Доклассические экономические учения

Николай Чувахин

До определенного момента человечество пребывало в глубочайшем неведении относительно всего, что связано с экономической жизнью. Вот, например, один из величайших мудрецов средневековья - Фома Аквинский (1225-1274). В своей книге "Сумма теологии" Фома писал о необходимости "справедливых цен" и "справедливой заработной платы", не давая никакой расшифровки этих понятий. Фома также настаивал на том, что добрым католикам не подобает давать деньги взаймы под проценты. Поскольку Фома был большим авторитетом в католической церкви, к его мнению прислушались, и к занятиям банковским делом в Западной Европе долгие столетия допускались только иудеи.

Первой попыткой систематически изложить взгляды на экономическую жизнь и роль государства в ней стала идеология меркантилизма. Меркантилисты существовали в мире всегда (есть они и сейчас), однако только в XVI-XVIII веках меркантилисты господствовали в правительствах многих странах Европы. Виднейшим меркантилистом Англии считается Томас Ман (1571-1641), известный английский публицист и один из самых богатых людей в Англии начала XVII века. Во Франции меркантилизм пришел к власти в лице Жана Кольбера (1619-1683), суперинтенданта финансов короля Людовика XIV.

В чем же состоит доктрина меркантилизма?

К началу XVI века европейцам стало окончательно ясно, что они живут на шаре, площадь которого велика, но конечна. Это означало, что в мире имеются конечные запасы полезных ископаемых, в том числе золота и других драгоценных металлов. Цепочка рассуждений была очень простой:

Золото есть благосостояние.

Запас золота в мире ограничен.

Следовательно, благосостояние также ограничено.

Это означало, что государства должны накапливать золото, чтобы получить в свое распоряжение наибольшую возможную долю ограниченного мирового благосостояния. Как это можно сделать? Очень просто. Золото можно получить только в обмен на товары. Следовательно, нужно продавать как можно больше товаров за пределами страны, чтобы получить в обмен как можно больше золота.

В то же время нужно ограничить продажу иностранных товаров внутри страны, чтобы таким образом прекратить отток золота за границу. Как этого добиться? Прямой запрет ничего не даст - не откажется же французская аристократия от английского сукна, а английская - от французских вин! Поэтому все правители-меркантилисты устанавливали тарифы (таможенные пошлины) на импорт товаров.

К середине XVIII века стало ясно, что меркантилистская политика не работает. Ожидаемого увеличения благосостояния не происходит. Страны, накопившие наибольшее количество золота - Испания и Португалия - оказались беднее всего. Немногим отставала от них и Франция. Могло ли получиться иначе? Вряд ли. Помните: проблемы с теориями начинаются с необоснованных допущений. Допущение у меркантилистов было всего одно. При первом взгляде оно кажется аксиомой - золото есть благосостояние. Так ли это? По здравом размышлении похоже, что нет. У Испании XVIII века было золото, но не было благосостояния. У Голландии XVIII века не было золота, но было благосостояние. Однако если благосостояние не в золоте, то в чем оно?

Придворный врач короля Людовика XVI Франсуа Кенэ попытался предложить свою точку зрения на этот вопрос. Он написал книгу "Экономическая таблица", в которой говорил о том, что все общество - лишь паразит на теле крестьянства, которое и производит все необходимое для жизни путем обработки земли. Истинное благосостояние, говорил Кенэ, состоит в продуктах возделывания земли. Вознаграждение каждого члена общества за его труд должно, по мнению Кенэ, быть пропорционально тому, насколько этот труд необходим крестьянину. Попытки заставить крестьян переплачивать за вещи, необходимые им для жизни и работы, путем введения тарифов неминуемо приведут к обнищанию крестьянства и упадку страны. Такие воззрения получили название физиократии. Подобно меркантилистам, физиократы существовали всегда. В эпоху развитой промышленности, однако, многие физиократы обожествляют не только сельскохозяйственное, но и промышленное производство.

Вернемся, однако, к Кенэ. Он представил свою книгу королю Людовику и умолял его предпринять реформу экономической политики, чтобы таким образом уберечься от неминуемого бунта голодных крестьян. Ответ короля было легко предугадать. "Врач? Так лечи. И не лезь не в свое дело!" Удивительно ли после этого, что Людовик XVI нашел бесславный конец на гильотине?

Тем не менее, есть еще одна причина, по которой Кенэ и его учение важны для нас сегодня. Именно Кенэ ввел в обиход термин, который стал лозунгом экономической науки. По мнению Кенэ, наилучшая экономическая политика определяется принципом laissez faire (произносится "лэйзэ фэр"). В вольном переводе с французского это выражение означает "оставьте как есть" или "не мешайте". В экономической науке этот принцип принято понимать как невмешательство государства в коммерческую деятельность. Итак, все было готово для появления классической политической экономии, включая лозунг. И классическая политэкономия появилась.