Позитивизм и материализм

Огромное влияние позитивистских и материалистических идей на русскую интеллигенцию 19 в. носило не столько философский, сколько идеологический характер. В сущности, это был очередной и закономерный этап развития западнической идеологии, своего рода русский 'список' вполне уже секуляризованного и материалистически ориентированного западного сознания. Увлечение новыми вариантами европейской идеологии могло иметь и нередко имело поверхностный характер, оказывалось идеологической модой. Но материалистические и позитивистские идеи достаточно рано нашли на российской почве искренних и последовательных сторонников. Не было недостатка и в тех, кто проявлял глубокий интерес к философскому обоснованию этих течений.

На формирование философских взглядов Петра Лавровича Лаврова 1823-1900), одного из лидеров народничества, оказали влияние идеи Л.Фейербаха, О.Конта, Г.Спенсера, а позднее К.Маркса. В его философских сочинениях (Механическая теория мира, 1859; Практическая философия Гегеля, 1859; Очерки вопросов практической философии, 1860; Три беседы о современном значении философии, 1861) царит дух 'позитивной философии': обосновывается решающее значение научного знания, решительно критикуются различные формы метафизики. Критиковал Лавров и вульгарный материализм немецких естествоиспытателей (К.Бюхнера, Л.Фохта и др.), видя в нем не столько вульгаризацию материалистической философии, сколько одно из ее наиболее последовательных исторических проявлений. Материализм, с его учением о единой, независимой от сознания субстанции, был для Лаврова своеобразным вариантом метафизической веры.

По убеждению русского мыслителя, предметом философии должен быть прежде всего 'цельный человек', и потому философский опыт может быть только 'философским антропологизмом'. Только через человека, через осмысление его исторического и индивидуального опыта можно прийти к подлинно научному, философскому пониманию внешней действительности. В социологической концепции истории Лаврова (Исторические письма, 1870) подлинными историческими деятелями оказываются 'развитые, критически мыслящие личности' - прогрессивные и, в сущности, всегда революционно настроенные представители образованного слоя общества. Эти личности определяют критерии прогресса, цели и идеалы общественного развития. Такой подход приводит к признанию решающей роли субъективного начала в истории. Для Лаврова в социологии и философии истории действует именно субъективный метод: общественные изменения своеобразны, неповторимы, они являются результатом усилий личности и объективные научные методы к ним не приложимы.

П.Л.Лавров, безусловно, не был эпигоном европейского позитивизма и материализма. Его философские и социологические взгляды достаточно самостоятельны и оригинальны. Это же можно сказать и о творчестве другого крупного теоретика народничества, Николая Константиновича Михайловского (1842-1904), также развивавшего 'субъективный метод'. Гораздо более ортодоксальными последователями основоположников западного позитивизма в России в то время были Г.Н.Вырубов, Е.В. де Роберти, В.В.Лесевич. Определенным влиянием позитивистские идеи пользовались в научных кругах. Интерес к философии позитивизма проявляли, в частности, такие крупные ученые, как И.М.Сеченов и Н.И.Пирогов.

Николай Гаврилович Чернышевский (1828-1889) - признанный лидер радикальной российской интеллигенции 1860-х годов - также испытал влияние позитивистской философии. 'Единственной философской системой, верной научному духу' называл Чернышевский учение основоположника позитивизма - О.Конта. В то же время многое в учении французского мыслителя он не принимал и оценивал весьма критически (в частности, контовскую концепцию трех ступеней эволюции человечества). Идеализм во всех его разновидностях был для Чернышевского постоянным объектом критики - непримиримой и радикальной. К основным философским трудам Чернышевского относятся: Эстетические отношения искусства к действительности (1855), Антропологический принцип в философии (1860), Характер человеческого знания (1885).