора или суда, оплачивается за счет средств федерального бюджета.
При этом размер оплаты труда составляет за один день участия не менее одной четверти минимального размера оплаты труда и не более минимального размера оплаты труда, предусмотренного законодательством Российской Федерации для регулирования оплаты труда, а также для определения размеров пособий по временной нетрудоспособности.
При определении размера оплаты труда адвоката учитывается сложность уголовного дела.
В последнее время достаточно широкое распространение получили системы оплаты вознаграждения адвокату, базирующиеся на оплате количества времени, затраченного им на выполнение поручения доверителя, на основе соответствующих повременных ставок (час, рабочий день, месяц или иной отрезок времени), дифференцированных в зависимости от профессиональной репутации адвоката, его стажа, навыков и умения по ведению конкретных дел, объема поручения и его сложности[129].
Ненадлежащее исполнение обязанностей по оказанию юридической помощи неразрывно связано с независимостью адвоката, т.е. недопустимостью вмешательства в его деятельность или препятствование этой деятельности каким бы то ни было образом[130].
Новацией действующего законодательства является то, что адвокат не может быть привлечен к ответственности за выражение при осуществлении адвокатской деятельности мнение, как по конкретному делу, так и в публичных дискуссиях по вопросам отправления правосудия и обеспечения прав человека. Закон определяет невозможность привлечения к ответственности адвоката за высказанное мнение даже после того, как его статус адвоката был приостановлен или прекращен. Таким образом, можно говорить об адвокатском иммунитете.
Адвокат может быть привлечен к ответственности лишь в том случае, когда его виновность в совершении преступления будет установлена вступившим в законную силу приговором суда.
Закон не допускает истребования от адвокатов, работников адвокатских образований, адвокатских палат субъектов Российской Федерации или Федеральной палаты адвокатов сведений, которые связаны с оказанием юридической помощи по конкретным делам. Это обусловлено необходимостью сохранения адвокатской тайны.
Адвокат, члены его семьи и их имущество находятся под защитой государства. Уголовное преследование адвоката осуществляется с соблюдением гарантий, предусмотренных уголовно-процессуальным законодательством. Согласно статье 447 Уголовно-процессуального кодекса РФ адвокаты относятся к категориям лиц, в отношении которых применяется особый порядок производства по уголовным делам. В соответствии с этим особым порядком решение о возбуждении уголовного дела в отношении адвоката принимается только прокурором на основании заключения судьи районного суда.
Пункт 5 ст.6 Закона устанавливает запрет на разглашение адвокатом сведений, сообщенных ему доверителем в связи с оказанием юридической помощи, без его согласования.
Адвокатской тайной являются любые сведения, связанные с оказанием адвокатом юридической помощи своему доверителю. Под любыми сведениями понимается любая информация независимо от источника и способа ее получения, а также вне зависимости от того, какой вид юридической помощи оказывается. Адвокат не обязан отчитываться перед кем бы то ни было о формах и способах оказания юридической помощи, о том, какие сведения находятся в его распоряжении и каким образом он собирается их использовать.
Адвокат может предавать гласности сведения, сообщенные ему доверителем в связи с оказанием последнему юридической помощи, лишь с согласия доверителя и только в целях наилучшего обеспечения прав и интересов лица.
Адвокат не подлежит вызову и допросу в качестве свидетеля об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением. Данное положение запрещает использовать в отношении адвоката механизм, позволяющий получить свидетельские показания под угрозой привлечения к уголовной ответственности за заведомо ложные показания (ст.307 УК РФ) и за отказ от дачи показаний (ст.308 УК РФ).
Федеральным законом "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" предусмотрены следующие формы адвокатских образований: адвокатский кабинет, коллегия адвокатов, адвокатское бюро, юридическая консультация.
Каждому адвокату предоставляется право самостоятельно избрать для себя форму адвокатского образования и место осуществления адвокатской деятельности.
Адвокатский кабинет. Данная форма впервые закреплена Законом. Адвокатский кабинет учреждается адвокатом, который принял решение индивидуально осуществлять адвокатскую деятельность.
Адвокатский кабинет не является юридическим лицом, однако учредивший адвокатский кабинет адвокат открывает счета в банках, имеет печать, штампы, бланки с адресом и наименованием адвокатского кабинета, содержащим указание на субъект Российской Федерации, на территории которого он учрежден.
В адвокатском кабинете соглашения об оказании юридической помощи заключаются между адвокатом и доверителем. Соглашение об оказании юридической помощи является либо договором поручения, либо договором о возмездном оказании услуг.
Для размещения адвокатского кабинета адвокат может использовать жилые помещения, которые принадлежат ему лично или членам его семьи на праве собственности с их согласия.
Индивидуальный характер деятельности не исключает наличия наемных работников, в т. ч. помощников адвоката, а также стажеров. Закон не содержит ограничений права адвоката, осуществляющего адвокатскую деятельность в рамках адвокатского кабинета, иметь помощников, содержать секретарей, нанимать работников для исполнения технических функций.
Коллегия адвокатов. Название "коллегия адвокатов" было известно ранее и имело иной смысл. Согласно ст.3 Положения об адвокатуре 1980 г. коллегии адвокатов являлись единственной организационной формой существования адвокатуры. Членство лиц, занимающихся адвокатской деятельностью, в коллегии носило обязательный характер. Юридические консультации являлись структурными подразделениями коллегий адвокатов и не были самостоятельны. Сами коллегии были организованы по территориальному признаку, но с согласия Министерства юстиции РФ могли образовываться межтерриториальные и иные коллегии адвокатов. В правовой природе коллегий сочеталось несколько взаимоисключающих элементов. С одной стороны, коллегии были провозглашены добровольными объединениями. С другой - именно коллегии осуществляли все управленческие функции, включая контроль за деятельностью и наложение дисциплинарных взысканий в отношении всех адвокатов.
Коллегия адвокатов - некоммерческая организация, основанная на членстве, действующая на основании устава, утверждаемого ее учредителями, и заключаемого ими учредительного договора.
Коллегия адвокатов, как и прежде, является юридическим лицом, имеет самостоятельный баланс, открывает счета в банках в соответствии с законодательством Российской Федерации, имеет печать, штампы и бланки с адресом и наименованием коллегии адвокатов, содержащим указание на субъект Российской Федерации, на территории которого учреждена коллегия адвокатов[131].
Коллегия вправе создавать филиалы на всей территории Российской Федерации, а также на территории иностранного государства[132].
В учредительном договоре учредителями определяются условия передачи коллегии адвокатов своего имущества, порядок участия в ее деятельности, порядок и условия приема в коллегию новых членов, права и обязанности учредителей (членов) коллегии адвокатов, порядок и условия выхода учредителей (членов) из ее состава.
Учредителями и членами коллегии адвокатов могут быть адвокаты, сведения о которых внесены лишь в один региональный реестр.
В отличие от адвокатского кабинета коллегия адвокатов считается созданной с момента ее государственной регистрации, осуществляемой в соответствии с действующим законодательством.
Имущество, внесенное учредителями коллегии адвокатов в качестве вклада, принадлежит ей на праве собственности. Члены коллегии адвокатов не отвечают по ее обязательствам, коллегия также не отвечает по обязательствам своих членов.
Коллегия адвокатов является налоговым агентом адвокатов - ее членов - по доходам, полученным ими в связи с осуществлением адвокатской деятельности, а также их представителем по расчетам с доверителями и третьими лицами и по другим вопросам, предусмотренным учредительными документами коллегии адвокатов.
Соглашения об оказании юридической помощи в коллегии адвокатов заключаются между адвокатом и доверителем и регистрируются в документах коллегии.
Коллегия адвокатов не может быть преобразована в коммерческую организацию или любую некоммерческую организацию, за исключением случаев преобразования ее в адвокатское бюро.
Адвокатское бюро. Адвокатское бюро было известно российской практике до принятия действующего Федерального закона, но юридически закреплено впервые.
Бюро может быть учреждено двумя и более адвокатами. После учреждения адвокатского бюро адвокаты заключают между собой партнерский договор в простой письменной форме. В соответствии с партнерским договором адвокаты-партнеры обязуются соединить свои усилия для оказания юридической помощи от имени всех партнеров
Ведение общих дел адвокатского бюро осуществляется управляющим партнером. Соглашение об оказании юридической помощи с доверителями заключается управляющим партнером или иным партнером от имени всех партнеров на основании выданных доверенностей, в которых указываются все ограничения партнера, заключающего соглашения и сделки с доверителями и третьими лицами.
Партнер, выходя из партнерского договора, обязан передать управляющему партнеру производства по всем делам, по которым он оказывал юридическую помощь. При этом вышедший из партнерского договора адвокат отвечает перед доверителями и третьими лицами по общим обязательствам, возникшим в период его участия в партнерском договоре.
Адвокаты после прекращения партнерского договора обязаны заключить новый партнерский договор. В том случае, если новый партнерский договор не заключен со дня прекращения действия прежнего, адвокатское бюро подлежит преобразованию в коллегию адвокатов или должно быть ликвидировано. С момента прекращения партнерского договора и до момента преобразования адвокатского бюро в коллегию адвокатов либо заключения нового партнерского договора адвокаты не вправе заключать соглашение об оказании юридической помощи.
Адвокатское бюро не может быть преобразовано в коммерческую организацию или иную некоммерческую организацию, за исключением случаев преобразования ее в коллегию адвокатов.
Юридическая консультация. Закон ставит юридическую консультацию в один ряд с иными формами адвокатских образований, положения ст.24[133] свидетельствуют о том, что эта форма имеет факультативный характер и предназначена для решения проблемы правовой защиты граждан в удаленных и труднодоступных местностях, что предопределяет особый порядок учреждения, связанный не столько с волеизъявлением адвокатов, сколько с просьбой государства, и особый порядок финансирования деятельности юридических консультаций, также связанный не с адвокатской деятельностью как таковой, а с выделением соответствующих бюджетных средств.
Юридические консультации учреждаются адвокатской палатой по предоставлению органа государственной власти соответствующего субъекта Российской Федерации в местностях, в которых на территории одного судебного района общее число адвокатов во всех адвокатских образованиях, расположенных на территории данного судебного района, составляет менее двух на одного федерального судью[134].
Адвокаты для работы в юридической консультации направляются адвокатской палатой.
Юридическая консультация является юридическим лицом - некоммерческой организацией, создаваемой в форме учреждения для защиты прав, законных интересов граждан и организаций, разрешения споров и конфликтов, оказания юридической помощи.
Собственником в данном случае является учредившая консультацию адвокатская палата.
На юридическую консультацию распространяется установленный ст.298 ГК РФ запрет отчуждать или иным способом распоряжаться закрепленным за учреждением имуществом и имуществом, приобретенным за счет средств, выделенных ему по смете. В то же время, если деятельность юридической консультации окажется доходной, то суммы, полученные от этой деятельности, и приобретенное за счет этих доходов имущество поступают в самостоятельное распоряжение юридической консультации и должны учитываться на отдельном балансе.
Адвокатская палата субъекта Российской Федерации. Образование адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, реализуя провозглашенные в ст.3 Федерального закона принципы самоуправления и корпоративности адвокатуры, оформляет и структурирует профессиональное сообщество адвокатов региона в качестве юридического лица.
Адвокатская палата субъекта Российской Федерации - негосударственная некоммерческая организация, основанная на обязательном членстве адвокатов одного субъекта Российской Федерации[135].
Адвокатская палата представляет собой объединение всех адвокатов не для совместного осуществления юридической помощи, а для обеспечения корпоративных интересов. Без такой интеграции невозможно добиться реальной независимости адвокатуры как необходимого условия адвокатской деятельности.
Будучи негосударственной и некоммерческой организацией, адвокатская палата не является общественной организацией, так как, во-первых, не основана на добровольности вхождения в нее адвокатов и, во-вторых, не может быть ликвидирована ни по воле ее членов, ни по решению каких-либо государственных органов. Членство в адвокатской палате является обязательным условием допуска к адвокатской деятельности. Адвокатское сообщество в лице квалификационной комиссии при соответствующей адвокатской палате, наделенной правом присвоения статуса адвоката, и совет адвокатской палаты, наделенного правом прекращения статуса адвоката, само формирует свой кадровый состав.
Адвокатская палата субъекта Российской Федерации образуется учредительным собранием (конференцией) адвокатов.
Высшим органом адвокатской палаты является собрание адвокатов. Однако если численность адвокатской палаты более 300 человек, то высшим органом является конференция адвокатов.
К компетенции собрания (конференции) адвокатов относятся:
1) формирование совета адвокатской палаты субъекта Российской Федерации и принятие решений о досрочном прекращении полномочий членов совета;
2) утверждение порядка определения норм представительства и порядка избрания делегатов на конференцию;
3) избрание ревизионной комиссии и избрание членов квалификационной комиссии из числа адвокатов;
4) избрание делегатов на Всероссийский съезд адвокатов (далее также - съезд);
5) определение порядка направления адвокатов для работы в юридических консультациях;
6) определение размера обязательных отчислений адвокатов на общие нужды адвокатской палаты;
7) утверждение сметы расходов на содержание адвокатской палаты;
8) утверждение отчета ревизионной комиссии о результатах ревизии финансово-хозяйственной деятельности палаты;
9) утверждение отчетов совета, в том числе об исполнении сметы расходов на содержание совета;
10) утверждение регламентов собрания (конференции) адвокатов, совета и ревизионной комиссии;
11) определение места нахождения совета;
12) утверждение штатного расписания аппарата органов адвокатской палаты;
13) установление мер поощрения и видов ответственности адвокатов;
14) принятие иных решений в соответствии с настоящим Федеральным законом.
Решения собрания (конференции) адвокатов принимаются простым большинством голосов адвокатов, участвующих в собрании.
Коллегиальным исполнительным органом адвокатской палаты является совет адвокатской палаты. Он избирается собранием адвокатов тайным голосованием в количестве не более15 человек из состава адвокатской палаты. Один раз в два года состав совета должен обновляться не менее чем на одну треть.
В компетенцию совета адвокатской палаты входит разрешение следующих вопросов:
1) избрание из своего состава президента адвокатской палаты сроком на четыре года и по его представлению одного или нескольких вице-президентов сроком на два года, определение полномочий президента и вице-президентов;
2) определение нормы представительства на конференцию;
3) обеспечение доступности юридической помощи на всей территории субъекта Российской Федерации, в том числе юридической помощи, оказываемой гражданам Российской Федерации бесплатно в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации. В этих целях совет:
принимает решения о создании по представлению органов государственной власти субъекта Российской Федерации юридических консультаций;
направляет адвокатов для работы в юридических консультациях в соответствии с порядком, определенным собранием (конференцией) адвокатов;
финансирует деятельность юридических консультаций и работающих в них адвокатов в соответствии со сметой, утверждаемой собранием (конференцией) адвокатов;
4) определение порядка оказания юридической помощи адвокатами, участвующими в качестве защитников в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия, прокурора или суда и в иных случаях; доведение этого порядка до сведения указанных органов, а также адвокатов и контролирует исполнение его адвокатами;
5) определение порядка выплаты вознаграждения за счет средств адвокатской палаты адвокатам, оказывающим юридическую помощь гражданам Российской Федерации бесплатно;
6) представление адвокатской палаты в органах государственной власти, органах местного самоуправления, общественных объединениях и в иных организациях;
7) содействие повышению профессионального уровня адвокатов;
8) рассмотрение жалоб на действия (бездействие) адвокатов с учетом заключения квалификационной комиссии;
9) защита социальных и профессиональных прав адвокатов;
10) содействие обеспечению адвокатских образований служебными помещениями;
11) организация информационного обеспечения адвокатов, а также обмен опытом работы между ними;
12) методическая деятельность;
13) созыв не реже одного раза в год собрания (конференции) адвокатов;
14) распоряжение имуществом адвокатской палаты в соответствии со сметой и с назначением имущества.
Заседания совета созываются президентом адвокатской палаты по мере необходимости, но не реже одного раза в месяц. Заседание считается правомочным, если на нем присутствует не менее двух третей членов совета. Решения принимаются простым большинством голосов членов совета, участвующих в его заседании. Решения совета обязательны для всех членов адвокатской палаты.
Для осуществления контроля за финансово-хозяйственной деятельностью адвокатской палаты и ее органов избирается ревизионная комиссия.
Для приема квалификационных экзаменов у лица, претендующего на присвоение статуса адвоката, и для рассмотрения жалоб на действия (бездействие) адвокатов создается квалификационная комиссия. Она формируется сроком на два года в количестве 13 членов комиссии.
Федеральная палата адвокатов Российской Федерации. Учреждение Федеральной палаты адвокатов означает, что впервые в истории страны создается единое общероссийское профессиональное сообщество адвокатов. Попытка объединить региональную присяжную адвокатуру предпринималась еще в царской России, однако не увенчалась успехом. В 1989 г. был создан Союз адвокатов СССР, но в него вошли не все коллегии, как РСФСР, так и других союзных республик.
Федеральная палата адвокатов Российской Федерации - общероссийская негосударственная некоммерческая организация, основанная на обязательном членстве адвокатских палат субъектов Российской Федерации.
Федеральная палата адвокатов образуется Всероссийским съездом адвокатов и действует на основании принятого им Устава. Устав Федеральной палаты адвокатов является основным учредительным документом.
Федеральная палата адвокатов создается как органов адвокатского самоуправления в целях представительства и защиты интересов адвокатов в органах государственной власти, органах местного самоуправления, координации деятельности адвокатских палат, обеспечения высокого уровня оказываемой адвокатами деятельности.
Федеральная палата адвокатов представляет собой объединение всех адвокатских палат субъектов Российской Федерации для совместного обеспечения корпоративных интересов. Без такового объединения невозможно добиться реальной независимости адвокатуры как необходимого условия адвокатской деятельности.
Высшим органом федеральной палаты адвокатов является Всероссийский съезд адвокатов. Всероссийский съезд адвокатов имеет на федеральном уровне ту же компетенцию, что и собрания (конференции) адвокатов на региональном: формирование исполнительного органа, утверждение сметы и штатного расписания аппарата, избрание ревизионной комиссии, утверждение регламентов.
Особенные полномочия составляют принятие Кодекса профессиональной этики адвоката и утверждение единой нормы представительства от адвокатских палат на Всероссийский съезд адвокатов. Равное представительство на съезде от различных по своей численности региональных палат основывается на принципе равноправия всех субъектов Российской Федерации, в том числе во взаимоотношениях с федеральным центром.
Коллегиальным исполнительным органом Федеральной палаты адвокатов является Совет Федеральной палаты адвокатов, который избирается Всероссийским съездом адвокатов тайным голосованием в количестве 36 человек. Один раз в два года состав Совета должен обновляться Всероссийским съездом адвокатов не менее чем на одну треть.
Совет представляет Федеральную палату адвокатов в различных государственных органах и общественных и иных организациях в России и за рубежом. Решая задачу обеспечения высокого уровня оказываемой адвокатами юридической помощи, совет Федеральной палаты адвокатов по существу становится учебно-методическим центром адвокатуры, который:
разрабатывает и утверждает перечень вопросов для квалификационного экзамена на присвоение статуса адвоката;
разрабатывает единую методику профессиональной подготовки и переподготовки адвокатов, их помощников и стажеров;
организует информационное обеспечение адвокатов;
осуществляет методическую деятельность;
участвует в проведении экспертиз проектов федеральных законов по вопросам, относящимся к адвокатской деятельности.
Важнейшим направлением деятельности совета является поддержание профессиональных стандартов, этических норм и престижа адвокатуры.
Таким образом, Федеральный закон ""Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" обеспечил правовое регулирование вопросов деятельности адвокатуры, ее взаимодействия с органами государственной власти и органами местного самоуправления, предусмотрел гарантии независимости адвокатов и адвокатских организаций, закрепление положения о том, что в каждом субъекте Российской Федерации существует только один орган корпоративного самоуправления адвокатов - адвокатская палата.
Закон определил адвокатуру как институт гражданского общества, профессионального сообщества адвокатов, ставящего целью защиту прав, свобод и интересов личности, общества и государства, признал публичный характер деятельности адвоката, регламентировал условия и порядок приобретения и лишения статуса адвоката, закрепил формы организации адвокатской деятельности, основанные на принципах независимости, самоуправления, корпоративности и равноправия адвокатов.
Адвокатура - исторически необходимый социально-правовой институт, зачатки которого находились еще в древних цивилизациях.
Две крайние формы организации адвокатуры появились в Древнем Риме. Тогда, во времена Республики, она была абсолютно свободной профессией. В период Римской империи адвокатура считалась государственной службой. Обе эти формы были отвергнуты дальнейшим ходом развития общества и государственности.
В средние века историческим опытом Западной Европы были выработаны две основные формы организации адвокатуры: англо-французская и германская.
Такие принципы адвокатуры, как относительная свобода этой профессии и сословная организация, существовали почти во всех государствах. Поэтому их можно считать необходимыми для построения любой развитой адвокатуры. Процветание и упадок адвокатуры зависели, прежде всего, от проведения государством принципа отделения или совмещения адвокатуры с правовым представительством.
Впервые адвокатура возникла в России в рамках правовых реформ 1864 г. Судебная реформа в корне изменила судоустройство, процессуальное и отчасти материальное право Российской империи. Она отделила судебные органы от административных и законодательных. Был введен суд присяжных. Гарантом прав личности на суде выступила адвокатура.
В дореформенное время роль адвокатов играли частные лица - стряпчие или ходатаи по делам. Как правило, их обязанности ограничивались составлением судебных бумаг и представительством в гражданском судебном процессе, представительство в уголовном процессе не допускалось. Отсутствие института судебного представительства на практике оборачивалось массой правонарушений и злоупотреблений. Юридическую помощь населению оказывали некомпетентные и недобросовестные люди. Деятельность такого характера не могла гарантировать всем слоям населения защиту их интересов в суде и других учреждениях.
Введение на территории Российской Империи в действие судебных уставов учредило профессиональную адвокатуру. В ее задачи, помимо защиты по уголовным делам, входило представительство сторон в гражданском процессе и оказание иной юридической помощи населению, включая бесплатные консультации для бедных.
Вместо большей частью невежественных и недобросовестных ходатаев пришли юристы-профессионалы, объединенные в самоуправляющиеся организации. Были предусмотрены меры, чтобы тяжущиеся и подсудимые, не имеющие средств для оплаты адвокатского гонорара, не оставались без защиты.
Адвокаты стали одновременно правозаступниками и поверенными своего клиента. Допустив адвоката в судопроизводство по уголовным и гражданским делам, законодатель тем самым подчеркнул значение юридической помощи для обеспечения прав личности и соблюдения принципа законности.
В советский период адвокатская деятельность была довольна строго очерчена законами об адвокатуре и различными положениями и инструкциями. Совершенно естественно (точнее, видимо, противоестественно), что административно-командная система общества не была никак заинтересована в создании сплоченных формирований юристов-профессионалов, ориентированных в своих действиях на защиту интересов граждан.
Федеральный закон "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" обеспечил правовое регулирование вопросов деятельности адвокатуры, ее взаимодействия с органами государственной власти и органами местного самоуправления, предусмотрел гарантии независимости адвокатов и адвокатских организаций, закрепление положения о том, что в каждом субъекте Российской Федерации существует только один орган корпоративного самоуправления адвокатов - адвокатская палата.
Закон определил адвокатуру как институт гражданского общества, профессионального сообщества адвокатов, ставящего целью защиту прав, свобод и интересов личности, общества и государства, признал публичный характер деятельности адвоката, регламентировал условия и порядок приобретения и лишения статуса адвоката, закрепил формы организации адвокатской деятельности, основанные на принципах независимости, самоуправления, корпоративности и равноправия адвокатов.
Список нормативно-правовых актов
1. Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 года) М., 2004.
2. Уголовный кодекс Российской Федерации. М., 2004.
3. Федеральный Закон "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" от 31 мая 2002 г. № 63-ФЗ (Собрание законодательства РФ.10.06.2002. № 23. Ст.2102).
4. Федеральный закон "Об оперативно-розыскной деятельности" от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ (Собрание законодательства РФ.14.08.1995 № 33. Ст.3349).
5. Постановление Правительства Российской Федерации от 4 июля 2003 г. № 400 "О размере оплаты труда адвоката, участвующего в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия, прокурора или суда" (Российская газета. № 134.10 07.2003).
6. Кодекс профессиональной этики адвоката. Принят Всероссийским съездом адвокатов 31.01.2003 (Российская юстиция. № 10.2003).
7. Декрет о суде от 22 ноября 1917 г. (Декреты Советской власти. Т.I. М., 1968).
8. Декрет ВЦИК и СНК о суде № 2 от 15 февраля 1918 г. (Декреты Советской власти. Т.I. М., 1968).
9. Положение ВЦИК о народном суде РСФСР от 30 ноября 1918 г. (Декреты Советской власти. Т. IV.М., 1968).
10. Положение ВЦИК о народном суде РСФСР от 21 октября 1920 г. (Декреты Советской власти. Т. XI.М., 1989).
11. Циркуляр ЦК РКП (б) от 2 ноября 1922 г. "О вступлении коммунистов в коллегии защитников" (Известия. 1922. № 10 (46).С. 19).
12. Циркуляр НКЮ № 61 от 23. апреля 1924 г. (Еженедельник советской юстиции. 1924. № 12).
13. Закон СССР "Об утверждении основ уголовного судопроизводства Союза ССР и Союзных республик" от 25 декабря 1958 г. (Ведомости Верховного Совета СССР. 1959. № 1. Ст.15).
14. Закон СССР "Об утверждении основ уголовного законодательства Союза ССР и Союзных республик" от 25 декабря 1958 г. (Ведомости Верховного Совета СССР. 1959. № 1. Ст.6).
15. Закон СССР "Об адвокатуре в СССР" от 30 ноября 1979 г. (Ведомости Верховного Совета СССР. 1979. № 49. Ст.846).
16. Закон РСФСР "Положение об адвокатуре РСФСР" (Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1962. № 29. Ст.450).
17. Закон РСФСР "Об утверждении положения об адвокатуре РСФСР" от 20 ноября 1980 г. (Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1980. № 48. Ст.1596).
18. Временные правила о применении судебных уставов к губерниям и областям Сибири и правила о введении в действие судебных уставов, с сенатскими и министерскими разъяснениями. - СПб., 1897.
19. Сальмонович В., Громов Н. Судебные уставы императора Александра II в Сибири, в Туркестане и степных областях. - Томск, 1898.
20. Устав гражданского судопроизводства. / Сост. к П. Змирлов. - СПб., 1914.
21. Учреждение судебных установлений. / Сост. С.Г. Громачевский. - СПб., 1897.
Список специальной научной литературы
22. Адвокатура (Сборник законодательных актов и нормативных документов).М., 1998.
23. Адвокатура в СССР.М., 1971.
24. Адвокатура и современность. М., 1987
25. Барщевский М.Ю. Адвокат, адвокатская фирма, адвокатура. М., 1995.
26. Барымов А.А. Защита по уголовным делам. Характеристика взглядов на задачи адвокатуры в уголовном процессе. Оттиск из "Юридического вестника" за 1878-1879 гг.
27. Бутин М.Д. Сибирь, ее дореформенные суды и условия ведения торговых и промышленных дел до сооружения Сибирской железной дороги. СПб., 1900.
28. Варфоломеева Т.В., Русанов Б.В. Советская адвокатура: задачи и формы деятельности. Киев, 1983.
29. Василевский В.И. Забайкальская белая государственность. - Чита, 2000.
30. Вопросы теории и истории государства и права. Иркутск, 1969.
31. Гессен И.В. Судебная реформа. СПб., 1905.
32. Гинзбург Г.А., Поляк А.Г., Самсонов В.А. Советский адвокат. М., 1968.
33. Гордиенко В.А. Из истории народного суда ДВР // Проблемы краеведения. Вып.4. Чита, 1970.
34. Джанишев Г.А. Основы судебной реформы. - М., 1891.
35. Джанишев Г.А. Из эпохи великих реформ. - М., 1894.
36. Ерошкин Н.П. История государственных учреждений дореволюционной России. М., 1983.
37. Ефремова Н.Н. Министерство юстиции Российской империи 1802-1917 гг.: историко-правовое исследование. М., 1983.
38. История русской адвокатуры. М., 1997.
39. Карабчевский Н.П. Около правосудия. СПб., 1908.
40. Коротких М.Г. Самодержавие и судебная реформа 1864 г. в России. Воронеж, 1989.
41. Лобанов В. Старая Чита. Чита, 2001.
42. Организация и деятельность адвокатуры в России. Сост.В.М. Ануфриев, С.Н. Гаврилов. М., 2001.
43. О судебной реформе в Сибири. // Приамурские ведомости. Хабаровск, 1896 г. № 142, 143.145.
44. Петрухин И.Л. Вам нужен адвокат… М., 1993.
45. По поводу ревизии судебных мест в Сибири. // Восточное обозрение. Иркутск, 1885 г. № 23.
46. Правительственное сообщение о судебных преобразованиях в Сибири. // Восточное обозрение. Иркутск, 1885 г. № 12.
47. Представительство защиты в гражданском и уголовном процессах в Сибири. // Восточное обозрение. Иркутск, 1885 г. № 25.
48. Рогов В.А. История государства и права России IX- XX вв.М., 1995.
49. Российское законодательство Х-ХХ вв. Под общ. ред.О.И. Чистякова, в 9 томах. - Т.8. Судебная реформа. Ответ. ред. Б.В. Виленский. М., 1991.
50. Сибирские надежды и опасения. // Восточное обозрение. Иркутск, 1885 г. № 14.
51. Смолярчук В.И. Гиганты и чародеи слова. М., 1984.
52. Стецовский Ю.И. Советская адвокатура. М., 1989.
53. Титов А.А. Реформы Александра II и их судьба. М., 1910.
54. Троицкий Н.А. Адвокатура в России и политические процессы 1866 - 1904 гг. Тула, 2000.
55. Троицкий Н.А. Царизм под судом прогрессивной ответственности (1866 - 1895).М., 1979.
56. Филиппов П.М. Судебная защита и правосудие в СССР. Саратов, 1987.
57. Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства. СПб., 1902 г.
58. Хаски Ю. Российские адвокаты и советское государство: Происхождение и развитие советской адвокатуры, 1917 - 1939.М., 1993.
59. Хачатуров Р.Л. К вопросу о восстановлении советского судебного аппарата в Восточной Сибири 1920. // Вопросы теории и истории государства и права. Иркутск, 1969.
60. Хачатуров Р.Л. Из истории создания советского судебного аппарата в Восточной Сибири. // Проблемы краеведения: Вып.7. Чита, 1972.
61. Шахерова С.Л. Дореволюционная адвокатура Восточной Сибири (1885 - 1917 гг.). Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук. Иркутск, 2001.
62. Юрисдикция в Сибири. // Восточное обозрение. Иркутск, 1885 г. № 9.
63. Эффект. Чита, 1999 г. № 283, 286, 288; 2000 г. № 326; 2002 г. № 415.
Список учебной литературы
64. Адвокатская деятельность: Учебно-практическое пособие. Под общ. ред. В.Н. Буробина. М., 2001.
65. Безлепкин Б.Т. судебная система, правоохранительные органы и адвокатура России. М., 2001.
66. Гриненко А.В., Костанов Ю.А., Невский С.А. Адвокатура в Российской Федерации. М., 2003.
67. Лубшев Ю.Ф. Адвокатура в России. Учебник. М., 2002.
68. Смирнов Е.М. Адвокатура. СПб., 2002.
Архивные источники
69. ГАЧО (Государственный архив Читинской области) ф.43, оп.1, д. д.27, 28, 44, 90, 106, 136.
70. Там же, оп.2, д. д.77, 78, 93,120, 123, 157, 220, 279, 294, 319, 324, 338, 348, 349, 364, 384, 397, 439, 445, 454, 456, 457, 458, 462, 508.
71. Там же, оп.5, д.34.
72. ГАЧО ф. Р - 11, оп.3, д. д.49, 57, 59, 382.
73. ГАЧО ф. Р - 49, оп.1, д. д.345, 361, 368, 370.
74. ГАЧО ф. Р - 360, оп.1, д. д.119, 124.
75. ГАЧО ф. Р - 875, оп.1, д. д.41, 99.
76. Там же, оп.2, д. д.6, 56, 79.
Список справочной литературы
77. Адрес-календарь Забайкальской области на 1903 год.
78. Адрес-календарь Забайкальской области на 1908 год.
79. Памятная книжка Забайкальской области на 1897 год.
80. Памятная книжка Забайкальской области на 1899 год.
81. Памятная книжка Забайкальской области на 1901 год.
82. Памятная книжка Забайкальской области на 1912 год.
[1] Барымов А.А. Защита по уголовным делам. Характеристика взглядов на задачи адвокатуры в уголовном процессе. Оттиск из «Юридического вестника» за 1878-79 гг.
[2] Гессен И.В. Судебная реформа. СПб., 1905.
[3] Джаншиев Г.А. Основы судебной реформы. М., 1891. Он же. Из эпохи великих реформ. М., 1894.
[4] Титов А.А. Реформы Александра II и их судьба. М., 1910.
[5] Карабчевский Н.П. Около правосудия. СПб., 1908.
[6] Троицкий Н.А. Царизм под судом прогрессивной ответственности (1866-1895). М., 1979. Он же. Адвокатура в России и политические процессы 1866 – 1904 гг. Тула, 2000.
[7] Ерошкин Н.П. История государственных учреждений дореволюционной России. М., 1983.
[8] Ефремова Н.Н. Министерство юстиции Российской империи 1802-1917 гг.: историко-правовое исследование. М., 1983.
[9] Барщевский М.Ю. Адвокат, адвокатская фирма, адвокатура. М., 1995.
[10] Лубшев Ю.Ф. Адвокатура в России. Учебник. М., 2002.
[11] Петрухин И.Л. Вам нужен адвокат… М., 1993.
[12] Смирнов Е.М. Адвокатура. СПб., 2002.
[13] Стецовский Ю.И. Советская адвокатура. М., 1989.
[14] Филиппов П.М. Судебная защита и правосудие в СССР. Саратов, 1987.
[15] Хаски Ю. Российские адвокаты и советское государство: Происхождение и развитие советской адвокатуры, 1917 – 1939. М., 1993.
[16] Лубшев Ю.Ф. Адвокатура в России. Учебник. М., 2002, с. 78.
[17] Коротких М.Г. Самодержавие и судебная реформа 1864 г. в России. Воронеж, 1989.
[18] Коротких М.Г. Самодержавие и судебная реформа 1864 г. в России. Воронеж, 1989.
[19] Там же, стр. 150.
[20] Коротких М.Г. Самодержавие и судебная реформа 1864 г. в России. Воронеж, 1989.
[21] Коротких М.Г. Самодержавие и судебная реформа 1864 г. в России. Воронеж, 1989, стр.154-155.
[22] Представительство защиты в гражданском и уголовном процессах в Сибири.//Восточное обозрение. Иркутск, 1885 г. №25.
[23] Сибирские надежды и опасения.//Восточное обозрение. Иркутск, 1885 г. №14.
[24] Юрисдикция в Сибири.//Восточное обозрение. Иркутск, 1885 г. №9.
[25] Представительство защиты в гражданском и уголовном процессах в Сибири.//Восточное обозрение. Иркутск, 1885 г. №25.
[26] Троицкий Н.А. Царизм под судом прогрессивной ответственности (1866-1895). М., 1979, стр.183.
[27] Барщевский М.Ю. Адвокат, адвокатская фирма, адвокатура. - М., 1995, стр. 6.
[28] Коротких М.Г. Самодержавие и судебная реформа 1864 г. в России. - Воронеж, 1989, стр. 113-114.
[29] Барщевский М.Ю. Адвокат, адвокатская фирма, адвокатура. - М., 1995, стр. 9.
[30] Троицкий Н.А. Царизм под судом прогрессивной ответственности (1866-1895). - М., 1979, стр. 199.
[31] Там же, стр. 200.
[32] Троицкий Н.А. Царизм под судом прогрессивной ответственности (1866-1895). - М., 1979, стр. 202.
[33] Там же.
[34] Так назывались офицеры – выпускники Военно-юридической академии, которые состояли в штатах военно-окружных судов и были правомочны защищать подсудимых, временно исполнять обязанности военных следователей и пр.
[35] Троицкий Н.А. Царизм под судом прогрессивной ответственности (1866-1895).-М., 1979, стр.206.
[36] Там же.
[37] Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства. - СПб., 1902, стр.506-507.
[38] ГАЧО ф. 43, оп. 1, д. 44.
[39] Учреждение судебных установлений/Сост. С.Г. Громачевский, СПб., 1897 г., ст. 380.
[40] Там же, ст. 379.
[41] Учреждение судебных установлений / Сост. С.Г. Громачевский, СПб., 1897 г., ст. 382.
[42] Там же, ст.376.
[43] Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства. - СПб., 1902, стр.514.
[44] Учреждение судебных установлений, ст.383.
[45] Учреждение судебных установлений / Сост. С.Г. Громачевский, СПб., 1897 г., ст. 384.
[46] Там же, ст.385.
[47] Там же, ст.401.
[48] Там же, ст.386.
[49] Там же, ст.390-391.
[50] Там же, ст.389.
[51] Там же, ст.395.
[52] Учреждение судебных установлений / Сост. С.Г. Громачевский, СПб., 1897 г., ст. 396.
[53] Там же, ст.397-398.
[54] Там же, ст.404.
[55] Там же, ст.354-355.
[56] Там же, ст.381.
[57] Там же, ст.356, 383-385.
[58] Учреждение судебных установлений / Сост. С.Г. Громачевский, СПб., 1897 г., ст.367.
[59] Там же, ст.400. 402-403.
[60] Там же, ст.367.
[61] Там же, ст.374, 404.
[62] Там же, ст.405.
[63] Там же, ст.406.
[64] Там же, ст. 394.
[65] Учреждение судебных установлений / Сост. С.Г. Громачевский, СПб., 1897 г., ст. 398.
[66] Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства. - СПб., 1902, стр.521.
[67] ГАЧО ф.43, оп. 2, д. 439.
[68] ГАЧО ф. Р – 875, оп. 1. д. 41, л. 2-3.
[69] Учреждение судебных установлений / Сост. С.Г. Громачевский, СПб., 1897 г., ст. 4061.
[70] Там же, ст.406.2-4064.
[71] Там же, ст.4065.
[72] Там же, ст.4066.
[73] Устав гражданского судопроизводства. / Сост. К.П. Змирлов.-СПб., 1914, ст.246.
[74] Учреждение судебных установлений / Сост. С.Г. Громачевский, СПб., 1897 г., ст. 40619.
[75] Там же, ст.4067.
[76] Там же, ст.4068.
[77] Там же, ст.4069.
[78] Учреждение судебных установлений/Сост. С.Г. Громачевский, СПб., 1897 г., ст. 357-358.
[79] Там же, ст.365.
[80] Там же, ст.361.
[81] Учреждение судебных установлений / Сост. С.Г. Громачевский, СПб., 1897 г., ст. 359, 364.
[82] Там же, ст.360.
[83] Там же, ст.364.
[84] Там же, ст.365.
[85] Там же, ст.363.
[86] Учреждение судебных установлений / Сост. С.Г. Громачевский, СПб., 1897 г., ст. 367 п.п. 4-6.
[87] Там же, ст. 367 п. 2.
[88] Там же, ст. 367 п.7.
[89] Там же, ст. 367 п.1.
[90] Там же, ст. 367 п.8.
[91] Там же, ст.376.
[92] Там же, ст.375.
[93] Там же, ст.366.
[94] Учреждение судебных установлений / Сост. С.Г. Громачевский, СПб., 1897 г., ст. 378.
[95] там же, ст. 404.
[96] Учреждение судебных установлений / Сост. С.Г. Громачевский, СПб., 1897 г., ст. 369.
[97] Там же, ст.368 п.5.
[98] Там же, ст.371, 372.
[99] Там же, ст.372,373.
[100] Там же, ст.375.
[101] Там же, ст.370.
[102] Учреждение судебных установлений / Сост. С.Г. Громачевский, СПб., 1897 г., ст. 370
[103] Там же, ст.376.
[104] Там же, ст.377.
[105] Барщевский М.Ю. Адвокат, адвокатская фирма, адвокатура. М., 1995. стр. 17.
[106] Декрет о суде от 22 ноября 1917 г. Декреты Советской власти. Т. I. М., 1968.
[107] Декрет ВЦИК и СНК о суде № 2 от 15 февраля 1918 г. Декреты Советской власти. Т. I. М., 1968.
[108] Положение ВЦИК о народном суде РСФСР от 30 ноября 1918 г. Декреты Советской власти. Т. IV. М., 1968.
[109] Там же. Ст. 42.
[110] Положение ВЦИК о народном суде РСФСР от 21 октября 1920 г. Декреты Советской власти. Т. XI. М., 1989.
[111] ГАЧО ф. Р – 11, оп. 3, д. 57, л. 3 – 6.
[112] Известия. 1922. № 10 (46). С. 19.
[113] Еженедельник советской юстиции. 1924. № 12.
[114] Ведомости Верховного Совета СССР. 1959. № 1. Ст. 6.
[115] Ведомости Верховного Совета СССР. 1959. № 1. Ст. 15.
[116] Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1962. № 29. Ст. 450.
[117] Там же, ст. 30.
[118] Ведомости Верховного Совета СССР. 1979. № 49. ст. 846.
[119] Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1980. № 48. Ст. 1596.
[120] Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1980. № 48. Ст. 1596. ст. 18.
[121] Собрание законодательства РФ. 10.06.2002. № 23. Ст. 2102.
[122] Федеральный Закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» от 31 мая 2002 г. № 63-ФЗ. Собрание законодательства РФ. 10.06.2002. № 23. Ст. 2102. ст. 9.
[123] Там же, ст. 10.
[124] ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» от 31.05.2002. № 63-ФЗ. п. 1 ст. 16.
[125] Там же, п. 1 ст. 17.
[126] Там же, п. 1 ст. 2.
[127] ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» от 31.05.2002. № 63-ФЗ. п. 2 ст. 2.
[128] ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» от 31.05.2002. № 63-ФЗ. ч. 3 ст. 17
[129] Научно-практический комментарий к Федеральному закону «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации». Под ред. Д.Н. Козака. М., Издательство «Статут», 2003.
[130] ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» от 31.05.2002. № 63-ФЗ.п. 1 ст. 18.
[131] ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» от 31.05.2002. № 63-ФЗ.п. 9 ст. 22.
[132] Там же: п. 10 ст. 22.
[133] ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» от 31.05.2002. № 63-ФЗ. ст. 24.
[134] Там же, п. 1 ст. 24.
[135] ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» от 31.05.2002. № 63-ФЗ. п. 1 ст. 29.
Сделайте индивидуальный заказ на нашем сервисе. Там эксперты помогают с учебой без посредников Разместите задание – сайт бесплатно отправит его исполнителя, и они предложат цены.
Цены ниже, чем в агентствах и у конкурентов
Вы работаете с экспертами напрямую. Поэтому стоимость работ приятно вас удивит
Бесплатные доработки и консультации
Исполнитель внесет нужные правки в работу по вашему требованию без доплат. Корректировки в максимально короткие сроки
Гарантируем возврат
Если работа вас не устроит – мы вернем 100% суммы заказа
Техподдержка 7 дней в неделю
Наши менеджеры всегда на связи и оперативно решат любую проблему
Строгий отбор экспертов
К работе допускаются только проверенные специалисты с высшим образованием. Проверяем диплом на оценки «хорошо» и «отлично»
Работы выполняют эксперты в своём деле. Они ценят свою репутацию, поэтому результат выполненной работы гарантирован
Ежедневно эксперты готовы работать над 1000 заданиями. Контролируйте процесс написания работы в режиме онлайн
9. Стратегия взаимодействия с органами государственного управления как...
Диплом, реклама и PR
Срок сдачи к 22 июня
Сделать кинематический, энергетический и силовой расчет привода к...
Курсовая, детали машин
Срок сдачи к 10 окт.
от 20 до 40 листов дать понятие (динамику заболевания
Курсовая, основы профилактики сестринского дела
Срок сдачи к 15 сент.
«Конструирование эффективной образовательной среды для целей профориентации в моей школе»
Эссе, Профориентация
Срок сдачи к 11 сент.
анализ древнерусской литературы, 20-25 страниц,
Курсовая, история государства и права
Срок сдачи к 27 дек.
Заполните форму и узнайте цену на индивидуальную работу!