Формирование профессиональной идентичности личности как условие ее профессионализма

Игтисамова Г.Р.

Восприятие индивида как личности, способной к активной профессиональной деятельности и саморазвитию, связано с пониманием того, как человек конструирует собственную идентичность. “Конструирование” в данном случае можно трактовать как сложный процесс целенаправленного или спонтанного усвоения, интерпретации и практического использования социального знания человеком. При этом социальное знание имеет контекстуальный характер (учитывая как контекст эпохи, так и контекст непосредственной передачи знания). Индивиды, будучи вписанными в определенный социальный контекст, связаны с другими людьми и объектами деятельности некими социальными узами и практиками, для успешной реализации которых необходим определенный уровень знаний и практического мастерства - будь это повседневные или узкоспециализированные профессиональные виды деятельности. Для успешной социализации человеку во всех сферах социального бытия необходимо достигнуть определенной степени совершенства. Таким образом, конструирование представляет собой последовательную “стратегию” реализации данной задачи.

Человек социален по своей природе, поэтому конструируемая им идентичность неизбежно носит “открытый” характер с точки зрения общественных отношений, соотносится со значимыми социальными процессами и их участниками. П. Бергер и Т. Лукман утверждали, что приобрести вторичную социализацию - “значит, вести такое существование в социальном мире, которое определяется и контролируется определенной системой знания” [1, с. 264]. Попадая в малую первичную группу, человек приобретает статус групповой принадлежности. Это означает, что участники группы ожидают от него уважения и признания основных этических или организационных нормативов. Именно в степени интернализации этих нормативных “правил игры” кроется вопрос о “субъект- ности” индивида. Возможность соблюдать эти правила, не будучи превращенным в объект тотального социального контроля, зависит от способности человека мыслить независимо, критически, творчески. Однако процесс формирования подобной групповой идентичности может носить достаточно противоречивый характер, что отражается в конфликте индивидуальных и групповых интересов и ценностей, который в случае групповой идентичности чаще решается в пользу групповых. Подобный механизм подчинения индивида группе оправдан необходимостью обрести статус и адаптироваться к новому окружению. Тогда происходит “полная идентификация индивида с социально предписанными типизациями”. Идентичность человека в этом случае оказывается в высокой степени профилированной, так как она “целиком представляет ту объективную реальность, в которую помещена” [1, с. 138]. Возникает эффект тождества без различий, человек теряет автономность.

На первых этапах вхождения в профессию трудно предположить, что человек отделяет свой объективный статус от внутренне сформированного представления о собственной профессиональной идентичности. Например, человек, занимающийся педагогической практикой, видит себя и воспринимается другими не иначе как представитель учительства, и конструирование им собственной идентичности проходит в соответствии с представлением о социально значимых ценностях и профессиональном долге педагога. Субъективный опыт переживания отступает на второй план или сливается с отождествлением чувства “я” и внешних атрибутов профессии, что происходит под действием внешних факторов - престижа профессии и конкуренции. Эти условия являются необходимыми предпосылками развития профессий и, соответственно, профессиональной деятельности.

Другой стороной профессиональной идентичности является стремление профессиональной группы к контролю над поведением отдельных личностей. Успех действия профессиональной группы в целом зависит от эффективности действий ее членов. Т. Парсонс утверждал, что компетенция профессионалов используется в интересах всей социальной системы, является одним из трех основных критериев определения профессиональной роли. Наряду с этим он говорит о требовании формальной “технической подготовки”, связанной с контролем над качеством образования и уровнем интеллектуальной и ценностной компетенции обученного профессионала. Третий критерий - наличие навыков использования полученных профессиональных знаний [2, с. 188].

Личность, которая обретает профессиональную идентичность и достигает высшей степени мастерства в сфере определенной социальной деятельности, причисляют на Западе к категории “серебряных воротничков”. Данный тип профессиональной личности характеризует приверженность делу, в котором человек достигает наибольшего успеха, что дает ему возможность выходить за рамки ординарных, привычных способов действий, на уровень более сложных работ. Это те самые креативные специалисты, которые являются “мастерами” своего дела.

Возникает вопрос об условиях формирования подобных специалистов. По мнению Н.Ю. Бармина, чем больше возможностей у человека испытывать свои способности на практике и тренировать уже полученные навыки, тем высших ступеней профессионализма он достигнет [3, с. 83]. Однако с подобными практиками профессионального совершенствования связан риск ошибок и неудач, и в моральном, и в фактическом аспектах. Этой проблеме посвящено исследование Э. Ч. Хьюза “Ошибки на работе” [4]. На наш взгляд, в данном случае повышение квалификации можно понимать не просто как процесс постоянной тренировки и закрепления определенных навыков, а как непрерывное обучение новым видам и способам практической деятельности.

В данном случае устанавливается связь между практикой и креативностью. Всё, что требует более высокого качества исполнения, нуждается в активном личном участии исполнителя, точнее - в активизации и развитии его природных и социальных способностей и потенциала как личности. Поскольку креативность - это практически ориентированная способность мыслить и делать что-то в направлении, отличном от стандартного, она нуждается в постоянном развитии. Это нацеленность на новые задачи и свершения ради внутреннего удовлетворения от профессиональной деятельности. Поэтому “креативность” следует понимать с точки зрения уникальности, неповторимости, эксклюзивности. Таким образом, способность личности к включению или дальнейшему участию в креативных практиках зависит от того, насколько высоки ее внутренняя оценка своей успешности и внешнее одобрение со стороны “значимых других”.

В противоположность жестким структурам профессиональной статусной иерархии, современные условия профессионализации требуют от личности не только высокой специализированной квалификации и теоретической подготовки, но и способности к быстрой адаптации в изменяющейся профессиональной среде. Это означает, что человек должен стать “мобильным специалистом”, обладающим профессиональными знаниями и практическими навыками работы сразу в нескольких смежных с основной специальностью областях, при этом отслеживать изменения в деятельности всего профессионального сообщества, представителем которого он является в силу своей профессиональной принадлежности. Судя по всему, время “узких специалистов” завершается. Здесь просматривается некое противоречие, поскольку стать мастером своего дела можно в сравнительно узкой отрасли, но знания и технологии современности стремительно интегрируются, и, очевидно, достичь мастерства в высокотехнологичных профессиях без общей технологической культуры невозможно.

В настоящее время, когда сама современность стала текучей (liquid modernity, по выражению 3. Баумана), человек становится профессионалом в самом процессе совершенствования профессии. Поэтому основной компетенцией человека становится обучение, а мастером становится тот, кто выступает лидером в обучении. Соответственно, основным условием профессионализма каждого становятся умения организовать свое профессиональное обучение, интегрировать потребности профессионального совершенствования с социокультурными требованиями современности. Профессиональная идентичность достигается в процессе непрерывного обучения.

Список литературы

Бергер П. Социальное конструирование реальности. Трактат по социологии знания. М., 1995.

Парсонс Т. Система современных обществ / Пер. с англ. Л.А. Седова, А.Д. Ковалева / Под общ. ред. М.С. Ковалевой. М., 1997.

Бармин Н.Ю. Образование взрослых в условиях новой экономики: социальнофилософский анализ. Н. Новгород, 2010.

Хыоз Э. Ч. Ошибки на работе // Журнал исследований социальной политики. 2008. Т. 6. № 3. С. 386.