Принцип неопределенности или почему Бог до сих пор идеален?

Копылов Михаил Юрьевич

В квантовой механике имеется так называемый принцип (соотношение) неопределенности, который гласит, что уже одно только познавательное действие человека само по себе способно изменить мир. Странно, что до сих пор никто не указал на аналог этого принципа в макромире или хотя бы в мире живого. А он, кажется, существует. В медицинской деонтологии есть принцип: не говори больному о болезни. Религия, как бы то не было, придерживается аналогичного принципа: слишком многие знания о Боге вредят вере. Но не является ли разбираемый принцип следствием широко практикуемого принципа идеальности, а не материальности Бога? А по нашему – кажимости идеальности Бога.

Попробуем разобраться, почему же столь популярен даже у верующих тезис об идеальности Бога. И заодно показать связь этого вопроса с таким глобальным вопросом процесса познания, как вопрос о соотношении места и роли принципа (должного) в теории.

Иначе говоря, так как Бог материален, то принцип неопределенности следует отбросить. Наши познавательные действия не могут сами по себе изменять мир, поскольку в основе мироздания лежит недоступный нашему влиянию Бог. То есть все в мире происходит только по произволению этого Высшего начала.

Таким образом, не познание изменяет мир, а знание. Но не само по себе. А знание у человека. Ибо только знание у человека есть настоящее (действующее) знание. Причем знание у конкретного человека.

Если мы говорим, что Бог идеален, то он так и будет для нас идеальным (то есть придуманной и недостижимой потому сущностью). Если же мы говорим, что Бог материален, то он и станет для нас материальным (проявляющим себя в точности материально). Вывод: принцип теории – он же и ее постулат. Но принцип принципу – рознь. Ведь Бог = истина. Принцип идеальности истины и дает идеальную истину (придуманную и потому только кажущуюся). Принцип материальности истины дает материальную истину – которую можно пощупать.

Но не странно ли, что принцип – он же и постулат (то есть должное)? Ведь таким образом получается, что сущее = должному? Нет, не так. Должное имеется в виду как должное в знании, то есть как направление взгляда познающего. (Сущее же родится от знания только тогда, когда оно перейдет в форму проекта и будет реализовано.) То есть точка зрения? Да, что-то вроде этого. Но в таком случае получается, что, раз точка зрения допущена в познание (все точки зрения равноправны), то истины как абсолютной истины не существует. А существует только истина через-точку-зрения, то есть только относительная истина, то есть, по сути, лишь мнение.

Возьмем пример: 350 лет назад Галилей встал на точку зрения (им овладела такая точка зрения), что Земля круглая и вращается (хотя непосредственно наблюдать это он не мог). У многих тогда была иная точка зрения и Галилею поэтому пришлось не просто. Но сегодня выясняется, что точка зрения многих во времена Галилея давала мираж (идеальную истину), а точка зрения Галилея – истинное знание.

Вывод? Теория – это проект только в ментальном мире. То есть это проект связи понятий, конструкция из понятий. И его, этот проект, можно осуществить в ментальном мире. Когда теория овладевает массами – это и есть ментальное осуществление теории. И лишь дальнейшие действия людей в этом направлении (если они случатся) покажут, что стояло за данным ментальным проектом – истина или мираж. Непосредственное видение или только ментальное.

Таким образом получается, что абсолютная истина все-таки имеет место. Значит, сущ и Бог.

И все-таки коль скоро мы говорим, что постулаты теории – это и ее принципы, то не есть ли это тот самый принцип неопределенности, который мы собираемся отбросить? Мы говорим, что не может познавательное действие человека (смотрение на мир) изменить мир. Так как в противном случае ясно, что весь сущий мир (а не только Бог, как по обыкновению считается) – идеален. Да, можно так говорить, коль скоро мы полагаем, что теория сама по себе есть материальная сила (то есть как мы видим, так и есть на самом деле). Но видим-то мы (посредством теории) только в ментальном мире! Чтобы увидеть непосредственно, мы должны вывести из теории проект и попытаться реализовать его.

Почему теория не может обходиться без принципа в себе? Да потому, что познание – восходящий процесс. Непосредственно наблюдая совокупность феноменов, мы будем двигаться вперед, если увидим их высшую причину. А увидеть ее можно только сначала в ментальном мире, то есть как принцип. Но это – только начало. Ибо для дальнейшего движения принцип следует теперь объявить постулатом (сущим) и построить теорию – ментальную конструкцию мира.

Часто идеальным мы называем должное. Или то, что полагаем только должным? Например, истину или Бога. Это и есть – начало теории. Чтобы двигаться вперед, нужно объявить принцип постулатом (сущим): истина суща. Но поскольку логика (в законе непротиворечия) указывает нам на первое свойство истины – ее единственность, то из нашего постулата следует: или “истина суща” или “истина не суща” – одно из двух. Теперь мы делаем постулатом “истина суща” и в соответствии с правилом “постулат, он же и принцип” видим, что у нас получается: сущая истина. Делая же постулатом “истина не суща” в соответствии с этим же правилом видим не_сущую (отсутствующую) истину, то есть мираж. Таким образом, постулат “истина не суща” приводит к миражу. И вообще постулаты такого типа.

То есть такого типа: “все и так видно, че думать?”