Всё сдал! - помощь студентам онлайн Всё сдал! - помощь студентам онлайн

Реальная база готовых
студенческих работ

Узнайте стоимость индивидуальной работы!

Вы нашли то, что искали?

Вы нашли то, что искали?

Да, спасибо!

0%

Нет, пока не нашел

0%

Узнайте стоимость индивидуальной работы

это быстро и бесплатно

Получите скидку

Оформите заказ сейчас и получите скидку 100 руб.!


Психология семейных кризисов Олифирович

Тип Реферат
Предмет Психология
Просмотров
447
Размер файла
2 б
Поделиться

Ознакомительный фрагмент работы:

Психология семейных кризисов Олифирович

Олифирович Н. И., Зинкевич-Куземкина Т. А., Велента Т. Ф.

Психология семейных кризисов. — СПб.: Речь, 2006. — 360 с.

В книге содержатся теоретические и методологические положения семейной пси­хологии и психотерапии. Представлен обзор семейных кризисов, описание каждого из которых содержит феноменологию, диагностику и рекомендации по оказанию психологической помощи. Приведены техники и приемы работы с семьей, а также специально подобранный диагностический инструментарий, которые могут оказать­ся полезными в работе психолога-консультанта.

Книга предназначена для студентов, обучающихся по специальности «Психоло­гия», семейных психологов и психотерапевтов, психологов-консультантов, психо­логов, работающих в учреждениях образования, социальных работников и педаго­гов, а также может быть интересна тем, кто нуждается в более глубоком понимании истоков собственных семейных проблем и способов их разрешения.

ОГЛАВЛЕНИЕ

Введение.................................................................................................................7

Глава 1

ПСИХОЛОГИЯ СЕМЕЙНЫХ КРИЗИСОВ .............................................................9

1.1. Основные понятия семейной психологии.....................................................9

1.2. Общие принципы, виды и направления оказания психологической помощи семье.................................................................................................20

1.3. Основные положения психологии семейных кризисов.............................23

1.3.1. Понятие о кризисе..............................................................................23

1.3.2. Семейный кризис................................................................................25

Глава 2

НОРМАТИВНЫЕ СЕМЕЙНЫЕ КРИЗИСЫ ...........................................................31

2.1. Понятие нормативного семейного кризиса................................................31

2.2. Кризис 1. Принятие на себя супружеских обязательств.............................35

2.2.1. Феноменология кризиса.....................................................................35

2.2.2. Диагностика........................................................................................41

2.2.3. Психологическая помощь..................................................................42

2.3. Кризис 2. Освоение супругами родительских ролей и принятие факта появления нового члена семьи......................................................................48

2.3.1. Феноменология кризиса.....................................................................48

2.3.2. Диагностика........................................................................................54

2.3.3. Психологическая помощь..................................................................56

2.4. Кризис 3. Включение детей во внешние социальные структуры...............58

2.4.1. Феноменология кризиса.....................................................................58

2.4.2. Диагностика........................................................................................63

2.4.3. Психологическая помощь..................................................................64

2.5. Кризис 4. Принятие факта вступления ребенка в подростковый период.... 69

2.5.1. Феноменология кризиса.....................................................................69

2.5.2. Диагностика........................................................................................73

2.5.3. Психологическая помощь..................................................................74

2.6. Кризис 5. Семья, в которой выросший ребенок покидает дом..................77

2.6.1. Феноменология кризиса.....................................................................77

2.6.2. Диагностика........................................................................................80

2.6.3. Психологическая помощь..................................................................81

2.7. Кризис 6. Супруги вновь остаются вдвоем (кризис семьи, в основном выполнившей свою родительскую функцию)..............................................82

2.7.1. Феноменология кризиса.....................................................................82

2.7.2. Диагностика........................................................................................84

2.7.3. Психологическая помощь..................................................................85

2.8. Повторный брак............................................................................................86

2.8.1. Феноменология кризиса.....................................................................86

2.8.2. Диагностика........................................................................................89

2.8.3. Психологическая помощь..................................................................90

Глава 3

НЕНОРМАТИВНЫЕ СЕМЕЙНЫЕ КРИЗИСЫ ......................................................92

3.1. Понятие ненормативного семейного кризиса............................................92

3.2. Измена...........................................................................................................93

3.2.1. Феноменология кризиса.....................................................................93

3.2.2. Психологическая помощь..................................................................98

3.3. Развод.......................................................................................................... 100

3.3.1 Феноменология кризиса....................................................................100

3.3.2. Психологическая помощь................................................................ 106

3.4. Тяжелая болезнь..........................................................................................107

3.4.1. Феноменология кризиса................................................................... 107

3.4.2. Психологическая помощь................................................................ ИЗ

3.5. Инцест......................................................................................................... U7

3.5.1. Феноменология кризиса................................................................... 117

3.5.2. Диагностика...................................................................................... 126

3.5.3. Психологическая помощь................................................................ 129

3.6. Смерть члена семьи.................................................................................... 131

3.6.1. Феноменология кризиса................................................................... 131

3.6.2. Психологическая помощь................................................................ 140

Глава 4

ДИАГНОСТИКА СЕМЕЙНЫХ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ

В СИТУАЦИИ КРИЗИСА ................................................................................... 143

4.1. Диагностика структуры семьи.................................................................... 144

4.1.1. Опросник «Шкала семейной адаптации и сплоченности» (FACES-3).............................................................................................. 144

4.1.2. Тест «Семейная социограмма».........................................................150

4.1.3. Опросник «Семейные роли»............................................................ 152

4.1.4. Проективные рисуночные методики «Рисунок семьи»

и «Кинетический рисунок семьи»........................................................ 154

4.1.5. Системный семейный тест Геринга (FAST)..................................... 164

4.2. Изучение семейной истории...................................................................... 173

4.2.1. Генограмма........................................................................................ 173

4.2.2. Геносоциограмма.............................................................................. 178

4.3. Диагностика супружеских взаимоотношений .......................................... 178

4.3.1. Опросник удовлетворенности браком............................................. 179

4.3.2. Опросник «Ролевые ожидания и притязания в браке» (РОП)....... 184

4.3.3. Опросник ПЭА (понимание, эмоциональное притяжение, авторитетность)..................................................................................... 194

4.3.4. Опросник «Шкала любви и симпатии»........................................... 197

4.3.5. Метод диагностики межличностных отношений........................... 198

4.3.6. Методика «Мое письмо о супруге»..................................................206

4.4. Исследование семьи, ожидающей ребенка...............................................209

4.4.1. Методика «Тест отношений беременной»(ТОБ (б)) ............210

4.4.2. Методика «Цветовой тест отношений»...........................................218

4.5. Диагностика детско-родительских отношений ........................................219

4.5.1. Опросник «Анализ семейных взаимоотношений» (АСВ)...............221

4.5.2. Опросник «Родителей оценивают дети» (РОД)...............................238

4.5.3. Опросник «Измерение родительских установок и реакций» (PARI).. 243

4.5.4. Опросник «Взаимодействие родитель—ребенок»............................253

4.5.5. Методика диагностики родительского отношения.........................265

4.5.6. Тест «Диагностика эмоциональных отношений в семье»...............269

4.6. Диагностика эмоционального состояния членов семьи..........................282

4.6.1. Опросник «Анализ семейной тревоги» ACT)..................................282

4.6.2. Шкала определения уровня депрессии............................................284

4.6.3. Методика определения уровня депрессии.......................................285

Глава 5

ТЕХНИКИ СЕМЕЙНОЙ ТЕРАПИИ.................................................................................291

5.1. Понятие о процессуально-технических параметрах семейной терапии .... 291

5.2. Общие техники консультирования и психотерапии.................................293

5.2.1. Техники и виды слушания................................................................294

5.2.2. Техники воздействия........................................................................300

5.3. Техники семейной терапии........................................................................304

5.3.1. Социометрические техники.............................................................305

«Семейная скульптура».....................................................................307

«Семейная хореография»..................................................................309

«Семейное пространство».................................................................310

«Соломенная башня»........................................................................312

5.3.2.Структурные техники........................................................................313

«Семейный ритуал»...........................................................................314

5.3.3. Поведенческие техники....................................................................316

«Родительский семинар» ..................................................................316

«Конструктивный спор»...................................................................318

«Супружеская конференция» и «Семейный совет».........................321

5.3.4. Техники, основанные на использовании воображения..................324

«Семейные фотографии»..................................................................325

«Метафора»........................................................................................326

«Завершение предложений».............................................................327

«Сравнение ценностей»....................................................................328

5.3.5. Парадоксальные техники.........................................................330

5.3.6. Техники организации беседы в семейной терапии.........................331

Техника прослеживания последовательностей взаимодействия .... 331 Циркулярное интервью........................................................332

Глоссарий......................................................................................334

Список литературы...................................................338

Приложение 1. Карта для сбора анамнеза и обследования ребенка...............344

Приложение 2. Анкета для родителей...........................................350

Приложение 3. Карта приема семьи.................................................352

Приложение 4. Психологические рекомендации людям,

пережившим утрату близкого человека...........................................357

Приложение 5. Критерии манипулятора.......................................359

ВВЕДЕНИЕ

В настоящее время у специалистов отмечается высокий интерес к проблеме оказания психологической помощи семье, находящейся в кризисном состоя­нии. Во многом это обусловлено тем, что в последние десятилетия в институте семьи в нашей стране произошло усиление деструктивных тенденций. Не­уклонно увеличивается число разводов и неполных семей, возрастают масш­табы таких явлений, как социальное сиротство, пьянство и наркомания среди подростков, ранние беременности, жестокое обращение. В связи с этим все более актуальной становится потребность семьи в профессиональной психо­логической помощи. Свидетельством данных негативных тенденций является увеличение количества обращений к школьным психологам, в психологичес­кие консультации, психологические службы и центры, как отдельных членов семьи, так и семей в целом.

Работе с семьей присуща своя специфика, что обусловлено особенностями объекта психотерапевтического воздействия и, прежде всего, тем, что семья является относительно закрытой системой. Кроме того, необходимо учитывать, что семьи обладают своими социокультурными особенностями. В частности, в нашей стране семьям свойственна патриархальность, совместное проживание нескольких поколений, эмоциональная и материальная взаимозависимость членов семьи. Многие семьи являются функционально неполными, что час­тично связано с особенностями их культурно-исторического развития. Кроме того, их отличает невысокий уровень психологической культуры, проявляю­щийся в низкой мотивации на получение психологической помощи.

Как показывает наш опыт работы, к психологу чаще всего обращается один из членов семьи, и даже когда очевидна необходимость присутствия осталь­ных домочадцев, мотивировать их на совместный приход достаточно трудно. Все это создает дополнительные сложности в работе психолога с семьей. В част­ности, учет данных фактов делает невозможным прямое перенесение зарубеж­ных моделей психологической помощи семье на восточнославянскую почву.

Психологическая помощь семье выступает как относительно новая сфера деятельности практического психолога. На сегодняшний день ощущается не­достаток работ отечественных специалистов, в которых были бы систематизи­рованы знания и опыт, накопленные в области работы с семьей в ситуации кризиса. Написание данной книги было вызвано необходимостью восполнить информационный вакуум в области психологии семейных кризисов и спосо­бов их преодоления, а также систематизировать ряд вопросов, возникающих в практике семейного консультирования и терапии.

7

В качестве единицы анализа в данном пособии выступает нуклеарная семья, состоящая из трех человек (муж, жена, ребенок), и особенности проживания ею нормативных (связанных с переходом семьи от одного этапа жизненного цикла семьи к другому) и ненормативных семейных кризисов. Методологи­ческими основаниями для написания работы явились:

□ структурная теория семьи С. Минухина, в рамках которой рассматрива­ются такие параметры семейного взаимодействия, как сплоченность, коалиции, иерархия, границы, описывающие функционирование семьи как системы;

□ теория семьи как системы М. Боуэна, рассматривающая эмоциональ­ные процессы в семье и гибкость семейной системы, включая ее способ­ность переходить с одного этапа жизненного цикла на другой;

□ теория отношений В. Н. Мясищева, в основе которой лежит представле­ние о личности как системе отношений с миром, людьми и самим собой, позволившая проанализировать жизнедеятельность членов семьи во вза­имосвязи их общения и взаимоотношений;

□ культурно-историческая концепция Л. С. Выготского, выделяющая в развитии личности критические периоды, — она была использована нами при анализе жизненного цикла семьи.

Данное методическое пособие — результат работы авторского коллектива. Основой для его написания послужил наш практический опыт консультатив­ной и терапевтической работы с семьями и их отдельными членами. Представ­ленные здесь материалы использовались при проведении обучающих программ, тренингов и семинаров для специалистов и членов семей, обратившихся за психологической помощью.

В начале пособия содержатся теоретические и методологические положения семейной психологии и психотерапии как основы для понимания процессов, происходящих в семье. Далее представлен обзор семейных кризисов, описа­ние каждого из которых содержит феноменологию, диагностику и рекоменда­ции по оказанию психологической помощи. В отдельных главах приведены техники и приемы работы с семьей, а также специально подобранный диагно­стический инструментарий, которые, на наш взгляд, могут оказаться полез­ными в работе психолога-консультанта.

Данное пособие предназначено для студентов, обучающихся по специаль­ности «Психология», семейных психологов и психотерапевтов, психологов-консультантов, психологов, работающих в учреждениях образования, соци­альных работников и педагогов, а также может быть интересно тем, кто нуждается в более глубоком понимании истоков собственных семейных про­блем и способов их разрешения.

8

ПсихологияСЕМЕЙНЫХ КРИЗИСОВ

Глава 1

1.1. ОСНОВНЫЕ ПОНЯТИЯ СЕМЕЙНОЙ ПСИХОЛОГИИ

Брачный союз — первая сту­пень человеческого общества.

Цицерон

Семейная психология и психотерапия — сравнительно молодая область на­уки и практики. Изучением семьи до середины XX века занималась за редкими исключениями только социология. Развитие семейной психологии и возрос­ший к ней интерес со стороны специалистов различных областей — психиат­ров, психотерапевтов, педагогов, врачей, социальных работников — был вы­зван кризисом, переживаемым современной семьей. Наблюдаемые в последнее время тенденции, связанные с ростом и укреплением экономической само­стоятельности и социального равноправия женщин, либерализацией взглядов на развод, увеличением ценности партнерских отношений в браке, освобож­дением от классовых, религиозных и национальных предрассудков и стерео­типов, ростом продолжительности жизни, снизили эффективность факторов, ранее стабилизирующих семейные отношения. Традиционная патриархальная семья перестала быть для женщин единственной доступной средой для само­реализации. Феминистическое движение, начавшееся в середине 1960-х годов, отражало нарушение равновесного положения такой социальной системы, как институт семьи, и маркировало переходный, кризисный момент в ее существо­вании. Начавшийся в это время кризис продолжается и в наши дни. Он связан с поиском новых моделей брачных отношений, адекватных для реализации современной семьей ее функций и способных наиболее полно удовлетворить индивидуальные потребности супругов с учетом их динамической природы.

Кризис современной семьи понимается демографами как кризис институ­циональный, то есть кризис семьи как социального института, проявляющий­ся в первую очередь в том, что семья перестала быть так называемой «ячейкой

9

общества», одной из важнейших и основных функций которой является реп­родуктивная. Семья представляет в настоящий момент более динамичное образование и, в отличие от предыдущей эпохи, в меньшей степени стабили­зируется социальными факторами. Существенно возросло значение личност­ных мотивов и коммуникативных способностей супругов, и уже практически невозможно обязать двух людей жить вместе, воздействуя на них орудием со­циальных норм и долженствований. Факт снижения количества официально регистрируемых браков и рост числа свободных союзов может объясняться ослаблением регламентирующего влияния социальных норм и правил. Кроме того, это может отражать формирование в сознании людей отношения к семье как к институту, жизнедеятельность которого зависит в большей степени от их личной ответственности.

Таким образом, специфика современной жизни обусловила трансформаци­онные процессы в современной семье, требующие анализа особенностей ее функционирования, прохождения стадий жизненного цикла и особенностей переживания нормативных и ненормативных кризисов. Прежде чем перейти к анализу семьи в ситуации кризиса, целесообразно остановиться на основных понятиях психологии и психотерапии семьи.

В данном учебном пособии семья будет рассматриваться как система, обла­дающая определенной структурой и свойствами. Как и всякую систему, ее ха­рактеризует следующий ряд признаков:

взаимозависимость: взаимовлияние отдельных элементов системы;

холизм: отдельные элементы системы, объединяясь в целое, приобрета­ют новые свойства, отличные от изначальных индивидуальных характе­ристик;

О структурная организация, основными параметрами которой являются: иерархичность, или соподчиненность элементов структуры; наличие гра­ниц, описывающих внутрисемейные отношения и отношения семьи и окружающей среды; сплоченность; ролевая структура семьи;

специфичность внутрисистемных процессов (циркулярные, спиралевид­ные; прерывистые, непрерывные);

О динамичность, или способность развиваться;

Dспособность к самоорганизации: наличие внутрисемейных сил, позволя­ющих семье оставаться целостной, сбалансированной системой и не раз­рушаться;

О диалектика гомеостаза и развития.

Сложность анализа семьи как системы заключается в необходимости учи­тывать тот факт, что любая система является частью других, более крупных систем и находится с ними в непосредственном взаимодействии и взаимовли­янии. Несмотря на то, что в данном пособии в фокусе анализа находится нук-леарная семья, с целью формирования максимально полных представлений о ее жизнедеятельности, необходимых для определения наиболее адекватной стратегии психологической помощи, на наш взгляд, следует учитывать различ­ные уровни функционирования семейной системы. Нами были выделены че­тыре уровня семейного функционирования — индивидуальный, микросистемный,

10

макросистемный, мегасистемный, — учет которых позволяет обеспечить мно­жественность перспектив при работе с семьей (см. табл. 1).

Анализ функционирования симптома одного из членов семьи, зачастую представляющего симптом семьи в целом, на различных уровнях позволяет психологу свободнее передвигаться в проблемном поле семьи и выбирать наи­более адекватные для данного этапа работы стратегии психотерапевтического вмешательства.

Пример__________________________________________________________

ПроблемаклиенткиЕленыК. заключаетсявееизбыточномвесе. Много­уровневыйанализпроблемыпозволилвыявитьследующуюфункциональ­нуюнагрузкуданногосимптома. Наиндивидуальномуровневторичная выгодаотналичияполнотызаключаетсявтом, чтоонапозволяетподдер­живатьпредставленияклиенткиосебекако«правильной»женщине, не склоннойкразвратномуобразужизни. Намикросистемномуровнеполно­тавыступаетфактором, стабилизирующимсупружескуюпару («Еслибыя быластройной, уменябыобязательнобыллюбовникилиябыужеразве­ласьсмужем»). Намакросистемномуровнеизбыточныйвеспозволяет ощущатьпринадлежностьксемьераноумершегоотца, вкоторойвсежен­щиныполные. Намегасистемномуровнеданныйсимптомспособствуетпод­держаниюпредставленийближайшегосоциальногоокруженияоданной семьекакобустойчивой, стабильной, «идеальной».

К числу основных задач психолога-консультанта при работе с семьей также можно отнести анализ показателей функционирования семейной системы.

Структура семьи — одно из базовых понятий, используемых при описании семейного взаимодействия. Данный термин является ключевым в структур­ной теории семьи С. Минухина: «...Структурный подход к семьям основан на представлении о том, что семья есть нечто большее, чем индивидуальные био-психодинамики ее членов. Члены семьи соотносятся в соответствии с опреде­ленным устройством, которое управляет их трансакциями. Эти устройства... формируют целое — структуру семьи» (Минухин С, Фишман Ч., 1998 (цит. по: Черников А. В., 2001, с. 29)).

Семейная структура представляет собой совокупность элементов и взаимо­связей между ними. В качестве структурных элементов семьи как системы вы­деляют супружескую, родительскую, сиблинговую и индивидуальные подсис­темы, представляющие собой локальные, дифференцированные совокупности семейных ролей, которые позволяют семье выполнять определенные функции и обеспечивать ее жизнедеятельность (Минухин С., Фишман Ч., 1998). Наблю­дая взаимодействие членов семьи, можно сделать вывод о ее гипотетической структуре, представляющей собой своеобразную топографию семьи, квазипро­странственный срез семейной системы.

Взаимоотношения между структурными элементами семейной системы ха­рактеризуются следующими параметрами (свойствами): сплоченность, иерар­хия, гибкость, внешние и внутренние границы, ролевая структура семьи (Чер­ников А. В., 2001). В качестве ключевых измерений структуры некоторые авторы называют сплоченность и иерархию.

11

Таблица 1

Многоуровневаямодельпсихологическогофункционированиясемьи

УРОВНИФУНКЦИОНИРОВАНИЯСЕМЬИ
ИндивидуальныйМикросистемныйМакросистемныйМегасистемный (семья
(отдельныйчленсемьи)(нуклеарнаясемья)(расширеннаясемья)исоциальноеокружение)
ПОКАЗАТЕЛИФУНКЦИОНИРОВАНИЯСЕМЬИ
Когнитивныйаспект
Идентификациясебякакчле-Циркулированиеинформации,Семейныемифы, семейнаяПредставлениячленовсемьи
насемьи, индивидуальныеметакоммуникация, внутрен-история, семейныесценарии,обихсоциальномстатусе
границы, семейнообуслов-ниеивнешниеграницынукле-семейныеценности, семейныеистепенисоответствия
леннаяиндивидуальнаяарнойсемьи, представлениянормыиправила, внутренниепринятымвданномсоциуме
мифологияосемейнойиерархииивнешниеграницырасширен-нормамитребованиямксемье
нойсемьи, представления
осемейнойиерархии
Эмоциональныйаспект
УдовлетворенностьбракомиСтильэмоциональнойком-СтильэмоциональнойУдовлетворенностьсемьи
семейнымиотношениями, со-муникации, сплоченностькоммуникации, сплоченностьсвоимположениемвобществе
матизация, обусловленнаясе-
мейнымфункционированием
Поведенческийаспект
ПроявленияиндивидакакПаттернывзаимодействия,Паттернывзаимодействия,Социальнаяадаптация,
членасемьи, семейнаятрадициииритуалынуклеар-традициииритуалырасши-взаимодействиесемьис
адаптацияноисемьи, ролевоевзаимо-реннойсемьи, ролевоевзаи-социальнымиинститутами,
действиечленовнуклеарноймодействиечленоврасширен-семейноевзаимодействие,
семьи, иерархическоевзаимо-нойсемьи, иерархическоеобусловленноедействием
действиечленовнуклеарнойвзаимодействиечленовсоциальныхстереотипов
семьирасширеннойсемьи

12

Сплоченность (связь, когезия, эмоциональная близость, эмоциональная дистанция) можно определить как психологическое расстояние между члена­ми семьи. Применительно к семейным системам это понятие используется для описания степени интенсивности отношений, при которой члены семьи еще воспринимают себя как связанное целое.

Д. Олсон выделяет четыре уровня сплоченности и, соответственно, четыре типа семей (Черников А. В., 2001):

1. Разобщенный (низкая степень сплоченности членов семьи, отношения отчуждения).

2. Разделенный (некоторая эмоциональная дистанцированность членов се­мьи).

3. Связанный (эмоциональная близость членов семьи, лояльность во вза­имоотношениях) .

4. Запутанный (уровень сплоченности слишком высок, низкая степень дифференцированности членов семьи).

Сбалансированными и обеспечивающими наиболее оптимальное семейное функционирование являются разделенный и связанный уровни сплоченности.

Иерархия характеризует отношения доминирования-подчинения в семье. Однако термин «иерархия» не может быть ограничен данным простым опре­делением, поскольку включает в себя характеристики различных аспектов се­мейных отношений: авторитетность, доминирование, степень влияния одно­го члена семьи на других, власть принимать решения. Понятие «иерархия» используется также в изучении изменений в структуре ролей и правил внутри семьи (Черников А. В., 2001).

Одним из наиболее типичных нарушений структуры семьи по данному па­раметру является инверсия иерархии (перевернутая иерархия). При такой се­мейной дисфункции ребенок приобретает власти больше, чем имеется хотя бы у одного из родителей. На макросистемном уровне этот феномен проявляется в ситуации, когда определяющая позиция в воспитании детей занимается ба­бушками (дедушками), а не непосредственными родителями. В нуклеарных семьях инверсия иерархии часто наблюдается при наличии:

□ межпоколенной коалиции (коалиции между ребенком и родителем про­тив другого родителя);

□ химической зависимости одного или обоих родителей;

□ болезни или потери трудоспособности одного или обоих родителей;

□ болезни или симптоматического поведения у ребенка, благодаря кото­рым он приобретает чрезмерное влияние в семье и регулирует супружес­кие взаимоотношения.

Нарушение иерархии в сиблинговой подсистеме может выглядеть как ее чрезмерная иерархизированность или, наоборот, отсутствие в ней иерархичес­кой структуры.

Гибкость - способность семейной системы адаптироваться к изменениям внешней и внутрисемейной ситуации. Для эффективного функционирования семьи нуждаются в оптимальном сочетании внутрисемейных изменений со

13

способностью сохранять свои характеристики стабильными. Не сбалансиро­ванные по параметру гибкости семейные системы характеризуются ригиднос­тью или хаотичностью.

Семейная система становится ригидной, когда она перестает отвечать на жизненные задачи, возникающие перед ней в связи с прохождением стадий жизненного цикла. При этом семья теряет способность изменяться и приспо­сабливаться к новой для нее ситуации. Появляется тенденция к ограничению переговоров, большинство решений навязывается лидером. По Д. Олсону, си­стема часто становится ригидной, когда она чрезмерно иерархизирована (Чер­ников А. В., 2001).

Система в хаотическом состоянии имеет неустойчивое или ограниченное руководство. Решения, принимающиеся в семье, часто являются импульсив­ными и непродуманными. Роли неясны и часто смещаются от одного члена семьи к другому.

Для описания взаимоотношений между семьей и социальным окружением (внешние границы), а также между различными подсистемами внутри семьи (внутренние границы) используется параметр «границы семьи». Семейные те­рапевты рассматривают развитие границ как важный параметр при оценке структуры семьи. Семейные границы устанавливаются правилами (правилами поведения), которые определяют, кто к данной системе или подсистеме при­надлежит и какова эта принадлежность.

По степени проницаемости выделяют жесткие, размытые и проницаемые гра­ницы. В хорошо функционирующих семьях границы между подсистемами ясно очерчены и проницаемы. Недостаточно четкие внутренние границы затрудня­ют развитие семьи и взросление ее членов и приводят к возникновению межпо­коленных коалиций — объединений между членами различных подсистем.

Особенности внешних границ отражают степень открытости семейной сис­темы для контактов с внешним миром. Слишком открытые семейные систе­мы (при размытых внешних границах) похожи на «проходной двор», куда в любую минуту могут вторгнуться извне. Такая семья не обеспечивает необхо­димый уровень комфорта и безопасности для ее членов. Но не менее опасна чрезмерная закрытость системы, являющаяся следствием ее жестких внешних границ. Члены семьи с жесткими внешними границами, как правило, отлича­ются повышенной тревожностью, испытывают страх перед внешним миром и могут иметь трудности при установлении контактов с другими людьми. Внут­ренние границы проявляются через различия в поведении членов семьи различ­ных подсистем по отношению друг к другу. Так, анализ границ между поколени­ями отражает специфические структурные различия между ними в сплоченности и иерархии.

Семейные роли — устойчивые функции семейной системы, закрепленные за каждым из ее членов. Ролевая структура семьи предписывает ее членам что, как, когда и в какой последовательности они должны делать, взаимодействуя друг с другом (Минухин С, Фишман Ч., 1998). Кроме актуального поведения, в понятие «роль» включаются желания, цели, убеждения, чувства, социальные установки, ценности и действия, которые ожидаются или приписываются тому или иному члену семьи.

14

Выделяют следующие семейные роли:

1. Роли, описывающие взаимодействие членов семьи на микросистемном уровне:

□ супружеские роли: муж, жена;

□ роли, относящиеся к детско-родительской подсистеме: мать, отец, сын, дочь;

□ роли, относящиеся к сиблинговой подсистеме: брат, сестра.

2. Роли, описывающие взаимодействие членов семьи на макросистемном уровне:

П роли, возникновение которых обусловлено супружескими связями: све­кор, теща, невестка, зять и др.;

□ роли, обусловленные кровным родством: бабушка, дедушка, внук, дво­юродный брат и др.

В функциональных семьях структура семейных ролей целостна, динамич­на, носит альтернативный характер и отвечает следующим требованиям:

□ непротиворечивость совокупности ролей, образующих целостную сис­тему, как в отношении ролей, выполняемых одним человеком, так и се­мьей в целом;

П выполнение роли должно обеспечивать удовлетворение потребностей всех членов семьи, при соблюдении баланса индивидуальные потребно­сти — потребности других членов семьи;

□ соответствие принятых ролей возможностям личности;

□ способность членов семьи гибко функционировать в нескольких ролях.

Показателем дисфункциональное™ семейной системы служит появление патологизирующих ролей, которые позволяют семье как системе сохранять стабильность, однако в силу своей структуры и содержания оказывают психо-травмирующее воздействие на ее членов (Эйдемиллер Э. Г., Юстицкис В. В., 2000). Одним из примеров ролевой дисфункциональное™ является делегиро­вание роли взрослого ребенку, что весьма типично для семей с проблемой ал­коголизации, где мать спасает отца и страдает, а ребенок оказывается перед необходимостью стать маминой «опорой» — поддерживает ее, не огорчает, скрывая свои детские трудности. Нередко при этом ребенок используется («три­ангулируется») матерью для решения супружеских конфликтов: выдвигается как щит во время пьяных скандалов, участвует в переговорах с отцом на следу­ющее утро, например пытаясь «вразумить» его, и т. д.

Особенности функционирования семейной системы описываются такими понятиями, как паттерны взаимодействия, циркулирование информации, стиль эмоциональной коммуникации, метакоммуникация (Холмогорова А. Б., 2002).

Паттерны взаимодействия — это устойчивые способы поведения членов семьи и постоянно повторяющиеся коммуникативные стереотипы, включаю­щие в себя определенные послания (сообщения) или содержащие определен­ный смысл для членов семьи — например, постоянное выражение друг другу

15

недовольства, ссоры, высмеивание, обиды, унижение, поддержка, защита и т. д. Стереотипная последовательность паттернов взаимодействия в ряде случаев может приобретать циркулярную форму.

Циркулирование информации в семье отражает характер обмена информаци­ей между членами семьи, обусловленный постоянным повторением опреде­ленных паттернов семейного взаимодействия. Передача той или иной инфор­мации может осуществляться следующим образом:

О в виде прямых и ясных посланий друг другу;

□ в виде косвенных обращений и манипулятивных действий;

О в виде двойных посланий;

О с привлечением третьих лиц для передачи информации.

Стиль эмоциональной коммуникации определяется соотношением позитив­ных и негативных эмоций, критики и похвалы в адрес друг друга, а также на­личием или отсутствием запрета на открытое выражение чувств. Стиль эмоцио­нального общения в семье, в котором доминируют негативные эмоции, постоянная критика, унижение, устрашение партнера, неверие в его способ­ности и возможности, ведет к снижению самооценки и самоуважения, росту внутреннего напряжения, тревоги, агрессии и, как следствие, к невротичес­ким и психосоматическим расстройствам (Эйдемиллер Э. Г., Добряков И. В., Никольская И. М., 2003).

Метакоммуникация — это важная характеристика семейного функциониро­вания, с точки зрения развития как самой семейной системы, так и отдельных членов семьи. Данный термин описывает процессы совместного обсуждения и осмысления того, что происходит между членами семьи, то есть представляет собой комментарий или сообщение по поводу коммуникации. Она может быть как вербальной, так и невербальной, и обычно представляет собой сигналы, по­могающие правильно понять контекст сообщения. Противоречивость сообще­ния, либо на уровне его содержательной или смысловой части (например, поже­лание «Будь непосредственным»), либо выражающаяся в несоответствии его вербальных и невербальных компонентов, приводит к парадоксу. Крайним ва­риантом подобной парадоксальной коммуникации является «двойной зажим» (Черников А. В., 2001). «Двойной зажим» («двойная связь», «двойная ловушка», «двойное послание») может быть определен как ситуация, когда индивид на раз­ных уровнях коммуникации получает два противоречивых сообщения от одного и того же лица, с которым он, как правило, находится в близких отношениях. При этом ни на одно из полученных сообщений у него нет возможности адекватно отреагировать. В то же время он не в состоянии прервать взаимодействие в силу значимости отношений. Все это делает ситуацию безвыходной, так как реакция, адекватная одной части послания, будет вступать в конфликт с его другой частью. Помимо «двойной связи», признаками дисфункциональное™ семейной метакоммуникации являются ее фрагментарность или полная сокрытость (на­личие «семейных секретов»). Так, например, может утаиваться некоторая ин­формация от тяжелобольного члена семьи. При этом вся семья вовлекается в фальшивые тягостные коммуникации, которые еще больше увеличивают тре­вогу и депрессию, как у самого больного, так и у его близких.

16

Для анализа эволюционных процессов семейной системы используются сле­дующие понятия: семейный миф, семейная история, жизненный цикл семьи, семейная легенда.

Семейная история — понятие, относящееся к историческому контексту се­мьи и описывающее хронологию значимых событий жизни семьи в течение нескольких поколений. Э. Г. Эйдемиллер (1993) для работы с семейной истори­ей вводит термин «тема», под которым он понимает специфическую, несущую эмоциональную нагрузку проблему, вокруг которой формируется периодичес­ки повторяющийся в семье конфликт. Тема определяет способ организации жизненных событий и внешне проявляется в стереотипах поведения, которые воспроизводятся из поколения в поколение. Изучение феномена дрейфа по­веденческих стереотипов было начато М. Боуэном, установившим, что в семье от поколения к поколению наблюдается накопление и передача дисфункцио­нальных паттернов, что может явиться причиной индивидуальных затрудне­ний у членов семьи. Эти наблюдения были развиты и зафиксированы в его концепции трансмиссии.

Семейный миф — это многофункциональный семейный феномен, форми­рующийся на макросистемном и проявляющийся на микросистемном уровне в виде совокупности представлений членов данной семьи о ней самой. Для обозначения этого понятия используются и такие термины, как «образ семьи», «образ мы», «верования», «убеждения», «семейное кредо», «согласованные ожидания», «наивная семейная психология». Функция семейного мифа зак­лючается в сокрытии от сознания отвергаемой информации о семье в целом и о ее членах. Таким образом, можно воспринимать семейный миф как своеоб­разный механизм психологической защиты семьи, который выполняет обере­гающую функцию и способствует поддержанию целостности семейной систе­мы (Эйдемиллер Э. Г., Добряков И. В., Никольская И. М., 2003). Наиболее известными являются следующие семейные мифы: «Мы — дружная семья», «Мы — семья героев», «миф о спасателе». Время, необходимое для формиро­вания семейного мифа, составляет примерно период жизни трех поколений семьи (Selvini-PalazzoliM. etal., 1978).

Негативное действие семейных мифов заключается в том, что семья стано­вится ригидной; они препятствуют ее нормативным изменениям, связанным с динамикой жизненного цикла семьи. Так, миф об исключительности и из­бранности семьи может играть роль компенсаторной стратегии в первом по­колении, когда желание возвысить себя, возможно, как реакция на прошлые проблемы, актуализирует мощную, но реалистичную мотивацию достижения. Однако в следующих поколениях этот миф, все больше превращаясь в оторван­ную от реальности центральную семейную ценность («Мы должны быть луч­шими всегда и везде»), способен привести к тяжелым нарциссическим рас­стройствам члена(ов) семьи и полной непродуктивности их действий.

Семейная легенда — искажающая реальные факты семейной истории интер­претация отдельных событий, позволяющая поддерживать миф о семейном благополучии. Семейная легенда выполняет защитную функцию. Она может относиться к микро-, макросистемному или к индивидуальному уровню пси­хологического функционирования семьи. В отличие от семейного мифа, се-

17

мейная легенда осознается как неправда, искажение информации (например, легенда о супружеской верности при наличии измены, легенда о естественной смерти суицидента и др.)- Со временем семейная легенда может стать частью семейного мифа.

Семейный сценарий — обусловленные семейной историей, повторяющиеся из поколения в поколение паттерны взаимодействия. Понятие «семейный сце­нарий» берет начало от идей теории М. Боуэна о трансмиссии.

Следующим понятием, описывающим эволюционные процессы в семье, является «жизненный цикл семьи», представляющий собой последовательность этапов, которые проходит в своем развитии любая среднестатистическая се­мья. Представление о жизненном цикле семьи имеет большое значение при определении стратегии работы с семьей. Так, например, на этапе, когда дети становятся взрослыми, — стадия «пустого гнезда» — терапевтическая работа строится в соответствии с необходимостью прохождения пути сепарации: ро­дители должны ослабить контроль, наполнив собственную жизнь новым со­держанием и передав своим детям больше ответственности, что позволило бы последним, в свою очередь, обрести большую автономию. Славянские семьи, большей частью центрированные на детях, испытывают большие трудности на этом этапе ввиду традиционной слабости супружеской подсистемы. По мере взросления детей супруги все более теряют смысл совместного проживания, что может приводить к распаду семей, изменам, уходу в трудовую деятельность, депрессиям и т. д. Неизбежные трудности, связанные с переходом к новому этапу жизненного цикла, потребность семьи сохранить привычный стиль вза­имоотношений провоцируют сопротивление семейной системы необходимым изменениям. Вместе с тем каждая семья обладает большими или меньшими ресурсами для трансформации.

Содержательная основа жизни семьи описывается следующими понятиями: семейные нормы и правила, семейные ценности, традиции и ритуалы семьи (Холмогорова А. Б., 2002). Э. Г. Эйдемиллер называет их семейными стабили­заторами.

Семейные нормы и правила — совокупность оснований и требований, на ко­торых строится жизнь семьи. Они могут касаться как режима дня, так и воз­можности открытого выражения чувств. Отсутствие правил и норм приводит к хаосу в семейной системе, а также представляет серьезную опасность для пси­хического здоровья членов семьи. Многие дети и подростки с делинквентным поведением выросли в семьях, характеризующихся хаотичностью. Нечеткость правил и норм, их непроговоренность способствуют росту тревоги у членов семьи и могут приводить к стрессам, а также тормозить развитие как всей се­мейной системы, так и отдельных ее членов. Правила позволяют членам семьи ориентироваться в реальности и придают устойчивость семье в целом благода­ря тому, что каждый знает свои права и обязанности. Нередко именно дефи­цит правил становится главным источником обид и конфликтов. Самый рас­пространенный пример — мать, которая жалуется на то, что дети и муж мало помогают ей и отказываются выполнять ее просьбы. В таких семьях всегда от­сутствуют четкие правила, принятые всеми членами семьи и регулирующие их обязанности.

18

Сообщение требований и ожиданий в семье может быть весьма разруши­тельным, если они (особенно будучи выдвинутыми родителями) противоре­чивы и несогласованны. Это делает невозможным их интеграцию, что ведет к внутренним конфликтам и противоречиям в развитии личности ребенка. Де­легирование родителями своих неосуществленных планов детям в виде навя­занных им жизненных целей может стать помехой в исполнении собственных желаний и потребностей ребенка и в конечном счете приводить к депрессив­ным состояниям.

Семейные ценности — идеалы, представления о семье, ее особенностях, ко­торые одобряются и культивируются в кругу семьи, а также служат важным фактором регуляции взаимоотношений между ее членами. В семье могут на­ходить отражение общегосударственные ценности. Именно семья может явить­ся источником формирования ценностей, способствующих адаптации и соци­ализации молодежи.

Традиции и ритуалы — повторяющиеся узаконенные действия, имеющие символический смысл. Это очень важный фактор стабилизации системы, укрепляющий семью и редуцирующий тревогу ее членов. Семейным ритуалом может служить совместный завтрак или совместное празднование семейных дат. Семьи с дефицитом традиций и ритуалов, как правило, разобщены, а чле­ны этих семей страдают от изоляции и тревоги. Наблюдения показывают, что, например, смерть одного из членов семьи может приводить к серьезным по­следствиям для здоровья других в тех семьях, где ритуалы совместного горева-ния, оплакивания, поминания отсутствуют. Терапевту в этих случаях прихо­дится совместно с семьей создавать или заново выстраивать этот важнейший элемент функционирования системы.

Все рассмотренные аспекты жизнедеятельности семьи тесно переплетены между собой. Так, введению правил может препятствовать отсутствие их в пре­жних поколениях или несформированность в семье навыков коммуникации. Поэтому в реальной работе с семьей психологу необходим комплексный и все­сторонний анализ особенностей семейного функционирования.

19

1.2. ОБЩИЕ ПРИНЦИПЫ, ВИДЫ И НАПРАВЛЕНИЯ ОКАЗАНИЯ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ ПОМОЩИ СЕМЬЕ

Удачный брак — это строение, которое нужно каждый день реконструировать.

А. Моруа

Психологическая помощь семье — широкое понятие, включающее в себя многообразные теоретические и практические направления. Содержание психо­логической помощи заключается в обеспечении эмоциональной, смысловой и экзистенциальной поддержки семье и ее отдельным членам в кризисных ситуациях.

Работая с семьей, психолог выполняет ряд функций:

1. Поддерживающая функция: консультант обеспечивает психологическую поддержку, которая отсутствует или приняла искаженные формы в ре­альных семейных отношениях.

2. Посредническая функция: психолог-консультант в роли посредника со­действует восстановлению нарушенных связей семьи с миром и ее чле­нов между собой.

3. Функция обучения: консультант может способствовать развитию навы­ков общения, приемов саморегуляции, самопознания.

4. Функция развития: психолог помогает членам семьи в развитии основ­ных социальных умений и навыков, таких как навыки внимательного отношения к другому, понимания нужд окружающих, умения оказывать поддержку и разрешать конфликтные ситуации, выражать свои чувства и замечать чувства других людей. Консультант также способствует по­иску ресурсов семьи, позволяющих каждому из ее членов осознать и ис­пользовать возможности для саморазвития.

5. Информационная функция: консультант предлагает семье или ее отдель­ным членам дидактическое изложение информации о психическом здо­ровье и нездоровье, норме и ее вариантах, а также советы, руководства.

Можно выделить следующие виды психологической помощи семье.

Информирование. Психолог может предоставить семье или отдельным ее членам информацию об особенностях функционирования семьи на разных этапах развития, о задачах, стоящих перед семьей в кризисные периоды, о воз-растно-психологических особенностях развития личности, а также о возмож­ности получения дополнительной помощи у других специалистов.

Индивидуальное психологическое консультирование (психотерапия). Психоло­гическое консультирование — процесс, ориентированный на научение и лич-

20

ностный рост клиента, в ходе которого последний узнает больше о себе самом, учится связывать эти знания со своими целями так, чтобы достигнуть более полного и гармоничного бытия-в-мире. Данный вид психологической помо­щи предполагает работу с одним из членов семьи и базируется на идее М. Боу-эна о том, что изменения даже одного члена семьи приводят к изменениям всей системы внутрисемейных отношений.

Консультирование (психотерапия) супружеской пары. Данный вид психоло­гической помощи представляет собой работу с супружеской парой и направ­лен на оптимизацию взаимодействия между брачными партнерами.

Групповое консультирование (психотерапия) супружеских пар. Этот вид ра­боты предполагает объединение в группу нескольких супружеских пар с целью получения поддержки и проработки супружеских проблем.

Семейное консультирование (психотерапия). В семейном консультировании принимает участие нуклеарная либо расширенная семья. Как правило, этот вид психологической помощи используется в том случае, когда имеющиеся проблемы затрагивают всю систему в целом.

Групповое семейное консультирование (психотерапия). Данный вид психо­логической помощи предполагает организацию работы двух типов групп: го­могенных (родительских, детских, групп для матерей и др.) и гетерогенных, используемых на определенных этапах работы с семьей и чаще всего принима­ющих форму совместных занятий родительских и детских групп.

Как показывает наш опыт, психологическая помощь оказывается более эф­фективной, когда с семьей работает команда специалистов (2-4 человека). Работа в команде позволяет избежать ряда «ловушек», связанных со специфи­кой работы с семейной системой, например, тенденции присоединиться и об­разовать коалицию с одним из членов семьи.

Существует несколько способов работы в команде: О с семьей взаимодействует вся команда;

□ с семьей работает один член команды, остальные, не включаясь в непо­средственное взаимодействие с семьей, наблюдают за процессом (нахо­дясь либо в одном помещении с семьей, либо за зеркалом односторон­него наблюдения, либо просматривая консультацию в видеозаписи). После завершения консультации они делятся с работавшим психологом терапевтическими гипотезами и дают ему обратную связь; О с семьей работает один член команды, остальные, как и в предыдущем варианте, наблюдают за процессом, не включаясь в непосредственное взаимодействие с семьей, но после завершения работы они обсуждают возникшие у них предположения в присутствии членов семьи.

В качестве алгоритма работы с семьей, переживающей кризис, можно пред­ложить модель консультирования, состоящую из следующих этапов:

1. Выявление представлений членов семьи о характере переживаемых труд­ностей.

2. Уточнение фактов семейной жизни и особенностей ее динамики. Ана­лиз семейной истории для адекватного понимания сложившейся си­туации.

21

3. Обратная связь от консультанта семье, включающая сообщение о том, как консультант понимает проблему, отражение его собственных чувств и переживаний, поддержка семьи в их желании получить психологичес­кую помощь.

4. Определение проблемного поля семьи. На этом этапе осуществляется идентификация проблем данной семьи; выдвигаются предположения относительно причин возникших трудностей, механизмов их возник­новения и развития; при необходимости собираются дополнительные сведения для проверки выдвинутых гипотез. Итогом данного этапа яв­ляется согласование представлений психолога и членов семьи об имею­щихся проблемах и постановка реалистичных целей.

5. Проработка чувств членов семьи, связанных с переживаемым кризисом.

6. Идентификация альтернатив. На этой стадии выясняются и открыто об­суждаются возможные альтернативы решения проблем. Консультант побуждает членов семьи проанализировать все возможные варианты, выдвигает дополнительные альтернативы, не навязывая своих решений.

7. Планирование. На этой стадии осуществляется критическая оценка вы­бранных альтернатив. Консультант помогает семье разобраться, какие альтернативы подходят и являются реалистичными с точки зрения преды­дущего опыта и актуальной готовности измениться. Проверка реалистич­ности выбранного решения (ролевые игры, «репетиция» действий и др.).

8. Деятельность. На этом этапе происходит последовательная реализация плана решения проблем семьи, особую важность приобретает поддерж­ка консультантом членов семьи.

Как правило, работа с семьей, переживающей кризис, осуществляется в формате краткосрочной терапии (от 1 до 20 встреч). Предлагаемая нами мо­дель консультирования дает возможность семейному психологу гибко исполь­зовать и модифицировать как последовательность, так и содержание этапов с учетом специфики конкретной семьи.

22

1.3. ОСНОВНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ ПСИХОЛОГИИ СЕМЕЙНЫХ КРИЗИСОВ

1.3.1. Понятие о кризисе

От кризисов страхует только кома... Д. Леонтьев. Однопсишия

Теория кризиса как самостоятельная дисциплина в психологии появилась сравнительно недавно. Значимые психологические исследования, посвящен­ные теории кризисов, представлены работами Э. Линдерманна, Дж. Каплана, Дж. Якобсона (цит. по: Пергаменщик Л. А.).

Отличительные черты теории кризисов, согласно Дж. Якобсону, состоят в следующем:

□ теория кризисов относится главным образом к индивиду, хотя некото­рые понятия используются применительно к семье, а также к малым и большим группам;

О теория кризисов описывает не только деструктивные аспекты кризиса, но и его ресурсы и возможности в области роста и развития личности.

Кризис (от греч. krisis— решение, поворотный пункт) — нарушение состоя­ния равновесия системы, резкий, крутой перелом в чем-нибудь, тяжелое пере­ходное состояние, острое затруднение в чем-либо. Слово «кризис» несет в себе оттенок чрезвычайности, угрозы и необходимости действия. Кризис — это си­туация эмоционального и умственного стресса, требующая значительного изменения представлений о мире и о себе за короткий промежуток времени.

Дж. Каплан описал четыре последовательные стадии кризиса:

1. Первичный рост напряжения, стимулирующий привычные способы ре­шения проблем.

2. Дальнейший рост напряжения в условиях, когда эти способы оказыва­ются безрезультатными.

3. Еще большее увеличение напряжения, требующее мобилизации вне­шних и внутренних источников.

4. Повышение тревоги, возникновение депрессии, чувств беспомощнос­ти и безнадежности, дезорганизация личности — в случае, если все дей­ствия, предпринятые на предыдущих стадиях, оказываются тщетными.

Кризис может закончиться на любой стадии, если опасность исчезает или обнаруживается решение.

Критериями диагностики кризиса могут служить следующие показатели:

□ наличие события, вызывающего стресс, или длительный стресс, приво­дящий к фрустрации (эмоционально тяжелое переживание человеком

23

своей неудачи, сопровождающееся чувством безысходности, крушения

и неуспеха в достижении цели); О переживание горя; П чувство потери, опасности, унижения;

□ чувство собственной неполноценности; О неожиданность происходящего;

О разрушение привычного хода жизни; D неопределенность будущего;

О отсутствие целостного видения ситуации (она воспринимается фрагмен­тарно, на первом месте — ее эмоциональная окраска);

□ страх;

О отчаяние;

□ обесценивание имеющегося;

□ потеря контакта с другими и собой;

П преобладание чувства одиночества и отверженности; П чувство уникальности собственных переживаний;

□ ощущение отсутствия поддержки со стороны окружающих;

□ длительное страдание.

По временному параметру и интенсивности переживания кризисы подраз­деляются на:

□ кратковременные и острые;

□ затяжные и хронические (длительные по времени, например, тяжелая болезнь).

В соответствии с локализацией рассматривают:

П кризисы переходных периодов, связанные с возрастом;

□ кризисы, не связанные с определенным возрастом.

Таким образом, кризисом можно назвать ситуацию столкновения с препят­ствием в реализации важнейших жизненных целей при условии невозможности справиться с ней с помощью привычных средств.

Кризис не всегда несет в себе негативный смысл. В китайском языке поня­тие «кризис» определяется как «полный опасности шанс», как возможность роста человеческой личности, которую индивид обретает, проходя через кри­зисное состояние и испытывая различные сопротивления. Конструктивное преодоление кризисных ситуаций и периодов жизни дает их субъектам ресур­сы для личностного роста и преодоления неизбежно сопровождающих жизнь переломных моментов.

Существующие на сегодняшний день теории кризисов описывают пере­живание кризисных событий на индивидуальном уровне, то есть анализируют процесс переживания кризисных событий отдельным человеком. Однако по­следний всегда является частью других, более крупных систем (семейной, про­фессиональной, социальной и др.) и находится с ними в диалектической взаи­мосвязи, обусловливающей характер прохождения кризисов.

Нами была предпринята попытка анализа переживания кризисных ситуа­ций не отдельным человеком, а семьей на ее микросистемном уровне функци-

24

онирования. Разработанный подход к анализу семьи в ситуации кризиса по­зволяет интегрировать теоретические и практические положения кризисной психологии и психологии семьи, на стыке которых рождается новое направле­ние — психология семейных кризисов.

1.3.2. Семейный кризис

...Идеальные отношения в браке возможны только тогда, когда они не являются необхо­димым условием выживания человека.

И. Ялом. Когда Ницше плакал

Семья в ее синхронном функционировании является системой, находящей­ся в некотором равновесии благодаря установившимся связям. Однако само это равновесие является подвижным, живым, изменяющимся и обновляющим­ся. Изменение социальной ситуации, развитие семьи или одного из ее членов влечет за собой изменение всей системы внутрисемейных отношений и созда­ет условия для появления новых возможностей построения взаимоотношений, иногда диаметрально противоположных.

Семейный кризис — состояние семейной системы, характеризующееся на­рушением гомеостатических процессов, приводящих к фрустрации привыч­ных способов функционирования семьи и невозможности справиться с новой ситуацией, используя старые модели поведения.

В семейном кризисе можно выделить две потенциальные линии дальнейшего развития семьи:

1. Деструктивная, ведущая к нарушению семейных отношений и содер­жащая опасность для их существования.

2. Конструктивная, заключающая в себе потенциальную возможность пе­рехода семьи на новый уровень функционирования.

Анализ литературы по проблеме кризисных ситуаций в семье позволяет выделить несколько подходов к описанию семейных кризисов.

Первый связан с изучением закономерностей жизненного цикла семьи. В русле данного подхода кризисы рассматриваются как переходные моменты между стадиями жизненного цикла. Подобные кризисы называются норматив­ными, или горизонтальными стрессорами (Эйдемиллер Э. Г., Юстицкис В. В., 2000). Они возникают при «застревании», препятствиях или неадекватной адап­тации при прохождении какого-либо этапа жизненного цикла семьи.

Так, например, В. Сатир выделяет десять критических точек в развитии семьи.

Первый кризис — зачатие, беременность и рождение ребенка.

Второй кризис — начало освоения ребенком человеческой речи.

Третий кризис — ребенок налаживает отношения с внешней средой (идет в детский сад или в школу).

Четвертый кризис — ребенок вступает в подростковый возраст.

25

Пятый кризис — ребенок становится взрослым и покидает дом.

Шестой кризис — молодые люди женятся, и в семью входят невестки и зятья.

Седьмой кризис — наступление климакса в жизни женщины.

Восьмой кризис — уменьшение сексуальной активности мужчин.

Девятый кризис — родители становятся бабушками и дедушками.

Десятый кризис — умирает один из супругов.

Таким образом, семья в своем развитии переживает ряд этапов, сопровож­дающихся кризисами. В основе нормативного кризиса, фиксируемого на мик­росемейном уровне, обычно лежит индивидуальный нормативный кризис взрослого или ребенка, ведущий к дестабилизации системы.

Второй подход связан с анализом событий жизненного пути семьи: кризи­сы семьи могут вызываться некоторыми событиями, влияющими на стабиль­ность семейной системы. Подобные кризисы могут возникать независимо от стадий жизненного цикла семьи и называются ненормативными.

Третий подход основан на знаниях о кризисных ситуациях в семье или от­дельных ее подсистемах, полученных в ходе экспериментальных исследований. Так, например, Плзак описал два критических периода в развитии супружес­ких отношений (Plzak, 1973; цит. по: Кратохвил С, 1991).

Первый критический период наступает между 3-м и 7-м годом супружес­кой жизни и продолжается в благоприятном случае около 1 года. Его возник­новению способствуют следующие факторы: исчезновение романтических настроений, активное неприятие контраста в поведении партнера в период влюбленности и в повседневном семейном быту, рост числа ситуаций, в ко­торых супруги обнаруживают разные взгляды на вещи и не могут прийти к со­гласию, учащение проявлений отрицательных эмоций, возрастание напряжен­ности в отношениях между партнерами вследствие частых столкновений. Кризисная ситуация может возникнуть и без влияния каких-либо внешних факторов, обусловливающих бытовое и экономическое положение супружес­кой пары, без вмешательства родителей, измены или каких-то патологических черт личности у одного из супругов.

Второй кризисный период наступает примерно между 17-м и 25-м годом совместной жизни. Этот кризис менее глубок, чем первый, он может продол­жаться 1 год или несколько лет. Его возникновение часто совпадает с прибли­жением периода инволюции, с повышением эмоциональной неустойчивости, появлением страхов, различных соматических жалоб, чувства одиночества, связанного с уходом детей, с усиливающейся эмоциональной зависимостью жены, ее переживаниями по поводу быстрого старения, а также возможных сексуальных измен мужа.

Согласно взглядам Н. В. Самоукиной, первый кризисный период (5-7 лет) связан с изменением образа партнера, а именно — с понижением его психо­логического статуса. Второй кризисный период (13-18 лет) вызван психоло­гической усталостью друг от друга, тяготением к новизне в отношениях и об­разе жизни. Этот период особенно остро переживают мужчины. Менее болезненно он проходит в тех семьях, где обоюдно признаются условия для относительной свободы и самостоятельности супругов, а также там, где оба партнера начинают искать способы обновления своих отношений.

26

Кризисы в отдельных подсистемах (например, вышеописанные кризисы в супружеских отношениях) могут оказывать влияние на протекание норматив­ных семейных кризисов, интенсифицируя их проявления.

Семья, находящаяся в состоянии кризиса, не может оставаться прежней; ей не удается функционировать адекватно изменившейся ситуации, оперируя знакомыми, шаблонными представлениями и используя привычные модели поведения.

Выделяют следующие характеристики семейного кризиса:

1. Обострение ситуативных противоречий в семье.

2. Расстройство всей системы и всех происходящих в ней процессов.

3. Нарастание неустойчивости в семейной системе.

4. Генерализация кризиса, то есть его влияние распространяется на весь диапазон семейных отношений и взаимодействий.

На каком бы уровне функционирования семьи ни возникал кризис (инди­видуальном, микро-, макро- или мегасистемном), он неизбежно будет затра­гивать другие уровни, обусловливая нарушения в их функционировании. В ре­зультате можно обнаружить следующие проявления семейного кризиса:

1. Проявление семейного кризиса на индивидуальном уровне: О чувство дискомфорта, повышенная тревожность;

О неэффективность старых способов коммуникации;

□ снижение уровня удовлетворенности браком;

□ ощущение непонятости, невысказанное™, безысходности и тщетности предпринимаемых с целью изменить ситуацию усилий, то есть ощуще­ние ограничения своих возможностей, неспособность обнаружить в си­туации новые направления развития;

□ смещение локуса контроля: член семьи перестает занимать субъектную позицию, ему начинает казаться, что нечто происходит «с ним» — то есть вне его, а значит, и изменения должны произойти не с ним, а с другими. В таком случае он искренне начинает полагать, что именно изменение отношения или поведения другого члена семьи приведет к улучшению ситуации (Шиян О. А.);

□ закрытость для нового опыта и в то же время надежда на «чудесное воз­вращение мира», не связанное с собственными изменениями;

О появление сверхценных идей у некоторых членов семьи;

□ формирование симптоматического поведения.

2. Проявление семейного кризиса на микросистемном уровне:

Dнарушения по параметру сплоченности: уменьшение или увеличение психологической дистанции между членами семьи (крайние варианты — симбиотическое слияние и разобщенность);

О деформация внутренних и внешних границ нуклеарной семьи, крайни­ми вариантами которой являются их диффузность (размытость) и жест­кость (непроницаемость);

□ нарушения гибкости семейной системы вплоть до хаотичности или ри-

27

гидности (механизм сохранения и усиления негибких способов реагиро­вания — «инконгруэнтная адаптация» — почти универсален в кризисных ситуациях, однако при длительном его использовании нарушается есте­ственный обмен энергии в семье);

О изменения ролевой структуры семейной системы (появление дисфунк­циональных ролей, жесткое, неравномерное распределение ролей, «про­вал» роли, патологизация ролей);

□ нарушение иерархии (борьба за власть, перевернутая иерархия);

□ возникновение семейных конфликтов;

□ рост негативных эмоций и критики;

□ нарушения метакоммуникации;

О нарастание чувства общей неудовлетворенности отношениями в семье, обнаружение расхождения во взглядах, возникновение молчаливого про­теста, ссоры и упреки, ощущение обманутости у членов семьи;

□ регресс или возврат к ранним моделям функционирования нуклеарной семьи;

□ «застревание» на какой-либо стадии развития семьи и неспособность решать задачи следующих этапов;

□ противоречивость и несогласованность притязаний и ожиданий членов семьи;

□ разрушение некоторых устоявшихся ценностей семьи и несформирован-ность новых;

П нарушение традиций и ритуалов;

О неэффективность старых семейных норм и правил в отсутствие новых;

□ дефицит правил.

3. Проявления семейного кризиса на макросистемном уровне: П актуализация семейного мифа;

□ реализация архаичного поведенческого паттерна, неадекватного актуаль­ному контексту существования семьи, но являвшегося эффективным в предыдущих поколениях;

□ нарушения внутренних и внешних границ расширенной семьи, крайни­ми вариантами которых являются диффузность и жесткость (непрони­цаемость) границ;

□ нарушения иерархии (например, перевернутая иерархия, межпоколен­ные коалиции);

□ нарушения ролевой структуры расширенной семьи (ролевые инверсии, «провал» роли);

□ нарушение традиций и ритуалов;

П неэффективность старых семейных норм и правил и несформирован-ность новых.

4. Проявление семейного кризиса на мегасистемном уровне: О социальная изоляция семьи;

dсоциальная дезадаптация семьи;

П конфликты с социальным окружением.

28

В кризисной ситуации может происходить блокировка актуальных потреб­ностей членов семьи, что, в свою очередь, может стать причиной появления симптома у одного из них — чаще всего у ребенка. Последний становится но­сителем симптома, который позволяет поддерживать старые, сложившиеся взаимоотношения между членами семьи. Симптоматическое поведение появ­ляется в результате стереотипных, «застывших» ролевых взаимодействий, от­ражая некоторые закрытые темы, прямое обсуждение которых нарушило бы семейные правила. Носитель симптома называется «идентифицированным пациентом».

Теоретики системного подхода в семейной терапии убеждены в том, что симптом, предъявляемый семьей, представляет собой не что иное, как мета­фору потребностей семейной системы (Шерман Р., Фредман Н., 1997).

Можно выделить следующие характеристики симптоматического поведения (Борисовская О. Б., 1998; Эйдемиллер Э. Г., Юстицкис В. В., 2000; Эйдемил-лер Э. Г., Добряков И. В., Никольская И. М., 2003):

□ сравнительно сильное влияние на других членов семьи;

П симптом непроизволен и не поддается контролю со стороны идентифи­цированного пациента;

□ симптом закрепляется окружением;

□ симптоматическое поведение может быть выгодно другим членам семьи; О симптоматическое поведение «обслуживает» избегание членами семьи

других психологических проблем, актуализация которых могла бы быть разрушительной для семейной системы. Тем самым оно выполняет фун­кцию семейного стабилизатора.

Идентифицированный пациент, или носитель симптома, может появиться в семье как при попытке сохранения гомеостаза во время прохождения какой-либо стадии жизненного цикла семьи, так и при переходе с одной стадии на другую. Обращаясь за психологической помощью, семья, как правило, желает избавиться от симптома, но при этом не хочет что-либо существенно менять. В этом случае на месте одного симптома впоследствии может появиться дру­гой, не менее серьезный. Например, супруг перестает пить, но при этом тяже­ло заболевает ребенок.

Для определения особенностей прохождения семьей кризисных периодов необходимы анализ и учет семейных «нормативных фильтров». Под «норма­тивными фильтрами» мы понимаем совокупность норм, правил, установок, ролевых позиций, представлений, характерных для данной семьи. Их искажа­ющее влияние может быть различным. Идеальными представлениями могут быть частично объяснены такие факты, при которых даже незначительные проблемы в семейной жизни субъективно переживаются семьей очень тяжело. В других семьях, наоборот, даже при наличии серьезных кризисов в развитии их члены могут не рассматривать ситуацию как катастрофическую, оставаться сплоченными, адекватно реагирующими на все происходящее и оказываюши-ми поддержку друг другу. Обычно члены семьи представляют консультанту «от­корректированную» картину семейной жизни, отражающую их идеальные пред­ставления. В соответствии с этим важным является умение семейного психолога

29

рассмотреть эту картину, проанализировать и выявить зоны риска для данной семьи.

Особенностью данной работы является использование многоуровневой модели психологического функционирования семьи в анализе семейных кри­зисов с фокусировкой на микросистемном уровне. Это значит, что в центре анализа находятся не индивидуальные биопсиходинамики членов семьи, а ре­акции семьи как целостного организма. Данная задача является непростой в силу сложности и подчас невозможности учета взаимодействия всех составля­ющих семейной системы. Однако наш опыт работы с семьями показывает целесообразность использования данного подхода при анализе столь уникаль­ной социальной микрогруппы, как семья, позволяющий понять ее неповтори­мый и загадочный мир и законы существования.

30

Нормативные семейные кризисы

Глава 2

2.1. ПОНЯТИЕ НОРМАТИВНОГО СЕМЕЙНОГО КРИЗИСА

Вступающие в брак должны глядеть во все глаза до брака и держать их полузакрытыми — после.

М. Скюдери

Понятие «нормативный кризис» связано с термином «жизненный цикл се­мьи», который впервые был использован в 1948 году Э. Дювалль и Р. Хилом на национальной общеамериканской конференции по семейной жизни, где ими был сделан доклад о динамике семейного взаимодействия.

Они рассматривали семью как динамическую систему, функционирование которой определяется действием двух законов: законом гомеостаза и законом гетеростаза (развития). Согласно закону гомеостаза, каждая семья стремится сохранить свое актуальное состояние, остаться в данной точке развития. В со­ответствии с законом гетеростаза, каждая семейная система должна пройти свой жизненный цикл — некую последовательность смены стадий. При построе­нии своей периодизации авторы опирались на идеи Э. Эриксона и других спе­циалистов по психологии личности, предложивших рассматривать в качестве основы периодизации совокупность задач, специфичных для каждого периода развития.

В качестве признака разграничения стадий Э. Дювалль был использован факт наличия или отсутствия детей в семье и их возраст. На основании этой характеристики были выделены следующие стадии жизненного цикла семьи: I. Формирующаяся семья (0—5 лет), детей нет. II. Детородящая семья, возраст старшего ребенка до 3 лет.

III. Семья с детьми-дошкольниками, старшему ребенку 3—6 лет.

IV. Семья с детьми-школьниками, старшему ребенку 6-13 лет. V. Семья с детьми-подростками, старшему ребенку 13-21 год.

31

VI. Семья, «отправляющая» детей в жизнь.

VII. Супруги зрелого возраста.

VIII. Стареющая семья.

Эта периодизация имеет ряд недостатков: громоздкость, невнимание к дру­гим характеристикам брака, что явилось поводом для критики и создания ее новых вариантов. В последующие годы появилось большое число различных периодизаций семейного цикла — психологических, социологических, демо­графических и т. д. Основанием для них послужили как различные теоретичес­кие соображения, так и результаты эмпирических исследований и консульта­тивной практики. Для выделения стадий используются самые разнообразные показатели, выбор которых определяется конкретной направленностью иссле­дований, национальными, демографическими и другими характеристиками.

Одной из наиболее известных периодизаций в отечественной психологии семьи является периодизация, предложенная Э. К. Васильевой, выделившей пять стадий семейного цикла (цит. по: Алешина Ю. Е., 1987):

1. Зарождение семьи: с момента заключения брака до рождения первого ребенка.

2. Рождение и воспитание детей: продолжается вплоть до момента начала трудовой деятельности хотя бы одного ребенка.

3. Окончание выполнения семьей воспитательной функции: период с на­чала трудовой деятельности первого ребенка до того момента, когда на попечении родителей не остается ни одного из детей.

4. Совместное проживание родителей с детьми, хотя бы один из которых не имеет собственной семьи.

5. Супруги живут одни или с детьми, имеющими собственные семьи.

Эта периодизация в целом аналогична предложенной Э. Дювалль, хотя ав­тор вводит в нее еще и такие признаки, как наличие семьи у детей, начало тру­довой деятельности ребенка, проживание его совместно с родителями.

В рамках системного подхода первое подробное описание жизненного цик­ла семьи появилось в книге Дж. Хейли (1973) «Необычная психотерапия». Он отметил тот факт, что симптомы кризиса чаще всего возникают в точках пере­хода от одного этапа к другому. Во время переходных периодов перед членами семьи встают новые задачи, требующие существенной перестройки их взаи­моотношений. Чтобы перейти на новую ступень своего развития, семье необ­ходимо совершить изменения в своей структурной организации, адаптировать­ся к текущей ситуации и выработать свой новый образ. Периоды стабилизации в точке перехода сменяются кризисными периодами, успешность прохожде­ния которых влияет на функционирование семьи на новых этапах. Но так как эти изменения, в отличие от ситуативно обусловленных, связаны с кризисами развития, в литературе они определяются как «нормативные». Именно в эти моменты способы достижения целей, прежде использовавшиеся в семье, уже не могут быть эффективными при удовлетворении возникших у ее членов но­вых потребностей.

Каждый новый этап связан с изменением всех основных параметров струк­туры семьи. Многие семьи успешно разрешают эту ситуацию, перестраиваясь

32

и адаптируясь к новым условиям. Этот процесс, как правило, сопровождается личностным ростом членов семьи. Однако если семье не удается перестроить­ся, то решение задач последующего периода жизненного цикла семьи затруд няется, что может, в свою очередь, усугубить прохождение очередного норма тивного кризиса (см. табл. 2). Исследования жизненного цикла семьи показали что в моменты нормативных стрессов семьи нередко возвращаются к ранним моделям функционирования (механизм «регрессии») либо останавливаются в своем развитии, фиксируясь на определенном этапе (механизм «фиксации»)

Динамикаотношенийвсемье

(интегрированнаяпериодизацияжизненногоцикласемьи)

Таблица 2

Этапыикризисные периодыжизненного цикласемьиЗадачиразвитиясемьи
Периодухаживания

1. Формированиеидентичности.

2. Дифференциацияотродительскойсемьиидостижение эмоциональнойифинансовойнезависимостиотродителей.

3. Обретениемолодымчеловекомадекватноговозрасту статуса.

Кризис 1. Принятиена себясупружеских обязательств

Адаптациясупруговксемейнойжизниидругкдругу:

1. Установлениевнутреннихграницсемьииграницобщенияс друзьямииродственниками.

2. Разрешениеконфликтамеждуличнымиисемейными потребностями.

3. Установлениеоптимальногобалансаблизости/отдаленности.

4. Решениепроблемысемейнойиерархиииобластей ответственности.

5. Достижениесексуальнойгармонии (сексуальнаяадаптация).

6. Решениежилищныхпроблемиприобретениесобственного имущества

Кризис 2. Освоение супругамиродительских оолейипринятиефакта появлениявсемьеновой чинности

Реорганизациясемьидлявыполненияновыхзадач: 1. Уходзамаленькимребенком. 2. Перестройкаструктурысемьивсвязиспоявлениемребенка. 3. Адаптациякдлительномупериодууходазаребенком. 4. Поощрениеростаребенкаиобеспечениеегобезопасностии родительскогоавторитета.

5. Согласованиеличныхисемейныхцелей

Семьяреенкадошкольникаимладшегошкольника
(ризис 3. Включение етейвовнешние •оциальныеструктуры цетскийсад, школа)Реорганизациясемьидлявыполненияновыхзадач: 1. Перераспределениеобязанностейвсемьевсвязис поступлениемребенкавдетскийсадилишколу. 2. Проявлениеучастияприналичиипроблемсвыполнением оежимныхмоментов, дисциплиной, учебойидр. 3. Распределениеобязанностейпопомощиребенкупри тодготовкедомашнихзаданий

33

Этапыикризисные периодыжизненного цикласемьиЗадачиразвитиясемьи
Семьяподростка
Кризис 4. Принятиефакта вступленияребенкав подростковыйпериод, экспериментированиес егонезависимостью

Реорганизациясемьидлявыполненияновыхзадач:

1. Перераспределениеавтономиииконтролямежду родителямиидетьми.

2. Изменениетипародительскогоповеденияиролей. 3. Подготовкакуходуподросткаиздома

Фаза,вкоторойвыросшиедетипокидаютдом
Кризис 5. Выросший ребенокпокидаетдом

Реорганизациясемьидлявыполненияновыхзадач: 1. Сепарацияребенкаотсемьи. 2. Корректныйуходиздома.

3. Поступлениевучебноезаведение, навоеннуюилииную службу

Семья, восновномвьшолнившаясвоюродительскуюфункцию («опустевшее гнездо»)1
Кризис 6. Супругивновь остаютсявдвоемРеорганизациясемьидлявыполненияновыхзадач: 1. Пересмотрсупружескихвзаимоотношений. 2. Перераспределениеобязанностейивремени. 3. Адаптациякуходунапенсию
Фаза, вкоторойкто-тоизпартнеровостаетсяодинпослесмертидругого
Кризис 7. Принятиефакта смертиодногоизсупругов

Реорганизациясемьи: 1. Адаптацияовдовевшегопартнеракодиночеству. 2. Поискновыхсвязейссемьей.

3. Принятиеуходаипомощиотчленовсемьиилисоциального окружения

Таким образом, семья в своем развитии проходит ряд этапов, каждый из которых заключает в себе как кризисы, так и возможности личностного роста членов семьи и развития семейной системы в целом. С переживанием кризиса связан риск неопределенности будущего, естественный для любого развития, и столь же естественное стремление избежать этого риска. Если семья как система пытается избежать изменений, обусловленных ее естественной дина­микой, то это может стать источником возникновения негативной симптома­тики у ее членов — психосоматических, сексуальных, эмоциональных рас­стройств. Выход из кризиса сопровождается либо установлением новых отношений между членами семьи, принятием новых ролей, нового уровня вза­имопонимания и взаимодействия, либо (при попытке любой ценой сохранить прежний тип взаимодействий) — нарастанием степени эмоционального отчуж­дения и нарушением внутрисемейных отношений.

1В течение пятой и шестой фаз может иметь место кризис, связанный с созданием детьми своих собственных семей, и необходимостью родителей выстраивать отношения с новыми членами семьи. О существовании данного кризиса упоминает В. Сатир, называя его «молодые люди женятся, и в семью входят невестки и зятья».

Возможность перехода семьи на следующий этап развития обусловлена гиб­костью семейной системы, определяющей ее готовность к изменениям. Она также связана со способностью супругов приносить в психологическую «жер­тву» достигнутые на предыдущей стадии равновесие и устоявшиеся способы взаимодействия друг с другом, с детьми и третьим поколением (бабушками и дедушками). В то же время многое зависит от желания супругов сохранить се­мью, культуры их межличностных отношений и способности пересматривать свои ошибочные взгляды, от того, насколько выражено стремление поддер­живать психологически благополучные, здоровые отношения с другими членами семьи. Наличие осознанной установки на совместное с партнером раз­витие и своевременное обнаружение трудностей во взаимоотношениях обу­словливают возможность супругов корректировать свое поведение.

Ниже представлено подробное описание нормативных кризисов семьи. При их рассмотрении особое внимание будет обращено на два плана взаимоотно­шений и взаимодействия членов семьи:

1. План эмоциональных отношений.

2. План ролевых отношений.

Они определенным образом связаны между собой, вместе с тем на разных этапах развития семьи один из них всегда оказывается доминирующим. Для членов семьи оказывается более важным то одно, то другое пространство их взаимоотношений.

2.2. КРИЗИС 1. ПРИНЯТИЕ НА СЕБЯ СУПРУЖЕСКИХ ОБЯЗАТЕЛЬСТВ

Любовь — вещь идеальная, супружество — реальная; смешение реального с идеальным никогда не проходит безнаказанно.

И. Гете

2.2.1. Феноменология кризиса

С момента заключения брака начинается этап, в течение которого перед молодыми супругами встает ряд задач, связанных с адаптацией к семейной жизни и принятием новых ролей. Функционирование семьи в этот период определяется рядом факторов, среди которых можно выделить следующие: □ личностные особенности супругов (индивидуально-типологические свойства нервной системы, когнитивные и характерологические особен­ности, система установок на брак, мотивы выбора супруга, ценностные ориентации и т. д.);

35

□ микросистемные факторы (особенности внутрисемейных процессов в нуклеарной семье);

□ макросистемные факторы (семейная история, специфика взаимоотно­шений в расширенной семье);

□ внешнее социальное окружение (особенности государственного строя, семейной политики и функционирования социальных институтов, на­циональные и религиозные особенности, регулирующие семейное фун­кционирование в данной среде и т. д.);

□ экономические факторы (уровень материального благосостояния, нали­чие отдельного жилья и т. д.).

Первые годы супружеской жизни — важный и во многом определяющий период существования семьи. По ним можно судить о потенциальном каче­стве брака и строить прогнозы относительно стабильности данной семьи. Не­смотря на яркую эмоциональную окрашенность и романтизм, характерный для молодого супружества, данный этап семейной жизни является одним из наи­более сложных, о чем говорит приходящееся на него большое количество раз­водов. Проблемы этой стадии могут быть связаны со сложностями семейной адаптации и трудностью принятия новых ролей; зачастую они являются след­ствием неотделенности супругов от родительских семей.

Прохождение первого нормативного кризиса семьи могут осложнить сле­дующие факторы:

1. Неадекватная мотивация создания брака:

Брак как возможность восполнить дефицит. Наблюдается в случаях, ког­да один или оба супруга вступают в брак из-за желания перестать ощу­щать недостаток любви, общения, заботы, тепла, внимания, хотят избе­жать чувства одиночества и ненужности.

Брак как способ отделиться от родительской семьи. Стремление моло­дых супругов дистанцироваться от родителей является одним из наибо­лее частых неадекватных мотивов вступления в брак. В этом случае со­здание новой семьи становится специфическим коммуникативным посланием родителям о том, что их ребенок стал взрослым и имеет право на независимые решения и самостоятельную жизнь.

Брак как способ преодолеть какой-либо кризис: создание семьи из мести бывшему возлюбленному, как попытка справиться с утратой значимого человека, как способ пережить профессиональную несостоятельность и др.

Заключение брака с целью соответствовать нормам социального окруже­ния, касающимся возраста вступления в брак и других аспектов брачного поведения. Данный брак является способом избежать давления социаль­ной среды.

Пример_________________

Запсихологическойпомощьюобратиласьженщина, находящаясявсосто­янииглубокойдепрессии, связаннойсотношениямисдочерью. Онаузна­лаотом, чтобракеедочери—фикция, скрывающаяправдуоееистинной

36

сексуальнойориентации. Дочьклиентки—лесбиянка, состоящаявбракес гомосексуалистом. Онивступиливбрак, чтобынетравмироватьсвоихрод­ственниковиизбежатьпорицаниясихстороны. Клиенткаслучайноузнала правдуотбывшейвозлюбленнойеедочери, котораяобовсемрассказала материизжеланияотомстить.

Брак как компенсация чувства неполноценности. Вступление в брак может быть способом восполнить дефекты в «Я», обусловленные, как правило, патологичной Я-концепцией, являющейся следствием неразрешенных интер- и интрапсихических задач развития. В этом случае присоедине­ние к идеализированному партнеру позволяет повысить чувство соб­ственной значимости и самоуважение.

Пример

СветланаС, женщина 32 лет, обратиласьсжалобаминачувствохроничес­койусталости, апатию, отсутствиеинтересакжизни. Медицинскоеобсле­дованиеневыявилоорганическихпричиннарушений. Светланародиласьи вырославдеревневмалообеспеченнойсемьесотцом-алкоголиком. Она оченьпереживалапоэтомуповодуистыдиласьсвоегоотца. Окончившко­лусзолотоймедалью, переехалавМинскипоступилавуниверситетна факультетжурналистики. Светланавсегдапользоваласьпопулярностьюу мужчин. Навторомкурсеонапознакомиласьсмужчинойстаршееена 17 лет, известнымжурналистомизинтеллигентнойсемьи, ичерезмесяц вышлазанегозамуж. Еевпечатлилиегоуверенностьвсебе, стабильность, образованность, хорошиеманеры—всето, чего, какказалосьСветлане, ейнехватало. Однакопрактическинапротяжениивсейсовместнойжизни Светланачувствоваласебянеловкоискованновприсутствиимужа, атак­жесредиегодрузейиродственников, считаласебянедостаточноумнойи стыдиласьсвоегопроисхождения, чтосталодлянееисточникомхроничес­когонапряженияидискомфорта.

Брак как достижение. Наблюдается в случае получения одним из парт­неров материальной или социальной выгоды вследствие заключения брака.

Вынужденный брак. В данном случае вступление в брак является спосо­бом решить возникшие жизненные затруднения. К их числу можно от­нести незапланированную беременность, жилищные или материальные проблемы одного из супругов и др.

При неадекватной мотивации вступления в брак личность партнера не пред­ставляет собой ценности, важно только его наличие либо его функциональные характеристики, имеющие значение для удовлетворения потребностей.

Неадекватная мотивация вступления в брак может быть осознаваемой и неосознаваемой. В последнем случае практически неизбежно усугубление рано или поздно наступающего в любых отношениях разочарования в партнере и браке.

37

1. Значительные различия в семейных традициях, происхождении супру­гов и моделях их семейных отношений (например, в религиозных убеж­дениях, образовании, социальной и национальной принадлежности, структурных особенностях расширенных семей, возрасте и т. п.).

2. Материальная, физическая или эмоциональная зависимость пары от чле­нов расширенной семьи.

3. Заключение брака после периода ухаживания продолжительностью ме­нее шести месяцев или свыше трех лет.

4. Личностные особенности одного или обоих супругов, связанные с уста­новлением отношений привязанности, прежде всего — наличие у су­пругов способности устанавливать близкие отношения, присоединяться и отделяться друг от друга, не испытывая при этом сильного диском­форта.

5. Наличие дисфункциональных семейных паттернов в расширенных се­мьях супругов.

Создавая семью, супруги оказываются перед необходимостью решить ряд важных задач, лежащих, прежде всего, в сфере эмоциональных отношений. Одна из них — усиление эмоциональной связи в супружеской подсистеме и отделение от родительской семьи без разрыва эмоциональных контактов с ней или реактивного бегства в другие заменяющие отношения. Супруги, с одной стороны, должны научиться принадлежать друг другу, не теряя близости с рас­ширенной семьей, с другой стороны — быть частью собственной семьи, не те­ряя своей индивидуальности. Только в этом случае брак становится процес­сом, в котором оба партнера и семьи в целом проходят путь индивидуации — сепарации, получая возможность переживать близость, сохраняя при этом ощущение своей отдельности и автономности.

На уровне семейной системы отделение супругов от родителей связано с установлением внешних границ молодой семьи — невидимого барьера, кото­рый регулирует объем контактов партнеров с внешним миром, в том числе и с членами расширенной семьи (см. табл. 2). Этот барьер защищает автономию молодой семьи посредством регулирования отношений близости и иерархии. В парах, не прошедших сепарацию от родительских семей, существенно осложняется формирование близких взаимоотношений между супругами. По­следние боятся признать отличия друг в друге, поскольку их непохожесть может оказаться столь значительной, что будет представлять угрозу для их отноше­ний.

Задача установления внешних границ включает в себя также решение во­просов, кто из знакомых и друзей мужа и жены будет допущен в семью и как часто, насколько разрешено пребывание супругов вне семьи без партнеров, как проводить отпуск и т. п. Наличие внешних границ и их гибкость обеспечивает молодым супругам определенную частную жизнь и возможность концентри­ровать усилия на построении взаимоотношений друг с другом. Решение дан­ной задачи предполагает установление в расширенной семье оптимального баланса сплоченности — индивидуации ее членов. В слитных семьях, члены которых чрезмерно привязаны друг к другу, действует много центростремитель-

38

ных сил, наблюдаются крайности в эмоциональной близости и лояльности, существует страх различий как опасность для существования такой семьи, в связи с чем велика взаимная эмоциональная вовлеченность. Отдельные члены такой семьи не могут действовать независимо друг от друга и имеют мало лич­ного пространства. При этом отношения супругов с их родителями характери­зует короткая психологическая дистанция, сверхблизость и высокая взаимоза­висимость, что затрудняет адаптацию супругов друг к другу и семейной жизни.

На индивидуальном уровне эмоциональная зависимость от родителей про­является в тревожной привязанности супруга (супругов) к ним, которая либо открыто выражается, либо реактивно отвергается посредством резкого дистан­цирования и формирования псевдонезависимых отношений. Однако послед­ние не только не исключают сверхблизости, но и предполагают ее, являясь ее оборотной стороной. Чем значительнее степень зависимости супругов, тем экстремальнее усилия в ее преодолении через установление дистанции и отри­цание важности семьи.

Так, дистанцирование (эмоциональный разрыв) является одним из спосо­бов, к которому прибегают молодые супруги, чтобы выйти из слитной роди­тельской семьи и справиться с возрастающей тревогой и напряженностью в сверхблизких отношениях. Однако неудовлетворенная потребность в близос­ти приводит к интенсификации супружеских отношений, индуцируя в них рост напряжения, обусловливающего характерную динамику эмоциональной бли­зости между супругами. В результате структура отношений в молодой семье приобретает вид набора альянсов и разрывов или чередующихся периодов сверхблизости и взаимного отчуждения.

Способность пары к близким и независимым отношениям зачастую опре­деляется тем, насколько каждому из супругов удалось стать самостоятельной личностью в родительской семье. М. Боуэн утверждает, что тех, кому не уда­лось обрести автономию в рамках родительской семьи, отличает эмоциональ­ная холодность или склонность к слиянию с партнером (Боуэн М., 2005). Вы­сокий уровень слияния супругов достаточно часто встречается в молодых семьях, что в определенной мере помогает паре достичь ценностно-ориента-ционного единства — своеобразного «мы» пары. Это процесс, в котором, по словам К. Витакера, двое отказываются от своего лица и становятся никем ради того, чтобы стать частицами симбиотического союза под названием брак (Ви-такер К., 1988). Данные отношения формируются, как правило, за счет силь­ного подавления индивидуальных потребностей одного или обоих супругов, что вызывает страх утраты своего «Я» и приводит к аккумуляции напряженно­сти в паре. Однако когда «нарциссический» период идеализации партнера про­ходит, попытки выйти из слияния и отстоять свое «Я» могут стать источником высокого напряжения и конфликтов в паре.

Деидеализация является нормативным этапом развития эмоциональных отношений в паре, которому, как правило, предшествуют бурные романтичес­кие переживания, приписывание партнеру идеальных черт, ощущение боль­шой любви и эмоциональной близости с ним. Крушение иллюзий, происходя­щее в дальнейшем, неизбежно, так как идеализация является лишь фазой в эмоциональном цикле, следующий этап которого — разочарование, утрата

39

позитивных эмоций, возникновение безразличия и скуки в отношениях парт­неров, что может привести к их распаду.

Наиболее оптимальным вариантом является формирование способности свободно передвигаться между полюсами «индивидуация» — «сопринадлеж­ность». Когда супруги свободны для перехода от слияния к индивидуации, они получают новые личностные силы и возможности. Тогда они могут принадле­жать паре, не теряя себя, своего «Я», сознательно присоединяться или отде­ляться, не испытывая при этом чувства вины и тревоги. Способность молодых супругов к автономному функционированию помогает им избежать эмоцио­нальной реактивности, приводящей к поляризованным (комплементарным) отношениям: преследователь — дистанцирующийся, агрессивный — покор­ный, независимый — требовательный и т. д., предполагающим необходимость взаимного приспособления партнеров, в отличие от симметричных отноше­ний, основанных на равенстве и сходстве. Преувеличенная комплементарность создает дисфункциональную подсистему, отличающуюся ригидностью и жест­кой фиксацией ролей, что обусловливает низкую способность семьи приспо­сабливаться к переменам (в частности, связанным с прохождением стадий жизненного цикла семьи и сопровождающих их нормативных кризисов) и сни­жает ее адаптивный потенциал.

Обретение независимости в сочетании со способностью к близким отно­шениям — одна из самых сложных задач, решение которой занимает порой всю жизнь. «...Для того, чтобы быть полностью связанным с другим человеком, вам придется сначала найти связь с самим собой. Если мы не можем смириться со своим одиночеством, мы начинаем использовать другого как укрытие от изо­ляции. Только когда человек сможет жить подобно орлу, не имея возможности высказаться кому бы то ни было... только тогда он будет способен заботиться о росте другого. Итак, если человек не способен разрушить свой брак, этот брак заключен на небесах» (Ялом И., 2002, с. 384).

Помимо решения эмоциональных проблем, связанных с установлением оптимальной психологической дистанции, молодым супругам также необхо­димо распределить семейные роли и области ответственности, решить вопро­сы семейной иерархии, выработать приемлемые формы сотрудничества, раз­делить обязанности, согласовать систему ценностей, пройти сексуальную адаптацию друг к другу. Именно на этом этапе партнеры ищут ответы на во­просы: «Каковы приемлемые пути разрешения конфликта?», «Выражение ка­ких эмоций в семье считается допустимым?», «Кто за что несет ответствен­ность и при каких условиях?». Таким образом, в течение данного кризисного периода супруги адаптируются друг к другу, ищут такой тип семейных отноше­ний, который удовлетворил бы обоих. Умение супругов разрешать проблемы, возникающие на начальном этапе семейной жизни, способствует выработке долговременных устойчивых форм поведения, действующих на протяжении всего жизненного цикла семьи и помогающих переживать последующие нор­мативные и ненормативные семейные кризисы.

40

2.2.2. Диагностика

Переживание как первого, так и последующих семейных кризисов носит индивидуальный характер для каждой семьи. Не все вышеперечисленные при­знаки кризиса будут обязательно присутствовать во всех молодых семьях. В не­которых супружеских парах он может пройти незаметно и не вызвать болез­ненных переживаний и чувства разочарования, связанного с деидеализацией партнера. Особая важность данного этапа жизненного цикла семьи связана с тем, что именно в этот момент закладываются основы будущей семейной жиз­ни. Не решенные на данном этапе задачи будут осложнять протекание после­дующих кризисов. Поэтому оказание психологической помощи молодым се­мьям представляет особую важность.

Семейный кризис можно диагностировать на основании анализа беседы с супружеской парой. Маркерами первого нормативного кризиса выступают:

О непринятие новых ролей (мужа и жены) и связанных с ними обязательств;

О низкая дифференциация от родительской семьи хотя бы одного из супру­гов, что вызывает чувство ревности у другого;

□ практически полное отсутствие контактов с родительскими семьями, также свидетельствующее в большинстве случаев о сложностях процес­са сепарации от родителей (более подробно этот феномен описан в тео­рии М. Боуэна);

□ попытки одного из супругов нарушить слияние, что вызывает чувство обиды, злость, ощущение обманутости у другого;

П рост напряжения в паре, обусловленный короткой психологической ди­станцией между супругами, проявляющийся в необъяснимом на первый взгляд периодическом росте конфликтов между супругами взаимных претензиях, чувстве усталости друг от друга;

□ разочарование в браке и брачном партнере, основанное на неоправдав­шихся или нереалистичных ожиданиях;

□ сексуальная дезадаптация супругов.

Проверка терапевтических гипотез может заключать в себе решение ряда задач и осуществляться с помощью следующих методик:

□ изучение семейной истории, выявление паттернов взаимоотношений, характерных для родительских и прародительских семей молодых су­пругов, влияющих на проживание данного кризиса — методика «Гено-грамма» (М. Боуэн);

□ выявление уровня сплоченности семьи (величины психологической ди­станции), границ семьи — методики FAST (тест Геринга), «Семейная социограмма» (Э. Г. Эйдемиллер, О. В. Черемисин), FACES-3 (Д. X. Ол-сон, Дж. Портнер, И. Лави, в адаптации М. Перре);

П анализ ролевой структуры семьи — методика «Ролевые ожидания и при­тязания в браке» (А. Н. Волкова), анкета «Семейные роли» (в модифика­ции А. В. Черникова);

□ выявление степени адекватности восприятия брачного партнера — ме­тодика «Мое письмо о супруге» (С. А. Белорусов);

41

□ определение эмоционального фона семьи и некоторых параметров супру­жеских отношений — методика «Удовлетворенность браком» (В. В. Сто-лин, Т. М. Романова, Г. П. Бутенко), опросник «Понимание, эмоциональ­ное притяжение, авторитетность» (А. Н. Волкова).

2.2.3. Психологическая помощь

Основные направления психологической помощи молодой семье опреде­ляются полем психологических проблем конкретной супружеской пары, при­шедшей на прием к психологу.

Наиболее частыми причинами обращения молодых супругов в психологи­ческую консультацию являются трудности в установлении границ семьи, вы­работке семейных норм и правил, распределении семейных ролей и обязанно­стей, сексуальные дисгармонии.

Психологическая помощь супружеским парам в распределении семейных ролей и обязанностей

В рамках данного направления психологу приходится работать с разногла­сиями супругов, взаимным недовольством, связанным с распределением су­пружеских ролей и обязанностей, а также конфликтами, обусловленными рас­хождениями во взглядах на семейную жизнь и межличностные отношения (Алешина Ю. Е., 1994).

В основе таких ролевых конфликтов лежат, прежде всего, различия в пред­ставлениях супругов о семейных ролях как о системе функций и обязанностей, обеспечивающих повседневную жизнь супругов и тесно связанных между со­бой. Как правило, ролевые разногласия базируются на различиях во взглядах и представлениях супругов о ценностях семейной жизни.

Этапы консультативной работы с молодой семьей по проблеме распределения семейных ролей и обязанностей:

1. Сбор конкретных жалоб супругов. Чем больше проблемных ситуаций они упомянут, тем более точные сведения об особенностях функционирования дан­ной семьи получит психолог в процессе консультирования.

2. Выявление представлений о желаемом распределении ролей и обязанностей в семье. Для того чтобы оно было более эффективным, каждый из супругов дол­жен быть осведомлен о ролевых ожиданиях и притязаниях другого партнера. На данном этапе для выявления моделей ролевых отношений и изучения се­мейных историй брачных партнеров можно использовать методику «Генограм-ма». В ситуации, когда проблемы распределения обязанностей в семье возни­кают на фоне достаточно хороших межличностных отношений супругов или же когда время работы с супружеской парой ограничено, большую помощь в консультировании могут оказать специальные техники, такие, например, как техники ведения переговоров.

42

3. Обнаружение различий между членами семьи, выяснение представлений партнеров о причинах несоответствия поведения одного партнера ожиданиям другого, степени объективности и адекватности претензий. На данном этапе консультанту часто приходится выступать в роли эксперта. Он практически не говорит о своих чувствах, но иногда советует, что следовало бы сделать, пред­лагает воспользоваться в определенные моменты каким-либо приемом. Экс­перт не навязывает определенных решений, но не отказывается содействовать в их поиске. Он координирует обсуждение, давая возможность высказаться каждому из супругов. В роли эксперта психолог может предоставлять инфор­мацию об особенностях протекания данного кризиса, о влиянии модели роди­тельской семьи на развитие отношений в супружеской паре.

Ролевой конфликт часто маскирует другие супружеские проблемы. Требуя от партнера выполнения определенной функции, супруг(а) таким образом мо­жет стремиться удовлетворить некоторые неосознаваемые индивидуальные потребности. Задачей психолога в этом случае будет оказание помощи супру­гам в осознавании своих потребностей, стоящих за предъявлением требова­ний к партнеру, и поиске альтернативных способов их удовлетворения.

Пример

Запсихологическойпомощьюобратиласьсупружескаяпара. Стажбрака— 1,5 года. Инициаторомобращениябыласупруга. Онажаловаласьнасостоя­ниеобщейусталости, нато, чтоонанеполучаетпомощиотмужавведении домашнегохозяйства. Вместестемприпопыткахмужапоучаствоватьвдо­машнихделахонаотказываетсяотегопомощи, объясняяэтотем, чтоон слишкоммедлительный, нерасторопный, неаккуратныйичтоейпрощеэто сделатьсамой. Вбеседессупружескойпаройудалосьвыявить, чтопредъяв­лениепретензийкмужуискандалыснимявляютсядляженытемспособом, которыйпозволяетприблизитьсяксупругуиполучитьеговнимание. Рас­крытиеданногофактапозволиломолодойженщинеосознатьсвоипотреб­ностиинаучитьсяудовлетворятьихболеепрямымспособом.

4. Заключение нового договора о распределении семейных обязанностей.

В работе с супружеской парой важно, чтобы психолог не вступал в коали­цию с одним из супругов, оказывая ему большую поддержку. Необходимо, со­блюдая нейтралитет, не позволять супружеской паре втягивать терапевта в бо­лее тесное взаимодействие посредством образования треугольника.

Психологическая помощь супружеским парам по проблеме установления границ семьи и оптимального баланса близости/отдаленности между супругами

Наиболее распространенные трудности, с которыми сталкиваются молодые супруги, — это трудности установления границ семьи (внешних и внутренних). При нарушении внешних границ семьи задачей консультанта является: О оказание помощи супругам в осознании данного факта; □ выявление отношения каждого из супругов к факту нарушения внешних границ семьи;

43

□ определение желаемой модели отношений семьи с окружением; О поддержка выбора супругов.

При нарушении внутренних границ задачей консультанта является: П выявление типа нарушения внутренних границ путем определения пси­хологической дистанции между супругами; П обсуждение с супругами особенностей их эмоциональной близости;

□ выявление потребностей супругов в изменении их отношений;

□ определение желаемой модели отношений между супругами;

□ поиск способов изменения отношений между супругами;

Dоказание необходимой поддержки супругам в этом процессе.

С целью оказания психологической помощи семье в переструктурировании нарушенных внешних и внутренних границ могут быть использованы различ­ные технические приемы, в том числе и парадоксальные техники. Например, молодой супружеской паре, страдающей от постоянного вмешательства своих родителей и других родственников, которые отвергают все призывы оставить их в покое, может быть дана инструкция поблагодарить родственников и ро­дителей за помощь и попросить их проявлять еще больше внимания.

Психологическая помощь супружеским парам по проблеме сексуальной дезадаптации и сексуальных дисфункций

Сексуальные дисфункции — это состояния, при которых нарушаются обыч­ные физиологические реакции сексуальной функции (Мастере У., Джонсон В., Колодны Р., 1991). Сексуальные затруднения у мужчин и у женщин, как пра­вило, выражаются в:

□ отсутствии сексуального желания;

П неспособности адекватно реагировать на внешние стимулы и получать сексуальное удовлетворение.

В работе с сексуальными проблемами важным является определение того, что считать «нормальной» сексуальностью (от клиентов часто можно услышать: «Я не нормальный...»). Существует несколько подходов к определению сексу­альной «нормы»:

1. Биологическая норма. На основе функциональных и анатомических кри­териев в качестве «нормы» признается гетеросексуальность.

2. Статистическая норма. В качестве нормального принимается сексуаль­ное поведение, характерное для большинства людей (с учетом контек­ста: эпохи, культуры и пр.).

3. Нравственная норма. Нормальным считается сексуальное поведение, одобряемое социальными и религиозными институтами.

4. Юридическая норма. Нормальным считается сексуальное поведение, раз­решаемое законом.

5. Психологическая норма. Критерии данной нормы будут различны в зави­симости от психологического направления, но в целом их можно свести

44

к некоторой общей концепции, для обозначения которой мы восполь­зуемся определением американского психолога Гордона: нормальное сексуальное поведение — это поведение добровольное, не принудитель­ное, приятное и лишенное чувства вины.

Сексуальные дисфункции могут быть первичными (существующие всегда), вторичными (появившиеся в определенный период) или обстоятельственны­ми (проявляющиеся в отношениях с данным партнером или в определенных условиях). Представления о природе сексуальных дисфункций ориентируют дальнейшую работу с парой: так, первичная дисфункция имеет часто физио­логическую причину, и в этом случае уместно параллельно с психологической работой предложить клиенту (супружеской паре) получить консультацию у специалиста-сексолога.

Причины сексуальных дисфункций:

1. Анатомические и физиологические факторы. Эта группа факторов должна находиться в зоне особого внимания консультанта, работающего с супружес­кой парой, особенно в случае проблем с эрекцией или болей в области таза у одного из супругов. Кроме того, следует помнить о медикаментозных эффек­тах: было бы серьезной ошибкой работать с клиентом по поводу отсутствия у него сексуального желания, пренебрегая тем, что он принимает антидепрес­санты, ингибирующие сексуальное желание.

2. Психологические факторы (индивидуальный уровень семейного функци­онирования). Главными психологическими факторами, продуцирующими сек­суальные дисфункции, являются тревога (спровоцированная желанием быть успешным в сексе, нравиться, впечатлять партнера), а также травматизм и вли­яние первого сексуального опыта.

3. Пара и особенности ее коммуникации (микросистемный уровень функци­онирования семьи). На возникновение сексуальных дисфункций оказывает влияние качество отношений в супружеской паре, а также трудности управле­ния агрессией.

4. Социокультурные факторы (мегасистемный уровень функционирования семьи). Причиной сексуальных проблем нередко выступает чувство стыда, представления партнеров о непристойности и «правильном» сексуальном по­ведении, а также социальные стереотипы, определяющие сексуальное поведе­ние (мужчины должны быть активными, женщины — нет).

В ситуации обращения супружеской пары по поводу сексуальных проблем консультанту необходимо выяснить особенности сексуальных отношений в супружеской паре (опыт добрачных сексуальных отношений, совместимость сексуальных сценариев, интенсивность половой жизни, степень удовлетворен­ности каждого из супругов сексуальным аспектом отношений в браке). Важно понять характер сексуальных проблем, уточнить, когда они возникли, как про­являются, существуют постоянно или возникают периодически, попросить сформулировать, в чем супруги видят причину этих проблем.

45

Пример

ИринаС, 24 года, замужем, детейнет. Стажбрака 11 месяцев. Втечение несколькихмесяцев, вплотьдообращениязапсихологическойпомощью страдалаобщимнедомоганием, раздражительностьюичастымиголовны­миболями. Врач, укоторогонаблюдаласьИринаС, ненашелникаких биологическихоснованийдляэтихсимптомовирекомендовалейвстречус психологом. ВходебеседсИринойС. быловыяснено, чтоеесимптомы, какправило, появляютсяповечерам. Уточняющиевопросыобособеннос­тяхвечернеговремяпрепровождениясемьипозволилиустановитьналичие трудностейвсексуальныхотношенияхсупружескойпары. Данныйсимптом позволялклиенткеизбегатьчрезмерночастых (поеемнению) сексуальных контактовсмужем. Такимобразом, симптоматическоеповедениевыступа­локаксредствоконтроляИринойС. сексуальногоповеденияеемужа. Когдаоначувствовалаусталостьиголовнуюболь, тоуходиласпатьвсо­седнююкомнату, «чтобынемешатьмужуотдыхать», предупреждаяего сексуальнуюактивность. Вдальнейшемработапроводиласьссупружеской паройсцельюсогласованиясексуальныхсценариевпартнеров.

Большинство сексуальных дисфункций (кроме тех, которые вызваны орга­ническими причинами) формируются из-за трудностей управления агресси­ей, что может быть обусловлено индивидуальными особенностями супругов или спецификой правил данной семьи (например, табу на выражение агрес­сии). Дисфункция агрессии может размешаться на трех различных уровнях: П на уровне желания и эротических фантазий: партнер предпочитает по­давлять или сдерживать свои сексуальные реакции из-за тревоги, свя­занной с возбуждением или осознанием своего желания (фантазии час­то содержат агрессивный компонент, который может вызывать тревогу; страх этой агрессии блокирует сексуальную энергию, что приводит к воз­никновению сексуальных дисфункций);

□ на уровне телесных действий, которые обусловливают получение сексу­ального удовольствия — подавленная физическая агрессия мешает до­стигать удовольствия;

□ на уровне метакоммуникации: партнер испытывает недовольство каки­ми-либо действиями другого, но не сообщает ему об этом, поскольку су­пруги не допускают открытого проявления агрессии в отношениях, существует табу на агрессивную составляющую их посланий. В этом слу­чае сексуальный симптом становится способом выразить агрессию парт­неру, избегая ответственности.

Таким образом, патологическое воздействие на отношения оказывает не столько агрессия, сколько ее маскировка, скрытая манифестация или подав­ление. Отсюда важным направлением работы с супружеской парой является отреагирование подавленной агрессии и обучение партнеров конструктивным способам выражения чувств негативного спектра.

Трудности, с которыми встречается психолог при консультировании кли­ентов с сексуальными проблемами, могут быть также связаны с их нереалис­тичными ожиданиями и низким уровнем психологической культуры. Поэтому

46

нередко важным является информирование супругов с целью повышения их сексуальной грамотности.

Для эффективного консультирования супружеских пар по проблемам сек­суальных дисфункций необходимо придерживаться следующих правил (Стар-шенбаум Г. В., 2003):

1. Для адекватного реагирования на соответствующие затруднения супру­жеской пары психолог не должен быть отягощен собственными сексу­альными проблемами.

2. Психолог должен уметь свободно и открыто говорить о сексуальных про­блемах, не употреблять завуалированных выражений и правильно ис­пользовать сексологическую терминологию.

3. Психолог в некоторых случаях должен первым начать разговор о воз­можных сексуальных проблемах пары, легализуя прямое обсуждение по­добных вопросов и предупреждая неловкость супругов.

4. Психолог должен быть осведомлен в области сексологии, чтобы иметь возможность предоставить паре необходимую информацию (анатомия, психология полов, контрацептивные средства).

5. Психолог должен адекватно оценивать свои возможности. Не следует заниматься сексотерапией без специальной подготовки.

6. Психолог должен знать, в каких случаях необходимо направлять пару к другим специалистам, и предоставлять супругам информацию о возмож­ности получения соответствующей помощи.

7. Психолог должен оставаться нейтральным при оценке сексуального по­ведения супружеской пары.

Наиболее известным методом лечения сексуальных дисгармоний является сексуальная терапия. Это вариант поведенческой терапии, разработанный У. Мастере и В. Джонсон и дополненный психодинамическим подходом X. Кап-лан. Он основан на представлениях, согласно которым симптомы сексуальной дисфункции у клиента отражают сексуальные проблемы пары в целом, а сами сексуальные проблемы, в свою очередь, связаны с недостаточным взаимопо­ниманием в супружестве (Старшенбаум Г. В., 2003).

Сексуальные затруднения в супружеской паре не являются специфичными для данного кризиса супружества. Они могут актуализироваться на любом этапе жизненного цикла семьи.

47

2.3. КРИЗИС 2. ОСВОЕНИЕ СУПРУГАМИ РОДИТЕЛЬСКИХ РОЛЕЙ И ПРИНЯТИЕ ФАКТА ПОЯВЛЕНИЯ НОВОГО ЧЛЕНА СЕМЬИ

Семья начинается с детей. А. И. Герцен

2.3.1. Феноменология кризиса

Второй нормативный кризис традиционно рассматривается как переход­ный этап жизненного цикла семьи, обусловленный фактом рождения ребен­ка. При этом психологи, анализируя особенности протекания данного кризи­са, часто игнорируют период зачатия ребенка и беременности матери. Тем не менее многие проблемы, по поводу которых обращается молодая семья, зача­стую связаны с особенностями развития супружеских отношений во время ожи­дания рождения ребенка. По этой причине мы сочли необходимым проанали­зировать кризисные аспекты, связанные с беременностью и отношениями между супругами в этот период, а также после рождения ребенка.

Успешное прохождение данного кризиса предполагает, что супруги справи­лись с задачами предыдущей, диадической стадии. Здесь наиболее актуальным становится план ролевых отношений в семье. Пары, которым удалось достичь близости без существенного ущерба для автономии и успешно разрешить кон­фликты предыдущего этапа, с большей вероятностью безболезненно примут роли отца и матери.

Факторами, позволяющими быстрее и легче освоить родительские роли, являются:

□ продолжительность периода ухаживания — не менее года и не более трех лет;

□ наличие диадического периода в развитии супружеских отношений, в течение которого партнеры могут подготовиться к рождению ребенка и принятию новых социальных ролей. Рождение ребенка сразу после свадь­бы либо в первый год супружества затрудняет процесс принятия факта материнства и отцовства.

Если первый ребенок, вопреки семейным сценариям супругов, не рождает­ся в первые 3-5 лет семейной жизни, это может указывать на наличие проблем в супружеской паре.

Переход к родительской роли обычно начинается с желания иметь детей. Как правило, решение зачать ребенка определяется совокупностью мотивов, часть из которых может не осознаваться супружеской парой. Эти мотивы взаимодо­полняют друг друга на фоне доминирования одного из них. Часто мотивы жен-

48

щины и мужчины оказываются различными, и нередко супруги об этом узнают лишь на приеме у психолога. При этом необходимо различать конструктивные мотивы, способствующие укреплению семьи, личностному росту супругов, благо­получному рождению и развитию ребенка, и деструктивные, приводящие к об­ратным результатам (Эйдемиллер Э. Г., Добряков И. В., Никольская И. М., 2003).

Пример________________________________________________________________^

Законсультациейобратиласьженщина 34 летвсвязиспереживаниямипо поводупотеритретьегоребенка, которыйродилсямертвымнасроке 8 ме­сяцев. Избеседывыяснилось, чтоонарешиласохранитьбеременность, несмотрянапротивопоказанияврачейиплохоеобщеесамочувствие (унее былаудаленащитовиднаяжелеза). Изучаясемейнуюисториюспомощью методики«Генограмма»быловыявлено, чтоматьклиенткитожепотеряла

Таблица 3 Мотивациябеременности

Конструктивныемотивы беременностиДеструктивныемотивыбеременности
Стремлениедатьжизньдругому человекусовсейегоуникальностью инеповторимостью

Стремлениеиметьсущество, котороевоплотит нереализованныепланы, мечтыистремленияматери.

Стремлениеженщиныизбежатьодиночества («чтобы былхотьодинблизкийчеловек», «чтобычувствовать себякому-тонужной»).

Способвосполнениядефициталюбвиксамойсебе («хотькто-тобудетменялюбить»)

Беременностькакспособпринад­лежатьсемейнойсистеме («внашей семьевсеженщинырожалипервого ребенкав 22 года»)'Беременностькаксоответствиесоциальныможиданиям («бытькаквсе», «возраствынуждает», «родителихотят иметьвнуков», «увсехподругужеестьдети», «мужочень хотелребенка»идр.)
Беременностькаквыражение обоюдногожеланиясупруговиметь ребенка («мылюбимдругдругаи хотимиметьобщегоребенка»)Беременностькакспособсохраненияотношенийи удержаниясупругавбраке («привязатьмужа», «вернуть мужа», «предотвратитьегоуходизсемьи»идр.)
Стремлениебытьматерьюкакре­зультатпсихофизиологическойго­товностиженщиныкматеринству («хочузаботитьсяоребенке», «хочу ощутитьрадостьматеринства»идр.)Беременностькакспособдостиженияпсевдодифферен­циацииотродительскойсемьи («показатьродителям, чтостал(а) взрослымчеловеком», «родилавсемназло»). Беременностькакспособлегализациибрака («вынудить родителейсмиритьсясбраком»)
Материальныемотивы («улучшитьжилплощадь», «приоб­рестистатусмногодетнойсемьииполучитьльготы»идр.)
Беременностьрадисохранениясобственного здоровья («абортвредендляздоровья», «боюсь, что послеабортанесмогуиметьдетей», «беременность омолаживаеторганизм»)
Беременностькакотказотпрошлого, каксимволнового этапавжизниженщиныиликакспособперечеркнуть «бурное»прошлое.

1Данный мотив является конструктивным при его рассмотрении на макросистемном уровне психологического функционирования семьи. Он обеспечивает чувство принадлежности к своему роду и чаще всего является неосознаваемым. В случае его несовпадения с индивидуальными потребно­стями женщины этот мотив можно считать деструктивным.

49

третьегоребенка. Такимобразом, можнопредположить, чтонафонепло­хихотношенийсматерью, продолжавшихсямногиегоды, потеряребенка быладляклиенткибессознательнымспособом«доказать»своюпринад­лежностьксемьеиприблизитьсякматери (иметьпохожийопыт).

Некоторые мотивы, описываемые рядом авторов как конструктивные, на наш взгляд, представляют собой примеры мотивов нарциссического характе­ра, где ребенок рассматривается в качестве нарциссического расширения: «стремление к бессмертию в виде повторения себя в ребенке», «рождение и воспитание такого человека, которого еще не было» и др.

Семья, ожидающая ребенка, стоит на пороге серьезных изменений и, по мнению многих специалистов, становится уязвимой и нестабильно функцио­нирующей. Изменения, происходящие с женщиной в связи с фактом беремен­ности, влияют на психологическую обстановку и характер взаимоотношений в супружеской паре. В свою очередь, семейная ситуация обусловливает психо­эмоциональное состояние будущей матери и, соответственно, оказывает вли­яние на развитие плода.

С целью прогнозирования отклонения от адекватного материнского пове­дения и планирования психологической помощи семье, ожидающей ребенка, разрабатываются типологии и способы выявления отношения женщины к бе­ременности. Разные авторы предлагают схожие классификации типов (стилей) переживания беременности: оптимальный, гипогестогнозический, эйфориче-ский, тревожный, депрессивный (Добряков И. В., 2003, в кн.: Эйдемиллер, Доб­ряков, Никольская); адекватный, тревожный, эйфорический, игнорирующий, амбивалентный, отвергающий (Филиппова Г. Г., 2002). В данном учебном по­собии более подробно представлена типология переживания беременности и методика для ее диагностики, разработанные И. В. Добряковым. Все типы от­ношений к беременности, кроме оптимального (адекватного), нуждаются в психологической коррекции.

Ожидание ребенка переживается многими женщинами как эмоциональный кризис, стресс, поворотный пункт или болезнь. Беременность, особенно пер­вая, — это кризисный момент, связанный с формированием женской идентич­ности и подтверждением половой принадлежности будущей матери.

Биологические и нейроэндокринные изменения, происходящие в организ­ме беременной женщины, приводят к особому типу психологического стрес­са, характеризующегося рядом переживаний, сопровождающих беременность. Решение о необходимости оказания будущей матери психологической помо­щи принимается в зависимости от их характера и степени выраженности. Нор­мативные переживания, сопровождающие беременность, могут изменяться под воздействием факторов, оказывающих негативное влияние на ее протекание и состояние будущей матери и ребенка. Их можно объединить в три группы:

/. Отношение женщины к себе беременной и эмоциональные переживания, со­провождающие период беременности.

Эта группа переживаний связана с естественным изменением восприятия себя как на телесном, физиологическом, так и на психологическом уровне.

50

В период беременности происходят переоценка ценностей и смысложизнен-ных приоритетов, переориентация в плане выполняемых социальных ролей и взаимоотношений с другими людьми. Осознание и принятие факта беремен­ности является отправной точкой для развития творческой адаптации к новой жизненной ситуации. Если женщина не принимает свое новое состояние, это может вызвать у нее ряд болезненных переживаний (появление страхов, тре­вог и опасений). Для коррекции этого состояния часто необходима специаль­ная психологическая поддержка.

Наиболее оптимальным вариантом является принятие факта беременности на трех уровнях: когнитивном, эмоциональном и поведенческом. Понимание факта своей беременности не всегда сопровождается эмоциональным приня­тием данного события и изменениями в поведении. Это может выражаться в негативном отношении к беременности (эмоциональный уровень), сокрытии данного факта, а также поддержании прежнего образа жизни (поведенческий уровень). Беременная женщина может игнорировать происходящие с ней из­менения и продолжать взаимодействовать с окружающей действительностью так же, как до беременности (носить узкую стесняющую одежду, не изменять режим работы, отдыха, питания, не отказываться от вредных привычек и т. д.). В этом случае она не успевает подготовиться к изменениям и принять факт своей беременности.

Восприятие себя в новом образе, статусе и роли опосредуется для будущей матери постоянно существующим в этот период знанием о своей беременнос­ти и ощущением ребенка внутри себя. С момента осознания и внутреннего принятия себя как будущей матери у женщины обнаруживается в различной степени выраженное амбивалентное отношение к беременности. Оно прояв­ляется в наличии противоречивых аффектов, опасений и страхов, связанных с предстоящими родами, иногда доходящих до паники. Может возникать неуве­ренность в своих способностях родить и стать полноценной матерью. Возмож­ны страхи за здоровье и судьбу будущего ребенка, обеспокоенность возмож­ным ухудшением материального положения своей семьи, ущемлением личной свободы. Беременность также связана с изменением образа телесного «Я» и ощущением собственной сексуальной непривлекательности.

К данной группе переживаний можно также отнести симптом эмоциональной лабильности (Овчарова Р. В., 2003), который в той или иной мере присущ всему периоду беременности. Он характеризуется эмоциональной дезадаптивностью, проявляющейся в колебаниях фона настроения — от ощущения скуки, медли­тельности, заторможенности до угнетенности и возрастающего недовольства собой. У одних женщин может возникать ощущение высшей удовлетвореннос­ти, у других, наоборот, возрастает пассивность, отмечается легкая депрессия.

В случае чрезмерной выраженности данных переживаний и усиления нега­тивной симптоматики беременной женщине требуется оказание психологи­ческой помощи.

2. Отношение к ребенку внутри себя.

Ощущения внутренних движений ребенка позволяют беременной женщи­не окончательно принять факт ее материнства. В этот период у нее формиру-

51

ется отношение к ребенку как к отдельному существу, возникает внутренний диалог с ним, начинает складываться его образ. В норме этот период окрашен в теплые эмоциональные тона.

Непринятие новой жизни в себе сопровождается негативным отношением к движениям ребенка, раздражением, желанием, чтобы «все это поскорее за­кончилось», отсутствием внутреннего диалога с ребенком либо его наполнен­ностью агрессивными посланиями. Могут возникнуть фантазии, что внутри собственного тела «поселилось некое опасное существо», «паразит, который сосет из женщины соки, делает ее некрасивой, разрушает, обессиливает» (в практике авторов встречались клиентки, у которых возникали образы «чужо­го», «монстра», сопровождающиеся страхами собственной смерти при рожде­нии ребенка). Нередки случаи, когда появляются агрессивные чувства по от­ношению к мужу как к «виновнику» произошедшего.

Фантазии и ожидания матери во время беременности влияют на ее перво­начальные реакции по отношению к родившемуся ребенку. Ощущения и на­строения, сопровождающие телесные изменения при беременности, способ­ствуют регрессии и дают беременной женщине шанс разрешить прежние и текущие конфликты между ней и ее матерью, а также интегрировать свои фан­тазии в оформленное представление о ребенке. Беременность представляет собой кульминацию желаний, зародившихся еще в раннем детстве, а также подтверждает идентификацию с матерью. Возрождаются амбивалентность и конфликты ранних этапов собственного развития будущей матери. То, в какой степени женщина способна разрешить конфликты периода детства и интегри­ровать ранние желания и фантазии, оказывает большое влияние на ее перво­начальные реакции по отношению к ребенку и ее обращение с ним (Тайсон Р., Тайсон Ф., 1998).

3. Отношение к окружающему миру.

В период беременности женщины отличаются повышенным вниманием к своему внутреннему миру, переживаниям и ощущениям (так называемая «эго­центрическая ориентация беременных»). Параллельно с этим снижается зна­чимость событий внешнего мира, изменяется восприятие действительности, привычного окружения. В некоторых случаях возникает ощущение покинуто­сти, одиночества, недоверие к окружающим людям.

Связь беременной женщины с ребенком часто обусловливает ее регрессию. Будущая мама может стать капризной, требовательной, чрезмерно сентимен­тальной, ранимой в отношениях с мужем и другими членами семьи. В связи с этим возникает необходимость особого внимания и заботы со стороны супру­га и родственников.

Рождение нового члена семьи является кризисным событием, которое де­стабилизирует семейную систему и может привести к ряду трудностей. С по­явлением ребенка перед супругами встает необходимость снова перестраивать взаимоотношения (актуализируются проблемы иерархии, близости и т. д.), которые стабилизировались на предыдущей стадии. Изменяется состав семей­ных подсистем, возникают новые аспекты отношений с родственниками. Все это для некоторых членов семьи выступает источником болезненных пережи-

52

ваний. По словам С. Минухина, рождение ребенка знаменует появление в се­мье новой диссипативной (упорядочивающей) структуры. Это неизменно при­водит к переструктурированию супружеского холона (супружеской подсисте­мы) и нередко ставит под угрозу существование всей семьи (Минухин С, фишманЧ., 1998).

Факт рождения ребенка обозначает переход диадических отношений в се­мье в триадные: формируется треугольник отношений, включающий в себя родителей и ребенка. По сути, триангуляция имеет место уже в период беремен­ности, так как еще не рожденный ребенок имплицитно присутствует в семье.

Понятие «треугольник» было впервые введено М. Боуэном и в настоящее время широко используется в психологии и психотерапии семьи. Треугольни­ки — это любые взаимоотношения с тремя каналами связи. Основной семей­ный треугольник состоит из отца, матери и ребенка. Существует предположе­ние о том, что взаимоотношения любых двух участников треугольника зависят от его третьей стороны. Чем ближе друг другу двое людей, входящих в тре­угольник, тем больше дистанция между ними и третьим участником данной структуры. Формирование треугольников и вовлечение третьего во взаимоот­ношения обычно способствует снижению напряжения в первоначальной диа­де. В период после рождения ребенка на периферии треугольника, как прави­ло, находится отец, а между матерью и ребенком образуются симбиотические отношения. В то же время роль отца очень важна для существования диады «мать—ребенок». Она заключается в том, что он может периодически брать на себя функции ухаживающего объекта, позволяя матери на время дистанциро­ваться от ребенка и отдохнуть от интенсивных отношений с ним. Таким обра­зом, он на время становится «символической матерью жены» (Витакер К., Бам-берри В., 1997).

В этот период отец может почувствовать себя исключенным из семьи, пере­живать чувство ревности, поскольку мать все свое внимание направляет на ребенка. В ответ на дистанцирование супруги у мужа нередко возникают чув­ство «эмоционального голода» (Витакер К., Бамберри В., 1997) и потребность искать близость с другими членами семьи, вне семьи, либо уходить в сферу профессиональных достижений, еще больше таким образом отдаляясь от се­мьи. Жена, ожидающая от мужа эмоциональной поддержки и помощи по ухо­ду за ребенком и ведению домашнего хозяйства, не получая желаемого, может начать переживать обиду и предъявлять претензии к мужу. Результатом, как правило, становится усиление концентрации супруги на ребенке, что прово­цирует новую волну дистанцирования мужа. Тем самым ребенок уже с первых дней жизни выступает регулятором психологической дистанции между роди­телями. Однако подобные циркулярные процессы могут привести к эмоцио­нальному разрыву как дисфункции супружеской пары.

В это время вновь становятся актуальными проблемы внешних границ семьи. Рождение ребенка представляет собой факт объединения двух семей. Появляются новые роли — бабушки и дедушки; меняется интенсивность кон­тактов с родительскими семьями. Брак, который в расширенной семье не при­знавался либо рассматривался как временный, с рождением ребенка часто ле­гализуется.

53

Одним из обстоятельств, которое осложняет протекание данного норматив­ного кризиса, является послеродовая депрессия у матери. Причинами ее воз­никновения могут служить:

□ особенности протекания беременности и родов;

□ наличие эндокринных нарушений; П токсикоз беременности;

□ физическая незрелость и неготовность к беременности и родам, в том числе и психологическая неготовность к материнству;

□ нежелательная беременность;

□ нарушение полоролевой идентичности женщины;

□ недифференцированность от матери;

□ нарушение взаимоотношений с мужем;

□ профессиональные и материальные проблемы, связанные с рождением ребенка.

А. Кемпински (2002) выделяет следующие формы послеродовой депрессии: О неврастеническая, проявляющаяся в замученности, раздражительности, ухудшении умственных и физических способностей, потере либо увели­чении веса женщины;

□ форма безразличия и апатии, где на первый план выступают ощущение потери энергии, неспособность матери принять решение, трудности в выполнении привычных домашних обязанностей, ощущение пустоты жизни, равнодушие в отношениях с мужем и ребенком, жалобы ипохон­дрического характера;

□ форма тревоги и страха, связанная со страхом женщины не справиться с функциями матери, с навязчивыми мыслями, что с ребенком может что-то случиться или она может причинить ему зло.

Достаточно острой в этот период является проблема дефицита самореали­зации у матери, деятельность которой ограничена лишь заботой о ребенке и семье. У женщин, ранее занятых собственной карьерой, могут возникнуть чув­ства неудовлетворенности и зависти по отношению к активной социальной жизни супруга. Иногда возникает сверхвовлеченность матери в уход за ребен­ком как способ компенсации недостаточно насыщенной жизни. Личностный кризис супруги может стать дополнительным фактором, дестабилизирующим семейную систему в этот период.

2.3.2. Диагностика

Обращение в психологическую консультацию супружеской пары, ожидающей появления ребенка, чаще всего связано с переживаниями и проблемами, возни­кающими у женщины в период беременности. Подтверждением того, что жен­щине необходима психологическая поддержка, может служить ряд факторов:

П непринятие или игнорирование факта беременности;

О негативное отношение к беременности и будущему ребенку;

54

Gярко выраженные страхи и опасения за протекание беременности и здо­ровье будущего ребенка;

О преобладающее депрессивное состояние или хронически сниженный эмоциональный фон настроения будущей матери;

□ «аутичное» состояние беременной, чрезмерная концентрация на пере­живаниях, связанных с ожиданием ребенка и, как следствие, дистанци­рование от членов семьи и своего супруга;

□ послеродовая депрессия женщины.

Для диагностики данных параметров могут быть использованы следующие

методики:

П определение типа переживания беременности — «Тест отношений бере­менной» (ТОБ (б)) (И. В. Добряков);

□ выявление представлений о будущем ребенке — проективные рисуноч­ные методики;

П определение валентности отношения к беременности, будущему ребенку, себе — методика «Цветовой тест отношений» (Е. Ф. Бажин, А. М. Эт-кинд);

□ анализ общего психоэмоционального состояния беременной женщи­ны — методика САН (самочувствие, активность, настроение) (В. А. Дос-кин, Н. А. Лаврентьева, В. Б. Шарай, М. П. Мирошников);

О диагностика депрессивных состояний — шкала определения уровня де­прессии (В. Зунг, в адаптации Т. Н. Балашовой), методика определения уровня депрессии (В. А. Жмуров).

При обращении за психологической помощью молодых родителей особое вни­мание нужно обратить на следующие параметры семейной системы: сплочен­ность, внутренние и внешние границы семьи, ролевое взаимодействие. Дан­ные аспекты второго нормативного кризиса семьи можно диагностировать на основании анализа беседы с супружеской парой и проведения диагностичес­ких процедур. Их маркерами выступают:

□ непринятие новых ролей (отца и матери) и связанных с ними обяза­тельств;

□ снижение уровня сплоченности за счет дистанцирования супругов, обу­словленного беременностью и концентрацией матери на ребенке;

□ рост напряжения в супружеской паре, которое выражается в периоди­ческом росте конфликтов, взаимных обидах и претензиях, в пережива­ниях собственного одиночества, ревности у одного из партнеров (чаще всего отца);

О практически полное отсутствие контактов с членами родительских се­мей в этот период либо чрезмерное количество контактов с ними, что, в свою очередь, может грозить ситуацией «украденного материнства»;

□ дисфункция сексуальных отношений в супружеской паре.

Проверка терапевтических гипотез может осуществляться с помощью сле­дующих методик:

55

□ анализ семейной истории и характерных паттернов взаимоотношений — методика «Генограмма» (М. Боуэн);

О выявление уровня сплоченности семьи (длины психологической дистан­ции) — методики FAST (тест Геринга), «Семейная социограмма» (Э. Г. Эй-демиллер, О. В. Черемисин), FACES-3 (Д. X. Олсон, Дж. Портнер, И. Ла-ви, в адаптации М. Перре);

О анализ ролевой структуры семьи — методика «Ролевые ожидания и при­тязания в браке» (А. Н. Волкова), анкета «Семейные роли» (в модифика­ции А. В. Черникова);

□ выявление уровня удовлетворенности браком — методика «Удовлетво­ренность браком» (В. В. Столин, Т. М. Романова, Г. П. Бутенко).

2.3.3. Психологическая помощь

Обращение супругов за психологической помощью в этот кризисный пери­од, как правило, связано с неблагоприятным психоэмоциональным фоном протекания беременности и психологическими трудностями, возникающими после рождения ребенка.

В медицинской и психологической литературе в настоящее время имеется достаточное количество практических разработок, связанных с подготовкой к родам и послеродовым периодом. Нам представляется целесообразным рас­смотреть особенности оказания психологической помощи семье на различных этапах: до принятия решения иметь ребенка, во время беременности и после рождения ребенка.

Психологическая помощь супругам в принятии решения иметь ребенка

Чаще всего по вопросу принятия решения иметь ребенка обращается один из супругов (как правило, женщина). Обычно этот факт связан с разногласия­ми в супружеской паре относительно планирования рождения ребенка, с со­мнениями одного из супругов, страхами и тревогами, обусловленными него­товностью к родительству. В таком случае рекомендуется пригласить второго партнера на совместную консультацию.

Этапы психологической помощи:

1. Обеспечение благоприятной психологической атмосферы и создание ди­алогического пространства для супругов.

2. Прояснение желаний и опасений каждого из партнеров, связанных с пла­нированием рождения ребенка.

3. Выявление мотивации желания (нежелания) партнеров иметь ребенка.

4. Фасилитация переговоров, направленная на принятие решения, кото­рое удовлетворило бы обоих партнеров.

56

Психологическая помощь женщине в период беременности

Работа психолога-консультанта должна быть сфокусирована на следующих моментах:

□ предоставление информации о возможных эмоциональных и пове­денческих проявлениях, характерных для женщин, готовящихся стать ма­терью;

□ в случае выявления факта непринятия женщиной ее беременности — оказание поддержки в процессе обретения смысла данного события в ее жизни;

□ помощь в принятии изменяющегося телесного «Я» женщины;

□ коррекция страхов и опасений, связанных с ощущением ребенка внутри себя;

Dпрояснение актуальных желаний и ожиданий в отношении своей жизни и жизни будущего ребенка, работа по формированию адекватного и по­зитивного образа ребенка;

□ помощь в выстраивании оптимальных отношений с ближайшим окру­жением;

П помощь в осознании своих чувств и внутриличностных конфликтов, на­хождение творческих способов адаптации к состоянию беременности и принятие ответственности за их реализацию.

Беременной женщине может быть рекомендовано посещение специальных групп по сопровождению беременности, где у нее будет возможность овладеть навыками саморегуляции, техниками релаксации, медитации, способствую­щими оптимальному протеканию беременности.

При выявлении признаков послеродовой депрессии целесообразной явля­ется работа психолога в команде с врачом и психиатром.

При обращении за психологической помощью молодых родителей следует обратить внимание на изменения, происходящие в структуре семьи (сплочен­ность, внутренние и внешние границы семьи), ролевое взаимодействие. Пси­хологическая помощь может оказываться по нескольким направлениям.

Психологическая помощь родительской подсистеме в принятии новых ролей отца и матери

Работа психолога-консультанта направлена на:

□ выявление отношения супругов к произошедшим изменениям в семье; О изучение представлений супругов о новом образе семьи и своих ролях

в ней;

□ коррекцию системы ожиданий и притязаний в супружеской паре;

□ поддержку супругов в принятии новых ролей и переструктурировании внутренних границ семьи.

57

Психологическая помощь семье

по переструктурированию ее внешних границ

Данное направление работы предполагает:

□ поддержку супругов в выстраивании новых отношений с расширенны­ми семьями;

П помощь супругам в поисках оптимальной частоты встреч с бабушками и дедушками;

□ коррекцию «украденного материнства» в случае захвата материнских функций другими членами семьи (например, если бабушка «усыновля-ет»/«удочеряет» внука/внучку).

Психологическая помощь супружеским парам

по изменению психологической близости/дистанции в семье

Задачами психолога-консультанта являются:

□ выявление представлений супругов об оптимальном функционировании семьи в новом составе, поиск ресурсов для необходимых изменений в системе (обращение к семейной истории, к опыту знакомых, книгам, кинофильмам);

□ помощь в осознании и принятии факта изменения баланса близости-отдаленности в супружеской паре в связи с появлением нового члена се­мьи;

□ поддержка супругов в установлении новых отношений близости—отда­ленности в семье;

□ помощь в гармонизации сексуальных отношений.

2.4. КРИЗИС 3. ВКЛЮЧЕНИЕ ДЕТЕЙ ВО ВНЕШНИЕ СОЦИАЛЬНЫЕ СТРУКТУРЫ

Есть избыток строгости и избыток снисходи­тельности: обоих надо одинаково избегать.

Ж.-Ж. Руссо

2.4.1. Феноменология кризиса

На данном этапе семья может переживать два кризиса, связанных с вклю­чением ребенка во внешние социальные структуры (детское дошкольное уч­реждение и школа). Родители впервые переживают тот факт, что ребенок при-

58

надлежит не только им, но и более широкой социальной системе, которая так­же может оказывать на него влияние.

Иногда ребенок не посещает детский сад. В этом случае кто-то из членов се­мьи либо няня берет на себя заботу о нем, его развитии, социализации. Тем не менее большинство семей в нашей стране предпочитают отдавать своих детей в детские дошкольные учреждения. К моменту достижения ребенком возраста трех лет у него возникает потребность в расширении сферы его социальных контак­тов. К этому возрасту, после периода почти полного сосредоточения на самом себе и на матери, у ребенка возникает желание вступать во взаимоотношения с более широким социальным окружением, что сопровождается возрастанием са­моконтроля и способности устанавливать отношения привязанности и доверия с другими людьми (Тайсон Р., Тайсон Ф., 1998). Усиливается стимул к исследо­ванию мира и отделению от матери («Я хочу это сделать сам»), К этому времени у матерей также может возникнуть потребность снизить интенсивность взаимо­действия с ребенком, вновь приблизиться к мужу, который мог находиться на периферии треугольника вследствие ее концентрации на ребенке, а также за­няться собственной профессиональной карьерой.

В связи с этими изменениями встает необходимость перераспределить обя­занности и обозначить новые границы семьи. В случае профессиональной за­нятости обоих супругов они должны прийти к новому соглашению в следую­щих сферах семейной жизни:

О посещение ребенком детского сада: родителям необходимо договорить­ся о том, кто будет отводить и забирать ребенка из детского сада, кто бу­дет находиться дома, когда ребенок болеет, кто будет посещать детские мероприятия (утренники, родительские собрания и т. д.), кто занимает­ся развитием ребенка вне детского сада;

□ хозяйственно-бытовая сфера: требует своего изменения прежний супру­жеский договор относительно распределения домашних обязанностей (покупка продуктов, приготовление пищи, уборка квартиры и т. д.);

□ сфера досуга: должны быть определены оптимальные для существова­ния данной семейной системы формы и способы проведения свободно­го времени.

Переживание семьей данного кризиса зависит от степени готовности роди­телей к расширению сферы контактов их ребенка; от умения поддержать его возрастающую самостоятельность; от гибкости семейной системы, обуслов­ливающей способность всей семьи к изменениям; от уровня коммуникатив­ных умений, определяющих способность супругов договариваться об измене­ниях.

Включение детей во внешние социальные институты может вскрывать име­ющиеся семейные дисфункции, поскольку характер и качество адаптации де­тей к новой ситуации в их жизни определяется особенностями сложившихся внутрисемейных отношений. Психологические проблемы детей, таким обра­зом, могут выступать в качестве индикатора наличия внутрисемейных проблем.

В возрасте 6—7 лет большинство детей в нашей стране начинают посещать школу. На этом этапе проблемы в семейной системе возникают «в связи с тем,

59

что ребенок все чаще занят вне семьи» (Хейли Дж., 1995). У ребенка напряже­ние растет в связи с включением в новый социальный институт и изменением требований, тогда как у родителей — в первую очередь по причине того, что «продукт их воспитательной деятельности оказывается объектом всеобщего обозрения» (Черников А. В., 2001). Задача супругов на этом этапе — поддер­жать ребенка и помочь ему адаптироваться к новым социальным условиям, порождающим ряд трудностей и проблем:

□ трудности, связанные с новым режимом дня. Наиболее значимы они для детей, не посещавших детские дошкольные учреждения, прежде всего вследствие низкой произвольной регуляции поведения и организован­ности;

□ трудности адаптации ребенка к классному коллективу;

О трудности, связанные с взаимоотношениями ребенка с учителем, исто­ки которых могут лежать в сфере детско-родительских отношений, бу­дучи обусловленными стилем семейного воспитания;

□ трудности, вызванные необходимостью принять новые требования со стороны родителей.

Одной из распространенных проблем этого периода является школьная фобия у ребенка. Если у него при этом отсутствуют школьные проблемы, то, с большой вероятностью, школьная фобия может выступать симптомом, необ­ходимым семейной системе для поддержания ее функционирования.

Пример

ЗапомощьюобратиласьматьпервоклассницыОлиН. Мамажаловаласьна то, чтодевочкаплохоучитсяивпоследнеевремябоитсяходитьвшколу. Каждыйденьпоходвшколусопровождаетсяплачемикапризами. Встреча сдевочкойипроведеннаядиагностикапоказали, чтовсепознавательные процессыненарушены. Анализ«Кинетическогорисункасемьи»позволил предположитьналичиетрудностейвсемейныхотношениях. Вдальнейшей беседесмамойбылоустановлено, чтоотношениямеждусупругамиконф­ликтные, ииногдаонадумаеторазводе. Такимобразом, данныйсимптом можетвыполнятьстабилизирующуюфункцию, удерживаясемьюотраспа­дапосредствомобъединениясупруговиз-занеобходимостирешатьпро­блемы, связанныесдочерью.

Поступление ребенка в школу требует от семьи гибкости, выражающейся в способности принять факт приобретения ребенком нового социального ста­туса и поменять свои структурные параметры. За счет расширения сферы со­циальных контактов ребенка происходят изменения внешних границ семьи. Важным оказывается организация родителями адекватной помощи школьни­ку. В связи с этим они зачастую вынуждены пересмотреть распределение обя­занностей в семье, что побуждает супругов достигать нового соглашения в сле­дующих вопросах семейной жизни:

□ кто, в случае необходимости, отводит и забирает ребенка из школы;

□ кто помогает выполнять ребенку домашнее задание и в чем должна за­ключаться помощь;

60

□ кто занимается развитием ребенка во внеурочное время (водит на заня­тия спортивной секции, в театр, играет в познавательные и развиваю­щие игры и т. д.);

О будет ли ребенок посещать группу продленного дня и будет ли с ним кто-то находиться, если это не предусматривается;

□ какие требования будут предъявляться к ребенку как к ученику и члену семьи;

□ кто будет ходить на родительские собрания и участвовать в школьной жизни ребенка.

От того, насколько удается договориться по этим и многим другим вопро­сам, зависит успешность прохождения семьей последующих этапов ее жизнен­ного цикла. Так, например, в традиционной белорусской семье большинство вышеуказанных функций выполняет мать, что ведет к перегруженности ее обя­занностями. При этом отец может оказаться на периферии в выполнении сво­их родительских функций (синдром «нереализованного отцовства»). При силь­ном нарушении баланса семья становится функционально неполной. Ребенок, усваивая такие ролевые схемы, может в дальнейшем воспроизвести их уже в собственной семье.

К этому времени в семье уже могут быть сформированы стереотипные пат­терны взаимодействия, затрудняющие адаптацию ребенка к новым социальным условиям. Те способы взаимодействия, которые были приемлемы в семье, мо­гут оказаться неэффективными при установлении новых отношений: способы получать поддержку, внимание, любовь, заботу, способы достигать желаемого и т. п. Если ребенок привык в семье удовлетворять свои потребности через кап­ризы, он, скорее всего, будет вести себя точно так же и в школе, где данный способ поведения неприемлем. Сложности у ребенка могут возникнуть и в том случае, когда в семье нет ясных границ и нарушена иерархия (наличие пере­вернутой иерархии) — это чревато проблемами, связанными с принятием школьных норм и правил. Адаптация к школе может быть затруднена, если ребенок не посещал детский сад и не имеет опыта внесемейных контактов (об­щение со сверстниками при посещении спортивных секций, кружков, летних оздоровительных лагерей и др.).

Пример____________________________________________________________|_______

Законсультациейобратиласьсемья 6-летнейАниС. всвязиспретензиями школьнойучительницыпоповодурегулярныхнарушенийдевочкойшкольно­горежима. Сословпедагога, девочкапостоянноопаздывает, можетвстать иуйтисурока, невыполнитьучебноезадание. Анячастоотвлекаетсяи нарушаетшкольнуюдисциплину. Вбеседесродителямиобнаружилось, чтоматьдевочки—модельер, отец—писатель, живутзагородом, рабо­таютвосновномдома. Девочканепосещаладетскийсад, потомучто, со словродителей, вэтомнебылонеобходимости (кто-тоизнихвсегданахо­дилсядома). Родителирассказали, чтоихсемьяоченьдружная, обстанов­катеплая, доброжелательнаяидопоступленияребенкавшколуунихне былоникакихпроблем. Этопозволилоисключитьгипотезуотом, чтопро­блемыдевочкиявляютсямаркеромпроблемвсупружескойпаре. Следую­щимшагомбылапроверкатого, какотреагироваласемейнаясистемана

61

изменениесоциальногостатусадевочки (поступлениевшколу). Былоуста­новлено, чтоситуациядлясупруговизмениласьлишьвтом, чтосейчас необходимовозитьизабиратьребенкаизшколы, атакжепомогатьдевоч­кеввыполнениидомашнихзаданий. Этосталоисточникомнапряженийи споровмеждуродителями. Тотобразжизни, которыйонивеливтечение всейсовместнойжизни, непредполагалжесткогографикаираннихутрен­нихподъемов. Несмотрянато, чтодевочкапошлавшколу, образжизни семьипочтинеизменился. Этосвидетельствуетотом, чтосупругинепри­нялифактаизменениясоциальнойпозицииихдочери. Какследствие, в семьенебыливыработаныновыенормыиправила. Дальнейшаяработа быланаправленанаосознаниесупругамифактапроисходящихизменений вихсемье, принятиеновогосупружескогодоговораиподдержаниепро­цессатрансляцииАнеееновыхобязанностей.

Трудности переживания данного кризиса могут быть осложнены наличием разногласий или раскола в родительской диаде. Пара может попытаться те­перь решать проблемы посредством ребенка. Он может использоваться в каче­стве козла отпущения, партнера в коалиции одного супруга против другого, примирителя в конфликтах, а иногда — единственного оправдания брака. Вновь актуальными становятся проблемы, не решенные еще до его рождения.

Если супругам не удалось договориться и выработать общую воспитательную стратегию, то это может привести к войне, в которой каждый из супругов стре­мится перетянуть на свою сторону ребенка. Союз одного из родителей с ребен­ком против другого (межпоколенная коалиция), являясь одной из наиболее рас­пространенных проблем существования семьи, особенно остро переживается в ее переходные (кризисные) периоды. Восприятие воспитательной модели брач­ного партнера как неприемлемой или неправильной может привести к тому, что каждый родитель пытается спасти ребенка от другого. Мать может чрезмерно опекать ребенка, а отец — держаться подальше, чтобы окончательно «не испор­тить его». Когда отец пробует выдвинуть свои требования к ребенку, мать вме­шивается и пытается смягчить или обесценить их, подрывая тем самым попыт­ки отца принимать участие в воспитании. Этот цикл может повторяться, причем ни один из родителей не в состоянии по-настоящему повлиять на ребенка. Спо­ры по поводу воспитания ребенка могут выступать способом объединения су­пружеской пары. Парадокс происходящего заключается в том, что если супруги договорятся, то у них исчезнет повод для взаимодействия. Эта ситуация создает для ребенка большое поле для манипуляций родителями и может осложнить его адаптацию в любой среде, основанной на вертикальных отношениях.

В другом случае супруги формально могут договориться о воспитательной стратегии в отношении ребенка, однако его проблемное поведение все равно будет необходимо для объединения супружеской пары, и в связи с этим роди­тели будут неосознанно его поддерживать.

Пример_______

Семья, состоящаяизтрехчеловек: отца, материисына 9 лет, обратиласьза психологическойпомощьюпоповодупроблемребенка, связанныхсегопо­ведениемиучебойвшколе. Мать (домохозяйка) рассказала, чтоеебеспоко-

62

ятпериодическиепаденияуспеваемостииухудшениеповеденияеесына. Из беседыбыловыяснено, чтоэтиухудшения, какправило, приходятсянамо­ментвозвращенияотцаизочереднойпоездки. Последнийработаетводите­лем-дальнобойщикомиможетотсутствоватьдомапонесколькунедель. Вер­нувшисьдомой, онобычнообозначаетсвоеприсутствие, выдвигаяпретен­зииженеисыну. И, какправило, черезкакое-товремяуребенканачинаются трудностивучебеиповедении. Сословсупруги, ейвсегдабылонепросто находитьобщийязыксмужем, втовремякакееотношениясребенком дарилиеймногорадости. Вэтомслучаесимптоматическоеповедениемаль­чикавыступалокакспособ, которыйпозволялданнойсемейнойсистеме сохраниться. Объединяясьдлярешенияпроблемребенка, супругитаким образомизбегалипроясненияихсобственныхотношений. Терапевтическое вмешательствосодержалопарадоксальноепредписание, заключающеесяв поддержкесимптоматическогоповеденияребенка. Мальчикуобъяснили, что егоповедениевыполняеточеньважнуюфункцию, позволяющуюсохранить отношениямеждуродителями, ипорекомендоваливестисебяпо-прежнему. Родителямсообщили, чторебенокоченьмужественнозащищаетихсоюз, спасаясупруговотнеобходимостирешатьсобственныепроблемы.

Таким образом, симптоматизация ребенка может являться одним из некон­структивных способов решения супругами данного кризиса.

На переживание рассматриваемого кризиса может оказывать влияние пер­вый критический период супружеских отношений, возникающий примерно между третьим и седьмым годами совместной жизни. Он связан с деидеализа­цией партнера, исчезновением романтических чувств и настроений, с появле­нием чувства усталости от брака и разочарованием в партнере (см. параграф «Семейный кризис»). Снижение толерантности и терпимости супругов друг к другу в данный период, по сравнению с первыми годами супружества, расши­рение ролевого диапазона и появление новых областей отношений, требую­щих от супругов умения договариваться, обостряет протекание третьего нор­мативного кризиса семьи.

2.4.2. Диагностика

Среди признаков, указывающих на переживание семьей данного норматив­ного кризиса, можно назвать следующие:

□ трудности адаптации ребенка к новым социальным условиям, выража­ющиеся как в поведенческих проблемах, так и в проблемах, связанных с учебой;

□ соматизация ребенка: частые простудные заболевания, энурез, аллерги­ческие заболевания, гастриты и т. д.;

□ перевернутая иерархия, которая проявляется через поведенческие про­блемы ребенка в семье (манипулятивность, капризность, упрямство, не­управляемость) и поддерживающие данное поведение реакции одного из родителей (межпоколенная коалиция);

63

□ ригидность ролевой структуры семьи, характеризующаяся непринятием ее членами новых обязанностей;

□ рост напряжения в супружеской паре, которое выражается в периоди­ческом возникновении конфликтов, взаимных обидах и претензиях, чаще всего предъявляемых другому партнеру как родителю;

□ перегруженность супруги как следствие ее двойной занятости, сказыва­ющаяся на физическом и психоэмоциональном состоянии: появление чувства усталости, раздражительность, опустошенность, желание все бросить и одновременно страх изменений, отчаяние и др.;

□ проблемы с внешними социальными институтами;

П разочарование в брачном партнере, чувство усталости от брака.

Проверка терапевтических гипотез может осуществляться с помощью сле­дующих методик:

П анализ семейной истории и характерных паттернов взаимоотношений — методика «Генограмма» (М. Боуэн);

□ выявление уровня сплоченности семьи (длины психологической ди­станции) — методики FAST (тест Геринга), «Семейная социограмма» (Э. Г. Эйдемиллер, О. В. Черемисин), FACES-3 (Д. X. Олсон, Дж. Порт-нер, И. Лави, в адаптации М. Перре);

□ анализ ролевой структуры семьи — методика «Ролевые ожидания и при­тязания в браке» (А. Н. Волкова), анкета «Семейные роли» (в модифика­ции А. В. Черникова);

О выявление уровня удовлетворенности браком — методика «Удовлетво­ренность браком» (В. В. Столин, Т. М. Романова, Г. П. Бутенко);

□ исследование детско-родительских отношений — методика «Анализ се­мейных взаимоотношений» (Э. Г. Эйдемиллер, В. В. Юстицкис), мето­дика «Измерение родительских установок и реакций» (PARI) (Е. Шефер и К. Белл, в адаптации Т. В. Нещерет и Т. В. Архиреевой), опросник «Вза­имодействие родитель-ребенок» (И. М. Марковская), методика диагно­стики родительского отношения (А. Я. Варга, В. В. Столин), тест «Диаг­ностика эмоциональных отношений в семье» (Е. Бене и Д. Антони, под общей редакцией А. Г. Лидере и И. В. Анисимовой);

□ исследование семейных отношений — проективные рисуночные мето­дики «Рисунок семьи» и «Кинетический рисунок семьи».

2.4.3. Психологическая помощь

Основной фокус жалоб, с которыми обращаются семьи в этот период, на­правлен на ребенка: на его личностные особенности и проблемы, связанные с поведением. Рассмотрение данных проблем на микросистемном уровне пси­хологического функционирования семьи позволяет предположить, что возник­новение трудностей и отклонений в развитии ребенка свидетельствует о дис­гармонии всей семейной системы. Проблемы ребенка могут маркировать

64

проблемы в супружеской подсистеме или быть результатом нарушений детс­ко-родительских отношений.

Чаще всего родители обращаются к психологу с жалобами на: О индивидуально-личностные качества ребенка: плаксивость, озлоблен­ность, жестокость, упрямство, стремление всегда настоять на своем, безынициативность, медлительность, инертность, неорганизованность и др.;

□ проблемное поведение: ребенок ворует, врет, прогуливает уроки в шко­ле, периодически убегает из дома, детского сада, школы, устраивает скан­далы, наносит себе или другим людям телесные повреждения, ломает игрушки, часто плачет; ни с кем не общается, целыми днями сидит дома, смотрит телевизор или играет на компьютере, ничем не интересуется, безразличен к тому, что, как правило, является объектом интереса детей данного возраста и др.;

□ нарушение межличностных отношений ребенка со сверстниками и взрос­лыми: малое количество контактов со сверстниками, дружба с детьми из неблагополучных семей, отсутствие друзей; ребенка дразнят, бьют во дворе, детском саду, школе; ребенок не умеет строить отношения с взрос­лыми, дерзит, не отвечает на вопросы родителей, воспитателя, учителя; ребенок боится незнакомых людей, плачет и убегает от них; плохие от­ношения между братьями и сестрами, ребенок дерется с сиблингами; невозможность родителя справиться с ребенком, отсутствие взаимопо­нимания между ним и ребенком;

□ плохая успеваемость ребенка в школе.

Независимо от характера жалоб, необходимо провести тщательную диагно­стику для установления истинного локуса проблемы (проблемы ребенка, супружеские проблемы, скрывающиеся за проблемами ребенка, проблемы дет­ско-родительских отношений) и выбора направления оказания психологиче­ской помощи. Один из принципов работы психолога в ситуации обращения семьи по проблемам ребенка — принцип отстаивания его интересов. Ребенок — самый незащищенный член семьи, своеобразное «слабое звено», которое нуждается в поддержке консультанта, выражающейся в системном взгляде на функционирование семьи и понимании того, что проблема ребенка зача­стую является квазиклеем, позволяющим данной семье существовать как таковой.

Если в ходе диагностики было выявлено, что за проблемами ребенка скры­вается дисфункция всей семейной системы либо ее отдельной подсистемы, следующий этап в психологической помощи заключается в переформулирова­нии запроса и формировании мотивации супругов на изменения.

На этапе диагностики целесообразно получение информации от всех чле­нов семьи по поводу сложившейся ситуации. В дальнейшем, после локализа­ции проблемы, возможны различные формы организации работы с семьей (ин­дивидуальные встречи, работа с отдельными подсистемами, работа со всей семьей в целом) и их чередование.

65

Психологическая помощь семье при локализации проблемы в области детско-родительских отношений

Психологическая помощь, связанная с коррекцией детско-родительских отношений, может осуществляться в индивидуальной и групповой форме и включать следующие направления работы:

□ повышение социально-психологической компетентности родителей;

□ обучение родителей навыкам общения, разрешения конфликтных ситу­аций;

□ согласование требований, предъявляемых родителями ребенку;

□ коррекция стиля родительского воспитания.

В рамках данного направления возможно проведение родительского семина­ра. Это специфическая психокоррекционная методика, относящаяся к группо­вым методам работы с семьей, целью которой является коррекция когнитив­ных и поведенческих аспектов детско-родительских отношений и воспитания. Для этого могут быть использованы следующие методы и приемы работы:

1. Информирование, предполагающее расширение знаний родителей о пси­хологии семейных отношений, психологии воспитания и возрастно-психоло-гических законах развития ребенка. Предлагаемый материал должен быть пре­дельно доступным, образным и убедительным и учитывать образовательный уровень аудитории.

2. Групповая дискуссия, которая может быть организована в двух формах:

□ тематическая, предполагающая обмен мнениями по определенным те­мам;

□ анализ конкретных ситуаций и случаев.

Основной задачей групповой дискуссии является повышение мотивации и вовлеченности участников в решение актуальных проблем.

3. Библиотерапия — обсуждение специально подобранных для семинара книг, как правило, научно-популярного характера, посвященных проблемам семейного воспитания и детско-родительских отношений.

4. Обсуждение трудных ситуаций, предложенных кем-либо из участников семинара. Этот прием применяется для мотивации родителей к использованию новых способов разрешения знакомых проблемных ситуаций; кроме того, он направлен на активизацию творческого подхода в воспитании детей.

Для коррекции неадекватных родительских позиций, стилей воспитания, расширения осознанности мотивов воспитания, оптимизации форм родительского воздействия в процессе воспитания возможна организация работы родительской группы, которая базируется на общих принципах групповой работы.

В отличие от родительского семинара, данная форма работы предполагает, прежде всего, коррекцию эмоциональных аспектов семейного взаимодействия. Особое внимание уделяется эмоциональному компоненту детско-родительс­ких отношений, повышению способности родителей понимать своего ребен­ка, быть к нему эмпатичными и развитию умения договариваться по вопросам

66

его воспитания. Параллельно с работой родительской группы часто оказыва­ется целесообразной организация детской группы.

Иногда в ходе работы родительской группы может наблюдаться возникно­вение или обострение супружеских конфликтов. Позитивный аспект данного факта заключается в том, что это:

О позволяет супругам отреагировать подавленные эмоции и чувства, осо­знать свои индивидуальные особенности реагирования и поведения в конфликтных ситуациях и получить новый опыт их проживания;

□ ставит супругов перед необходимостью осознания ранее скрытых конф­ликтов и поиска новых форм взаимодействия;

□ способствует осознанию супругами того факта, что нарушения затраги­вают всю семейную систему и что ребенок не является единственным слабым звеном в ней.

Иногда целесообразно проведение совместных занятий родительской и дет­ской групп. Они могут дать много информации об особенностях внутрисемей­ных отношений, позволить апробировать новые способы взаимодействия, спо­собствовать достижению большей близости и взаимопонимания между членами семьи.

В родительских группах, так же как и в других формах групповой работы, широко используются приемы психогимнастики, релаксационные техники, игровые приемы (разыгрываются ситуации взаимодействия с детьми в семье, ситуации поощрения и наказания, отрабатываются приемы общения с ребен­ком).

Подобный принцип можно использовать и при организации индивидуаль­ной работы с семьей: периодические встречи с родителями, с ребенком и со всей семьей в целом.

Психологическая помощь семье при локализации проблемы в области индивидуальных особенностей ребенка

Часто за психологической консультацией обращаются родители с детьми, у которых отсутствуют какие-либо отклонения от нормального хода развития. Как правило, это определенные трудности, связанные с возрастными или ин­дивидуально-психологическими особенностями ребенка (организмические черты личности, или темперамент; упрямство, стремление настоять на своем, «Я сам» ребенка трех лет; робость и пугливость в новых ситуациях, импульсив­ность и непосредственность реагирования, эгоцентризм дошкольников и др.). Поэтому важный аспект психологической помощи семье в этой ситуации бу­дет заключаться в оказании психологической поддержки родителям и работе, направленной на формирование адекватного образа ребенка и принятие его особенностей.

Существует также блок проблем, связанный с отклонениями в развитии ребенка. Они могут быть представлены:

□ расстройствами в когнитивной сфере (нарушения внимания, восприя­тия, памяти, мышления, воображения, речи);

67

□ отклонениями в эмоциональном развитии (тревожность, страхи, фобии, ранний детский аутизм и др.);

О поведенческими проблемами ребенка (гиперактивность, агрессивность и др.), в том числе обусловленными несформированностью некоторых коммуникативных навыков, что осложняет взаимодействие со сверст­никами и взрослыми.

Психологу-консультанту следует провести диагностику и выявить характер нарушений ребенка. При необходимости рекомендуется привлекать к сотруд­ничеству других специалистов: психоневролога, дефектолога, логопеда. Не­смотря на то, что основная работа в таких случаях проводится с ребенком, очень важно не игнорировать переживания родителей, связанные со сложившейся семейной ситуацией. Психологу-консультанту целесообразно проводить ин­формирование и просвещение родителей по имеющимся у них вопросам; ока­зывать индивидуальную консультативную и психотерапевтическую помощь супругам. В случае комплекса выявленных проблем возможно проведение се­мейной психотерапии, лечение ребенка у врача-психотерапевта, включение его в детскую коррекционную группу.

Психологическая помощь семье при локализации проблемы в области супружеских отношении

Учитывая феноменологию данного кризиса, психологическая помощь су­пругам может быть направлена на коррекцию образа брачного партнера и ока­зание помощи в заключении нового супружеского договора относительно пе­рераспределения обязанностей (см. описание психологической помощи на предыдущих этапах).

При наличии более близких отношений между одним из родителей и ре­бенком (межпоколенная коалиция) необходимо работать на повышение спло­ченности супружеской подсистемы и восстановление ее границ. С этой целью возможно использование различных техник и приемов (актуализация прият­ных воспоминаний, связанных с совместным времяпрепровождением; домаш­ние задания, направленные на организацию совместного досуга и связанные с различными формами проявления заботы супругами друг о друге и т. д.).

68

2.5. КРИЗИС 4. ПРИНЯТИЕ ФАКТА ВСТУПЛЕНИЯ РЕБЕНКА В ПОДРОСТКОВЫЙ ПЕРИОД

Отношения между родителями и детьми так же трудны и столь же драматичны, как отно­шения между любящими.

А. Моруа

2.5.1. Феноменология кризиса

Данный семейный кризис связан с необходимостью семьи приспособиться к факту взросления ребенка и достижения им половой зрелости. Подростко­вый возраст — период вторичной индивидуации ребенка, которая, по мнению Блоса, включает в себя два взаимно переплетающихся процесса (Тайсон Р., Тайсон Ф., 1998):

1) отделение, или сепарация;

2) отказ от родителей как главных объектов любви и нахождение замести­телей вне семьи.

Подростку предстоит пройти свой кризис идентичности. При этом пребы­вание только в социальной роли сына или дочери становится уже недостаточ­ным для того, чтобы адаптироваться к взрослой жизни. В результате он нахо­дит новые модели жизни, расширяя сферу своих социальных контактов и выходя за пределы семьи. Фактором, облегчающим этот процесс, является на­личие поддержки со стороны семьи и уверенность в ее стабильности и надеж­ности.

Важнейшим аспектом процесса вторичной индивидуации является деидеа­лизация родителей. Переживание любви к родителям и ее обесценивание, свя­занное с необходимостью сепарироваться от семьи, порождает внутриличнос-тный конфликт. Подросток ощущает потерю внутренней поддержки вследствие символического «убийства» родителей, представленных в его внутреннем мире правилами, нормами и ценностями, регламентирующими жизнь в семье и со­циуме. Чтобы избавиться от чувства опустошенности, сопровождаемого ощу­щением болезненного отчуждения, и получить поддержку по мере продвиже­ния к независимости, он включается в интенсивные взаимоотношения со своими сверстниками.

В поисках собственной идентичности подросток может бросать вызов се­мейным правилам, регламентирующим его личную жизнь, шокировать семью нетипичными для нее ценностями и поведением. Это нередко приводит к рос­ту конфликтности в семье, основными областями которой являются: аккурат­ность, помощь в домашнем хозяйстве, успеваемость в школе, общение со

69

сверстниками, внешний вид подростка, вредные привычки, вопросы эротики и секса. Среди причин подобных конфликтов наиболее важными являются (РемшмидтХ., 1994):

□ различие опыта детей и родителей, прежде всего касающееся подрост­кового периода;

□ несформированность четких этапов перехода от детской зависимости к взрослой независимости;

□ отсутствие правил, определяющих ослабление родительской власти;

□ психологические и социальные различия между родителями и детьми.

Таким образом, большинство конфликтов вытекает из напряженности, со­здаваемой потребностью подростков в самостоятельности и осознанием взрос­лыми ответственности за своих детей.

Сложность процесса вторичной индивидуации может выражаться в амби­валентном поведении подростка: он может казаться то очень взрослым, то со­всем маленьким ребенком. Противоречивость процесса взросления, как пра­вило, болезненно переживается самими родителями и вызывает полярные переживания, связанные с желаниями то чрезмерно контролировать ребенка, то поддерживать его автономность. В результате происходит столкновение вза­имоисключающих тенденций: с одной стороны — стремления родителей ви­деть своего ребенка независимым и самостоятельным, а с другой — гиперпро­текционистских установок, стремления контролировать жизнь подростка. Это является для них своеобразным испытанием в способности доверять ребенку.

В силу этих обстоятельств семья переживает чрезвычайно тяжелый период, который можно назвать «кризисом ответственности». Он связан с необходи­мостью перераспределить зоны ответственности в семье и, в частности, опре­делить, какова доля ответственности подростка. Семье нужно выработать со­глашение по поводу того, за что может отвечать ребенок, а за что — нет, каковы теперь обязанности родителей. Этот процесс может быть очень болезненным, сопровождаться конфликтами, отсутствием взаимопонимания с обеих сторон, нежеланием считаться с чувствами друг друга, попытками родителей усилить контроль за подростком и эмоциональной отстраненностью от его реальных трудностей, непринятием его нового статуса.

Для самого ребенка подростковый возраст — весьма сложный период. Лич­ность подростка еще не сформирована. Любое вмешательство в его жизнь вы­зывает тревогу и воспринимается им как угроза его целостности. Тело претер­певает изменения: девочка становится девушкой, мальчик — юношей. Эти изменения могут стать фактором осложнений детско-родительских отноше­ний в том случае, если у родителей имеются собственные неразрешенные кон­фликты во взаимодействии с представителями своего либо противоположного пола.

Пример________

Законсультациейобратиласьмать, испытывающаятрудностиустановле­нияконтактасдочерью-подростком. Выяснилось, чтоотношениясдевоч­койбылиудовлетворительнымидоее 13-летия. Прианализесложившейся

70

ситуациибыловыявлено, чтоимеющиесяпроблемыбылиобусловленывоз­никновениемнеосознаваемойконкуренциисподрастающейдочерью, свя­занныесличнойисториейклиентки. Онабылатретьимребенкомвсемьеи имеладвухстаршихсестер, скоторымивынужденабылавсегдаконкури­роватьзавниманиеилюбовьотца. Веевзрослойжизнилюбаяженщина неосознанновоспринимаетсяеюкаксоперница, вызываязависть, злость, обиду. Соответственно, вотношенияхсосвоейдочерьюонатакжевсячес­киподавляетеевозрастающуюженственностьисексуальность: запрещает краситься, обесцениваетманеруодеваться, критикуетеевнешнийвид, счи­тает, чтоейещерановстречатьсясмальчиками.

К наиболее типичным вопросам, которые волнуют родителей в этот пери­од, можно отнести следующие:

□ Надо ли установить жесткие ограничения или дать подростку больше

свободы?

О До каких пор можно предоставлять ребенку свободу?

О Как относиться к некоторым шокирующим моментам в поведении ре­бенка?

□ Стоит ли контролировать общение подростка с друзьями?

□ Какие особенности поведения ребенка можно считать типичными для данного возраста, а какие сигнализируют о неблагополучии в его разви­тии? и др.

С достижением ребенком подросткового возраста перед семьей вновь вста­ет необходимость в структурных изменениях. Подростковый кризис на микросистемном уровне психологического функционирования семьи можно рассматривать как внутрисемейную борьбу за поддержание прежнего иерар­хического порядка. Родители больше не обладают всей полнотой власти и дол­жны считаться с все возрастающей компетентностью подростка. В связи с этим им необходимо предоставить ему больше автономии и быть более гибкими в принятии его возрастающей независимости.

Разрешение проблем на данном этапе вновь будет зависеть от способов ре­шения критических задач, коммуникации и ведения переговоров, выработан­ных на более ранних стадиях развития семьи.

В тот период, когда дети входят в подростковый возраст, супруги часто стал­киваются с переменами в собственной жизни, что нередко вызывает переоценку и супружеских отношений. В случае, если она приводит к расколу родительс­кой (супружеской) диады, ребенок склонен объединяться с тем или другим родителем для обретения большей свободы. В результате в семье может возни­кать такое структурное нарушение, как межпоколенная коалиция.

Проблемы в семейной системе, обусловленные поведением подростка, тес­но связаны с опытом, имеющимся в расширенной семье (Ackerman, 1959). Как правило, на особенности переживания семьей данного кризиса оказывает вли­яние характер преодоления подростковых коллизий самими родителями. С по­зиции собственного опыта они могут стремиться оградить детей от «ошибок», допущенных ими в том же возрасте. Некоторые родители пытаются реализо­вать через детей то, что им самим не удалось в свое время сделать либо полу-

71

чить от своих родителей. Так, например, родитель, с особым рвением относя­щийся к выполнению своих родительских обязанностей, может компенси­ровать недостаток внимания, участия и необходимого контроля в его подрост­ковом опыте взаимодействия с собственными излишне либеральными родителями. В оправдание своего поведения родители обычно говорят, что хо­тели бы избежать ошибок, допущенных прародителями, избавить своих детей от боли, которую довелось испытать самим, а также уберечь детей от неприят­ностей, с которыми им пришлось столкнуться. Однако чаще всего они склон­ны воспроизводить собственный опыт детско-родительских отношений, вза­имодействуя с ребенком так же, как это делали их родители.

Пример___________________________________________________________________

Кпсихологуобратиласьсемьясдевочкой-подростком 12 лет. Жалобымамы заключалисьвтом, чтоеедочьневыполняетпоручения, непомогаетпо дому, сталахужеучиться, дерзит, многовременипроводитсдрузьями, частоприходитпозжезаранееоговоренноговремениеевозвращения. Впо­искахресурсовдляразрешенияэтойситуациипсихологобратилсякопыту проживанияподростковогокризисасамимиродителями. Какоказалось, самамамавэтомвозрастемноговременипроводиладома, хорошоучи­лась, находиласьвблизкихотношенияхсосвоейматерьюипомогалаей вовсем, былапослушнойиотзывчивой. Выясняяотношениематерикдан­номуфактуеебиографии, удалосьпонять, чтозаэтимскрывалосьеебес­покойствопотерятьродительскуюлюбовь. Входедальнейшейработымать осознала, чтопослушаниеисоответствиеожиданиямродителейбылодля нееединственнымспособомполучатьотнихподдержкуипринятие. Стало понятно, чтоматьпереноситсвойопытнавзаимоотношениясдочерьюи воспринимаетееповедениекакпроявлениенелюбвикней. Вдальнейшем работасэтойсемьейбыланаправленанарасширениедиапазонаформ проявлениялюбвидругкдругуивозможностипринятияиндивидуальности дочери.

Таким образом, если родители когда-то столкнулись с трудностями при от­делении от своей семьи, для поддержания эмоционального баланса они будут склонны культивировать зависимость в собственном ребенке. Развитие его индивидуальности может таить в себе угрозу для семьи с проблемами в супру­жеской подсистеме, провоцируя тревогу расставания и страх одиночества у родителей. В этом случае супруги не будут способны признать возрастающую потребность ребенка в самостоятельности, и последний, чтобы заслужить их одобрение, в свою очередь, окажется вынужден игнорировать собственные желания.

У подростков, не способных отделиться от своих родителей, могут наблю­даться депрессивные симптомы. Депрессия может развиваться в случае, когда подросток пытается удовлетворить потребности родителей в ущерб собствен­ным. Среди проявлений подростковой депрессии выделяют следующие (Кем-пинскиА., 2002):

□ форма безразличия и апатии;

□ форма бунта против старшего поколения;

72

О форма самоотречения (отсутствие веры в самого себя и отказ от прогно­зирования своего будущего);

□ лабильная форма (колебания настроения, в основе которых лежат гор­мональные изменения).

Подростковая депрессия может скрываться за проблемным поведением в школе, гиперсексуальностью и асоциальным поведением ребенка. В подобных случаях родители обычно применяют карательные меры воздействия, расце­нивая поведение подростков как немотивированное и нуждающееся в коррек­ции, что еще более усугубляет депрессию.

Протекание данного -семейного кризиса может осложняться часто при­ходящимся на этот же период личностным кризисом «середины жизни» ро­дителей.

Кроме того, интенсивность, длительность и болезненность переживания семьей данного переходного этапа во многом определяются качеством преодо­ления предыдущих кризисов и количеством неразрешенных задач развития семейной системы.

2.5.2. Диагностика

Признаками, свидетельствующими о переживании семьей данного норма­тивного кризиса, являются:

□ рост напряжения в детско-родительской подсистеме, выражающийся в периодическом возникновении конфликтов, взаимных обидах и претен­зиях, упреках;

□ проблемное поведение подростка (агрессивное поведение, побеги из дома, алкоголизм, наркомания и др.);

□ резкое падение школьной успеваемости;

□ соматизация подростка: булимия, анорексия, бессонница, аллергические заболевания, дерматиты, гастриты, частые головные боли и др.;

□ подростковая депрессия;

О конфликты в родительской подсистеме, связанные с оценкой качества воспитания ребенка;

□ актуализация супружеских проблем, не решенных на предыдущих эта­пах развития семьи либо связанных с индивидуальными кризисами су­пругов;

□ общая неудовлетворенность членов семьи сложившейся семейной ситу­ацией;

О чувство одиночества у матери, связанное с отдалением ребенка от семьи;

□ ригидность семьи, характеризующаяся непринятием ее членами факта возрастающей самостоятельности подростка.

Проверка терапевтических гипотез предполагает выявление вектора напря­женности в семье, например, путем установления представлений членов се-

73

мьи об их реальных и желаемых отношениях, семейных правилах, ролях, сте­пени близости и т. д. На этом этапе активным участником диагностических процедур является подросток.

Для диагностики данного кризиса могут быть использованы следующие методики:

О анализ семейной истории и характерных паттернов взаимоотношений —

методика «Генограмма» (Боуэн М.); О выявление уровня сплоченности семьи ( психологической дистанции) —

методики FAST (тест Геринга), «Семейная социограмма» (Э. Г. Эйдемил-

лер, О. В. Черемисин), FACES-3 (Д. X. Олсон, Дж. Портнер, И. Лави,

в адаптации М. Перре);

□ выявление реальных и идеальных представлений членов семьи друг о друге и характера их межличностных отношений — методика «Диагнос­тика межличностных отношений» (Т. Лири, в адаптации Л. Н. Собчик);

□ анализ ролевой структуры семьи — методика «Ролевые ожидания и при­тязания в браке» (А. Н. Волкова), анкета «Семейные роли» (в модифика­ции А. В. Черникова);

П исследование детско-родительских отношений — методика «Анализ се­мейных взаимоотношений» (Э. Г. Эйдемиллер, В. В. Юстицкис), опрос­ник «Родителей оценивают дети» (И. А. Фурманов и А. А. Аладьин), ме­тодика «Измерение родительских установок и реакций» (PARI) (Е. Шефер и К. Белл, в адаптации Т. В. Нещерет и Т. В. Архиреевой), опросник «Вза­имодействие родитель-ребенок» (И. М. Марковская), методика диагно­стики родительского отношения (А. Я. Варга, В. В. Столин), тест «Диаг­ностика эмоциональных отношений в семье» (Е. Бене и Д. Антони, под общей редакцией А. Г. Лидере и И. В. Анисимовой).

П исследование семейных отношений — проективные рисуночные мето­дики «Рисунок семьи» и «Кинетический рисунок семьи».

2.5.3. Психологическая помощь

Количество обращений за психологической помощью, связанных с этим периодом, намного превышает число консультаций по проблемам, возникаю­щим у родителей детей другого возраста. Более того, резко расширяется диа­пазон запросов: от проблем первой, чаще неразделенной, любви и взаимоот­ношений конфликтного характера до опасности наркомании и алкоголизма. К сожалению, существует и такой феномен, как подростковые суициды. Еще одно отличие подросткового периода состоит в том, что уже сам подросток может самостоятельно принять решение и обратиться в психологическую кон­сультацию лично.

Особенностями психологического консультирования семьи с подростками являются:

1. Нередко отсутствие мотивации у подростка, пришедшего на консульта­цию с родителями: зачастую ребенка приводят родители, желающие в

74

нем что-то изменить, в то время как он даже не знает, куда и зачем они

его пригласили.

2. Чаше всего причиной существующих проблем родители видят только од­ного человека, в данном случае — подростка, который выступает в роли идентифицированного пациента. Между тем семья является целостной системой, и нарушения поведения подростка маркируют дисфункцио-нальность всей семьи.

Консультируя подростков, психолог-консультант должен учитывать психо­логические нормативные задачи возраста. К ним обычно относят:

О отделение от родителей и обретение подлинной психологической неза­висимости;

□ преодоление кризиса идентичности, ролевой диффузности («самоиден­тификация»);

□ новый этап социализации в среде сверстников, основанный на установ­лении более глубоких эмоциональных отношений вне семьи;

□ принятие растущей сексуальности, адаптация к этому новому состоянию.

Психологические задачи подросткового возраста связаны, прежде всего, с самоопределением в трех сферах: сексуальной, психологической (интеллекту­альной, личностной, эмоциональной) и социальной.

Проблемы, возникающие у подростков, чаще всего касаются:

□ взаимоотношений в группе сверстников;

□ взаимоотношений с лицами противоположного пола;

□ взаимоотношений с родителями;

□ взаимоотношений с учителями;

□ вопросов осознания собственной личности;

□ трудностей в учебе;

Gнеобходимости найти выход из какой-либо затруднительной ситуации.

Как правило, на первичный прием приглашается родитель, обратившийся за психологической помощью. При этом важен факт прихода на консульта­цию второго родителя и самого подростка.

Возможны несколько вариантов работы:

Вариант 1. Оба родителя и подросток обращаются за консультацией. В том слу­чае, если родители осознают трудности, возникающие в семье в связи с взросле­нием ребенка, адекватной формой помощи является семейное консультирование.

Вариант 2. Подросток и родители обращаются за помощью, но основная проблема заключается не в их взаимоотношениях, а в трудностях подростка вне семьи (например, в общении с друзьями, учителями и т. д.). В дальнейшем работа проводится с самим подростком (диагностика и консультирование). Задачей психолога является выяснение обоснованности жалоб и принятие решения об адекватной форме психологической помощи (например, в виде уча­стия в тренингах общения, индивидуального консультирования или психоте­рапии). Родители могут быть привлечены для работы в параллельной родитель­ской группе либо приглашены на консультацию отдельно от ребенка.

75

Вариант 3. Родитель обращается за психологической помощью по поводу проблем ребенка, но сообщает при этом, что последний не мотивирован со­трудничать с психологом. В такой ситуации наблюдается нарушение взаимо­отношений и утрата доверия между родителем и ребенком. Рекомендуется встретиться отдельно с подростком и родителем. Психологу необходимо вы­яснить причины амбивалентных чувств к ребенку, уточнить характер недо­вольства родителя. В то же время, постепенно завоевывая доверие подрост­ка, психолог должен переориентировать его на более искреннее и честное взаимодействие с родителем. После этого их можно объединить и проводить совместное консультирование, обучая способам разрешения конфликтных ситуаций и т. п.

Вариант 4. Родитель обращается по поводу проблем ребенка, однако при взаимодействии с ним выясняется, что в психологической помощи нуждается он сам. При достижении ребенком подросткового возраста у родителей могут актуализироваться как тревога расставания, страх одиночества, страх надвига­ющейся старости, так и их собственные нерешенные подростковые проблемы (сепарация, индивидуация и обретение идентичности). В данной ситуации необходима психологическая работа с родителем.

Вариант 5. Полная потеря контакта и взаимного доверия между подростком и родителями. Ребенок отказывается идти в консультацию, так как восприни­мает всех взрослых (родителей, педагогов, консультанта) как преследователей. Важно понять, что лежит в основе такой реакции и каков вклад родителей в такое поведение ребенка. Соответственно, здесь консультативная работа про­водится с родителем (родителями).

Важной задачей на начальном этапе консультирования является установле­ние контакта с подростком и мотивирование его на участие в работе. Подрос­ток соглашается на общение с психологом только тогда, когда ему интересен сам процесс и когда он чувствует, что его воспринимают как полноправного участника взаимодействия. В основе работы с ним должны лежать принципы диалогического общения. Особенностью такого контакта являются партнерс­кие отношения психолога с подростком с целью совместного изучения конк­ретной психологической ситуации и путей ее разрешения.

Таким образом, если семья обращается за психологической помощью, важ­но определить локус ее психологических проблем:

П индивидуальные проблемы одного из членов семьи (когнитивные, эмо­циональные, поведенческие нарушения, личностные расстройства ре­бенка или одного из родителей);

□ проблемы в супружеской подсистеме;

□ проблемы в детско-родительской подсистеме; О проблемы в семейной системе в целом;

О проблемы взаимодействия семьи с внешним социальным окружением.

Определение локуса проблем семьи обусловливает выбор методов и при­емов психологического воздействия.

Если психолог работает со всей семьей, цели психологической помощи дол­жны быть ясными и значимыми для каждого из ее членов. Важно, чтобы на

76

промежуточных стадиях консультирования психолог акцентировал внимание на достигнутых позитивных эффектах, поддерживая мотивацию членов семьи к дальнейшей работе.

2.6. КРИЗИС 5. СЕМЬЯ, В КОТОРОЙ ВЫРОСШИЙ РЕБЕНОК ПОКИДАЕТ ДОМ

Всякая опека, которая продолжается после совершеннолетия, превращается в узурпацию.

В. Гюго

2.6.1. Феноменология кризиса

Данный нормативный кризис связан с процессом отделения молодого че­ловека от семьи и началом его самостоятельной жизни. Изменения структуры семьи, обусловленные уходом детей или появлением новых членов семьи, вы­зывают у всех участников этого процесса острые переживания.

В нашей культуре отсутствуют четкие традиции и церемонии, знаменую­щие приобретение молодым человеком нового статуса и требующие от родите­лей изменения отношения к нему. Несмотря на то, что существует ряд собы­тий, которые так или иначе связываются с переходом к взрослости (получение паспорта, поступление в среднее специальное (высшее) учебное заведение, призыв на военную службу, начало трудовой деятельности, заключение брака, отдельное проживание и др.), их наличие не означает полного отделения и ав­тономии детей от родительской семьи, так как молодые люди часто остаются финансово и эмоционально зависимыми от родителей.

В случае ухода детей из родительской семьи супруги оказываются перед не­обходимостью пересмотреть свои отношения. Если прежде они полностью фокусировались на ребенке (или детях), может так случиться, что у них не оста­нется общих тем для разговоров и оснований для продолжения совместной жизни. Иногда, наоборот, пары достигают согласия по давним проблемам, ре­шение которых было отложено из-за появления детей.

Данный кризис может переживаться не единожды, в зависимости от соста­ва семьи и с различной степенью интенсивности. В некоторых семьях пробле­мы, связанные с отделением детей, достигают максимальной остроты, когда самый старший ребенок покидает дом, в других — обстановка ухудшается по мере того, как уходят все более младшие дети, и особенно острым становится кризис, когда последний ребенок должен покинуть семью. Нередко родители,

77

успешно отпуская некоторых детей, вдруг остро ощущают напряжение, когда критического возраста достигает определенный ребенок (Черников А. В., 2001). Как правило, такой ребенок выполнял в семье важную, чаще всего гомеоста-тическую функцию, выступая либо как посредник в родительском общении, либо в качестве объекта их совместной любви и заботы. И в том и в другом случаях этот «особый» ребенок служит для объединения супружеской подсис­темы, в связи с чем его потеря ставит под угрозу ее стабильное существование. В семьях, где есть только один родитель, он может воспринять уход ребенка как начало одинокой старости.

Конфликт в семье, которая не может отпустить ребенка, нередко становит­ся источником его проблемного поведения (например, побегов из дома, зло­употребления запрещенных психоактивных веществ, промискуитета, суицида и др.). Для понимания процессов, происходящих в семье в этот период, весьма полезной может оказаться теория семейных систем М. Боуэна. Согласно Боу-эну, семья — это эмоциональная система, представляющая собой трансгене­рационный феномен. Центральным концептом данной теории является поня­тие о дифференциации «Я». Недифференцированность на уровне семейной системы выражается в высоком уровне сплоченности или отчужденности между членами семьи, в зависимости эмоционального состояния каждого члена се­мьи от одного и того же фактора семейной жизни. Низкий уровень дифферен­циации обусловливает ригидность семьи как системы и становится причиной ее плохой адаптивности, в частности, затрудняет переход от одного этапа ее развития к другому, то есть осложняет протекание нормативных кризисов. Используя концепцию М. Боуэна об уровнях дифференциации, можно обо­значить несколько исходов данного кризиса:

1, Эмоциональное отделение, предполагающее сохранение отношений мо­лодого человека с членами семьи при одновременном принятии родителями факта его взрослости. Способность молодого взрослого дифференцироваться от своей родительской семьи в перспективе ведет к развитию автономии в от­ношениях с будущими членами семьи и друзьями.

2. Эмоциональная зависимость молодого человека от семьи при общем низ­ком уровне дифференциации ее членов. В этом случае существуют два возмож­ных варианта развития отношений в семье. В первом случае молодой человек продолжает сохранять очень тесные взаимоотношения хотя бы с одним из ро­дителей. Во втором — имеет место географическое и/или психологическое ди­станцирование от родительской семьи по принципу эмоционального разрыва, создающее иллюзию независимости и автономного существования. Оно воз­никает тогда, когда интенсивность эмоциональных связей в системе очень велика и тяга к слиянию слишком сильна. Данный процесс не может рассмат­риваться как подлинная сепарация вследствие незавершенности детско-роди-тельских конфликтов. Такой тип дистанцирования не означает ослабления эмо­циональных связей в семье. В результате молодой человек может испытывать напряжение и тревогу, неосознанно воспроизводя дисфункциональные семей­ные паттерны, выстраивая отношения в собственной будущей семье. Таким образом, эмоциональный разрыв не только не исключает, а предполагает сверх­близость, являясь ее оборотной стороной.

78

Способ ухода молодого человека из родительской семьи определяет, в свою очередь, его позицию по отношению к ней — респонсивную (выбирающую) или реактивную (вынужденную). При успешном отделении от родительской семьи молодой человек сохраняет возможность возвращения, если это отвеча­ет его желаниям. Вынужденная позиция предполагает, что, независимо от соб­ственных желаний, он вынужден либо находиться вне семьи, либо возвращаться в семью к выполнению своей привычной роли для поддержания пошатнувше­гося с его уходом равновесия.

Пример_________________________________________________________

ЗапомощьюкпсихологуобратиласьПолинаП., молодаядевушка 19 лет. Из беседысталоизвестно, чтоонаучитсянапервомкурсепрестижноговузана бюджетномотделении. Полинаиспытываласомнения: продолжатьучиться илиброситьвузиуехатьдомой. Втомслучае, еслионаоставитучебу, ей придетсяпоступатьзановои, возможно, наплатноеотделение. Избеседы сталоизвестно, чтобудущаяспециальностьейоченьнравитсяионахотела быпродолжитьучебу. ОднакоснекоторыхпорматьПолинысталажало­ватьсянато, чтожизньбезнееневыносима, чтоейнехватаетподдержки, а отношениясмужем (отчимомдевушки) оставляютжелатьлучшего. Кроме того, здоровьематеривпоследнеевремясильнопошатнулось. Понадоби­лисьдорогиелекарстваиуход. Волнениезамать, материальнаязависи­мостьотродителей, чувствовиныосложнялидальнейшеепребываниеПоли­нывдругомгородеисклонялиеевпользувозвращениядомой.

Помощьзаключаласьввыявлениискрытоймотивациивыборов: вернуться домойилипродолжитьучитьсяввузе. Какоказалось, отношениясмате­рьювсегдабылиоченьблизкими, аотъезднаучебу—этоперваядлитель­наяразлукаПолиныссемьей, ивсвязисэтимонаневсегдакомфортно чувствуетсебявобщежитии. Ситуацияусугубляласьещеитем, чтовсемье Полинаиграларольсвоеобразного«буфера»междуматерьюиотчимом, чьиотношениясееотъездомсильнообострились. Такимобразом, содной стороны, быливыявленыпотребностиПолинывпринадлежности—втом, чтобыоставатьсячленомсемьи, бытьпослушнойдевочкой. Сдругойсто­роны—унеесильнапотребностьвсаморазвитииисамореализации, в получениивыбраннойпрофессии. Посколькуэтипотребностипротиворе­чилидругдругу, дальнейшаяработабыланаправленанаосознаваниеПо­линойсобственныхжеланийиподдержкуеевыбора.

Молодой человек может продолжать выполнять функцию семейного ста­билизатора, даже если он живет отдельно от родителей — например, посред­ством симптоматизации или девиации его поведения. Он может оказаться не­состоятельным в профессиональной либо личной сфере, у него могут появиться какие-либо проблемы (финансовые, правовые, проблемы со здоровьем и т. д.). В этом случае семья, поглощенная решением трудностей ребенка, вновь обре­тает стабильность и целостность, словно он и не покидал ее. Следовательно, до тех пор, пока молодой человек будет несостоятельным, родители могут про­являть свою совместную заботу о нем, избегая таким образом необходимости выстраивания отношений друг с другом.

79

Процесс сепарации в диаде «родитель—ребенок» обусловлен историей жизни нескольких поколений семьи. Чем более успешным было отделение родителей в юности от собственных родительских семей, тем легче им будет «отпустить» своего ребенка, поддержать его в приобретении автономии.

2.6.2. Диагностика

Переживание данного семейного кризиса и его разрешение будут зависеть от характера преодоления семьей предыдущих кризисных периодов, в особен­ности оттого, насколько родителями была поддержана все возрастающая взрос­лость подростка.

Маркерами данного семейного нормативного кризиса периода выступают:

О рост беспокойства и уровня тревожности членов семьи;

О депрессивные состояния членов семьи;

□ появление у родителей чувства одиночества, ощущения ненужности, невостребованности, а также страха надвигающейся старости в связи с отдалением ребенка от семьи;

О соматизация и/или девиация поведения молодого человека, покидаю­щего (или покинувшего) родительский дом;

П рост напряжения в детско-родительской подсистеме, повышение конф­ликтности, появление претензий и упреков (чаще всего со стороны ро­дителей);

О повышение уровня конфликтности в супружеской подсистеме, обуслов­ленное актуализацией супружеских проблем, не решенных на предыду­щих этапах развития семьи;

О ригидность семейной системы, выражающаяся в неспособности роди­телей принять факт взросления ребенка и его потребности в отделении от семьи;

□ высокий уровень сплоченности семьи, затрудняющий процесс сепара­ции и уход детей из семьи;

П манипулятивный характер взаимодействия членов семьи, связанный с избеганием ответственности за необходимость осуществления структур­ных изменений (см. Приложение 5);

П общая неудовлетворенность членов семьи сложившейся семейной ситу­ацией.

Для диагностики данного кризиса могут быть использованы следующие методики:

□ анализ семейной истории и характерных паттернов взаимоотношений — методика «Генограмма» (М. Боуэн);

□ выявление уровня сплоченности семьи (длины психологической дистан­ции) — методики FAST (тест Геринга), «Семейная социограмма» (Э. Г. Эйдемиллер, О. В. Черемисин), FACES-3 (Д. X. Олсон, Дж. Порт-нер, И. Лави, в адаптации М. Перре);

80

О выявление взаимных претензий, обид и оценок супругами друг друга — методика «Мое письмо о супруге» (С. А. Белорусов);

О выявление эмоционального фона семьи и некоторых параметров супру­жеских отношений — методика «Удовлетворенность браком» (В. В. Сто-лин, Т. М. Романова, Г. П. Бутенко), опросник «Понимание, эмоциональ­ное притяжение, авторитетность» (А. Н. Волкова);

□ выявление уровня семейной тревоги — опросник «Анализ семейной тре­воги» (Э. ГЭйдемиллер, В. В. Юстицкис);

□ диагностика депрессивных состояний — шкала определения уровня де­прессии (В. Зунг, в адаптации Т. Н. Балашовой), методика определения уровня депрессии (В. А. Жмуров);

□ исследование детско-родительских отношений — опросник «Анализ се­мейных взаимоотношений» (Э. Г. Эйдемиллер, В. В. Юстицкис), опрос­ник «Родителей оценивают дети» (И. А. Фурманов и А. А. Аладьин);

□ исследование семейных отношений — проективные рисуночные мето­дики «Рисунок семьи» и «Кинетический рисунок семьи».

2.6.3. Психологическая помощь

Основная проблема преодоления этого кризиса связана с отделением ре­бенка от родительской семьи. Адресатом психологической помощи на этом этапе могут выступать:

П молодой человек, испытывающий трудности в сепарации от родительс­кой семьи;

□ родители, находящиеся во власти негативных переживаний, связанных с отделением ребенка и необходимостью адаптироваться к происходя­щим в семье изменениям;

□ супруги с обострившимися не решенными ранее проблемами в супру­жеской подсистеме.

Психологическая помощь семье на данном этапе строится вокруг разреше­ния следующих проблем:

1. Неготовность родителей отпустить ребенка. Психолог должен прояснить все страхи и фантазии, которые связаны с уходом ребенка. Рекомендуется про­анализировать семейные сценарии и семейные мифы, уточнить, как родите­ли, будучи детьми, сами переживали данный кризис, как в этой ситуации вели себя их родители и т. д. Важно подвести родителей к принятию факта взросле­ния детей и необходимости их отпустить. Данная работа психолога одновре­менно является профилактикой эмоционального разрыва1 или превращения ребенка в идентифицированного пациента, стабилизирующего всю семью.

2. Неготовность ребенка сепарироваться от родителей. Данная ситуация, как правило, обусловлена симбиотическими отношениями в детско-родительской

1Эмоциональный разрыв — это некорректный способ сепарации, для которого характерно пре­кращение контактов между ребенком и родителями.

81

подсистеме (в основном между матерью и ребенком), нарушением стиля вос­питания по типу гиперопеки и особенностями индивидуального развития ре­бенка. В данной ситуации рекомендуется либо семейная психотерапия, либо сочетание семейной и индивидуальной психотерапии.

3. Обострение супружеских проблем. Если ребенок в семье выполнял стаби­лизирующую функцию, то с его уходом в супружеской подсистеме может на­блюдаться рост напряжения, связанный с необходимостью вновь выстраивать диадные отношения. В зависимости от характера возникающих проблем, мо­жет быть рекомендована супружеская или индивидуальная терапия.

Если в семье один ребенок, то пятый кризис совпадает с кризисом «опус­тевшего гнезда».

2.7. КРИЗИС 6. СУПРУГИ ВНОВЬ ОСТАЮТСЯ ВДВОЕМ (кризис семьи, в основном выполнившей свою родительскую функцию)

Если два человека соглашаются во всем, мо­жете быть уверены, что реально думает толь­ко один из них.

Л. Джонсон

2.7.1. Феноменология кризиса

Семью, в основном выполнившую свою родительскую функцию, часто на­зывают «опустевшим гнездом». Этот кризисный период начинается с уходом из дома последнего ребенка. Он может протекать вполне гладко, если паре уда­лось отпустить детей и сохранить при этом близкие отношения с ними на фоне благополучия в супружеской подсистеме.

В связи с уходом детей изменяется структура семьи: существовавший на протяжении долгого времени треугольник, включавший мать, отца и ребенка, трансформируется в супружескую диаду. При успешном разрешении предыду­щего кризиса взрослый ребенок приобретает свободу для выстраивания новых отношений, сохраняя способность приближаться к своей родительской семье, восстанавливая на время «треугольные» отношения, и отдаляться от нее. По­добные преобразования требуют установления нового баланса близости—от­даленности и изменения ролевой структуры семьи.

Таким образом, на первый план вновь выступают супружеские отношения. Протекание данного кризиса может обостряться при наличии не решенных на предыдущих этапах супружеских проблем: партнерам вновь предстоит научить-

82

ся жить вдвоем. Однако даже достаточно гармоничные супружеские пары этот период могут переживать достаточно болезненно.

Фактором, затрудняющим решение семьей задач развития в данный кри­зисный период, является факт совместного проживания родителей с детьми, что довольно распространено в нашем обществе. Это может способствовать развитию следующих негативных тенденций:

О затруднение процесса сепарации выросших детей;

□ сохранение старых (родитель—ребенок) и возникновение новых межпо­коленных коалиций (прародители—внуки, свекровь—невестка и др.);

□ сложности в выстраивании границ между родительской и молодой семьей;

□ нарушения ролевой структуры расширенной семьи (ролевые инверсии).

Пример___________________________________________________________________

ЗаконсультациейобратиласьАнтонинаП., женщина 49 лет, проживающая сосвоиммужемисемьейсвоегосына. Жалобыкасалисьвзаимоотношений смолодойженойсына. Последняя, сословАнтонины, плохоухаживаетза своимвосьмимесячнымребенком, неумеетвестидомашнеехозяйство, ленива, медлительна, неаккуратна. КогдаАнтонинавидит, какневестка обращаетсясребенком (купает, кормит, переодеваетего), онаиспытывает раздражение. Свекровьчастовмешиваетсяидаетсоветы, посколькусчита­ет, что, обладаябольшимжизненнымопытом, лучшезнает, какухаживать завнуком. ИногдаАнтониназабираетребенкаиидетгулятьсним, не ставяприэтомневесткувизвестность. Всеэтопровоцируетконфликты междуними, вкоторыечастооказываетсявтянутыммолодойотец. Данная ситуацияиллюстрируетнарушенияграницмеждудвумясемейнымисисте­мами, попыткувыстраиваниямежпоколеннойкоалицииматерьюссыноми своеобразнуюролевуюинверсию, связаннуюсжеланиемсвекровивыпол­нятьфункциюматеридлявнука.

Главной задачей развития семьи на этом этапе является адаптация к потере социальных ролей и социальной активности, так как данный кризис по време­ни часто совпадает с завершением профессиональной деятельности и выхо­дом супругов на пенсию. Факт ухода на пенсию по-разному влияет на мужчин и женщин. Мужчины острее ощущают утрату продуктивности и социальных связей. Женщины переживают выход на пенсию более спокойно, особенно если они продолжают вести домашнее хозяйство (Walsh, 1983). С выходом супругов на пенсию один из них может начать болеть, чтобы у пары появился смысл для дальнейшего существования. Тогда в паре появляются новые роли: «болеюще­го» и «заботящегося», «спасителя» и «нуждающегося в помощи», что позволя­ет стабилизировать данную систему и является способом компенсировать утрату родительских функций.

Проблемы, переживаемые супругами в связи с выходом на пенсию, каса­ются нескольких контекстов:

1) широкого социального (потеря социальных контактов, утрата значимой работы, значительное снижение доходов и др.);

2) внутрисемейного (проблемы, связанные с высвобождением времени для внутрисемейных контактов);

83

3) внутриличностного (снижение самооценки, кризис самоидентичности, появление эмоциональных и когнитивных расстройств).

Одним из наиболее важных аспектов данного кризиса является необходимость принятия супругами новых ролей бабушки и дедушки. Благодаря внукам под­держивается связь между прародителями и их взрослыми детьми. Роли бабушки и дедушки помогают супругам адаптироваться к уходу на пенсию, заново пере­жить родительство и дают возможность компенсировать неудачи, связанные с взаимоотношениями с собственными детьми (Черников А. В., 2001).

Задачи семьи на этапе «опустевшего гнезда» пересекаются с проблемами взрослых детей и внуков, переживающих собственные этапы развития. Неспо­собность членов семьи справиться с задачами своего развития зачастую стано­вится причиной конфликтов поколений. Симптоматизация пожилых супру­гов на данном этапе не всегда связана с ухудшением их здоровья, а может представлять собой неосознаваемую попытку получить внимание и заботу со стороны повзрослевших детей.

Существует несколько вариантов выхода из данного кризиса: О конструктивный, связанный с личностным ростом супругов, появлени­ем новых сфер для их самореализации, возможностью получать удоволь­ствие от зрелых супружеских отношений и осуществлять планы, выпол­нение которых было затруднено или отложено в связи с воспитанием детей;

□ неконструктивный, выражающийся в потере смысла жизни, возникно­вении ощущения ненужности, одиночества, снижении творческого по­тенциала супругов, разочаровании в браке, расколе супружеской подси­стемы, невозможности найти удовлетворяющие сферы активности, замещающие воспитание детей и продолжающуюся концентрацию на жизни последних.

2.7.2. Диагностика

Среди проблем, с которыми наиболее часто обращаются семьи, пережива­ющие данный нормативный кризис, можно выделить следующие:

□ переживания чувства ненужности, невостребованности, исключенное-ти и отстраненности от детей;

□ чувство одиночества, связанное с потерей социальных контактов, сни­жением социальной активности, страхом приближающейся старости у супругов;

О соматизация или депрессивные состояния пожилых супругов;

□ рост уровня конфликтности в супружеской подсистеме, обусловленный актуализацией супружеских проблем, не решенных на предыдущих эта­пах развития семьи;

О отсутствие тепла в отношениях супругов, дефицит близости и довери­тельности, проблемы общения;

84

□ ригидность семейной системы, выражающаяся в неспособности роди­телей принять факт создания ребенком его собственной семьи и появив­шихся в связи с этим новых ролей;

□ общая неудовлетворенность супругов браком;

□ внебрачные контакты и связи супругов;

□ сложности и конфликты во взаимоотношениях с выросшими детьми или новыми членами семьи (зятьями, невестками, сватами и др.);

О неоправдавшиеся ожидания, надежды супругов, разочарование (в про­фессиональной и личной жизни).

Для диагностики данного кризиса могут быть использованы следующие

методики:

О выявление уровня сплоченности семьи (длины психологической ди­станции) — методики FAST (тест Геринга), «Семейная социограмма» (Э. Г. Эйдемиллер, О. В. Черемисин), FACES-3 (Д. X. Олсон, Дж. Порт-нер, И. Лави, в адаптации М. Перре);

□ выявление взаимных претензий, обид и оценок супругами друг друга — методика «Мое письмо о супруге» (С. А. Белорусов);

Dвыявление эмоционального фона семьи и некоторых параметров супру­жеских отношений — методика «Удовлетворенность браком» (В. В. Сто-лин, Т. М. Романова, Г. П. Бутенко), опросник «Понимание, эмоциональ­ное притяжение, авторитетность» (А. Н. Волкова);

□ анализ ролевой структуры семьи — методика «Ролевые ожидания и при­тязания в браке» (А. Н. Волкова), анкета «Семейные роли» (в модифика­ции А. В. Черникова).

2.7.3. Психологическая помощь

Данный период существования семьи можно назвать вторым кризисом иден­тичности супругов (первый имел место в подростковом возрасте каждого из партнеров). Увеличение количества разводов в этот кризисный период отра­жает трудности его прохождения. Это время, когда супружеская пара, которая долгого была занята воспитанием детей, вынуждена отойти от привычных ро­лей. Можно сказать, что с уходом детей исчезает «третий элемент» супружес­кой пары. Супруги вновь остаются вдвоем.

В качестве превентивной помощи с целью подготовки к выходу на пенсию супругам можно рекомендовать посещение групп поддержки, в которых при­нимают участие успешно адаптировавшиеся пенсионеры.

Психологическая помощь, направленная на адаптацию к выходу на пен­сию, включает несколько этапов:

1. Осознание и принятие факта выхода на пенсию.

2. Коррекция представлений о данном периоде как окончании активной жизни.

3. Поиск новых интересов и планирование жизни на пенсии.

85

4. Помощь в осознании ресурсов семьи (нуклеарной и расширенной) для повышения качества функционирования в пенсионный период.

В работе с супружескими парами, переживающими данный нормативный кризис, рекомендуется проводить индивидуальную и(или) супружескую тера­пию. Психологическая помощь может быть направлена на разрешение следу­ющих проблем:

□ заключение нового супружеского договора: перераспределение обязан­ностей и реорганизация свободного времени;

□ ролевая реорганизация семьи;

□ реорганизация детско-родительских отношений;

□ принятие имеющегося опыта жизни (профессиональной и личной).

При работе с супругами в данный кризисный период могут также использо­ваться элементы психологической помощи, описанные при анализе предыду­щих кризисов.

2.8. ПОВТОРНЫЙ БРАК

Женись, несмотря ни на что. Если попадется хорошая жена, будешь исключением, а если плохая — станешь философом.

Сократ

2.8.1. Феноменология кризиса

Повторный брак — один из феноменов современной жизни. Он представ­ляет собой еще один семейный кризис, который, однако, не является строго нормативным, поскольку его переживает не каждая семья. Вместе с тем для людей, вступающих в новый брачный союз, он сохраняет свою нормативность и знаменует начало жизненного цикла новой семьи.

Повторным называется брак, который создается человеком (людьми), ра­нее уже состоявшим(и) в брачных отношениях. Он подразумевает объедине­ние уже не двух, а трех и более родов, в результате чего образуется смешанная семья, или семья повторного брака.

Выделяют несколько типов повторных браков. Основаниями для класси­фикации могут выступать:

1. Характер прекращения предыдущих брачных отношений:

□ Брак, в котором хотя бы один из супругов пережил развод.

О Брак, в котором хотя бы один из супругов пережил смерть брачного парт­нера.

86

2. Наличие или отсутствие опыта брачных отношений:

П Брак, в котором один из партнеров имел опыт супружеских отношений. О Брак, в котором оба партнера имели опыт супружеских отношений.

3. Число детей, рожденных в предыдущих браках:

О Брак, в котором ни один из партнеров не имеет детей от предыдущих браков.

□ Брак, в котором один из партнеров имеет детей от предыдущих браков. О Брак, в котором оба партнера имеют детей от предыдущих браков.

4. Разница в возрасте между партнерами:

□ Брак, в котором партнеры являются ровесниками или один из них не­значительно старше другого.

□ Брак, в котором один партнер намного старше другого (разница в возра­сте превышает 10 лет).

Каждый тип повторного брака предполагает свой комплекс трудностей, с которыми могут столкнуться члены новой семьи при переживании данного кризиса. К числу последних можно отнести следующие:

□ ролевая неопределенность;

О отсутствие общих традиций или норм;

П проблемы в определении границ новой семьи;

□ сложности установления близких отношений с членами расширенных семей;

□ если в семью попадают дети от предыдущих браков — трудности в детс­ко-родительских взаимоотношениях;

□ отягощение повторного брака проблемами, не разрешенными в преды­дущем браке.

Длительность данного семейного кризиса и особенности связанных с ним переживаний носят индивидуальный для каждой семьи характер. Чтобы адап­тироваться к новой ситуации, членам смешанной семьи может потребоваться достаточно много времени.

Ролевая неопределенность в семье, возникшей в результате повторного бра­ка, может приводить к разнообразным, специфическим для данного кризиса, эмоциональным проблемам. Прежде всего, их появление связано с необходи­мостью принимать на себя родительские функции по отношению к детям, кото­рые не являются родными, и делить эти функции с биологическими родителями, распределяя полномочия и зоны влияния. Родители, оставившие детей от преды­дущего брака, в связи с возможным переживанием чувства вины, часто стремят­ся к установлению более близких отношений с пасынком или падчерицей.

Эти процессы нередко осложняются иррациональными представлениями партнеров о характере межличностных отношений в смешанной семье. Наи­более распространенными семейными мифами о повторном браке являются:

□ если партнер любит меня, то будет любить и моих детей;

□ супруг (супруга) должен любить моих детей, как собственных;

87

□ мачеха (отчим) никогда не будет любить моего ребенка, как собствен­ного;

О ребенок никогда не сможет полюбить мачеху (отчима), так как он дол­жен любить своего родного отца (мать);

□ ребенок будет страдать от присутствия в семье чужого мужчины (жен­щины);

О мачеха (отчим) не должна вмешиваться в воспитание неродного ребенка;

□ повторный брак всегда успешнее предыдущего;

□ каждый последующий брак всегда хуже, чем предыдущий, и др.

Формирование смешанной семьи связано с конфликтом лояльности у де­тей. Для ребенка крайне важно поддерживать контакт с кровным родителем, устанавливая одновременно позитивные взаимоотношения с приемным роди­телем. В то же время повторный брак родителя нередко сочетается с неопреде­ленностью семейной принадлежности детей. Лояльность к кровным родите­лям может сопровождаться неудовлетворительными отношениями с мачехой или отчимом. И наоборот, принятие мачехи или отчима может переживаться ребенком как предательство родного родителя, не проживающего с ребенком. Одновременно дети могут опасаться, что их нелюбовь к отчиму или мачехе оби­дит проживающего с ними родителя.

Одной из задач, встающих перед семьей, переживающей данный кризис, является установление семейных границ: внутренних, касающихся взаимодей­ствия между членами образовавшейся семьи, и внешних, регулирующих отно­шения с ближайшими родственниками и социальным окружением. Возникает целый ряд вопросов, касающихся состава семьи, определения семейной соб­ственности, областей ответственности, особенностей детско-родительских отношений. Особую важность приобретает необходимость донесения до ре­бенка изменений, происходящих в семье, и правил, связанных с приходом в семью нового человека (людей). Дети в этот период особенно остро испытыва­ют потребность в поддержке и помощи со стороны родного родителя.

Основная задача развития в семье повторного брака состоит в том, чтобы держать границы проницаемыми. Очень важно, чтобы между детьми и родите­лями, которые живут отдельно, продолжалось взаимодействие. Одновременно следует укреплять авторитет отчима или мачехи. В противном случае появля­ется опасность возникновения такого структурного нарушения, как перевер­нутая иерархия. Так, неродному родителю предпочтительно сначала устано­вить с детьми дружеские отношения, и лишь по мере их укрепления постепенно начинать участвовать в воспитании. Важнейшей остается задача создания сме­шанной семьей четких внешних границ, позволяющих продолжать отноше­ния с расширенными семьями и развивать новые взаимодействия в ее рамках. Преимуществом повторного брака является то, что партнеры уже лишены части иллюзий по поводу супружеской жизни и подходят к ней более рацио­нально. В связи с этим они часто прикладывают больше усилий для сохране­ния нового брака. При возникновении семейных дисгармоний супруги с боль­шей ответственностью подходят к изменению отношений и испытывают меньше страхов в случае необходимости разрыва неудачных отношений.

88

Вместе с тем неоднократное заключение людьми повторных браков неред­ко представляет собой «хождение по кругу», детерминированное действием их семейных сценариев. В таких случаях выбор партнера, как правило, бессозна­тельно осуществляется по тем же основаниям, что и предыдущий. Если бес­сознательные конфликты, мотивирующие выбор партнера, не находят своего разрешения, велика вероятность распада и повторного брака.

Развитие эмоциональных отношений с новым брачным партнером зависит оттого, насколько были завершены прежние отношения. Если в адрес бывше­го супруга сохранилось много невыраженных чувств, прежде всего, негатив­ного характера (обида, злость и т. д.), и невысказанных претензий, это будет затруднять формирование новых эмоциональных связей. В таких случаях ве­лика вероятность того, что в повторном браке начнут отыгрываться незавер­шенные конфликты предыдущих отношений.

Выстраивание новых отношений может быть сопряжено с рядом трудностей:

□ стеснение и неловкость при знакомстве;

□ страх близости из-за травматичных отношений в прежнем браке;

□ опасения вновь пережить боль и разочарование;

□ чувство вины перед детьми за отношения с другим мужчиной (женщи­ной);

□ неприятие детьми новых отношений родителя (родителей). Часто такие отношения в глазах детей выглядят как предательство по отношению к бывшему супругу, особенно в случае его смерти.

Если повторный брак заключается людьми, у которых предыдущие отно­шения прекратились в результате смерти брачного партнера, то в новом браке возрастает риск «жизни втроем». Как правило, это обусловлено сильной идеа­лизацией умершего супруга (супруги) или эмоциональной незавершенностью отношений с ним.

2.8.2. Диагностика

Данный кризис можно диагностировать на основании анализа беседы с су­пружеской парой. Маркерами кризиса, связанного с созданием семьи в случае повторного брака, выступают:

□ конфликты, возникшие в результате ролевой неопределенности членов новой семьи;

□ конфликты, связанные с неадекватными установками, ожиданиями и притязаниями к новому брачному партнеру, основанные на опыте пре­жних брачных отношений;

□ нарушение внешних границ новой семьи, выражающееся, как правило, в практически полном отсутствии контактов с расширенными семьями, вызванное непринятием ими нового брака, партнера или его детей;

□ проблемы в детско-родительских отношениях (перевернутая иерархия, проявляющаяся в виде неподчинения ребенка неродному родителю; кон-

89

куренция между родным и неродным родителями одного пола за право быть «лучшим родителем» ребенку; высокий уровень конфликтности между родителем и приемным ребенком и др.);

□ отсутствие близости между членами объединившихся семей;

О разочарование в новом браке и брачном партнере, основанное на не­оправдавшихся или нереалистичных ожиданиях.

Проверка терапевтических гипотез может осуществляться с помощью сле­дующих методик:

□ выявление уровня сплоченности семьи (величины психологической ди­станции), семейной иерархии, границ семьи — методики FAST (тест Ге­ринга), «Семейная социограмма», FACES-3;

□ анализ ролевой структуры семьи — методика «Ролевые ожидания и при­тязания в браке» (А. Н. Волкова), анкета «Семейные роли» (в модифика­ции А. В. Черникова);

О выявление степени адекватности восприятия брачного партнера — ме­тодика «Мое письмо о супруге» (С. А. Белорусов);

□ определение эмоционального фона семьи и некоторых параметров супру­жеских отношений — методика «Удовлетворенность браком» (В. В. Сто-лин, Т. М. Романова, Г. П. Бутенко), опросник «Понимание, эмоциональ­ное притяжение, авторитетность» (А. Н. Волкова);

□ выявление нарушений в детско-родительских взаимоотношениях — опросник «Анализ семейного воспитания» (АСВ); диагностика детско-родительских отношений; методика «Родителей оценивают дети» (РОД); опросник «Измерение родительских установок и реакций» (PARI); опросник «Взаимодействие родитель—ребенок»; методика диагностики родительского отношения; тест «Диагностика эмоциональных отноше­ний в семье».

2.8.3. Психологическая помощь

Можно выделить следующие группы проблем, по поводу которых семья повторного брака обращается к психологу:

1. Трудности в отношениях между супругами. Помощь консультанта в этом случае заключается в информировании брачных партеров о норматив­ных психологических трудностях, связанных с созданием новой семьи, и проведении супружеской терапии.

2. Трудности в отношениях неродного родителя с ребенком. Здесь важно прояснить отношение ребенка к повторному браку родителя, особенно­сти восприятия неродным родителем ребенка, а также помочь выявить взаимные претензии и ресурсы для построения более гармоничных от­ношений.

3. Структурные семейные нарушения, связанные, как правило, с возник­новением отношений в виде треугольника (например, «мать-отчим—ре-

90

бенок» или «отец-ребенок—отчим» и т. п.). В таких ситуациях важно поддержать диадные отношения взрослых членов образовавшихся тре­угольников и помочь им обходиться с имеющимся в них напряжением, не вовлекая при этом во взаимодействие ребенка.

4. Трудности в установлении отношений с членами расширенной семьи, обусловленные отсутствием принятия со стороны последних нового брака.

Наиболее важным аспектом психологической помощи семье повторного брака в каждом из этих случаев является информирование супругов о возмож­ных нормативных психологических трудностях, связанных с построением но­вых отношений (особенно для семей с детьми от предыдущих браков). Необ­ходимо объяснить супругам важность поддержания отношений с бывшим партнером в рамках родительских ролей для сохранения психического и эмо­ционального благополучия ребенка. Адаптация к новой семье у ребенка про­исходит легче при условии, что отношения с родителем, не проживающим с ребенком, носили деструктивный характер либо вовсе отсутствовали. При на­личии позитивных отношений с родным родителем необходимо рекомендо­вать членам новой семьи не запрещать контакты с ним, относиться с особой деликатностью и внимательностью к чувствам ребенка, дать ему время для адап­тации к новой ситуации, оказывать ему поддержку, не форсировать процесс установления близости, не принимать жестких воспитательных мер. Не следу­ет заставлять ребенка называть неродного родителя мамой или папой.

В ряде случаев целесообразно приглашать на консультацию родного отца (мать) ребенка для оказания помощи в распределении областей ответственно­сти, зон влияния на ребенка.

Очень важно, чтобы ребенок не стал инструментом мести одного родителя другому. Если выявляются факты манипулирования ребенком расставшимися родителями с одной или с обеих сторон, желательно организовать встречу ро­дителей для окончательного прояснения и эмоционального завершения пре­жних отношений. Целью данной встречи должно явиться заключение согла­шения между ними по вопросам их дальнейшего взаимодействия как родителей. Важно, чтобы ребенок знал, что, несмотря на то, что родители расстались, каж­дый продолжает считать его своим ребенком и любит его.

91

Ненормативные семейные кризисы

Глава 3

3.1. ПОНЯТИЕ НЕНОРМАТИВНОГО СЕМЕЙНОГО КРИЗИСА

Мудрец будет скорее избегать болезней, чем выбирать средства против них.

Т. Мор

Кроме нормативных кризисов — трудностей, связанных с прохождением семьей основных этапов жизненного цикла, — семейная система может пере­живать и ненормативные кризисы.

Ненормативный семейный кризис — это кризис, возникновение которого потенциально возможно на любом этапе жизненного цикла семьи и связано с переживанием негативных жизненных событий, определяемых как кризисные. Р. Хилл выделил три группы факторов, приводящих к возникновению семей­ных кризисов (HillR., 1970):

1. Внешние затруднения (отсутствие собственного жилья, работы и др.).

2. Неожиданные события, стрессы (семья или один из ее членов становит­ся жертвой террористического акта, автомобильной, железнодорожной или авиакатастрофы и др.).

3. Внутренняя неспособность семьи адекватно оценить и пережить какое-либо семейное событие, рассматриваемое ею в качестве угрожающего, конфликтного или стрессового (серьезная болезнь или смерть одного из членов семьи, супружеская измена, развод и др.).

Первая группа факторов обычно является сферой деятельности социальных работников и социальных педагогов. С последствиями действия второй груп­пы факторов имеют дело кризисные психологи, врачи, психотерапевты. Фак­торы третьей группы чаще всего приводят семью к специалисту в области се­мейной психологии и психотерапии.

Признаками семейного кризисного события могут выступать:

92

Gсверхнормативность для данной семьи; О угрожающий функционированию семьи характер события; О резкое возрастание внутриличностной напряженности, кризисное состо­яние членов семьи;

□ возникновение межличностных конфликтов в семье, требующих их раз­решения/и отсутствие у членов семьи опыта решения конфликта такого уровня;

О истощение адаптационных ресурсов членов семьи;

□ прогрессирующие негативные изменения в семейной ситуации;

□ затруднения функционирования семьи в связи со столкновением с си­туациями, аналогичных которым не было в семейном опыте;

П нарушение стереотипов поведения членов семьи.

В каждом ненормативном семейном кризисе можно выделить следующие взаимосвязанные компоненты:

1. Кризисное событие.

2. Восприятие и понимание членами семьи происходящего.

3. Отношение членов семьи к данному событию и особенности его пере­живания ими.

4. Изменения в семейной системе.

5. Возможные индивидуальные и общесемейные способы выхода из кризиса.

Большинство ненормативных семейных кризисов имеет свои закономер­ности протекания, знания о которых необходимы психологу для организации адекватной психологической помощи.

3.2. ИЗМЕНА

Любовь одна, но подделок под нее — тысячи.

Ф. Ларошфуко

3.2.1. Феноменология кризиса

Супружеская неверность, измена, адюльтер (фр. adultere; синоним — пре­любодеяние) рассматривается как вступление лица, состоящего в браке, в по­ловую связь с лицами из других брачных пар или с одинокими мужчинами и женщинами. Она может носить как эпизодический, так и систематический характер.

Отношение к измене в разных культурах и в разные времена было отлич­ным. В историческом плане можно проследить постепенный переход от бес-

93

порядочных половых связей к моногамным отношениям, подразумевающим постоянную сексуальную связь с одним партнером. Однако за моногамией часто скрывались полигамные отношения, допускаемые, прежде всего, для мужчин, тогда как в отношении женщин декларировались требования абсо­лютной верности. В настоящее время в нашей культуре отсутствует половая дискриминация в отношении супружеской измены: нравственные законы, регулирующие это явление, в равной мере относятся и к женщинам, и к муж­чинам.

Влияние измены на супружеские отношения в значительной мере опреде­ляется тем, на какой стадии развития брака она произошла (совпадая с норма­тивными семейными кризисами, она тем самым усугубляет их протекание), а также ее характером, длительностью и типом: была ли эта связь продолжи­тельной или случайной, преимущественно сексуальной или отличалась эмо­циональной привязанностью.

Измена, как правило, является признаком супружеских дисгармоний и свидетельствует о наличии различных противоречий и конфликтов между су­пругами. Далеко не всегда она является следствием нарушений сексуальных отношений в браке. Часто за изменой скрывается факт неудовлетворения пси­хологических потребностей: в любви, близости, принятии, уважении. Однако неверность может встречаться и в достаточно гармоничных семьях с благопо­лучными и устойчивыми супружескими отношениями.

Мужчины заводят любовниц, как правило, для удовлетворения своих сек­суальных потребностей, они ищут на стороне разнообразие сексуальных ощу­щений. Женщины же во встречах с любовником в большинстве случаев стре­мятся получать удовлетворение от атмосферы ухаживания, внимания, заботы, которая вокруг нее создается.

К. Имелинский отмечает, что тенденция к измене детерминируется не только супружескими дисгармониями, но и обычным стремлением человека к поиску новых впечатлений. Она наблюдается в различных областях человеческой дея­тельности. В частности, в сексуальной сфере это проявляется поиском новых партнеров. Данная тенденция положительно коррелирует с общей жизненной энергией человека. Имеют значения и такие свойства личности, как способ­ность завязывать контакты, смелость и способность к самоотдаче. Другие лич­ностные качества, например нерешительность, пассивность, страх, напротив, являются факторами, способствующими верности.

Существует две точки зрения на измену. Согласно первой, традиционной, измена — опасная, разрушающая супружество ситуация. Согласно другой, из­мена позволяет поддержать умирающие супружеские взаимоотношения. На­пример, К. Витакер рассматривает любовника (любовницу) как «психотера­певта на стороне» одного из супругов. Между тем в большинстве случаев супружеская неверность все же угрожает целостности семьи как системы. Несмотря на то, что измена возникает в супружеской диаде, ее последствия оказывают влияние на всю семью в целом. Могут нарушаться не только супру­жеские, но и детско-родительские взаимоотношения, что проявляется в воз­никновении различных структурных нарушений семьи, таких как межпоко­ленные коалиции, перевернутая иерархия, ролевые инверсии.

94

Пример

ЗапсихологическойпомощьюобратиласьЕвгенияВ., 41 год, сжалобами на 20-летнегосына. Еебеспокоило, чтосынвпоследнеевремяоченьапа­тичный, отстраненный, что«егоничегонеинтересует», онневыполняет своихобещаний, постоянноменяетместаработы (каждые 2—3 месяцаего увольняют, ионвынужденискатьновуюработу). Прианализесемейной ситуациивыяснилось, чтоотношенияЕвгениисмужемдовольносложные. Напротяженииихсовместнойжизнионейпериодическиизменял, апослед­ниенескольколетунегоестьпостояннаялюбовница. Отношенияжес сыномвсегдабылиоченьблизкими. Оначастоделиласьснимсвоими переживаниямипоповодуотношенийсмужем, находяунегоподдержку. Наличиемежпоколеннойкоалициимеждуматерьюисыноминагружен-ностьребенканетипичнымидляегостатусаивозрастафункциямизатруд­нилипроцессотделениямолодогочеловекаотсемьи (преждевсего, от матери), чтосталоисточникомегодепрессивныхсостоянийипроблемс работой. Вданнойсемейнойсистеменафонепостоянныхизменсупруга, сын, посути, сталсимволическиммужемсвоейматери, стабилизируя, та­кимобразом, существованиесемьиисохраняябрак.

Измена обычно затрагивает чувства чести и достоинства обманутого супру­га и сопровождается переживанием ревности, привносящей в семейную драму глубокие разрушительные для семьи аффекты. В. Бамберри рассматривает су­пружескую неверность как свидетельство супружеского тупика, мертвых от­ношений (Витакер К., Бамберри В., 1997).

Супружеская измена может выполнять ряд функций, представляя собой:

□ способ завершения супружеских отношений и констатации факта несо­стоятельности брака;

□ способ привлечения внимания брачного партнера и передачи ему мета-послания о неудовлетворении определенных потребностей;

□ способ сохранить супружеские отношения путем реализации потребно­стей, дефицит удовлетворения которых в браке ощущается довольно ос­тро;

□ проигрывание семейных сценариев;

□ способ компенсировать чувство неполноценности, повысить само­оценку.

Таким образом, феномен измены может быть проанализирован на трех уров­нях: индивидуальном, микро- и макросистемном. В зависимости от функции, которую выполняет измена, следует выбирать те или иные способы оказания психологической помощи.

Среди причин супружеской неверности можно выделить следующие: 1. Индивидуальные особенности партнеров по браку:

П нарушение полоролевой идентичности партнера по браку, вынуждающее доказывать свою мужественность (женственность), вступая в как можно большее количество сексуальных связей;

□ патохарактерологические личностные особенности супругов (например, страх быть поглощенным у брачного партнера с шизоидной организаци-

95

ей личности, побуждающий вступать во внебрачные связи, регулируя таким образом психологическую дистанцию в супружеской подсистеме).

2. Микросистемные факторы:

П нарушение супружеских отношений;

П супружеская несовместимость (прежде всего сексуальная);

□ отсутствие эмоциональной близости между супругами;

□ охлаждение чувств в браке;

□ месть одного партнера другому за причиненные страдания;

□ отсутствие взаимных чувств в браке (представляет собой попытку любяще­го, но отвергнутого партнера компенсировать недостаток любви в браке);

П разочарование супругов друг в друге;

П сексуальная абстиненция партнера по браку, связанная с болезнью су­пруга, его длительным отсутствием и т. д.

3. Макросистемные факторы:

П актуализация семейных сценариев;

□ трансгенерационные послания (например, женщина, всю жизнь храня­щая верность своему мужу и вытесняющая сексуальные желания к дру­гим мужчинам, может различными способами поддерживать измены или поведение промискуитетного типа у своей дочери).

К числу факторов, сопутствующих супружеской неверности, относятся:

□ неадекватная мотивация брака;

□ обыденность брака;

□ химические зависимости одного из партнеров;

□ большая разница в возрасте между супругами;

□ низкий материальный достаток семьи;

□ отсутствие совместного досуга супругов;

□ большое количество свободного времени у одного из партнеров.

Выделяют несколько видов супружеской неверности:

1. Случайный внебрачный контакт представляет собой единичный случай измены, мало связанный с конкретным лицом. Случайный контакт может воз­никнуть вследствие неудовлетворения сексуальной потребности в связи с вы­нужденной половой абстиненцией (разлука или болезнь одного из супругов). В других случаях он является способом доказать себе свою сексуальную дее­способность и др. Возможны следующие крайние варианты: (1) единичный вне­брачный контакт, имевший место совершенно случайно при стечении опреде­ленных обстоятельств, и (2) частые внебрачные контакты у индивидуума промискуитетного типа, который легко меняет половых партнеров, не имея с ними эмоциональной связи.

2. Эротико-сексуальные приключения — внебрачные сексуальные эпизоды, которые основываются на стремлении к разнообразию, получению нового сек­суального опыта. Помимо сексуального влечения, для изменяющего очень важ­на эротическая привлекательность партнера и нежность как необходимый ком-

96

понент отношений. Такие контакты дарят обоим партнерам разнообразные переживания, доставляющие много удовольствия. Большое значение в таких отношениях имеют сексуальные игры, в которых партнеры экспериментиру­ют с новым телесным опытом. Эти эротико-сексуальные приключения быва­ют краткими, с отсутствием взаимных обязательств и оставляют после себя приятные воспоминания. Они, как правило, не представляют опасности для супружеского союза каждого из партнеров.

Внебрачные половые контакты, единичные или повторяющиеся, и эроти­ко-сексуальные приключения иногда обозначают как «ситуационные кратков­ременные измены». От них следует отличать продолжительную измену, обо­значаемую как «внебрачная связь».

3. Внебрачная связь характеризуется большой продолжительностью и воз­никновением эмоциональной привязанности. Ей, как и супружеским отноше­ниям, свойственны определенные стадии развития. Эта связь может иметь характер длительных, преимущественно сексуальных отношений либо эмоцио­нальной близости. Наличие внебрачной связи вынуждает изменяющего парт­нера вести так называемую двойную жизнь.

При раскрытии факта измены возможно возникновение нескольких типов реакций:

Агрессия. Обманутый партнер прерывает отношения, совместное с су­пругом ведение хозяйства, требует прекращения внебрачной связи и гро­зит разводом. Такое поведение, как правило, характерно для партнера, эмоционально не зависящего от брака. Агрессивный подход вынуждает «изменника» принять решение; если у него еще сохраняется значитель­ная связь с семьей и детьми, то такая постановка вопроса может привес­ти к разрыву внебрачных отношений и возврату в семью.

Защита. Обманутый партнер прекращает супружеские отношения только частично. Он ограничивает эмоциональные проявления, а также прояв­ления любви и расположения, но продолжает совместное ведение хозяй­ства и сексуальные отношения, а также использует различные способы удержания партнера в семье (начинает уделять больше внимания своему внешнему виду, организовывает совместный досуг, чтобы супруг(а) при-знал(а) его (или собственную) важность и незаменимость). Партнеру мо­жет предъявляться ультиматум, согласно которому он должен порвать вне­брачную связь в течение определенного срока. Прекращаются разговоры о внебрачном партнере, и пропускается любая информация о нем.

Игнорирование. Обманутый партнер делает вид, что не замечает либо не знает об измене, либо ведет себя так, словно ему все равно. Такое пове­дение может быть свойственно партнеру, не испытывающему эмоцио­нальной привязанности к супругу (супруге), в случаях, когда сохранение брачных отношений является выгодным, а также при наличии крайне созависимых и деструктивных отношений и др.

Существует несколько моделей поведения супругов в ситуациях измены: 1. Модель, характерная для брачного партнера, смыслом жизни которого яв­ляется завоевание лиц противоположного пола. С увеличением числа «побед»

97

растет ощущение собственной ценности и значимости. Люди данного типа за­вязывают кратковременные знакомства, не задумываясь о возможных послед­ствиях. Однако при этом они могут сохранять близкие эмоциональные отно­шения с брачными партнерами. Для взаимодействия в таких семьях характерна следующая цикличность: измена — обнаружение — покаяние — прощение — измена. Инициатором обращения в консультацию в некоторых случаях явля­ется обманутый партнер, в других — сам изменяющий, когда возникает угроза развода.

2. Модель поведения, более характерная для женщин, отличающихся несамо­стоятельностью, незрелостью и склонностью к зависимым отношениям. Они вы­бирают серьезных и стабильных брачных партнеров. В таких семьях секс мо­жет использоваться как средство поощрения или наказания. Измены, как правило, возникают на том этапе семейной жизни, когда женщина вынуждена быть максимально включенной в семейное взаимодействие и заниматься вос­питанием детей. Со стороны супруги появление внебрачных связей, которые могут привести к разрушению семейных отношений, возможно в случае воз­растания материального интереса или стремления приобрести более высокий социальный статус. В консультацию чаще всего обращается отвергнутый партнер.

3. Модель поведения, связанная с ситуациями, когда после случайной измены или непродолжительной сексуальной связи любовник или любовница выступают инициаторами продолжения отношений и пытаются разрушить брак. В некото­рых ситуациях в случае раскрытия факта измены изменивший супруг стремит­ся образовать коалицию с партнером по браку против третьей стороны.

4. Модель, характерная для тех, кто постоянно пытается найти нового, «луч­шего» партнера по браку. Встречается в тех случаях, когда сохранение не удов­летворяющего супругов брака осуществляется за счет непсихологических фак­торов: необходимость растить детей, жилищные проблемы и др.

5. Модель, в которой измены обусловлены усталостью супруга от брака. Вне­брачные связи в таких случаях являются приятной сменой домашней рутины.

6. Модель, основанная на длительных внебрачных связях при доминирующей ценности семейных отношений и стремлении сохранить собственный брачный союз. Внебрачная связь не создает проблем для семейной жизни, не препят­ствует выполнению супружеских и родительских функций. Эмоциональная зависимость от внебрачной связи незначительна: оба партнера рассматривают ее лишь как «дополнительное удовольствие».

3.2.2. Психологическая помощь

Как указывалось выше, феномен измены может быть проанализирован на трех уровнях: индивидуальном, микро- и макросистемном, что определяет спо­собы оказания психологической помощи.

Помощь на индивидуальном уровне предполагает работу с одним из супру­гов. Здесь главное внимание уделяется проработке внутриличностных проблем

98

клиента, связанных с его патохарактерологическими особенностями. Это мо­жет быть работа, направленная на интеграцию образа «Я»; осознание своей полоролевой идентичности; повышение самооценки; выявление деструктив­ных паттернов поведения, обусловленных структурой личности; проработку ранних детских конфликтов. Как правило, психологическая помощь в подоб­ных случаях предполагает длительную психотерапевтическую работу.

Также в рамках данного направления возможно оказание краткосрочной помощи с целью поддержки обманутого супруга и предоставления ему возмож­ности отреагировать собственные страхи, тревогу и другие сильные эмоции. Работа с чувствами обратившегося за помощью предполагает решение следу­ющих задач:

1. Предоставление клиенту возможности отреагировать чувства, вызван­ные фактом измены, и рассказать все, что он посчитает важным и нуж­ным. Психологу при этом следует избегать оценочных суждений и под­держивать клиента путем ослабления чувства уникальности собственной проблемы («Да, такое случается», «Так бывает»).

2. Сопровождение клиента в процессе выявления и проработки тех чувств, которые он испытывает в связи с ситуацией измены (вина, обида, рев­ность, злость, ненависть и др.).

3. Оказание помощи в осознании и принятии своей ответственности за на­рушение супружеских отношений, проявившееся в форме измены, сво­его вклада в сложившуюся ситуацию. Особую осторожность и тактич­ность необходимо проявлять при работе с обманутым супругом, учитывая его боль и остроту переживаний. Ему можно рекомендовать посещение групп самоподдержки для супругов, переживших измену.

4. Сопровождение в принятии решения о разрыве либо восстановлении отношений с партнером.

При работе с обманутым либо изменившим супругом важно соблюдать веж­ливость, тактичность и нейтральность, поскольку тема измены является эмо­ционально насыщенной и может вызывать у самого психолога (в связи с его личным опытом или отношением к данной проблеме) реакции, осложняющие процесс оказания психологической помощи.

Работа на микросистемном уровне — прежде всего, с супружеской парой — предполагает определение характера нарушений супружеских отношений, при­ведших к измене, и коррекцию дисфункциональных паттернов взаимодействия брачных партнеров. Задачами психолога является:

1) выявление представлений о сложившейся ситуации у каждого из супру­гов. Важно, чтобы каждый высказался и был услышан;

2) прояснение того, как каждый из супругов переживает данное событие и какие чувства и эмоции оно вызывает у них обоих. На этом этапе це­лесообразно дать возможность супругам сказать друг другу о своих претензиях и обидах, избегая при этом взаимных оскорблений и обви­нений;

3) оказание помощи супругам в осознании собственного вклада в сложив­шуюся ситуацию и разделении ответственности;

99

4) сопровождение брачных партнеров в принятии решения о возможности сохранения отношений и, в случае их желания не разрушать семью, в за­ключении нового супружеского договора.

В тех случаях, когда при работе с супружеской парой выясняется, что в си­туацию супружеского конфликта включены другие члены семьи (дети, праро­дители), рекомендуется проводить семейную терапию.

3.3. РАЗВОД

Развод — это предохранительный клапан супружеского котла.

А. Декурсель

3.3.1 Феноменология кризиса

Под разводом понимают разрыв супружеских отношений в его юридичес­ком, экономическом и психологическом аспектах, что влечет за собой реорга­низацию семейной системы. Кризисный характер данного события (даже если развод осуществляется с согласия обоих партнеров) обусловлен продолжитель­ностью и болезненностью переживаний членов семьи и его дестабилизирую­щим влиянием на всю семейную систему. Даже спустя длительный период времени после прекращения отношений сохраняются психологические послед­ствия расставания (как правило, актуализирующиеся в связи с синдромом го­довщины).

Выделяют следующие факторы, способствующие росту количества разводов:

□ укрепление экономической самостоятельности и социального равнопра­вия женщины;

□ либерализация взглядов на развод;

□ освобождение от классовых, религиозных и национальных предрассудков;

□ рост продолжительности жизни;

П снижение влияния родителей на выбор супруга;

□ неадекватная мотивация вступления в брак одного или обоих партнеров.

В качестве основного мотива развода выступает невозможность удовлетво­рения в существующем брачном союзе потребностей и желаний супругов. Среди причин, приводящих к разводу либо увеличивающих его вероятность, можно выделить:

□ семейные сценарии, включающие конфликтные отношения либо раз­вод родителей одного из супругов;

П поздний или ранний возраст вступления в брак;

100

□ низкий уровень дифференциации супругов и размытые внешние грани­цы семьи, что обусловливает постоянные вмешательства в ее функцио­нирование третьего поколения, особенно при совместном проживании с родителями одного из брачных партнеров;

□ разочарование в партнере;

□ личностные особенности одного или обоих супругов, выражающиеся в склонности к конфликтному поведению;

□ неравный уровень образования и социального статуса супругов;

□ профессиональная занятость женщины, в том числе «бикарьерная»

семья;

□ вынужденное раздельное проживание супругов (командировки, разъез­ды, так называемая «дистантная» семья);

□ бесплодие одного из супругов, невозможность иметь детей;

□ добрачная беременность (так называемые «стимулированные» браки);

□ рождение ребенка в первые 1—2 года брака;

□ употребление алкоголя и наркотиков;

□ супружеские дисгармонии (измены, сексуальная неудовлетворенность в браке и др.).

Развод, как правило, не является одномоментным событием и имеет свою динамику проживания. А. Маслоу предложил модель распада супружеских от­ношений, включающую в себя семь стадий.

1. Эмоциональный развод обусловлен разрушением иллюзий супружеской жизни, чувством неудовлетворенности, отчуждением супругов, страхом и от­чаянием, попытками контролировать партнера, спорами, стремлением избе­жать проблем.

2. Время размышлений и отчаяния перед разводом сопровождается болью, зло­стью и страхом, противоречивостью чувств и поступков, зачастую шоком, ощу­щением пустоты и хаоса. Предпринимаются попытки вернуть любовь, полу­чить помощь от друзей, членов семьи.

3. Юридический развод — оформление разрыва отношений происходит на формальном уровне. Эта стадия связана не только с судопроизводством, но и с участием все большего количества лиц в семейных отношениях партнеров. Отношения разводящихся супругов могут включать в себя конфликты, угрозы либо стремление к переговорам. Во время развода и периода правовых споров оставленный партнер может испытывать жалость к себе, беспомощность, чув­ство отчаяния и злости.

4. Экономический развод связан с прекращением совместного ведения хо­зяйства и разделением семейного бюджета (если до этого он был общим).

5. Установление баланса между родительскими обязанностями и правом на опеку связано с переговорами родителей по вопросу дальнейших взаимоотно­шений с детьми и распределения зон ответственности. Основными задачами данного этапа являются создание новых отношений между родителем и ребен­ком, а также обретение чувства собственного достоинства и независимости.

6. Время самоисследования и возврат к равновесию после развода. Основная проблема этого периода — одиночество и наличие амбивалентных чувств: не-

101

решительности, оптимизма, сожаления, печали, любопытства, возбуждения, радости, грусти и др. Начинается поиск новых друзей, сфер активности, выра­батывается новый стиль жизни, определяются обязанности для всех членов семьи.

7. Психологический развод. На эмоциональном уровне — это принятие фак­та распада отношений, стабилизация эмоционального состояния, проработка негативных чувств, связанных с разводом. На когнитивно-поведенческом — готовность к действиям, уверенность в своих силах, ощущение самоценности, появление чувства независимости и автономии, поиск новых объектов для любви и готовность к построению новых отношений (в кн.: Кочюнас Р. Пси­хологическое консультирование).

Для описания стадий развода может быть использована модификация мо­дели переживания утраты, предложенная Э. Кюблер-Росс (Кюблер-Росс Э., 2001).

1. Стадия отрицания. Первоначально реальность происходящего отрицает­ся. Обычно человек затрачивает на близкие отношения много времени, энер­гии и чувств, поэтому ему трудно сразу смириться с разводом. На этой стадии актуализируется работа защитных механизмов: рационализация («наконец пришло освобождение», «рано или поздно это все равно бы произошло»), обес­ценивание («на самом деле брак был ужасным», «мой муж полное ничтоже­ство»), отрицание («ничего такого не случилось», «все хорошо») и др.

2. Стадия озлобленности. На этой стадии возникает чувство злости по отно­шению к партнеру. Покинутый партнер переживает состояние фрустрации, вызванное крушением его планов и надежд. Нередко он начинает манипули­ровать детьми, пытаясь привлечь их на свою сторону.

3. Стадия переговоров. Здесь предпринимаются попытки восстановить брак. Супруги используют различные манипуляции по отношению друг к другу, вклю­чая сексуальные отношения, угрозу беременности или беременность. Иногда прибегают к давлению на партнера со стороны окружающих.

4. Стадия депрессии. Когда отрицание, агрессивность и переговоры не при­носят никаких результатов, наступает угнетенное настроение. Человек чувству­ет себя неудачником, его самооценка, доверие к людям падают.

5. Стадия принятия. Эта стадия связана с принятием факта развода и адап­тацией к изменившимся условиям жизни. В случаях, когда в браке были дети, они тоже нуждаются в поддержке и помощи в адаптации к новой ситуации.

С. Даком была предложена модель процесса распада эмоциональных отно­шений, включающая четыре фазы: интрапсихическую, диадическую, соци­альную и фазу «отделки» (Гозман Л. Я., 1987). Каждая из них имеет свои спе­цифические особенности и цели.

Цель интрапсихической фазы состоит в понимании того, что именно в дан­ных отношениях является неудовлетворительным, идентификации своих про­блем с неопределенными аспектами отношений, поиске способов повышения удовлетворенности партнером и отношениями с ним. Результатом прохожде­ния первой фазы могут быть:

О смирение с существующими в браке проблемами;

П принятие решения о том, чтобы выразить партнеру свое неудовольствие.

102

Цели диадической фазы иные. Это конфронтация с партнером и перестрой­ка или прекращение отношений с ним. Начинают преобладать негативные эмоции, все больше возрастает тревожность, появляется чувство вины. Эта фаза может длиться годами. Для нее характерны «выяснения отношений» между супругами и попытки что-либо изменить в их взаимодействии. Прохождение второй фазы могут ознаменовать:

□ перестройка и сохранение отношений;

□ принятие решения о прекращении отношений.

На социальной фазе наблюдается постоянный переход от ссор к примирени­ям, актуализируются волнение и тревога по поводу своего будущего, страх оди­ночества и т. п. На этом этапе в процесс распада семьи вовлекаются другие люди (родственники, друзья). В результате супруги добиваются принятия бли­жайшим социальным окружением факта прекращения их отношений.

Фаза «отделки» включает реорганизацию пережитого опыта, его реинтер-претацию с целью создания более благоприятной и нетравмирующей истории эмоциональных отношений с бывшим партнером. Возможны следующие ва­рианты исхода этой фазы:

□ примирение с фактом распада отношений, извлечение позитивного опы­та, личный рост партнеров;

□ прошлый опыт воспринимается как собственная неудача.

Одна из концепций, описывающая распад эмоциональных отношений, была предложена Дж. А. Ли (цит. по: Агейко О. В.), которым были выделены следу­ющие фазы:

1. Осознание неудовлетворенности.

2. Выражение неудовлетворенности.

3. Переговоры.

4. Принятие решений.

5. Трансформация отношений.

Дж. А. Ли отмечает, что предложенная им очередность необязательна. Про­хождение перечисленных фаз индивидуально для каждой супружеской пары. Процесс распада может быть направлен не на прекращение отношений, а на их трансформацию. Как полагает автор данной концепции, цикличность от­ношений, включающая предложенные им фазы, может повторяться всю жизнь.

Эмоциональная утрата в связи с разводом не будет столь острой, если пара сможет поддерживать контакты и после прекращения супружеских отноше­ний. Это вполне вероятно, если бывшие супруги обладают достаточной психо­логической зрелостью и способны продолжать функционировать как родитель­ская пара.

Муж и жена, испытывающие сильную эмоциональную привязанность друг к другу (то есть находившиеся в слиянии или созависимых отношениях), в слу­чае развода могут столкнуться со значительными трудностями. Тревога, воз­никающая в связи с разрывом близких отношений, побуждает к стремитель­ному созданию нового созависимого союза, в котором велика вероятность

103

воспроизведения прежнего опыта. Наличие незавершенных отношений, не­прожитых, неотреагированных сильных чувств, относящихся к бывшему парт­неру, также может осложнить построение новых отношений. Типы реагирования на развод зависят от ряда факторов:

□ особенностей развода (его формы, глубины, длительности, количества вовлеченных в него участников);

□ отношения к нему со стороны супругов;

□ имеющихся в наличии ресурсов (материальная и жилищная обеспечен­ность, здоровье, эмоциональное состояние, детские проблемы, возраст супругов).

Наиболее распространенными стратегиями поведения в ситуации развода являются:

1. Агрессивная, выражающаяся в желании разрушить жизнь партнера, при­чинить ему боль, отомстить за причиненные страдания.

2. Манипулятивная, связанная с желанием удержать, вернуть брачного партнера любым способом, даже ценой потери самоуважения и уваже­ния партнера.

3. Принимающая, обусловленная адекватной оценкой реальности и при­нятием ее такой, какая она есть, что дает возможность сохранить с быв­шим партнером отношения, не обесценивая совместно прожитые годы, и свести к минимуму негативные последствия для детей.

Постразводная ситуация может быть осложнена разными обстоятельства­ми. Несмотря на либерализацию взглядов на развод, все равно сохраняются стереотипы, согласно которым разведенные женщины обладают более низким социальным статусом, чем замужние. В связи с этим, пережив развод, они мо­гут неожиданно столкнуться с негативными реакциями в своем социальном окружении. В дальнейшем это может привести к критическому обострению и без того напряженной ситуации.

Социальными последствиями развода являются напряженность и потеря привычных контактов. В процессе развода ослабевают связи с общими знако­мыми, осложняются взаимоотношения с членами расширенной семьи. После первоначального сочувствия и поддержки близкие люди часто начинают ди­станцироваться. Потеря или сокращение социальных контактов рождает чув­ство одиночества, которое, в свою очередь, может привести к депрессии, сни­жению трудоспособности, психосоматическим заболеваниям и др. Этот процесс нередко сопровождается разочарованием и развивающимся недове­рием к людям. Бывшие супруги после развода могут бояться вступать в новый брак, избегая повторения травматичного опыта.

Если внешние границы распавшейся семьи были очень жесткими и супру­ги почти не имели собственных независимых отношений с другими людьми, то после развода бывшие партнеры могут переживать глубокие эмоциональ­ные переживания.

Развод — это кризис, который затрагивает всю семейную систему и тяжело переживается не только супругами, но и детьми. Реакция детей на развод во

104

многом определяется их возрастом. Наиболее травматичным он является для детей дошкольного и подросткового возраста. В возрасте 3,5—6 лет ребенок не способен адекватно понять происходящие перемены в семье и нередко обви­няет во всем себя. В подростковом возрасте развод родителей может негативно сказаться на решении возрастных задач и затруднить процессы вторичной ин-дивидуации и сепарации. Именно в этот период ребенку важна поддержка обоих родителей и, прежде всего, отца, играющего важную роль в социальной адап­тации подростка. Детские переживания могут варьировать от вялой депрес­сии, апатии до резкого негативизма и демонстрирования несогласия с мнени­ем родителей.

Травматичность развода родителей возрастает еще и в связи с тем, что раз­рушение семьи не является следствием выбора самого ребенка. Он вынужден просто смириться с родительским решением. Распад семьи может представ­лять для него крушение его мира и вызывать различные протестные, фобичес-кие и депрессивные реакции. На остроту детских переживаний может оказы­вать влияние несколько факторов:

□ характер внутрисемейных взаимоотношений до развода и степень во­влеченности ребенка в решение супружеских проблем;

□ особенности протекания процесса развода;

□ с кем из родителей остается ребенок после развода, отношения с этим родителем;

□ характер взаимоотношений бывших супругов после развода.

Иногда родитель, с которым остается жить ребенок после развода, позво­ляет себе агрессивные выпады в сторону второго родителя или транслирует ребенку свое негативное отношение к бывшему брачному партнеру. В некото­рых случаях это могут делать оба родителя, пытаясь организовать коалицию с ребенком, для того чтобы получить от него поддержку или отомстить бывшему супругу. Ребенок, таким образом, оказывается втянутым в конфликт лояльно­сти. Это чревато нарушением процесса формирования его эго-идентичности, снижением самооценки и самопринятия, появлением комплекса неполноцен­ности, поскольку связано с обесцениванием образа родителя, являющегося неотъемлемой частью собственного образа «Я» ребенка.

В результате развода образуется неполная семья — семья с одним родите­лем, что вызывает необходимость структурной реорганизации. При этом, не­смотря на то, что бывшие супруги утрачивают статус мужа и жены, они про­должают оставаться родителями для своих детей, принимая участие в их воспитании.

Часто материальный уровень семьи после развода падает. В связи с этим оставшийся родитель вынужден искать новое более высокооплачиваемое мес­то работы или дополнительный заработок. Не будучи способным в одиночку справиться с экономическими трудностями, он часто возвращается в родитель­скую семью. Такой переезд может привести к актуализации прежних конфлик­тов между родителем и прародителями (бабушками и дедушками) и осложнить процесс реорганизации семьи. Могут возникнуть разнообразные структурные нарушения: межпоколенные коалиции между прародителями и внуками, ро-

105

левые инверсии (оставшийся родитель принимает на себя роль «семейного добытчика», оставляя бабушке (дедушке) материнскую функцию воспитания внуков), конкурентные отношения между прародителями и родителями и сни­жение статуса и авторитета последних (нарушение по параметру иерархии).

В ряде случаев родитель, не справляющийся с нагрузкой, может обратиться за помощью к старшему ребенку, передавая ему часть родительских функций. Такому ребенку может быть поручено присматривать за младшими детьми, а также выполнять некоторую работу по дому. Часто родитель, оставшийся в оди­ночестве, может искать у него эмоциональную поддержку, делегируя ребенку часть функций бывшего супруга. Размытость границ детско-родительской под­системы способна стать источником ряда проблем ребенка, поскольку адресуе­мые ему обязанности не соответствуют его возрасту и статусу (статусная неопре­деленность).

Таким образом, развод является кризисом, переживаемым не только на уров­не супружеской подсистемы, но и на уровне расширенной семьи и требует гло­бальной семейной реорганизации.

3.3.2. Психологическая помощь

Психологическая помощь семье, переживающей развод, определяется ди­намикой самого процесса и может принимать различные формы: П индивидуальное консультирование (терапия); О супружеское консультирование (терапия); □ групповая терапия для разводящихся супругов и детей; О семейное консультирование (терапия).

Развод относится к категории потери, и с этой позиции работа с разведен­ными партнерами сходна с той, которая проводится с людьми, пережившими утрату. Могут быть рекомендованы следующие этапы работы:

1. Проработка чувств обиды, отчаяния, злости, вины и т. д., испытывае­мых супругом (супругами).

2. Выявление фрустрированных потребностей, стоящих за предъявляемы­ми чувствами, и поиск способов их удовлетворения с учетом изменив­шейся ситуации.

3. Переосмысление и позитивная реинтерпретация полученного опыта.

4. Поиск внутренних ресурсов супруга (супругов) и построение планов на будущее.

5. Оказание помощи в семейной реорганизации.

При оказании психологической помощи разводящимся супругам очень важ­на поддержка со стороны психолога, так как в постразводном состоянии они часто чувствуют себя одинокими, брошенными, неинтересными, скучными и т. д. Позитивное влияние на психологическое состояние разводящихся су­пругов в этот период оказывают помощь и поддержка со стороны близких лю-

106

дей — родственников и друзей, что может существенно облегчить последствия

развода.

При психологическом консультировании разводящихся супругов очень важ­на осведомленность психолога в различных юридических аспектах проблемы развода, среди которых особенно важными представляются различные вопро­сы, связанные с детьми.

Для того чтобы снизить негативные последствия развода для детей, важно информировать родителей о важности сохранения контактов ребенка с обо­ими родителями и необходимости поддерживать уверенность ребенка в том, что они его по-прежнему любят, внимательно относиться к его чувствам и пе­реживаниям. Следует помочь бывшим супругам заключить родительский до­говор, предусматривающий определение доли участия каждого в воспитании ребенка.

В случае выявления факта делегирования одному из детей части родитель­ских или супружеских функций необходимо помочь родителю найти более под­ходящие объекты для получения поддержки, а также выработать адекватную возрасту ребенка систему прав и обязанностей, чтобы он смог удовлетворять потребности собственного развития.

В случаях воссоединения расширенной семьи после развода терапевтичес­кое вмешательство направлено на реорганизацию внутрисемейных границ и разделение обязанностей между родителем и прародителями. Например, праро­дитель заботится о ребенке в отсутствие родителя, но возвращает ему эти фун­кции после возвращения последнего.

Таким образом, работа с людьми, пережившими развод, требует достаточно длительного времени и включает реорганизацию всей семейной системы.

3.4. ТЯЖЕЛАЯ БОЛЕЗНЬ

Нельзя лечить тело, не леча душу.

Сократ

3.4.1. Феноменология кризиса

Наличие тяжелобольного человека является нелегким испытанием для всей семьи. К категории «семья с тяжелобольным человеком» относятся семьи, где один из членов страдает каким-либо серьезным соматическим либо нервно-психическим заболеванием, алкоголизмом, патологической ревностью и т. п.

Болезнь одного из членов семьи сопровождается нарастанием эмоциональ­ного напряжения в семье и физической нагрузки у отдельных ее членов. Жало­бы на нервно-психическое напряжение, неуверенность в завтрашнем дне, тре­вогу наиболее часто встречаются при беседе с членами семей алкоголиков и

107

ревнивцев (Эйдемиллер Э. Г., Юстицкис В. В., 2000). Скандалы, неожиданные исчезновения больного из дома, мучительная тревога за него, невозможность строить перспективные семейные планы — все эти события значительно осложняют жизнь такой семьи.

Психологами проведены исследования, направленные на изучение послед­ствий психического заболевания для семьи больного, дегоспитализации пси­хически больных (BrownG. E, MonckE. etal., 1962). Ряд исследований посвя­щен изучению семей с больными шизофренией (Бейтсон Г., 2000).

Все трудности, с которыми сталкивается семья больного, можно разделить на объективные и субъективные. К числу объективных относятся возросшие расходы семьи, неблагоприятное воздействие сложившейся ситуации на здо­ровье ее членов, нарушения ритма и распорядка жизни семьи. Среди субъек­тивных трудностей выделяют разнообразные переживания и эмоциональные реакции в связи с психическим заболеванием одного из членов семьи:

□ растерянность из-за полной беспомощности больного;

□ замешательство, вызванное непредсказуемостью его поведения;

□ постоянное беспокойство о будущем, связанное с неспособностью боль­ного решать свои жизненные проблемы самостоятельно;

□ чувство страха;

□ чувство вины; О депрессия;

□ разочарование;

□ фрустрация;

□ ярость, вызванная неразрешимостью самой проблемы заболевания.

Такие реакции семьи нормальны и естественны, поскольку обусловлены чрезвычайной сложностью ситуации и невозможностью повлиять на нее.

Появление в семье психически больного приводит к значительному измене­нию ее структуры и взаимоотношений между ее членами. Как правило, наблю­дается «расслоение» семьи на три подгруппы, члены которых в различной сте­пени вовлечены во взаимодействие с больным и заботу о нем (Terkelsen, 1987):

1. Первая группа, или внутренний слой. Представлена членом семьи, кото­рый берет на себя роль главного опекуна и на которого приходится основная тяжесть повседневного ухода, надзора, обслуживания. Как правило, это мать, сестра или жена. Жизнь этого члена семьи полностью сосредоточена на боль­ном. Если у последнего отсутствуют или ослаблены социальные контакты, то этот член семьи становится связующим звеном между ним и миром и несет ответственность за его социальную адаптацию. Он постоянно думает о потреб­ностях и нуждах больного, заботится об их удовлетворении. Чаще всего имен­но этот человек занимается поисками причин болезни или попытками их ра­ционального объяснения, обращается к специалистам за помощью, читает специальную литературу и контактирует с подобными семьями с целью под­держки и получения новых знаний о болезни. Как правило, этот человек несет ответственность перед социумом за поведение больного и возможные послед­ствия его нарушенного поведения. Такой член семьи наиболее чувствителен и больше других страдает от любого ослабления и усиления симптомов болезни.

108

Его жизнь наполнена постоянными заботами о больном. Чем хуже идут дела у больного, тем больше активности требуется от опекуна, который часто при этом жертвует своей личной жизнью и интересами.

2. Вторая группа — это члены семьи, которые в меньшей степени участвуют в повседневной опеке, сохраняя возможность реализации личных планов и интересов. Они Продолжают вести активную социальную жизнь (работают, учатся, встречаются с друзьями и др.), но при этом их эмоциональная связь с больным членом семьи достаточно сильная. Им труднее оторваться от своих многочисленных профессиональных, учебных, личных и других дел, вследствие чего они часто беспокоятся, что ухудшение состояния больного может стать угрозой для привычного-образа жизни и их планов на будущее. Подобные опа­сения и возникающее чувство вины могут осложнять взаимоотношения с глав­ным опекуном больного члена семьи и провоцировать защитное поведение (у них неожиданно могут появиться «сверхважные» профессиональные и другие внесемейные дела). В результате между главным опекуном и другими членами семьи нередко возникает отчуждение (нарушение параметра сплоченности).

Пример___________________________________________________________________

ЗапсихологическойконсультациейобратиласьженщинасдочерьюСвет­ланой 12 лет, инвалидомдетства. Девочкаперенеслаоперациюпоудале­ниюглаза, внастоящиймоментсоциальноадаптирована, имеетхорошую школьнуюуспеваемость.

Мамадевочкиявляетсятипичнымпредставителемопекуна. Послерожде­ниядочерионапосвятилаейвсюсвоюжизнь. Втечениеэтихлетмама ухаживалазадевочкой, организовалаейдорогостоящеелечениевГерма­нии. Дляэтогоонаоткрыласвойбизнес; познакомиласьстакимиже, как она, матерямиисталаинициаторомсозданиягруппысамопомощидляжен­щин, имеющихдетей-инвалидов.

ОтецдевочкибылликвидаторомпоследствийавариинаЧернобыльской АЭС, ирождениенездоровогоребенкаявляетсяследствиемполученной имдозыоблучения. Послерождениядевочкионсталзлоупотреблятьал­коголем. Частоведетсебяпоотношениюкдочериоченьагрессивно: в пьяномсостояниикричитнанее, проклинает, желаетейсмерти. Подобное брутальноеповедениеотца, являющегосячленомсемьивторойгруппы, представляетсобойпопыткузащититьсяотчувствавиныиотчаяния, от невозможностичто-либоизменить.

3. Третью группу составляют близкие и дальние родственники, знающие о проблемах, связанных с больным, интересующиеся им, однако практически не имеющие с ним повседневного контакта. Как правило, они обладают соб­ственным взглядом на происходящее, чаще всего связанным с обвинениями в адрес главного опекуна и других членов семьи, что может усиливать чувство вины и беспомощность последних.

Среди факторов, стимулирующих рост неудовлетворенности в семье в ре­зультате болезни одного из ее членов, Э. Г. Эйдмиллером и В. В. Юстицкисом (2000) были выделены следующие:

109

1. Ощущение вины (своей и больного) за болезнь. Семья особенно тяжело пере­живает болезнь, если ее члены винят себя и больного в том, что произошло. Степень тяжести переживания зависит от представлений членов семьи и дру­гих родственников о болезни, ее причинах и о степени вины самого пациента в ее возникновении и продолжении. К. Теркельсен описывает две наиболее встре­чающиеся точки зрения членов семьи психически больного на причины бо­лезни:

□ биологическая: семьи, осознанно или неосознанно придерживающиеся этой теории, видят причины болезни в каких-то не зависящих от воли пациента изменениях в его организме. Они могут испытывать большую растерянность перед проявлениями болезни, переоценивать возможно­сти медикаментозного лечения, их нередко терзает страх за детей (что болезнь передается генетически) или за себя (что болезнь, вопреки всем уверениям врача, заразна). В то же время они не склонны обвинять друг друга в болезни или видеть в ней наказание пациента за его действитель­ные или мнимые грехи;

□ психологическая: ее сторонники склонны обвинять себя и других чле­нов семьи, самого пациента. Они могут считать, что «мать слишком опе­кала», «отец был слишком строг», «сестра отвергала», «брат не помогал» и т. д. и что, следовательно, все они так или иначе виноваты в том, что развилась болезнь. Кроме того, имеется определенная агрессивность и по отношению к больному («когда он хочет, он понимает», «если бы он сам постарался, дела шли бы лучше») — родственники нередко считают, что он сам виноват в том, что не выздоравливает, так как не прилагает к этому достаточных усилий. В этом случае члены семьи постепенно раз­деляются на обвиняющих и обвиняемых. Ради своего спокойствия они стараются не высказывать обвинений вслух и не обсуждать, кто же более всех виноват. Но скрытые взаимные обвинения могут создавать особую атмосферу тягостной тишины вокруг некоторых тем.

2. Поведение больного члена семьи. Психическое нарушение часто сопровож­дается изменениями в поведении больного и приносит с собой деморализа­цию, более или менее глубокую утрату самоконтроля и эмпатии по отноше­нию к чувствам других. Так, исследования психически больных показали, что даже самое причудливое поведение больного члена семьи (несвязная речь, гал­люцинации и т. п.) создает не такое сильное напряжение в семье, как его раз­дражительное, агрессивное поведение.

3. Длительность болезни. Как начало болезни, так и все ее рецидивы — значи­мый источник субъективных трудностей для семьи. Большинство психичес­ких заболеваний имеют колебания клинических проявлений — временные улучшения сменяются временными же ухудшениями. Каждое такое измене­ние глубоко затрагивает семью. Улучшение вызывает всплеск надежд на воз­вращение нормальной жизни, ухудшение порождает новое глубокое разочаро­вание. Лишь накопление опыта приводит к тому, что семья постепенно освобождается и перестает эмоционально зависеть от временных колебаний в ходе болезни.

110

4. Степень нарушения обыденной жизни семьи. Болезнь одного из членов се­мьи приводит к тому, что образуются функциональные пустоты. Например, обычно отец выполняет в семье ряд чрезвычайно важных семейных функций, основанием для чего служат его авторитет, личностные качества, в силу кото­рых его поведение является «обучающим» — на его примере дети учатся, как решать различные проблемы, возникающие в ходе их взаимоотношений с окружающими; суждения отца обладают повышенной значимостью, убедитель­ностью для них. Прямая противоположность в этом отношении ситуация, когда отец страдает алкоголизмом или обнаруживает психопатические черты харак­тера. Безвольный, агрессивный, несамостоятельный отец, сам требующий опе­ки, создает «функциональную пустоту» в процессе воспитания.

Специфика переживания семьей данного кризиса обусловлена, кроме того, возрастом члена семьи, когда у него возникло заболевание; наличием или от­сутствием видимых дефектов физического развития, так называемым «грузом дефекта» (Гузеев Г. Г., 1990). Он понимается как интегральная оценка медико-социальных последствий поражения и времени, в течение которого эти послед­ствия наблюдаются.

Можно выделить несколько этапов переживания семьей данного кризис­ного события. Они проявляются в нарастании и затем спаде напряжения и со­провождаются различными по виду и выраженности субъективными пережи­ваниями (чувство тревоги, растерянности, беспомощности и т. п.) и поисками разных способов адаптации (методом проб и ошибок, формированием защит­ных «семейных мифов», переоценкой ценностей и др.). Существуют индиви­дуальные различия в переживании семьями данного ненормативного кризиса. Возможно застревание на одной из стадий, различная скорость и порядок их

прохождения.

Этап шока характеризуется возникновением у членов семьи состояния рас­терянности, беспомощности, порой страха перед исходом заболевания, соб­ственной неполноценности, ответственности за судьбу больного, чувства вины за то, что они не сделали ничего, чтобы предотвратить появление заболевания, или сделали что-то, обострившее положение. Эти переживания приводят к изменению привычного образа жизни членов семьи, зачастую становясь ис­точником различных психосоматических расстройств и оказывая негативное влияние на взаимоотношения как внутри семьи, так и за ее пределами. Иногда несчастье объединяет семью, делает ее членов более внимательными друг к другу, но чаще длительное заболевание, отсутствие эффекта от проводимого лечения и формирующееся состояние безнадежности ухудшает взаимо­отношения между членами семьи. В основном эта фаза достаточно кратковре-

менна.

На этапе отрицания члены семьи оказываются просто не в состоянии адек­ватно принять и переработать полученную информацию и используют разно­образные средства защиты, позволяющие им уйти от необходимости признать факт наличия заболевания, что снижает адаптивный потенциал семьи. На си­стемном уровне это может проявляться в возникновении семейных мифов, поддерживающих семейное функционирование, но основанных на неадекват­ном представлении о семье на данном этапе ее существования. Иногда беспо-

111

койство и растерянность членов семьи трансформируются в негативизм, от­рицание поставленного диагноза, направленное на сохранение стабильности семьи. Для достижения этой цели могут тратиться огромные силы и средства, что приносит в дальнейшем лишь еще большее разочарование.

Пример____________________________________________________________

Семья, членкоторой (мужчина 34 лет) былгоспитализировансдиагнозом «шизофрения», забралаегоизбольницы, недожидаяськонцалечения. Функционированиюданнойсемьипомогаетмифотом, чтомолодоймуж­чинапереживаеттакимобразомкризиссерединыжизни. Егонеадекватное поведение, замкнутость, отсутствиесоциальныхконтактов, вспышкиагрес­сиирассматриваютсячленамисемьикакпроявлениееготворческойнату­ры. Подобныемыслипозволяютсемьеизбежатьнеобходимостипринятия фактапсихическойболезнивсемье, справитьсясострахоми, используя механизмотрицания, житьдальше, неизменяяпрежнегообразажизни.

Отрицая факт болезни, члены семьи могут отказываться от обследования больного и проведения каких-либо коррекционных мероприятий. Некоторые семьи выражают недоверие к консультантам, многократно обращаются в раз­ные научные и лечебные центры с целью отменить «неверный» диагноз. Именно на этом этапе формируется так называемый синдром «хождения по кругу вра­чей» (Майрамян Р. Ф., 1976). Возможен вариант реагирования, когда семьи признают диагноз, но при этом с особым оптимизмом относятся к прогнозу развития болезни и возможности излечения.

По мере того как члены семьи начинают принимать диагноз и частично понимать его смысл, они погружаются в глубокую печаль — наступает этап печали и депрессии. Возникшее депрессивное состояние связанно с осознани­ем проблемы. Наличие тяжелобольного члена семьи отрицательно сказывает­ся на ее жизнедеятельности, динамике супружеских отношений, приводит к дезорганизации семейных ролей и функций. Чувство гнева или горечи может породить стремление к изоляции, но в то же время найти выход в формах «эф­фективного горевания». Нередко наблюдается снижение интереса к работе, отказ от привычных форм проведения досуга. Необходимость заботы о боль­ном члене семьи и специального непрерывного ухода за ним могут приводить к амбивалентным чувствам. Этот синдром, получивший название «хроничес­кая печаль», является результатом постоянной зависимости членов семьи от потребностей больного, их хронической фрустрации вследствие его относи­тельно стабильного состояния и отсутствии положительных изменений.

Этап зрелой адаптации характеризуется принятием факта болезни, реалис­тичной оценкой прогноза развития заболевания и перспектив выздоровления. В это время все члены семьи способны адекватно воспринимать ситуацию, руководствоваться интересами больного, устанавливать контакты со специа­листами и следовать их советам. На уровне системы происходят структурные реорганизации, прежде всего касающиеся ролевого взаимодействия.

Следует подчеркнуть, что наличие больного члена семьи может приводить к снижению социального статуса семьи в целом и ее отдельных членов. Про-

112

блемное поведение больного может стать причиной того, что семья попадает в поле внимания милиции и медицинских учреждений. Свидетелями отклоне­ний в поведении становятся соседи, школа, сотрудники больного, то есть бли­жайшее социальное окружение. С другой стороны, члены такой семьи сами обычно стесняются того факта, что среди них есть больной человек, и всячес­ки это скрывают: Образуется своеобразный замкнутый круг: наличие в семье больного делает ее весьма чувствительной и уязвимой в отношении оценок окружающих. Это приводит к уходу семьи от социальных контактов, что, в свою очередь, поддерживает ощущение отверженности. Особенно чувствительны к снижению социального статуса семьи дети школьного возраста: они часто ста­новятся объектом насмешек, группового отвержения, что осложняет их отно­шения со сверстниками.

3.4.2. Психологическая помощь

Обычно за помощью к психологу обращается тот член семьи, на которого возложен уход за тяжелобольным. Попытка решения собственных проблем обусловлена большой физической и психологической нагрузкой, наличием значительного числа связанных с ситуацией личных и межличностных затруд­нений и вызвана необходимостью планирования дальнейшей жизни (социаль­ной, профессиональной, личной).

Психологическая помощь семье с «проблемным» взрослым

Случаи обращения по поводу «больного» члена семьи можно свести к трем основным вариантам:

1. Член семьи действительно болен, доказательствами чего являются мно­гочисленные госпитализации, неадекватное поведение, наличие психи­атрического или медицинского диагноза, систематическое принятие лекарственных препаратов и др.

2. Член семьи, со слов обратившегося, ведет себя неадекватно, что позво­ляет предположить наличие определенной патологии, в связи с чем пе­ред клиентом встает необходимость строить свою жизнь с учетом этого фактора.

3. Поведение и реакции «больного» члена семьи не дают оснований для того, чтобы предположить у него какую-либо психическую патологию, что скорее свидетельствует о наличии проблем в семейных отношениях и неадекватности восприятия семейной ситуации самим обратившимся.

Психологическая помощь может включать в себя решение следующих задач: 1. Информирование обратившегося члена семьи о характере болезни либо перенаправление его к специалисту, который сможет квалифицированно объяс­нить, что за диагноз поставлен больному, как развивается болезнь и как нужно вести себя с таким больным.

113

2. Поддержка, заключающаяся в том, что психолог старается выслушать и понять клиента, учитывая специфику его ситуации. Если последний хочет оставить больного члена семьи или решается разорвать отношения (например, жена хочет развестись с супругом-алкоголиком), поместить больного в специ­альное лечебное учреждение, то он может испытывать чувства вины, стыда, моральное давление со стороны окружающих и других членов семьи. Задача консультанта — помочь клиенту разобраться в своих чувствах и переживаниях и поддержать его решение по поводу данной ситуации, не оказывая давления и не используя социально одобряемые нормы и стереотипы.

3. Обсуждение таких специальных вопросов, как приемлемые способы вза­имодействия с больным и обращение с собственными чувствами, возникаю­щими в ответ на возможные реакции больного. Целесообразно начать с выяв­ления ожиданий клиента от больного и, в случае необходимости, произвести их коррекцию в соответствии с характером и тяжестью заболевания. Необхо­димо обсудить обязанности, которые можно поручить больному, что позволи­ло бы ему оставаться включенным в семейную систему, приспособиться к бо­лезни и продолжать функционировать как член семьи.

Оказание психологической помощи семье с «проблемным» ребенком

В последнее время наблюдается увеличение числа детей с различными от­клонениями в развитии, трудностями в обучении и школьной адаптации, на­рушениями в эмоционально-личностной сфере и др., что делает необходимым рассмотрение особенностей организации психологической помощи семьям с подобными проблемами.

Целесообразной является организация комплексного подхода к диагности­ческой и коррекционной работе с такими детьми, привлечение разнообразных специалистов (логопедов, педагогов, дефектологов и психоневрологов). В то же время эффективность психологической помощи семье с «проблемным» ре­бенком во многом определяется психотерапевтическим компонентом работы с семьей.

Содержание психологической помощи семье с «проблемным» ребенком включает следующие моменты:

1. Выявление факта нарушения.

2. Информирование родителей и направление ребенка к специалистам нужного профиля (психиатру, педиатру, неврологу, дефектологу, лого­педу и др.).

3. Психотерапевтическая работа с родственниками ребенка.

Эффективность психологической помощи семье, по мнению М. М. Сема­го, зависит от готовности родителей воспринимать и усваивать сообщаемую специалистом информацию. Если семья в это время продолжает отрицать факт наличия проблемы или ее члены находятся под влиянием сильных аффектов, то все попытки проинформировать родителей о необходимости тех или иных шагов в развитии и воспитании ребенка могут оказаться преждевременными.

114

Задачами психолога являются:

1. Создание условий для адекватного восприятия родителями ситуации, связанной с отклонениями в развитии их ребенка, психологической готовности к длительной работе по его развитию, коррекции и воспи­танию.

2. Проработка испытываемого родителями чувства вины, преодоление стрессового состояния и достижение эмоциональной стабильности чле­нов семьи.

Для эффективного решения задач консультирования необходима оценка характера реагирования данной семьи на имевшие место в ее развитии кризи­сы, а также способов их преодоления как ресурсов данной семьи.

Специфика оказания психологической помощи семье с проблемным ребен­ком заключается в том, что, как правило, семья приходит на консультацию вынужденно, по рекомендации специалиста, предположившего наличие на­рушений в развитии у ребенка. В большинстве случаев это означает отсутствие добровольности и, следовательно, недостаточность собственной мотивации на получение психологической помощи. В ряде случаев родители скрывают (со­знательно или неосознанно) неблагоприятные особенности в развитии ребен­ка, что представляет дополнительные сложности для объективной диагности­ки уровня его развития. Поэтому в случае работы с семьей проблемного ребенка необходимо повышать мотивацию родителей на длительное взаимодействие с психологом для получения необходимой помощи.

Во время первой встречи с семьей, имеющей «проблемного» ребенка, психо­лог-консультант решает следующие задачи:

1. Установление контакта с семьей. Важным фактором установления кон­такта с семьей с «проблемным» ребенком является внимательное и поддержи­вающее поведение психолога. При первом контакте желательно, чтобы психо­лог собрал информацию о данной семье, ее истории, истории развития ребенка. Родители могут задать интересующие их вопросы и уточнить характер пред­стоящей работы. Это позволяет внести определенную ясность в их ожидания.

2. Информирование родителей. На этом этапе консультант может сообщить родителям сведения о возможности получения помощи от других необходимых специалистов (дефектолога, логопеда, невропатолога, нарколога, психиатра).

3. Предварительное выявление запроса родителей. При необходимости пси­холог оказывает помощь в формулировании и уточнении запроса, сообщает родителям информацию о том, каким образом он может быть полезен данной семье.

4. Заключение контракта с семьей. Контракт (договор, соглашение) — это форма закрепления отношений между консультантом и семьей. В контракте фиксируются принятые договоренности, взаимные права и обязанности семьи и консультанта, а также последствия их нарушения. В случае работы с семьей «проблемного» ребенка заключение ясного контракта является необходимым, особенно в ситуации недостаточной мотивации обратившихся. Инициатором заключения контракта выступает психолог-консультант. Контракт может со­держать следующие пункты: длительность работы; цели и задачи работы; же-

115

лаемые результаты; подход и методы работы консультанта; обязанности кон­сультанта; обязанности клиента; способы оценки промежуточных и конечных результатов; порядок расчета (согласование стоимости услуг, оплата каждый раз за одну сессию, предоплата, способ платежей); формальные аспекты (пе­реносы сессий, неявки и опоздания, ситуация в случае болезни члена семьи или психолога); штрафные санкции при нарушении контракта в отношении консультанта, клиента; основания для расторжения договора; форс-мажорные обстоятельства; срок действия договора (с момента его подписания обеими сторонами).

Контракт обычно оговаривается и заключается в устной форме. При его за­ключении консультант должен соблюдать осторожность, тактичность и вни­мательно обсудить все пункты контракта.

Эффективность последующих встреч зависит от качества установленного на первой встрече контакта с семьей и ее готовности к сотрудничеству. На данном этапе консультирования актуальными являются отражение чувств и пережи­ваний членов семьи, поддержка, эмпатическое слушание. Использование пси­хологом вышеперечисленных технических приемов «запускает» такие терапев­тические факторы, как вселение надежды, универсальность переживаний. На этом этапе консультант также прибегает к конфронтации как методу психоло­гического воздействия: указывает родителям на противоречия в их восприя­тии проблемы, в системе ценностей, выявляет иррациональные установки и катастрофические ожидания.

Выясняются и открыто обсуждаются возможные альтернативы решения проблемы. Консультант побуждает членов семьи проанализировать все возмож­ные варианты, не навязывая своих решений, помогает выдвинуть дополнитель­ные альтернативы, разобраться, какие из них подходят и являются реалистич­ными с точки зрения предыдущего опыта и настоящей готовности измениться и принять факт болезни ребенка. Составление плана действий по решению имеющихся проблем должно также помочь семье осознать, что не все пробле­мы разрешимы: для преодоления некоторых затруднений требуется слишком много времени; другие могут быть решены частично посредством уменьшения их деструктивного, дезорганизующего воздействия. Осуществляется проверка реалистичности выбранного решения (ролевые игры, «репетиция» действий и др.).

На данном этапе происходит последовательная реализация плана решения проблем семьи. Консультант помогает ее членам строить жизнь с учетом об­стоятельств, времени, эмоциональных затрат, понимая, что существует возмож­ность неудачи в достижении целей. Особую важность на этом этапе приобре­тает поддержка консультантом позитивных изменений в жизни семьи.

Во время заключительной встречи члены семьи вместе с консультантом оце­нивают уровень достижения цели и обобщают достигнутые результаты. При возникновении новых или имевшихся ранее, но глубоко скрытых проблем не­обходим возврат к предыдущим стадиям.

116

3.5. ИНЦЕСТ

Несправедливость, допущенная по отноше­нию одного лица, является угрозой всем.

Ш. Монтескье

3.5.1. Феноменология кризиса

Инцестом называют интимные отношения между членами одной и той же семьи, например, между родителями и детьми, между сиблингами и т. д. Мож­но также встретить определение инцеста как кровнородственного кровосме­шения (инцест первого рода). Данный термин происходит от латинского incestum, что означает «нечистый». Инцест в его узком понимании представля­ет собой сексуальный акт, в более широком — грубо отклоняющееся сексуаль­ное поведение членов одной семьи.

Степень родства регламентируется правовыми нормами. Последние разли­чаются в разных странах и, кроме того, имеют тенденцию с течением времени изменяться в одной и той же стране. Например, в Европе X века инцестом была объявлена половая связь между родственниками вплоть до седьмой степени родства (Старович 3., 1991).

Ограничения, налагаемые культурой человеческого общества, запрещают инцест. В современном мире инцест считается преступлением, которое пре­следуется по закону. Лишь в немногих примитивных племенах в настоящее время инцестное сожительство принимается сообществом.

Юридически инцест определяется как сексуальный половой акт между ли­цами, которые по причине кровного родства или по причине родства, проис­текающего вследствие брака, не могут вступить в брак законным образом (Кап-рио Ф., 1995). Зачастую инцест сопровождается актом прямого сексуального насилия по отношению к более слабым людям (детям), которые не могут ока­зать сопротивления. Сексуальное влечение матери к сыну носит название ком­плекса Пидэ (перевернутый Эдипов комплекс). Комплекс Арткелэ — сексу­альное влечение отца к дочери (перевернутый комплекс Электры).

Инцестное табу существует только среди людей. Попытку проследить проис­хождение инцестного табу предпринял 3. Фрейд в своей работе «Тотем и табу». Он предположил, что в доисторические времена вождь «первобытной орды» при­нуждал своих сыновей покидать семью, оставляя дочерей для себя. Позднее сы­новья объединились, возвратились, убили отца и съели его тело, веря в то, что таким образом они приобретут его мужественность и власть. Однако, испытывая вину за совершенное преступление, они объявили противозаконным убийство тотемного животного (символ отца) и установили запрет на половой акт с женщи­нами в семейной орде. По 3. Фрейду, это древнее табу знаменует собой начало «социальной организации, моральных ограничений и религии» (Фрейд 3., 1991).

Запрет на инцест существует достаточно давно. В африканском племени зулусов мужчина, виновный в инцесте, приговаривался к смерти. В других при­митивных культурах самоубийство для такого преступника было обязательным.

117

Библия также табуирует инцест путем включения запрета на него в Моисеевы законы. Наказаниями служили «остракизм», ритуальное публичное отлучение от Церкви. В Вавилоне инцест наказывался изгнанием или смертью. В Англии в 1650 году инцест считался преступлением и также карался смертью. Римляне считали физическую близость между членами одной семьи «противоестествен­ной». Древние китайцы обезглавливали людей, виновных в инцесте. Законы, запрещающие инцест, вскоре стали всеобщими, распространившись в Европе иСША(КаприоФ., 1995).

Существуют различные психологические концепции инцеста. 3. Фрейд счи­тал, что инцестуозные влечения заложены в каждом из нас. Вместе с тем он никогда не говорил об инцесте как реальности, отмечая наличие пережива­ний, связанных с комплексом Эдипа, только в воображении пациентов. Фрейд считал, что эти переживания вытесняются и не реализуются. В результате та­кого подхода жалобы жертв инцеста долго рассматривались как фантазирова­ние на сексуальные темы и проявление агрессии к родителям.

По мнению К. Г. Юнга, инцест — извращенный инстинкт достижения са­мости, основанный на феномене переноса. Согласно взглядам Э. Фромма, инцест является патологическим способом удовлетворения потребности в бли­зости и безопасности. Психодинамически ориентированные концепции семей­ной психотерапии рассматривают инцест как следствие бессознательного стремления принадлежать своей семье или, другими словами, быть лояльным семейной системе.

Психологический смысл инцеста подразумевает определенные действия с сек­суальным подтекстом, которые совершаются по отношению к объекту инцес­та (ребенку, подростку, взрослому) для удовлетворения сексуальных потребно­стей агрессора, который эмоционально связан с зависящим от него человеком и авторитетен для него. Инцест не всегда включает сексуальную связь или при­косновения как таковые. Он может иметь только психологическую подоплеку, значение которой состоит в переживании жертвой чувства осуществляющего­ся над ней насилия.

Жертвой инцеста является ребенок или взрослый, по отношению к которо­му совершено:

□ физическое насилие с сексуальным подтекстом или непосредственно половой акт;

□ психологическое насилие, включающее моральное давление с сексуаль­ным подтекстом; разговоры на сексуальные темы;

□ демонстрация сексуальных действий в присутствии объекта инцеста.

Поданным Д. РуссельиД. Финкельхор (RusselD., FinkelhorD., 1984), боль­шинство жертв инцеста — лица женского пола, а 80% лиц, его совершающих, — мужчины. Наиболее распространенной формой инцестного контакта являет­ся контакт «отец-дочь». Различают три типа отцов, вступающих в сексуаль­ные отношения со своими дочерьми:

□ отцы-интроверты;

О отцы-психопаты (со склонностью к промискуитету);

П отцы с психосексуальным инфантилизмом (со склонностью к педофилии).

118

Чаще всего такие связи возникают в многодетных семьях с безработными и отличающимися асоциальными формами поведения отцами (Старович 3., 1991).

Инцесты между взрослыми и детьми могут расцениваться как одна из форм изнасилования, поскольку ребенок не может дать сознательного и зрелого со­гласия на участие в подобных действиях. Даже согласие старших подростков, достаточно компетентных в сексуальных вопросах, не может быть приравнено к согласию взрослого человека. Особенности детско-родительских отношений, основанных на доминировании родителя и подчинении ребенка, взаимной любви, привязанности друг к другу трансформируют понятие «свободного» выбора ребенка в силу его зависимости от родителя либо от родственника.

В действительности у ребенка нет выбора: он может бояться репрессий, ко­торым будет подвергнут в случае отказа в близости. Родитель обладает до­статочной силой, чтобы наказать ребенка, лишить его привычных удовольствий или причинить ему боль. Таким образом, даже заявление родителя о согласии ребенка и подтверждение последним этого факта не может приниматься в рас­чет. Однако некоторые авторы считают, что возможны случаи, когда ребенок использует инцестуозную связь, чтобы получить выгоду для себя или контро­лировать родительское поведение (Каприо Ф.). Тем не менее это не освобож­дает родителя от ответственности за свое сексуальное поведение.

Существуют различные необоснованные убеждения — мифы об инцесте, связанные с большим сопротивлением общественного сознания значимости этой проблемы и широты ее распространения. Хотя в реальности инцест встре­чается часто, вследствие того, что семьи, как правило, скрывают этот факт, его до сих пор считают редким явлением. Частота появления случаев инцеста в целом равна 2% (Джонсон С. М., 2001).

Наиболее распространенными являются следующие мифы об инцесте (Blume, 1990, цит. по: Каприо Ф.):

1. Инцест с детьми совершается людьми, не состоящими с ребенком в близ­кородственных отношениях. В действительности насилие обычно осу­ществляется близкими людьми, от которых ребенок полностью зависит. Большинство сексуальных преступлений совершается авторитетными для ребенка людьми, находящимися с ним в постоянном эмоциональ­ном контакте.

2. Инцест происходит в основном в антисоциальных и/или бедных, необ­разованных семьях, среди членов сект или в социальных группах, изо­лированных от других членов общества. В действительности инцест ре­гистрируется в различных социальных группах. Комплементарным мифом является представление о том, что богатство и образованность — это факторы, обусловливающие невозможность инцеста.

3. Инцест — удел психопатов и лиц с антисоциальным поведением. В ре­альности дело обстоит значительно сложнее. Имеют значение не столько образование или принадлежность к той или иной социальной группе, сколько психологические особенности. Зачастую эти люди достаточно представительны, социально успешны, пользуются большим уважени­ем, много работают. Поэтому сообщения жертвы об инцесте, как пра­вило, не вызывают доверия.

119

4. Инцест связан с сексуальной депривацией, с невозможностью проявлять сексуальную активность по-другому. Эта точка зрения также ошибочна. Исследования показывают, что большинство лиц, совершающих инцест, ведут активную сексуальную жизнь не только внутри, но и вне брака.

5. Инцест всегда сопровождается насилием (инцест — это всегда растле­ние малолетних). Иногда дети и подростки ведут себя провокационно и соблазняют взрослых, совершающих инцест. Несмотря на возможность такого поведения, ответственность за инцест несет только взрослый.

6. Инцест совершается в измененном состоянии сознания.

7. Заявление клиента (ребенка) об инцесте всегда является правдой.

Примерно в 90% случаев жертвы инцеста скрывают информацию об инце­сте. Среди причин сокрытия инцеста можно выделить следующие:

П угроза прямой или косвенной агрессии по отношению к ребенку. Неред­ко ему сообщают, что, если он расскажет о насилии, его убьют или изо­бьют до смерти;

□ убеждение ребенка в том, что ему никто не поверит;

□ страх, появляющийся в результате запугивания со стороны агрессора, что если второй родитель (родители) узнает о случившемся, то не простит обоим участникам инцеста;

□ опасение, что второй родитель (родители) этого не переживет, заболеет и вина за его состояние ляжет на ребенка;

□ запугивание судом: отца (мать) посадят в тюрьму, а семья не сможет жить без него (нее);

□ боязнь публичного осуждения.

Таким образом, речь идет о разных формах эмоционального шантажа, ко­торые, к сожалению, оказываются действенными. Причина молчания жертвы инцеста, с одной стороны, заключается в страхе за себя, а с другой — за то, что ситуация в семье ухудшится. Эти действия поддерживаются искаженными представлениями членов семьи о «лояльности» в отношении друг друга.

Последствия инцеста разнообразны и проявляются в эмоциональной, ког­нитивной и(или) поведенческой сферах личности. У детей, подвергшихся сек­суальному насилию, создается повышенный риск развития следующих нару­шений:

□ аддикции: имеются данные о том, что такие дети в семь раз чаще зло­употребляют алкоголем или другими веществами, изменяющими состо­яние сознания;

О склонность к суициду: жертвы инцеста в 10 раз чаще совершают суици­дальные попытки;

П занятия проституцией: большое количество случаев детской и подрост­ковой проституции сопровождается наличием в анамнезе ребенка сек­суального насилия;

□ психические нарушения: у детей — жертв сексуального насилия симп­томы психических нарушений возникают чаще, чем у детей, не подвер­гавшихся насилию (Kendall-TacKettetal., 1993);

120

□ посттравматическое стрессовое расстройство и сексуализированное по­ведение. Блюм (Blume, 1990; цит. по: Каприо Ф.) указывает на риск воз­никновения сексуального аддиктивного поведения у детей, переживших инцест;

□ развитие в зрелом возрасте эмоциональных расстройств (фобии, депрес­сия), мазохистических тенденций, сексуальных и супружеских проблем (Старович 3., 1991);

□ в случае если жертва инцеста получает удовольствие, ее чувство стыда усиливается. У девочки может возникать характерный для многих жертв инцеста вид вины, при котором она ощущает себя женщиной, уводящей отца у матери, что затрудняет поиск поддержки и помощи у последней.

Сексуальное злоупотребление, характеризующееся высокой частотой сек­суальных контактов, большой длительностью, применением силы, оральным, анальным или вагинальным проникновением, связано с более многочислен­ными симптомами психических нарушений. Отмечается также формирование тесной эмоциональной связи между ребенком и агрессором (так называемый стокгольмский синдром).

У агрессора часто возникает ощущение, что жертва инцеста должна при­надлежать только ему. В отношениях «отец-дочь» отец может начать ревно­вать дочь к ее знакомым и мешать установлению контактов со сверстниками. И если большинство родителей испытывают лишь некоторую тревожность, когда их взрослеющие дети уходят на свидания, то агрессор воспринимает та­кой уход как предательство, нарушение лояльности, продуцируя реакции яро­сти, обвинения с последующим наказанием подростка. Такое поведение отца нарушает нормальное развитие дочери. Вместо того чтобы становиться посте­пенно более независимой от родительского контроля, жертва инцеста все в большей степени «сливается» с агрессором, что приводит к усилению ее изо­ляции от внешнего мира.

Анализ иерархической структуры семей, в которых выявлен инцест, указы­вает на следующие их особенности (Каприо Ф., 1995):

1. Инцестные отношения отца и дочери чаще имеют место там, где отец занимает доминирующую роль.

2. Инцест между сиблингами характерен для семей с перевернутой иерар­хией.

3. Инцестные отношения в диаде «мать—сын» в большинстве случаев воз­никают в матриархальных семьях.

Изучение семейных отношений (по воспоминаниям взрослых дочерей, пе­реживших в детстве инцест) показывает, что во многих случаях девочки были злы на мать больше, чем на отца. Их постоянно преследовал вопрос, на кото­рый они никак не могли ответить: «А знает ли об этом мать? Догадывается, испытывает тревогу, переживает, проявляет интерес к происходящему?» Мно­гие из них были убеждены в том, что их матери должны были что-то знать, так как признаки насилия были слишком очевидны. Более того, они были увере­ны в том, что матери, если бы только захотели и обратили на происходящее в

121

семье чуть больше внимания, то, безусловно, знали бы об инцесте. Однако матерям по ряду причин было удобнее не обращать внимание на тревожные симптомы.

Пример_________________________________________________________________

Запсихологическойконсультациейвсвязиструдностямивустановлении отношенийсмужчинамиобратиласьМаринаП., 25 лет. До 7 летеевоспи­тывалабабушка. Всемьеестьещемладшаясестра. Натретьейвстрече Маринарассказалаотом, чтов 12-летнемвозрастебылаизнасилована своимотцом. Приэтомонанеиспытываетнегативныхчувствпоотношению котцу, тогдакакдругиемужчинывызываютунееотвращение. Результа­томраннейсексуализацииитравматическогоопыта, помимотрудностейв отношенияхсмужчинами, явиласьееполнота, носящаязащитныйхарак­тер. Отношениясмамойвсегдабылиоченьнапряженными. Удевушкимно­гозлости, обидыпоотношениюкней. Маринаобвиняетматьвтом, чтоона позволилапроизойтисексуальномунасилию. Онавспоминала, чтомать обзывалаотцаимпотентом, чтоможетслужитьсвидетельствомнарушен­ныхсексуальныхотношенийвсупружескойподсистеме.

Данный пример иллюстрирует, что инцест может возникать как результат дисфункции супружеской подсистемы, усугубленный фактом достаточно дли­тельного проживания девочки вне семьи и искажением отношения отца к ре­бенку как к родному.

Анализ семейной ситуации жертв инцеста позволяет выделить следующие типы материнского поведения:

1. Мать действительно не знает об инцесте.

2. Мать знает об инцесте, но ничего не предпринимает. Такой вариант ма­теринского поведения является наиболее деструктивным: ребенок чув­ствует себя преданным обоими родителями.

3. Мать предпочитает не знать об инцесте. Такая мать выступает как клас­сический «молчаливый партнер» (со-инцестор), игнорирующий инцест и выбирающий избегающее поведение. Это может быть связано с неосо­знанным стремлением матери уйти отрешения существующих проблем, чаще всего касающихся супружеской подсистемы, и тем самым защи­тить себя от болезненных переживаний, чувства тревоги, неопределен­ности, растерянности, страха, беспомощности и т. д., связанных с необ­ходимостью их решения. Психологическими особенностями таких женщин являются: пассивность, низкая самооценка, зависимость, ин­фантильность, потребность удержать мужа и любым способом сохранить семью. Это приводит к возникновению защитного отрицания, которое может лишь усугубить ситуацию.

В связи с особенностями своей личной и семейной истории многие матери, сами бывшие жертвами инцеста, следуя семейному сценарию, могут неосо­знанно провоцировать или поддерживать инцестуозное поведение своего мужа. Повторное столкновение с ним в отношениях «отец-дочь» приводит к актуа­лизации ранних переживаний и дает возможность либо реконструировать соб-

122

ственный опыт (например, узнав об инцесте, развестись с мужем), либо про­должать защищаться от реальности, используя различные механизмы психо­логической защиты (вытеснение, отрицание, проективная идентификация и др.). Нежелание замечать происходящее в семье часто объясняется бегством от конфронтации с собственным страхом и зависимостью.

Существует и другая точка зрения, согласно которой жена «передает» свои супружеские функции дочери, перекладывая на последнюю ответственность за сохранение семьи. Такая ситуация, как правило, возникает в семьях с дис­функциональными супружескими отношениями и невозможностью женщи­ны в силу ряда причин (материальная зависимость, многодетность, страх пе­ред агрессивным, социопатичным мужем, личностная незрелость, зависимость и др.) прекратить тягостные отношения с мужем.

В обеих ситуациях ребенок оказывается жертвой и лишен возможности быть защищенным матерью, так как последняя на бессознательном уровне поддер­живает инцестуозное поведение мужа.

Инцест может существовать на микросистемном уровне (между членами нуклеарной семьи) и на макросистемном уровне (между членами расширен­ной семьи) функционирования семьи. Выделяют следующие факторы, способ­ствующие возникновению в семье инцестных связей:

□ отсутствие матери (физическое или функциональное вследствие психи­ческих заболеваний);

□ высокий уровень стресса, связанный с жизнедеятельностью семьи (Джон­сон С. М.);

П многодетность;

О финансовые проблемы;

□ выраженная материальная зависимость жертв от лиц, совершающих ин­цест;

□ алкоголизм или злоупотребление алкоголем лицами, совершающими инцест;

□ длительное отсутствие отца дома; П патология супружества;

О социальная изоляция;

□ импотенция;

□ психопатии (Старович 3., 1991);

□ длительное проживание ребенка вне семьи;

П социальная депривация ребенка, отсутствие друзей;

□ эмоционально холодная, наказывающая мать, табуирующая любые про­явления сексуальности в семье.

Клинические исследования подтверждают, что сексуальный климат в ин­цестных семьях либо слишком репрессивен, либо характеризуется интенсив­ной эротической стимуляцией. Дети часто видят порнографические материа­лы, слышат непристойные выражения, застают своих родителей во время сексуальных актов (WeinbergS., 1976). В свою очередь, существуют исследова­ния, отмечающие пуританские взгляды и репрессивное поведение родителей (ThormanG., 1983).

123

Согласно предлагаемой нами многоуровневой модели функционирования семьи, инцест можно трактовать как глубокое нарушение жизнедеятельности всей семейной системы. Подобная дисфункциональность семейной системы, как правило, представляет собой по каким-либо причинам ставший единствен­но доступным способ поддержания семьей ее существования, сохранения це­лостности и предотвращения ее распада. В данном случае инцест выполняет следующие функции:

1. Гомеостатическая. Инцестное поведение позволяет снизить напряжение и сохранить семью путем удовлетворения всех потребностей внутри семьи, включая потребность в сексуальных контактах. За фактом инцеста, как прави­ло, скрывается полное или частичное разрушение супружеской подсистемы, сопровождающееся дефицитом сексуальных отношений между партнерами в браке. Между такими партнерами обычно имеется молчаливое соглашение сохранять брак независимо от обстоятельств.

2. Контролирующая. Инцест символизирует полное доминирование одного участника над другим (как правило, доминирование взрослого над ребенком), полный контроль над всеми сферами его жизни. Даже если не используется физическое насилие, часто взрослые угрожают ребенку, находящемуся в зави­симой позиции от родителя. Иногда это могут быть гомосексуальные взаимо­отношения. Инцест может продолжаться много лет, с несколькими детьми в одной семье, одновременно или поочередно. Это характерно для семей с очень жесткими внешними границами и внутрисемейным слиянием.

В противоположность общественным нормам, в инцестных семьях возни­кает «внутреннее семейное право» (Старович 3., 1991), отображающее страх перед внешним миром и запрещающее выход за пределы семьи. Члены этих семей жертвуют своей индивидуальностью во имя тождественности семье, ко­торая воспринимается как группа, члены которой взаимно принадлежат друг другу, что распространяется и на половые взаимоотношения. Семейные роли при этом определены слабо. Подобное функционирование семьи требует тай­ного поведения, и беременности в ней нежелательны, поскольку, с одной сто­роны, приводят к временному распаду семейного монолита, а с другой — спо­собствуют разглашению семейной тайны. Сохранение тайны необходимо прежде всего для того, чтобы не получить репутацию «плохой» семьи. Поэтому каждый член семьи старается быть верным негласному договору о молчании.

Инцестные семьи, как правило, живут замкнуто с минимальным количе­ством контактов с внешним миром. Подобный образ жизни может объяснять­ся тем, что общественные нормы противоречат внутрисемейным. Лица извне воспринимаются членами семьи как чужаки. Внутри замкнутой семейной си­стемы может существовать множество факторов, предрасполагающих к семей­ной дисфункции, выражающейся в том числе и в инцесте. В случае возникно­вения связи «отец—дочь» мать, как правило, подсознательно или вполне осознанно передает ей свое право сексуального обслуживания отца (мужа). Установление же связи «брат—сестра» чаще всего имеет целью ослабить воз­действие матери на сына. Оба варианта инцестных связей всегда сопровожда­ются конфликтами между сторонами, обусловленными либо отсутствием ду­ховной общности, либо неудовлетворением сексуальных притязаний. Чаще

124

мать исключается из супружеской подсистемы и занимает по отношению к дочери амбивалентную позицию (Старович 3., 1991).

Анализ влияния семейных факторов на насилие над детьми включает в себя рассмотрение понятия «соблазняющий ребенок». Если ребенок начинает по­нимать, что сексуальное поведение — способ добиваться внимания взрослых, то он может использовать «соблазняющее» поведение с целью получения опре­деленных выгод. Однако, как уже подчеркивалось, в любом случае за этим сто­ит нарушение всей структуры функционирования семьи, а ответственность лежит на взрослом агрессоре. Ребенок всегда расценивается как жертва, вне зависимости от обстоятельств, даже если он проявляет «соблазняющее» пове­дение. В этом контексте он является жертвой семейной дисфункции, а не только сексуального акта или перверсии. Если инцестное поведение в семье обусловле­но личной историей родителей, то в таком случае они тоже могут рассматривать­ся как жертвы собственного травматичного опыта, а инцест — как результат действия семейных сценариев. Таким образом, он может являться мультиге-нерационным феноменом, передающимся из поколения в поколение.

Помимо инцеста первого рода, выделяют также психологический, или симво­лический (скрытый), инцест, не предполагающий сексуальных отношений меж­ду его участниками. При символических инцестных отношениях в семье ребе­нок может выступать как суррогат супруга или супруги. Квазисупружество находит выражение в том, что родитель начинает делиться с ребенком инфор­мацией глубоко личного или даже сексуального характера, делает сына (дочь) ответственным за собственные проблемы. При этом у ребенка возникают ам­бивалентные чувства и переживания: с одной стороны, гордость за оказывае­мое доверие, а с другой — отчаяние из-за невозможности нести ответствен­ность, не соответствующую возрасту и статусу. Это приводит к ролевому дисбалансу в семье.

В случае символического инцеста поведение ребенка характеризуется сле­дующими признаками:

□ амбивалентные чувства любви и ненависти в адрес родителя: с одной сто­роны, ребенок чувствует себя в особом, привилегированном положении, а с другой — постоянно ощущает неуверенность в связи с невозможнос­тью соответствовать ожиданиям. У него может появляться чувство ярос­ти, злости, отчаяния, когда он ощущает неадекватность адресованных ему посланий;

О чувство вины, неспособность определить собственные потребности и ожидания, что вызывает трудности в самоидентификации;

□ хроническое чувство неадекватности, недостаточной значимости, неса­мостоятельности;

□ стремление устанавливать поверхностные и кратковременные отноше­ния с большим числом лиц. Становясь взрослыми, такие люди впослед­ствии испытывают трудности в создании глубоких, основанных на вза­имности, отношений, легко вступают в поверхностные контакты и, не получая удовлетворения, легко их прерывают, что способствует разви­тию аддикций, сексуальных дисфункций, компульсивности. Это связа­но с хроническим страхом быть покинутыми людьми, которые сопере-

125

живают и заботятся о них. Характерен постоянный поиск «совершенно­го» партнера, желание установления уникальных отношений, основан­ных на взаимной любви. После прекращения очередных отношений, как правило, возникает чувство вины, сожаления, угрызения совести и не­довольство собой.

Инцест не типичен для хорошо функционирующих семей с прямыми и ясными внутрисемейными посланиями. С большей вероятностью он может воз­никать в семьях, для которых характерны нарушения сплоченности (сверхблиз­кие отношения или эмоциональная изоляция), ролевые дисфункции и нару­шения внутренних границ семьи. Это позволяет рассматривать инцест как результат глубокой семейной дисфунциональности.

3.5.2. Диагностика

В последнее время появились исследования, свидетельствующие о влиянии инцеста на развитие пограничной психопатологии (Мак-Вильяме Н., 1998). Был выявлен феномен постинцестного синдрома, в значительной степени на­поминающий посттравматическое стрессовое расстройство. Таким образом, своевременная диагностика данного семейного явления позволяет предупре­дить появление патологических черт личности у жертв инцеста, особенно у детей.

Диагностировать инцест можно на основе анализа информации, сообщае­мой членами семьи о семейном функционировании. Встречаются два вариан­та диагностики инцеста:

□ прямое заявление клиента о факте инцеста: чаще всего это рассказ взрос­лого человека о травматичном детском опыте;

□ тема инцеста косвенным образом всплывает в процессе проработки дру­гих семейных проблем.

Можно выделить признаки, наличие которых в рассказе клиента позволяет с достаточно большой степенью вероятности подозревать инцест в детстве либо возможность инцестных событий, которые не осознаются или скрываются. Эти признаки касаются появления в беседе консультанта и клиента следующих тем:

□ страх темноты, нахождения в темном помещении в одиночестве, страхи, возникающие как результат кошмарных сновидений, содержанием ко­торых являются преследование, угроза нападения, вторжения, попада­ния в ловушку, из которой нельзя выйти;

□ нарушение восприятия собственного тела (деперсонализация, отчужде­ние тела, отсутствие четкости представлений о собственном теле, мани­пуляции с собственным телом с целью избежать внимания к себе);

□ проявление аутодеструктивного драйва (саморазрушительное поведение: порезы на теле, частое попадание в ситуации, влекущие за собой повреж­дения);

126

□ наличие суицидальных мыслей, теоретического интереса к самоубийству, проявляющегося в чтении художественной и профессиональной лите­ратуры; пассивное суицидальное поведение, которое выражается в том, что человек часто и неосознанно оказывается в ситуациях риска;

□ пониженный фон настроения; эмоциональная лабильность, беспричин­ное ухудшение настроения, резкие перемены настроения, например, необоснованный плач на фоне первоначального ощущения радости;

□ максимализм в поведении: либо перфекционизм, либо поведение по типу «чем хуже, тем лучше»;

□ враждебность по отношению к людям определенного возраста, пола, определенной этнической группы, совпадающей с этнической принад­лежностью человека, совершившего инцест;

□ неспособность ощутить собственное «Я», впечатление, что все происхо­дит с кем-то другим, психическая болевая анестезия;

□ ригидный, жесткий контроль над своими мыслями, страх фантазирования;

□ чрезмерная серьезность и отсутствие чувства юмора;

П слабое ощущение собственных границ, выражающееся либо в неспособ­ности доверять кому бы то ни было, либо, наоборот, в чрезмерной довер­чивости к окружающим;

□ постоянное переживание чувства вины, стыда и унижения;

□ ощущение себя жертвой сексуальных отношений; чувство собственного бессилия, неумение сказать «нет»;

□ практически полное отсутствие детских воспоминаний;

О ощущение, что когда-то с клиентом произошло что-то ужасное при от­сутствии четких воспоминаний о событии. Скрытность, избегание раз­говоров о взаимоотношениях в семье, об отдельных членах семьи;

□ уверенность, что никто не может понять, поддержать, проявить сопере­живание; страх быть осужденным;

□ наличие сенсорных вспышек (flashback), во время которых перед взором внезапно появляется какое-то место или событие. Эти сенсорные вспыш­ки, как правило, одинаковы и провоцируются одними и теми же раздра­жителями. Вспышки возникают без понимания их значения. Так, напри­мер, возникшая в памяти обстановка кажется знакомой, но само событие, связанное с ней, не вспоминается;

□ отношение к сексу как чему-то мерзкому и «грязному». Среди подобных признаков могут встречаться: отвращение к прикосновениям, например, во время медицинских обследований; затруднения в интеграции сексу­альности и эмоциональности; сочетание секса с агрессией, насилием, доминированием или пассивностью; насильственное стремление соблаз­нять либо, наоборот, асексуальность; отношение к сексу, как к чему-то безличностному, механическому; сексуальная активность в сочетании со злостью и желанием отомстить; возникновение эротического возбужде­ния как реакции на оскорбление, унижение или злость; легкость в уста­новлении сексуальных отношений с незнакомыми людьми и затрудне­ния в установлении эмоционально близких контактов; сексуальное аддиктивное поведение; сексуализация всех значимых отношений;

127

□ отсутствие веры в возможность быть счастливым;

□ боязнь шума, стремление контролировать громкость голоса, тихо гово­рить, тихо смеяться, не издавать никаких звуков во время секса.

Гипотеза об инцесте может быть выдвинута при наличии в рассказе клиента нескольких из вышеперечисленных признаков.

В случае, если клиентом является ребенок, на необходимость более тща­тельной диагностики инцеста могут указывать следующие признаки:

□ регрессия, то есть возвращение к более ранним формам поведения (на­пример, недержание мочи или сосание большого пальца ребенком, ко­торый ранее уже справился с этими проблемами);

□ внезапно возникшие страхи, особенно боязнь темноты, мужчин, незна­комых; страх каких-то специфических ситуаций или действий (напри­мер, ребенок необъяснимо боится выходить из дома или не хочет оста­ваться вечером с кем-то из взрослых);

□ побеги из дома;

□ ранняя и интенсивная сексуализация: частая мастурбация или мастур­бация в общественном месте; не соответствующие возрасту сексуальные игры; промискуитет или чрезмерно соблазняющее поведение со взрос­лыми.

Для дошкольников наиболее общими симптомами являются тревога, ноч­ные кошмары, «аутичное» поведение, уходы в себя, депрессия, боязливость, чрезмерный контроль, агрессивное и антисоциальное поведение.

Дети школьного возраста наиболее часто реагируют на инцест появлением страхов, ночных кошмаров, школьных проблем, агрессивного поведения, ги­перактивности и регресса к более ранним фазам развития.

В подростковом возрасте в результате инцеста могут появиться депрессия, суицидальное и саморазрушительное поведение, соматические жалобы, про­тивозаконные действия, побеги из дома и злоупотребление наркотическими веществами. Жертвы инцеста в подростковом возрасте с трудом вступают во взаимоотношения со сверстниками, что осложняет социальную адаптацию и часто вынуждает подростка вновь возвращаться к насильнику.

В то же время отсутствие симптомов не является показателем того, что на­силие не произошло. Как показали исследования (Gomes-Schwartzet. al., 1990), у 30% детей симптомы нарушений развились через 18 месяцев после травмы.

Отсутствие симптоматики у жертв инцеста может быть связано с подавле­нием (репрессированием) переживания, вытеснением его в подсознание; рас­щеплением Self как формой психологической защиты; отсутствием симпто­мов посттравматического стрессового расстройства на период обследования (Короленко Ц. П., Дмитриева Н. В., 2000).

Помимо инцеста первого рода, можно диагностировать символический инцест, последствия которого для детей могут быть не менее травматичными. К его признакам относят:

□ совместный просмотр порнографических видеофильмов, чтение эроти­ческой литературы, рассказывание сальных анекдотов;

128

□ использование нецензурной лексики в присутствии ребенка; О пребывание ребенка в одной постели с родителями;

□ наблюдение родителей в нижнем белье или без одежды;

□ демонстрация половых органов в виде ношения облегающей одежды, подчеркивающей половые органы, либо прозрачной одежды;

□ откровенные разговоры родителей со своими детьми о собственной сек­суальной жизни и сексуальной жизни детей;

□ запугивание детей беременностью;

П строгий контроль над всеми областями жизни ребенка;

□ проверка одежды, нижнего белья на предмет наличия сексуальной бли­зости;

П обыск карманов, личных сумок, кошельков;

□ слишком суровое наказание за незначительные провинности; О запрет на наличие у ребенка секретов и тайн;

□ контроль дружеских отношений ребенка;

□ подслушивание разговоров ребенка с друзьями, тайное прочтение его дневников, проверка его электронной почты;

О контроль за гигиеной выросшего ребенка;

□ оскорбительные замечания сексуального характера.

Травматизация в случаях символического инцеста может проявиться поз­же, в более позднем возрасте в виде сложностей в выстраивании границ и, как следствие, — трудностей в построении зрелых отношений.

3.5.3. Психологическая помощь

Можно выделить два основных направления психологической помощи се­мье в ситуации инцеста.

Психологическая помощь взрослому человеку — жертве инцеста

В случае выявления инцеста первого рода задачей психолога является по­мочь обратившемуся принять и переработать травматический опыт. Важно осу­ществлять работу на трех уровнях:

□ эмоциональном: отреагирование подавленных чувств по отношению к агрессору и остальным членам семьи (гештальттехника пустого стула, метод семейной расстановки Б. Хеллингера, арттерапевтические техни­ки и приемы);

□ когнитивном: позитивная реинтерпретация травматического опыта и придание смысла произошедшему, осознание собственной роли в семей­ном функционировании (метод геносоциограммы А. Шутценбергер; ра­бота с семейной историей; работа с ранними детскими воспоминания­ми по А. Адлеру; методика «Семейные фотографии» и др.);

129

ГЛАВА 3. НЕНОРМАТИВНЫЕ СЕМЕЙНЫЕ КРИЗИСЫ

□ поведенческом: помощь в построении отношений с членами семьи, с ближайшим окружением, с социумом в целом (ролевые игры, психодра­ма, социодрама и др.).

В случае выявления символического инцеста работа должна быть направ­лена на помощь клиенту в выстраивании собственных границ и зрелых меж­личностных отношений.

Психологическая помощь ребенку, пережившему инцест

Если ребенок — жертва инцеста первого рода, то психологическая помощь подразумевает:

□ работу с самим ребенком и его симптоматикой, ориентированную в пер­вую очередь на его поддержку и помощь в отреагировании чувств;

□ работу с семьей: в зависимости от выявленной семейной дисфункции, работа с семьей может быть направлена на коррекцию супружеских от­ношений, осознание и изменение семейных сценариев и др.;

П работу с агрессором (если инцестное поведение детерминировано лич­ностной патологией агрессора).

В случае выявления символического инцеста психологическое консульти­рование призвано помочь в выстраивании внутренних границ семьи и инди­видуальных границ ее членов.

Если родители, ребенок которых стал жертвой инцеста, обвиняют его и не верят его рассказам, то это может усилить травматизацию и привести к ухуд­шению его состояния (FinkelhorD., 1987). Способность ребенка пережить трав­му зависит от родительской заботы. Таким образом, чтобы минимизировать психологические последствия инцеста для ребенка, необходимо обеспечить ему адекватную семейную поддержку.

130

3.6. СМЕРТЬ ЧЛЕНА СЕМЬИ

Мы оплакиваем того, кого потеряли, а долж­ны бы радоваться тому, что имели вообще.

К. Дж. Уэллс

Смерть — это нейтральное событие, которое мы привыкли окрашивать в цвет страха.

И. Ялом

3.6.1. Феноменология кризиса

Смерть члена семьи — одно из самых сильных потрясений в жизни как от­дельного человека, так и семьи в целом. Влияние этого события на семейную систему определяется значимостью для нее умершего, его функциональной нагруженностью, статусом, степенью эмоциональной близости с родственни­ками. Потеря члена семьи (особенно взрослого) может привести к появлению «функциональной пустоты» в семейной системе, приводящей к необходимос­ти перераспределения в ней ролей и функций.

Смерть ребенка

Реакция членов семьи на смерть ребенка зависит от его возраста, статуса и количества детей в семье. Исключительно тяжело она может переживаться, если речь идет о единственном или «особом» ребенке. Спектр чувств, вызываемых смертью ребенка, достаточно широк: родители испытывают отчаяние, тоску, смятение, злость к тем, кто остался жив или как-то виновен в смерти ребенка и др. Чувство вины, тайные страхи и заблуждения, иррациональные мысли, возникающие во время переживания такой потери, могут оказывать пролон­гированное влияние на жизнь членов семьи. Проблема часто осложняется тем, что родители, погруженные в собственные переживания, не могут поддержать других детей, способствуя таким образом возникновению у них ощущения от­вержения, одиночества, наказанности и нелюбви.

Смерть родителя

Смерть родителя приводит к возникновению неполной семьи и образова­нию «функциональных пустот», что влечет за собой необходимость реоргани­зации структуры семьи (прежде всего ролевой).

Можно описать несколько типов реакций супруги (супруга) на смерть партнера: 1. Адекватная реакция, включающая нормативное переживание этапов го-ревания, поиск внутренних семейных ресурсов для преодоления горя при сохранении иерархических параметров семьи и избегании ролевых ин­версий.

131

2. Полная концентрация на детях, поиск утешения в детско-родительских отношениях. Данная реакция может осложняться стремлением родите­ля найти воплощение умершего партнера в одном из детей, что впо­следствии затрудняет сепарацию данного ребенка от семьи.

3. Уход родителя в собственные переживания и отстранение от семьи, от выполнения родительских функций, что приводит к появлению у детей чувства одиночества, отверженности и вины за произошедшее.

4. Быстрое включение родителя в эмоционально близкие отношения с новым партнером с целью компенсации травмы в связи со смертью су­пруга (супруги). В этом случае велика вероятность непонимания со сто­роны детей, возникновение у последних злости, агрессии, ощущения предательства умершего родителя.

Переживание потери ребенком родителя имеет свои особенности. Чем млад­ше ребенок и чем менее адекватно его возрасту объяснение «ухода» родителя, тем больше риск возникновения в будущем различных личностных расстройств, проблем в построении межличностных отношений, особенно в случае внезап­ной трагической смерти.

Суицид члена семьи

Под суицидом (самоубийством) понимают осознанное лишение человеком себя жизни. В классификации основных суицидальных мотивов на первом месте стоят так называемые лично-семейные мотивы, связанные с семейны­ми конфликтами, разводом (в том числе и родительским), болезнью, смертью близких, одиночеством, неразделенной любовью, оскорблениями со стороны окружающих. Роль семьи в контексте суицидального поведения ее членов была проанализирована А. Г. Амбрумовой и Л. И. Постоваловой. Они подчеркива­ли, что суицидологический семейный диагноз является составной частью ди­агностики семейных дисфункций, так как он позволяет определить, можно ли в процессе терапии опереться на семью, либо, наоборот, необходимо оградить суицидента от ее травмирующего влияния.

Опыт нашей терапевтической практики позволил нам выделить следующие микро- и макросистемные семейные факторы, детерминирующие суицид:

1. Фрустрация потребности в материнской любви.

2. Отсутствие отцовской фигуры в раннем детстве.

3. Инверсия иерархии (низкий авторитет родителей).

4. Доминирующая роль одного родителя и эмоциональная отстраненность другого.

5. Психопатология взрослого члена семьи, провоцирующая эмоциональ­но нестабильную атмосферу в семье и телесные наказания ребенка.

6. Семейные дисфункции (измены, разводы, конфликты между супруга­ми, враждебность, химические зависимости, длительные болезни чле­нов семьи).

Суицидальное поведение — более широкое понятие, включающее в себя, помимо суицида, суицидальные покушения, попытки и проявления. Покуше-

132

ниями считают все суицидальные акты, не завершившиеся летальным исходом по причине, не зависящей от суицидента (например, своевременная реанима­ция). Суицидальные попытки представляют собой демонстративно-установоч­ные действия, при которых суицидент чаще всего знает о безопасности приме­няемых им средств самоубийства. Суицидальные проявления включают в себя суицидальные мысли, намеки и высказывания, не сопровождающиеся каки­ми-либо действиями, направленными на лишение себя жизни. Суицидальное поведение в некоторых случаях может рассматриваться как манипулятивный способ привлечения к себе внимания. На индивидуальном уровне суицидаль­ные проявления могут быть неэффективной попыткой удовлетворения членом семьи своих потребностей; на микросистемном уровне — способом стабили­зации семейной системы; на макросистемном уровне суицидальное поведе­ние может быть обусловлено действием семейных сценариев.

Суицид — тяжелое испытание для всей семьи. Суицид переживается с боль­шей остротой из-за чувств стыда, вины, агрессии в адрес умершего. На инди­видуальном уровне функционирования семейной системы актуализируются разнообразные защитные механизмы (отрицание, вытеснение, интеллектуа­лизация, смещение и др.). На микросистемном уровне событие затрагивает всю систему: как и смерть, вызванная другими причинами, суицид одного из чле­нов семьи ведет к перестройке структуры всей семейной системы и отноше­ний внутри нее. В первый момент после трагического события семья может попытаться сплотиться, чтобы справиться со страхом, болью и стыдом. На макросистемном уровне для поддержания образа благополучной семьи часто создается легенда, скрывающая реальную причину смерти. Суицид может стать запретной для обсуждения темой: заключается негласный «договор умолчания» о суициде и самом суициденте, согласно которому члены семьи избегают гово­рить об умершем и обстоятельствах его смерти. Может табуироваться сама тема суицида. Однако наличие такой семейной тайны может оказывать влияние на жизнь членов семьи благодаря трансгенерационным связям.

Пример

СветланаМ., 39 лет, вбраке 18 лет, матьдвоихдетей—Андрея 16 лети Алексея 10 лет. Обратиласьзаконсультациейпоповодуповедениясвоего старшегосынаАндрея. Мальчиктревожный, впечатлительный, склонныйк длительнымпереживаниям: частоплачет, страдаетбессонницей. Впослед­неевремясталзаговариватьотом, чтооннекрасивый, глупый, никомуне нуженилучшебыемуумереть. Намикросистемномуровнедисфункцийне выявлено: мужтакжеобеспокоенповедениемребенка, онпришелнакон­сультациюипроявилготовностьксотрудничеству. Приработесовсей семьейпсихологиобратиливниманиенавзаимодействиематерисостар­шимсыном, проявляющеесявчрезмернойопеке, повышенномуровнекон­троля, чтокачественноотличалосьотееспособаобщениясмладшимре­бенком. Светланебылапредложенаиндивидуальнаятерапия. Входерабо­тынадгенограммойбылавыявлена«стыдная»семейнаятайна—ееотец покончилжизньсамоубийством. Поддавлениембабушки, материотца, стар­шийребенок, родившийсячерезнескольколетпослетрагическогособы­тия, былназванименемдеда. Мужобэтомсобытииничегонезнает, он

133

уверен, чтоотецженыумерврезультатеболезни. СгодамиуСветланы сталиразвиватьсястрахи, чтоеесынповторитсудьбуотца—тревожного, неуверенноговсебечеловека, покончившегоссобойвпорывеотчаяния. Такимобразомпроблема, возникшаянамакросемейномуровне, прояви­ласьнаиндивидуальномимикросемейномуровнях.

Рядом авторов были выделены сходные стадии переживания утраты близ­кого человека (Дейте Б., 1999; Навайтис Г., 1999; Шнейдер Л. Б., 2000; Бра­ун Дж., Кристенсен Д., 2001; Кюблер-Росс Э., 2001):

1. Оцепенение или шок. Реакция взрослых на этой стадии, как правило, но­сит соматический характер и может проявляться в потере аппетита, мышеч­ной слабости, апатичности, иногда сменяющейся временной суетливой по­движностью, ощущении нереальности происходящего. Ребенок на этой стадии часто начинает избегать контактов, проявляя тенденцию к аутизации, либо демонстрирует сильные эмоциональные реакции (плач, истерика, вспышки гнева).

2. Отрицание смерти. Члены семьи могут вести себя так, будто их близкий не умер; ждут его, разговаривают с ним.

3. Страдание, острая скорбь, дезорганизация. Данная стадия отличается по­явлением у членов семьи тоски, отчаяния, ощущения пустоты и одиночества, беспомощности, сожалений по поводу своих прошлых действий и мыслей в отношении умершего, злости на него. Подобная амбивалентность становится источником чувства вины, желания уединиться. На этом этапе отмечаются раз­дражительность, сложности в организации деятельности. Характерна погру­женность в воспоминания об ушедшем и его идеализация. Иногда возникает ряд соматических реакций: затрудненное дыхание, мышечная слабость, асте­ния, утрата энергии, снижение аппетита, нарушение сна.

4. Реорганизация, сопровождающаяся уменьшением интенсивности скорби, принятием утраты члена семьи и снижением ощущения подавленности. На этой стадии происходит нормализация жизни семьи. Переживание утраты проте­кает в виде периодических кризисов, поводом для возникновения которых слу­жат семейные даты и праздники (синдром годовщины).

5. Восстановление. Члены семьи начинают перестраивать свою жизнь, умень­шается зависимость от потери. Овдовевшие супруги могут начать строить но­вые отношения.

6. Процесс горевания. Это переживание утраты близкого человека. С его по­мощью человек справляется с болью потери, постепенно вновь обретая чув­ство равновесия и полноты жизни. Горевание является способом восстановле­ния членов семьи после смерти близкого.

В процессе горевания выделяют следующие критические периоды времени: О Первые 48 часов. Этот период характеризуется шоком от перенесенной

утраты и отказом поверить в произошедшее.

П Первая неделя. Включенность в организацию и проведение похорон по­зволяет членам семьи отвлечься от тяжелых переживаний. Между тем у некоторых из них может наблюдаться ощущение эмоционального и(или) физического истощения.

134

П 2—5 недель. Члены расширенной семьи и друзья возвращаются к своим повседневным заботам после похорон, что может вызвать у переживше­го утрату ощущение покинутости, одиночества, пустоты.

□ 6—12 недель. Реакция шока проходит, и осознается реальность потери. В это время члены семьи могут переживать разнообразные эмоции: от тоски и отчаяния до вспышек гнева.

□ 3-12 месяцев. Возникает ощущение беспомощности, может отмечаться регрессивное поведение членов семьи. Неосознаваемым механизмом, позволяющим семье справиться с переживанием потери, нередко вы­ступает симптоматизация одного из членов семьи или появление иден­тифицированного пациента, стабилизирующего семейную систему. Не­которые члены семьи ощущают депрессию, другие «с головой» уходят в работу. В этот период может быть зачат или рожден ребенок, который, как правило, выполняет замещающую функцию.

□ 12 месяцев. Первая годовщина смерти — это всегда значимое событие, специфика переживания которого зависит от особенностей проживания предыдущих стадий.

□ 18—24 месяца. Семья, пережившая утрату, возвращается к прежней жизни.

Прохождение семьей описанных стадий носит индивидуальный характер. Их последовательность и длительность могут изменяться.

К. Изард отмечает, что горевание имеет чрезвычайно важное значение для психологической адаптации индивида (Изард К., 1999). Оно позволяет ему «сжиться» с утратой, адаптироваться к ней. В определенном смысле горе пре­доставляет возможность отдать последний долг навсегда ушедшему любимому человеку.

3. Фрейд назвал процесс адаптации к несчастью «работой скорби». Совре­менные исследователи характеризуют ее как когнитивный процесс, включаю­щий изменение мыслей об умершем и поиск своего места в новых обстоятель­ствах (StroeveM. etal., 1992).

Типичное проявление скорби — тоска по умершему. Она сопровождается навязчивыми мыслями и фантазиями о навсегда ушедшем. Места и ситуации, связанные с ним, приобретают особую значимость. Его лицо кажется повсюду. Пропадает интерес к прежде важным событиям, к своей внешности. Подоб­ные реакции отражают работу скорби, однако в случае их гипертрофии и со­здания культа умершего они могут приобретать патологический характер.

Во время горевания происходят изменения идентичности членов семьи. Поэтому важная составляющая «работы скорби» заключается в выработке но­вого взгляда на себя, поиске новой идентичности.

Иногда смерть близкого человека оказывает на членов семьи настолько глу­бокое воздействие, что требуется профессиональная психологическая помощь. Риск осложненной реакции имеют родители, потерявшие ребенка, а также люди, близкие которых погибли насильственной смертью, в результате аварии, убийства, самоубийства.

Выделяют три уровня риска в ситуациях переживания горя.

135

1. Минимальный риск. Члены семьи открыто выражают свои чувства, ока­зывают поддержку друг другу и принимают ее со стороны расширенной семьи, друзей, соседей. Сохраняется способность идентифицировать проблемы и искать пути их разрешения

2. Средний риск. Реакция горя протекает с осложнениями: у отдельных членов семьи могут наблюдаться депрессивные реакции; семья не при­нимает поддержку. Данные реакции могут осложняться в случае нали­чия многочисленных предыдущих потерь, неразрешенных конфликтов с умершим.

3. Высокий риск. У членов семьи может появиться эксцентричное (гру­бое, жестокое) поведение; тяжелая депрессия; попытки и угроза суици­да; злоупотребление лекарствами или алкоголем; тяжелая бессонница. К этой же категории относятся ситуации полного отсутствия проявле­ния горя в семье.

В случае среднего и высокого риска семья нуждается в помощи специалис­тов: семейных психологов, психиатра, психотерапевта, социального работника.

К патологическим симптомам, сопровождающим переживание горя, мож­но отнести следующие:

П затянувшееся переживание горя (несколько лет);

□ задержка реакции на смерть близкого (нет выражения страданий в тече­ние двух и более недель);

П сильная депрессия, сопровождающаяся бессонницей, напряжением, упреками в свой адрес;

□ появление болезней психосоматического характера (язвенный колит, ревматический артрит, астма, мигрени, нейродермит и т. д.);

П ипохондрия и, возможно, развитие симптомов, от которых страдал умер­ший;

□ сверхактивность: человек, перенесший утрату, начинает развивать актив­ную деятельность, не ощущая боль утраты;

О неистовая враждебность, направленная против конкретных людей, час­то сопровождаемая угрозами;

□ полное изменение стиля жизни;

□ снижение эмоциональной чувствительности;

□ эмоциональная лабильность, резкие переходы от страданий к бурной радости;

□ суицидальные мысли и намерения;

□ изменение отношения к друзьям и родственникам, уход от контактов с ними или чрезмерная навязчивость;

□ избегание социальной активности; прогрессирующая уединенность.

Нами были проанализированы и описаны несколько типов дисфункцио­нальных реакций семейной системы в ситуации потери одного из ее членов.

7. Реагирование по типу слияния. Наблюдается в ситуациях, когда члены се­мьи конфлюируют в попытке справиться с болью потери. Смерть близкого родственника нарушает целостность семьи и актуализирует различные страхи.

136

Ослабление (размывание) внутренних границ семьи, как правило, позволяет ее членам ощутить поддержку, уверенность в том, что они не одиноки в своем горе, однако это приводит к усилению внешних границ и социальной изоля­ции семьи. Снижается частота социальных контактов и возможность для чле­нов семьи получать помощь извне. Такой способ реагирования не помогает семье справиться с горем, а хронифицирует его вследствие поддержки члена­ми семьи болезненных реакций друг друга.

8. Реагирование по типу изоляции. Встречается в ретрофлексивных семьях, члены которых переживают горе путем «молчаливого ухода», не показывая друг другу своей боли. Такой тип реагирования характеризует жесткие внутренние границы семейной системы, обусловливает трудности получения членами се­мьи поддержки друг у друга и является источником их прогрессирующего оди­ночества.

9. Реагирование по типу расщепления. Характерно для семей, в которых фун­кция горевания «делегируется» одному из ее членов. Он оплакивает умершего, организует ритуальные действия (годовщина смерти, день рождения умерше­го и др.), помогает сохранить память об ушедшем. С одной стороны, горюю­щий член семьи оказывается в своеобразной изоляции и получает мало под­держки от остальных, иногда становясь объектом раздражения и агрессии. С другой стороны, «анестезированные» члены семьи инкапсулируют свою боль и дистанцируются от непереносимой ситуации, защищаясь таким образом от осознания неотвратимости произошедшего.

10. Реагирование по типу замещения. Проявляется в том, что спустя неболь­шой промежуток времени после смерти члена семьи появляется его «замести­тель» (рождается новый ребенок, как, например, в случае Сальвадора Дали; овдовевший супруг вступает в новый брак).

11. Реагирование по типу переключения. Связано с появлением в семье иден­тифицированного пациента, который позволяет членам семьи отвлечься от болезненных переживаний, связанных с потерей, и сконцентрироваться на решении его проблем (внезапная болезнь, неожиданно появившиеся трудно­сти в поведении или обучении у ребенка, алкоголизм и др.). Иногда появление идентифицированного пациента помогает сохранить равновесие семейной системы, предоставляя семье возможность сплотиться в заботе об одном из ее

членов.

Вышеперечисленные реакции являются дисфункциональными, так как мешают членам семьи в полной мере прожить свое горе и отреагировать свя­занные с ним эмоции. Наиболее оптимальным вариантом является ситуация, когда члены семьи сохраняют способность слышать, понимать друг друга, ока­зывать поддержку друг другу и принимать ее извне, не избегать разговоров об умершем, не подавлять и не скрывать свои переживания по поводу случив­шегося.

В последнее время широкое распространение получила концепция работы с горюющим клиентом Дж. В. Вордена. Он рассматривает реакцию горя в со­ответствии с четырьмя задачами, которые должны быть выполнены пережива­ющим утрату. Ворден считает этот подход близким к теории 3. Фрейда о работе горя («работе скорби»), удобным для клиницистов.

137

Концепция Дж. В. Вордена была использована нами для описания задач, которые необходимо решить семье в процессе горевания. Данная модель так­же может применяться в целях диагностики, поскольку позволяет понять, ка­кие задачи уже решены семьей, а какие еще требуют решения.

Первая задача горя — признание факта потери. Отрицание факта смерти члена семьи — одна из наиболее часто встречаемых реакций. Отрицание в се­мье может проявляться на различных уровнях (индивидуальном, микро- и мак-росистемном) и принимать разные формы (отрицание факта потери, ее значи­мости либо необратимости). Если семья не преодолевает отрицание, теряется возможность прожить до конца потерю близкого человека, принять этот факт и организовать свою жизнь по-новому.

Отрицание факта потери может варьировать от легкого расстройства до тя­желых психотических форм, когда человек проводит несколько дней в кварти­ре с умершим, прежде чем замечает, что тот умер. Однако чаше встречается менее патологичная форма проявления отрицания, названная Горером муми­фикацией. В таких случаях человек сохраняет все так, как было при умершем, чтобы все время быть готовым к его возвращению.

Пример___________________________________________________________________

Семьяврезультатенесчастногослучаяпотеряладочь 12 лет. Спустяпол­торагодапослесмертидевочкиродителипродолжаютставитьдлянее столовыеприборы, убираютеекомнату, покупаютейодежду. Мужболее адекватновоспринимаетситуацию. Однако, беспокоясьзасостояниесвоей жены, онподдерживаетееповедение, отрицающеефактсмертидочери.

Еще одной из форм отрицания может быть реакция членов семьи, проявля­ющаяся в том, что умершего «видят» в ком-нибудь другом (например, в его родственнике или в посторонних людях). Данный защитный механизм (про­екция) позволяет на некоторое время облегчить боль переживания, однако за­трудняет и тормозит процесс проживания горя.

Иногда члены семьи могут отрицать значимость утраты, считая факт поте­ри не травматичным или даже воспринимая его как благо («он ничего хороше­го для меня не сделал», «он был жестоким», «он испортил жизнь маме»). Чле­ны семьи могут поспешно избавляться от вещей, напоминающих об умершем (поведение, противоположное мумификации), стараться о нем не вспоминать и не говорить. Данные семьи составляют группу риска развития патологичес­ких реакций горя. Как правило, в таких ситуациях бремя дани оплакивания умершего могут брать на себя последующие поколения (трансгенерационные связи).

Пример___________________________________________________________________

Семьяобратиласьзапсихологическойпомощьюспроблемойраннегоал­коголизма 15-летнегоподростка. Работасгенограммойпозволилаобнару­житьтакназываемый«семейныйскелетвшкафу»—тему, котораязамал­чиваласьсемьей: алкоголизмдедушкииобстоятельстваегосмерти (утонул всостоянииопьянения). Родителипризнались, чтовсегдабоялисьзасвое-

138

горебенка, посколькувиделивмальчике«вылитогодедушку». Фактран­негоалкоголизмаребенкапредставляетсобойрезультатдействиятрансге­нерационныхсвязей. Осознаваемойреакциейродителейбылстрахзасудьбу ребенка, нанеосознаваемомжеуровнеонитранслировалиемуожидания определенногоповедения, сходногосповедениемдедушки. Этодавало возможностьсемьепроигратьнезавершенныеотношениясумершимрод­ственникомисделатьдлясынато, чеговсвоевремянесделалидляде­душки, —спастиоталкоголизма.

Отрицание может также проявляться в виде «избирательного забывания». В этом случае человек забывает что-то, касающееся покойного, например, вне­шность, рост, манеры, цвет волос и др.

Еще одним способом избегания осознания потери является отрицание ее необратимости. Родители после смерти ребенка могут думать, что у них будут другие дети, которые «займут место умершего». Некоторые пытаются найти утешение в религии, дающей надежду «встретиться на небесах».

Вторая задача горя, по Дж. В. Вордену, состоит в том, чтобы пережить боль потери. Вслед за принятием факта смерти члены семьи сталкиваются с разно­образными чувствами, многие из которых оказываются очень болезненными, невыносимыми. В этот период важно не прятать боль (гнев, злость, раздраже­ние, обиду, ярость, вину и др.), не избегать своих переживаний, а попытаться прожить их, не теряя контакта с собой и близкими.

Выполнение этой задачи может осложняться реакциями окружающих. При столкновении с сильной болью и чувствами горюющего(их) у других людей может возникать напряжение, которое они пытаются ослабить путем оказа­ния не всегда адекватной помощи: переключением внимания («ты должна по­думать о ребенке», «ты должен позаботиться о матери»); попытками отвлечь от переживаний, вовлекая горюющих членов семьи в различные виды деятельно­сти; табуированием разговоров об умершем («не беспокойте его, он уже на не­бесах»); снятием уникальности произошедшего («не ты первый и не ты послед­ний», «все когда-нибудь умирают»). Такого рода поддержка со стороны близкого окружения может быть достаточно эффективной в сочетании с проявлением толерантности к переживаниям горюющего(их) и предоставлением ему(им) возможности для открытого выражения чувств, связанных с потерей. Иногда окружающие чувствуют себя беспомощными, дезориентированными, что обу­словливает их дистанцирование от семьи, переживающей горе. Это, как пра­вило, приводит к обострению ощущения одиночества у горюющих членов се­мьи, может восприниматься ими как подтверждение разрушительности для отношений с окружающими некоторых эмоциональных реакций, связанных с горем, и вызывать потребность подавлять свои чувства, что затрудняет про­цесс проживания горя.

Способы избегания переживаний, связанных с потерей, могут быть различ­ными:

П отрицание наличия боли или других мучительных чувств;

□ избегание воспоминаний об умершем;

□ прибегание к психотропным веществам, алкоголю или наркотикам;

139

□ отказ от реальности путем переезда на новое место жительства, органи­зации путешествия или ухода в непрерывную напряженную работу.

Третья задача, с которой должна справиться семья, — это реорганизация ее жизни после потери. Членам семьи необходимо перераспределить функции, выработать ритуалы, помогающие сохранить память об умершем.

Четвертая задача связана с необходимостью завершить эмоциональные от­ношения с ушедшим и продолжать жить. Если предыдущие задачи были решены успешно, члены семьи отреагировали чувства и эмоции, связанные с умершим и с фактом его потери, то рано или поздно это приводит к их эмоциональной стабилизации и возможности строить новые отношения.

Иногда выполнению этой задачи может мешать близкое окружение. Напри­мер, часто возникают конфликты с родственниками в случае появления новых отношений с мужчиной у овдовевшей женщины (с женщиной у овдовевшего мужчины). Реализации четвертой задачи могут также препятствовать семей­ные мифы о единственной любви и воссоединении на небесах, о том, что дети никогда не примут отчима или мачеху, и т. д.

Признаком незавершенности эмоциональных отношений с умершим яв­ляется продолжающееся переживание членами семьи сильных чувств к нему или ощущение законсервированности, замороженности («жизнь останови­лась», «после его смерти я как в тумане»), рост напряжения и беспокойства. Маркером позитивного выхода из кризиса можно считать возникновение у членов семьи ощущений, что можно продолжать жить и радоваться, не преда­вая при этом память об ушедшем.

Работа горя завершена, когда семья, пережившая утрату, оказывается спо­собной выполнять свои функции, осваивать новые роли, взаимодействовать с окружением, не прибегая к дисфункциональным паттернам жизнедеятель­ности.

3.6.2. Психологическая помощь

Консультирование членов семьи, переживающих утрату, — серьезное испы­тание для самого психолога и проверка его профессиональной компетенции.

Смерть близкого, как и многие другие жизненные события, не только явля­ется источником тяжелых, болезненных переживаний, но и предоставляет воз­можность личностного роста для горюющих членов семьи. Консультант, рабо­тающий с семьей, может помочь ее членам реализовать эту возможность.

Психологическая помощь взрослым членам семьи, переживающим утрату

Работа со взрослыми членами семьи строится сходным образом и в ситуа­ции потери ребенка, и в ситуации смерти брачного партера. Она включает в себя следующие направления:

140

1. Информирование о психологических закономерностях горевания и, преж­де всего, о том, что это длительный процесс (см. Приложение 4).

2. Психологическое сопровождение и поддержка семьи в процессе горе­вания:

О помощь в осознании и принятии факта смерти члена семьи;

□ оказание членам семьи психологической поддержки и помощи в отреа-гировании сильных чувств, связанных с болью потери;

□ помощь в реорганизации жизни семьи после смерти одного из ее членов (перераспределение семейных ролей и функций, выработка ритуалов);

□ помощь в завершении эмоциональных отношений с умершим (отреаги-рование сильных чувств по отношению к нему и факту его смерти).

3. Поддержка и помощь членам семьи в планировании своей дальнейшей жизни.

Психологическая поддержка в работе с семьями, переживающими потерю, приобретает особое значение и занимает большую часть консультативного про­цесса. Она подразумевает полноценное присутствие психолога, наблюдение за происходящим и проявление чувства сострадания, при сохранении личных границ. Задачи консультанта: быть рядом и слушать; не форсировать резуль­тат; проявлять уважение и принимать то, что происходит; видеть пользу в вы­ражении членами семьи их скорби; позволить себе стать человеком, на кото­рого члены семьи могут опереться.

Важным элементом в работе с потерей является включение членов семьи в системный процесс переживания горя, удержание их от импульсивного жела­ния уйти от ситуации и болезненных переживаний, оказание помощи в поиске внутренних семейных ресурсов для преодоления данного кризиса.

Психолог может помогать членам семьи в создании ритуала или ритуалов, поддерживающих их потребность в скорби и сохранении памяти об ушедшем. Важно, чтобы эти ритуалы соответствовали традициям данной семьи. Риту­альные действия дают возможность людям чтить память умершего члена се­мьи и получать поддержку как внутри семьи, так и за ее пределами, принимая соболезнования и помощь от друзей и родственников. Семейный ритуал дает также возможность каждому выразить свои личные чувства к ушедшему.

Психологу-консультанту необходимо знать типичные, так называемые нормативные, проявления горя и симптомы, сопровождающие патологичес­кие реакции членов семьи. Если с первыми можно и нужно работать в кон­сультативном ключе, то вторые требуют медицинской помощи — клиничес­кой психотерапии с медикаментозной поддержкой либо психиатрической помощи.

Психологическая помощь детям, потерявшим родителя

Важным фактором организации психологической помощи детям является их возраст. Ребенок младше пяти лет, как правило, не понимает сущности ка­тегории «смерть», не осознает ее необратимость. Его психологическое состоя­ние и реакция на смерть родителя зависит от поведения окружающих взрос-

141

лых («заражение» эмоциями взрослых). В возрасте от пяти до девяти лет боль­шинство детей начинает понимать, что такое смерть, что она необратима, но при этом ребенок, как правило, сохраняет иллюзию собственного бессмертия. Только после девяти лет он обычно осознает, что тоже смертен.

Очень важно заручиться поддержкой семьи при оказании помощи ребенку, переживающему смерть родителя. Самое сложное — это сообщить ему о смер­ти близкого. Лучше всего, если это сделает кто-то из родных или тот взрослый, которого ребенок хорошо знает и которому он доверяет. В этот момент очень важно прикасаться к ребенку: взять его руки в свои, обнять, посадить на коле­ни. Ребенок должен почувствовать, что он продолжает быть значимым и важ­ным для оставшихся членов семьи.

На стадии шока и отрицания смерти необходимо дать возможность ребенку свободно выражать свои чувства, связанные со смертью родителя. Он может никак не реагировать на горе, не выражать никаких признаков переживания, что является патологическим симптомом и требует наблюдения за его даль­нейшим поведением. Если ребенок достаточно большой, можно подключить его к организации похорон, чтобы он не чувствовал себя исключенным. Важно не оставлять его надолго наедине с собой. В это время его лучше не отпускать в школу, даже если он скажет, что чувствует себя хорошо.

На стадии страдания и дезорганизации необходимо очень внимательно сле­дить за состоянием ребенка, быть чувствительным и отзывчивым и избегать действий, которые могли бы способствовать его повторной травматизации (на­сильственные разговоры о его состоянии, об умершем родителе, отвержение, делегирование ему функций умершего родителя и др.). На этой стадии ребенка (подростка) можно включать в группы поддержки.

На этапах реорганизации и восстановления необходимо помочь ребенку завершить эмоциональные отношения с ушедшим родителем и строить даль­нейшие жизненные планы.

Распространенным является вопрос о том, стоит или не стоит брать ре­бенка на похороны. Многие родители считают похороны слишком травми­рующим мероприятием и отказываются включать в него ребенка. В этом слу­чае они лишают его возможности попрощаться с умершим родителем и почувствовать себя включенным в семейный процесс горевания. Дети конк­ретны: когда ребенок реально видит умершего родителя в гробу и наблюдает проведение похорон, он получает доказательства его смерти. Такой опыт, ка­ким бы тяжелым он ни был, может облегчить период траура и адаптацию ре­бенка после смерти родителя. У ребенка будет возникать меньше вопросов по поводу того, что же именно произошло с родителем. Уменьшается вероят­ность возникновения иррациональных мыслей и нереальных надежд на его возвращение.

Еще одна причина, свидетельствующая о целесообразности участия ребен­ка в похоронах, состоит в том, что наблюдение эмоциональных реакций род­ственников во время похорон помогает ребенку выразить собственные чувства. Однако необходимо заранее рассказать ребенку о том, что происходит, когда семья выражает горе, чтобы он не был напуган и потрясен.

142

Диагностика семейных взаимоотношений в ситуации кризиса

Глава 4

Одним из важных направлений работы психолога с семьей в ситуации кри­зиса является диагностика ее актуального состояния. Предлагаемая нами сис­тема методик позволяет семейному психологу сориентироваться в имеющем­ся многообразии диагностических средств и осуществить адекватный выбор инструмента для работы в соответствии с целью и задачами конкретной прак­тической консультации. Предлагаемые психодиагностические процедуры дают возможность проведения клинического и эмпирического изучения семейной истории, структуры семьи, состояния супружеской подсистемы, факторов се­мейного благополучия и неблагополучия, особенностей детско-родительско-го взаимодействия. В результате их использования можно получить полную и надежную информацию о взаимоотношениях членов семьи на разных этапах ее жизненного цикла, а также в кризисные периоды, и определить семейный диагноз.

Э. Г. Эйдемиллером (2003) был введен термин «семейный диагноз». Семейный диагноз описывает нарушения в жизнедеятельности семьи, способ­ствующие возникновению и сохранению трудностей в ее функционировании, выражающихся в появлении индивидуальных дисфункций у одного или не­скольких членов семьи либо препятствующих нормативному прохождению семьей стадий ее жизненного цикла и переживанию ненормативных кризи­сов. Семейный диагноз позволяет определять характер нарушений семейно­го функционирования и планировать направления психологической помо­щи семье.

Для диагностики семейных взаимоотношений используют различные ме­тоды социально-психологической диагностики: опрос, наблюдение, экспери­мент, социометрические методы, методы поперечных и продольных срезов, количественно-качественный анализ документов, тестирование.

В данном методическом пособии сделан акцент на методе тестирования. Ниже представлены методики, позволяющие семейному психологу осуществ­лять диагностику состояния семейной системы и отдельных ее подсистем (су­пружеской и детско-родительской) в кризисные периоды ее развития.

143

4.1. ДИАГНОСТИКА СТРУКТУРЫ СЕМЬИ

С помощью данных методов можно оценить состав семьи и следующие пара­метры семейной структуры: сплоченность (эмоциональная связь, близость или привязанность между членами семьи), иерархия, границы, характер коммуни­каций, особенности ролевого взаимодействия и гибкость семейной системы.

Ряд диагностических процедур, применяемых для диагностики структуры семьи, такие как: методика «Семейная социограмма», графические тесты «Ри­сунок семьи» и «Кинетический рисунок семьи», относятся к классу техник, опирающихся на пространственную репрезентацию семейной системы с при­менением замещающих фигур для членов семьи.

Для диагностики структуры семьи могут быть использованы все представ­ленные в этом разделе методики, вне зависимости оттого, на каком этапе жиз­ненного цикла она находится, нормативный или ненормативный кризис она переживает.

4.1.1. Опросник «Шкала семейной адаптации и сплоченности» (FACES-3)

Шкала семейной адаптации и сплоченности (FACES-3) представляет со­бой один из наиболее известных стандартизированных опросников, предна­значенных для оценки семейной структуры. Авторами данного опросника яв­ляются Д. X. Олсон, Дж. Портнер и И. Лави.

Метод был адаптирован в 1986 году М. Перре (Эйдемиллер Э. Г., Добря­ков И. В., Никольская И. М., 2003). В России методика была использована Н. Ф. Михайловой при изучении 70 семей здоровых и больных неврозами и в исследовании М. Ю. Городновой и С. Б. Ваисова 90 семей подростков с герои­новой наркоманией (Системная семейная психотерапия, 2002).

В основе создания методики лежит «циркулярная модель» («круговая мо­дель») Д. X. Олсона. Эта модель включает в себя три важнейших параметра семейного поведения: сплоченность, адаптация и коммуникация. FACES-3 является третьим вариантом серий шкал FACES, разработанным для оценки двух основных параметров структуры семьи, представленных графически в «циркулярной модели», — семейной сплоченности и семейной адаптации.

Семейная сплоченность — это степень эмоциональной связи между членами семьи: при максимальной выраженности этой связи они эмоционально взаи­мозависимы, при минимальной — автономны и дистанцированы друг от дру­га. Для диагностики семейной сплоченности используются следующие пока­затели: «эмоциональная связь», «семейные границы», «принятие решений», «время», «друзья», «интересы и отдых».

Семейная адаптация - характеристика того, насколько гибко или, наобо­рот, ригидно способна семейная система приспосабливаться, изменяться при

144

воздействии на нее стрессоров. Для диагностики адаптации используются сле­дующие параметры: «лидерство», «контроль», «дисциплина», «правила и роли в семье» (см. табл. 4).

В «циркулярной модели» различают четыре уровня семейной сплоченности — от экстремально низкого до экстремально высокого. Они получили следую­щие названия: разобщенный, разделенный, связанный и сцепленный. Анало­гично диагностируют четыре уровня семейной адаптации: ригидный, структу­рированный, гибкий и хаотичный.

Авторы данного опросника выделяют умеренные (сбалансированные) и крайние (экстремальные) уровни семейной сплоченности и адаптации и счи­тают, что именно сбалансированные уровни — показатель успешности функ­ционирования системы. Для семейной сплоченности такими уровнями явля­ются разделенный и связанный, для семейной адаптации — структурированный и гибкий. Экстремальные уровни обычно рассматриваются как проблематич­ные, ведущие к нарушениям функционирования семейной системы.

Посредством комбинирования четырех уровней сплоченности и четырех уровней адаптации возможно определить 16 типов семейных систем, 4 из ко­торых являются умеренными по обоим уровням и называются сбалансирован­ными, 4 — экстремальными, или несбалансированными, так как имеют край­ние показатели по обоим уровням. Восемь других типов являются средними (среднесбалансированными), так как один из параметров относится к экстре­мальным, а другой — к сбалансированным уровням (см. рис. 1).

Опросник сконструирован таким образом, что позволяет проанализировать, как члены семьи в данное время воспринимают свою семью и какой бы они

145

хотели ее видеть. Расхождение между восприятием и идеалом определяет сте­пень удовлетворенности существующей семейной системой. «Идеал» дает информацию о направлении и степени изменений в семейном функциониро­вании, которые хотел бы осуществить каждый из принявших участие в иссле­довании. Чем больше расхождение между идеалом и восприятием, тем больше неудовлетворенность существующей семейной системой.

Перед тем как начать работу с данной методикой, необходимо создать ат­мосферу доверия между исследователем и участниками опроса. Каждый полу­чает бланк с текстом утверждений, затем проверяется, как участники поняли инструкцию, даются необходимые пояснения. В ходе работы с опросником у обследуемого могут возникнуть уточняющие вопросы, на которые даются по­яснения. Если опросник заполняют одновременно несколько членов семьи, то наблюдение за их взаимодействием даст психотерапевту дополнительную информацию о коммуникации в данной системе, возможность отследить пат­терны поведения. В этом случае от поясняющих ответов лучше отказаться, оставив решение за членами семьи. При работе в группе все пояснения даются до начала заполнения опросника.

Опросник могут заполнить все члены семьи, включая подростков старше 12 лет. В идеале необходимо применять его ко всем членам семьи, способным заполнять анкету, что поможет всесторонне оценить особенности их комму­никации.

Описание методики

Методика состоит из списка утверждений (от 1 до 20). Задача испытуемого заключается в том, чтобы дважды оценить каждое утверждение по степени его выраженности, используя пятибалльную шкалу:

почти никогда — 1,

редко — 2,

время от времени — 3,

часто — 4,

почти всегда — 5.

В первом случае задача испытуемого оценить реальное семейное функцио­нирование, во втором — идеальное, то есть такое, каким хотелось бы его ви­деть.

Обработка и интерпретация результатов

1. Определение типа структуры семьи. При обработке подсчитывается ко­личество баллов, полученных при суммировании четных и нечетных утверж­дений. Количество баллов, полученное при суммировании нечетных пунктов, определяет уровень семейной сплоченности, четных — уровень семейной адап­тации. Тип семейной системы определяется двумя параметрами — суммарны­ми оценками по шкалам сплоченности и семейной адаптации в соответствии с нормами оценок, стандартизированных на различных выборках (см. табл. 5).

2. Определение уровня удовлетворенности семейной жизнью. Разница между идеальными и реальными оценками по двум шкалам (сплоченности и адапта-

146

ции) определяет степень удовлетворенности испытуемого семейной жизнью. В настоящее время не существует никаких эмпирических норм для определе­ния оценки расхождения идеального и осознаваемого. Высокая оценка рас­хождения указывает на низкую семейную удовлетворенность. Расхождение должно быть рассчитано для каждого индивидуума по сплоченности и адапта­ции, а общая опенка может быть получена в результате сложения этих двух оценок. Обратная зависимость полученных результатов является оценкой се­мейной удовлетворенности.

ФИО ________________________________________________________

Возраст ___________

Дата исследования ;_

Инструкция

Вариант А. Опишите Вашу реальную семью (супруги и дети). Прочитайте следующие высказывания и оцените их с помощью представленной шкалы.

Вариант Б. Теперь оцените эти высказывания с точки зрения идеальной се­мьи, то есть такой, о которой Вы мечтаете.

Бланкопросника

Утверждение1 почти никогда

2

редко

3 времяот временичасто45 почти всегда
1. Членынашейсемьиобращаютсядругк другузапомощью
2. Прирешениипроблемучитываются предложениядетей
3. Мысодобрениемотносимсякдрузьям другихчленовсемьи
4. Детисамостоятельновыбираютформу поведения
5. Мыпредпочитаемобщатьсятолько вузкомсемейномкругу
6. Каждыйчленнашейсемьиможетбыть лидером
7. Членынашейсемьиболееблизкис посторонними, чемдругсдругом
8. Внашейсемьеизменяетсяспособ выполненияповседневныхдел
9. Мылюбимпроводитьсвободноевремя всевместе
10. Наказанияобсуждаютсяродителями идетьмивместе
11. Членынашейсемьичувствуютсебя оченьблизкимидругдругу
12. Внашейсемьебольшинстворешений принимаетсяродителями
13. Насемейныхмероприятиях присутствуетбольшинствочленовсемьи
14. Правилавнашейсемьеизменяются

147

Утверждение

1

почти никогда

2

редко

3 времяот времени4 часто5 почти всегда
15. Намтруднопредставитьсебе, чтомы моглибыпредпринятьвсейсемьей
16. Домашниеобязанностимогутпере­ходитьотодногочленасемьикдругому
17. Мысоветуемсядругсдругомпри принятиирешений
18. Трудносказать, ктоунасвсемье лидер
19. Единствооченьважнодлянашей семьи
20. Трудносказать, какиеобязанности вдомашнемхозяйствевыполняеткаждый членсемьи

К расширенным возможностям методики следует отнести исследования более частного уровня, а именно диагностических параметров шкал сплочен­ности и адаптации (табл. 4).

Таблица 4

ОценкапараметровшкалыFACES-3

ДиагностическиепараметрыутвержденийШкала
1Эмоциональнаясвязь1,11,19Семейнаясплоченность
2Семейныеграницы5,7
3Принятиерешений17
4Время9
bДрузья3
ЬИнтересыиотдых13, 15
1Лидерство6,18Семейнаяадаптация
гКонтроль2, 12
3Дисциплина4,10
4Роли8,16,20
bПравила14

Конкретные результаты исследования могут быть полезны при оказании психологической помощи семьям, находящимся в кризисном состоянии, при выдвижении гипотез и определении направлений дальнейшей работы. В рам­ках психопрофилактики семейных нарушений подобная методика помогает быстро выявить семьи из группы риска, разработать конкретные приемы пси-хокоррекционной работы.

Группу риска, на наш взгляд, прежде всего, будут составлять семьи с ри­гидной структурой, не позволяющей быстро адаптироваться к изменяющим­ся условиям и возникающим стрессам в жизни семьи, что, в свою очередь, препятствует переходу к выполнению семьей задач развития, характеризую­щих новый этап жизненного цикла семьи. Подобная структура затрудняет

148

Таблица 5

НормыоценокисредниепоказателидляFACES-3

(Шкаласемейнойадаптацииисплоченности)

Основные параметрыГруппысемей
Зрелые супружескиепарыСемьи сподросткамиМолодые супружескиепары
XSDXSDXSD
Сплоченность39,85,437,16,141,64,7
Адаптация24,14,724,34,826,14,2
Сплоченность
ранг%ранг%ранг%
Разобщенный10-3416,310-3118,610-3614,9
Разделенный35-4033,832-3730,337-4237,2
Связанный41-4536,338-4336,443-4634,9
Сцепленный46-5013,644-5014,747-5013,0
Адаптация
ранг%ранг%ранг%
Ригидный10-1916,310-1915,910-2113,2
Структурный20-2438,320-2437,322-2638,8
Гибкий25-2829,425-2932,927-3032,0
Хаотичный29-5016,030-5013,931-5016,0

Примечание. X — средние показатели; SD — стандартные отклонения от средних.

проживание кризисных периодов и продвижение семьи по стадиям жизнен­ного цикла. В эту группу войдут также семьи, структура которых хаотична и не сбалансирована, что свидетельствует о пребывании семьи в ситуации кри­зиса (например, вследствие рождения ребенка, развода, потери источников дохода, перемены места жительства и действия других ненормативных стрес­соров). В этом состоянии семья может находиться в течение такого периода времени, которое ей необходимо для адаптации к кризисной ситуации. Про­блемным данное состояние становится тогда, когда система застревает в со­стоянии хаоса надолго.

Интерпретация и обсуждение полученных результатов с членами семьи по­зволяет повысить их мотивацию к семейной психотерапии, прохождению групп тренинга, индивидуальной работе. «Наглядная» демонстрация, подтверждаю­щая наличие нарушений в семейной системе, позволяет разделить ответствен­ность за эффективность коррекционных мероприятий между всеми членами семьи и психологом.

Шкала может также служить инструментом, позволяющим выявить степень эффективности работы, проведенной с семьей. Изменения типа функциони­рования семьи (переход к более сбалансированному состоянию) и снижение уровня неудовлетворенности семейным функционированием говорят о том, что семья обрела способность адекватной коммуникации и более эффектив­ного преодоления стресса (кризисного состояния).

149

4.1.2. Тест «Семейная социограмма»

Тест «Семейная социограмма», авторами которого являются Э. Г. Эйдемил-лер и О. В. Черемисин, относится к рисуночным проективным методикам (Эй-демиллер Э. Г., Добряков И. В., Никольская И. М., 2003). Он позволяет выя­вить положение субъекта в системе межличностных отношений и определить характер коммуникаций в семье (прямой или опосредованный). Данная про­ективная методика дает возможность экстернализации неосознаваемого кон­текста взаимоотношений между членами семьи, что делает ее эффективным инструментом семейной диагностики, консультирования и психотерапии.

Описание методики

Для проведения обследования испытуемым выдают бланки (на каждом блан­ке нарисован круг диаметром ПО мм). Задание выполняется индивидуально. Испытуемым предлагается нарисовать в виде кружочков самих себя и других членов семьи.

Интерпретация результатов

Авторами предложены критерии, по которым производится оценка резуль­татов тестирования:

□ число членов семьи, попавших в площадь круга; П величина кружков;

□ расположение кружков относительно друг друга; П дистанция между ними.

Оценивая результат по первому критерию, исследователь сопоставляет число членов семьи, изображенных испытуемым, с реально существующим. Возмож­но, что член семьи, с которым испытуемый находится в конфликтных отноше­ниях, не попадет в большой круг, он будет «забыт». В то же время кто-то из посторонних лиц, животных, любимых предметов может быть изображен в качестве члена семьи.

Далее внимание обращается на величину кружков. Больший, по сравнению с другими, кружок, выполненный для обозначения испытуемым самого себя, говорит о достаточной или завышенной самооценке, меньший — о понижен­ной самооценке. Величина кружков других членов семьи говорит об их значи­мости в глазах испытуемого.

Следует обратить внимание на расположение кружков в площади тестового поля круга и по отношению друг к другу (третий критерий). Изображение ис­пытуемым своего кружка в центре круга может говорить об эгоцентрической направленности личности, а помещение себя внизу, в стороне от кружков, сим­волизирующих других членов семьи, может указывать на переживание эмоцио­нального отвержения. Наиболее значимые члены семьи изображаются испы­туемым в виде больших по размеру кружочков в центре или в верхней части тестового поля.

Наконец, определенную информацию можно получить, проанализировав расстояния между кружками (четвертый критерий). Удаленность одного кружка

150

от других может говорить о конфликтных отношениях в семье, эмоциональ­ном отвержении со стороны испытуемого или, наоборот, в его адрес. Своеоб­разное «слипание», когда кружки наслаиваются один на другой, соприкасают­ся или находятся друг в друге, говорит о недифференцированности «Я» этих членов семьи, наличии симбиотических связей. В качестве примера можно привести тест матери девочки (рис. 2), больной шизофренией (такой же ре­зультат выполнения теста, который условно называется авторами «матрешкой», встречается примерно в 3% случаев тестирования здоровых, социально адап­тированных родителей).

Другой пример иллюстрирует динамику семейных взаимоотношений в про­цессе семейной психотерапии (Эйдемиллер Э. Г., Добряков И. В., Николь­ская И. М., 2003). В начале психотерапии мать изобразила себя, сына и своих родителей в одну «линию» (с мужем она в разводе). Интерпретируя результаты тестирования, можно сказать, что у испытуемой недостаточно дифференци­рованное отношение к членам семьи и опосредованное (через бабушку) отно­шение к отцу (рис. 3). При завершении семейной психотерапии мать мальчика сказала: «У меня есть своя семья — это я и мой сын. К вам, родители, у меня есть уважение, но мои семейные дела для меня важней». Заключительная со­циограмма представлена на рис. 4.

Использование теста «Семейная социограмма» позволяет членам семьи в считаные минуты в ситуации «здесь и сейчас», до сеанса семейной психотера­пии или во время него, наглядно представить характер взаимоотношений в семье, а затем, сравнив свои бланки, обсудить результаты друг с другом.

Существуют различные варианты проведения данной методики. Так, напри­мер, И. М. Никольская в процессе семейной диагностики предлагает испыту­емому последовательно нарисовать несколько вариантов семейной социограм-мы (Эйдемиллер Э. Г., Добряков И. В., Никольская И. М., 2003):

1. Стандартная социограмма, на которой изображены сам испытуемый и все члены его семьи.

2. Социограммы, на которых могут отсутствовать определенные члены се­мьи и/или присутствовать люди и объекты, которые к семье номиналь­но не принадлежат.

3. Социограммы, которые относятся к разным этапам жизненного цикла семьи.

151

ГЛАВА 4. ДИАГНОСТИКА СЕМЕЙНЫХ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ В СИТУАЦИИ КРИЗИСА

Это позволяет прояснить особенности взаимоотношений в разном семей­ном контексте, а также определить оптимальные, с точки зрения членов се­мьи, и реальную системы взаимоотношений. Сравнение и совместный анализ полученных социограмм позволяет психологу и членам семьи увидеть пробле­му с разных сторон, что, в свою очередь, способствует постановке более точно­го диагноза и поиску эффективного способа выхода из сложной ситуации.

Бланк теста «Семейная социограмма» состоит из инструкции и круга диа­метром ПО мм.

Инструкция

Перед Вами на листе круг. Нарисуйте в нем в форме кружков себя самого и членов вашей семьи и подпишите их.

4.1.3. Опросник «Семейные роли»

Опросник «Семейные роли» предназначен для описания ролевой структу­ры семьи. Данная методика является модификацией психотерапевтической техники «Ролевая карточная игра» (1970) (авторы техники Дж. Огден и Э. Зе-вин), выполненной А. В. Черниковым (2001), и помогает определить вклад каж­дого члена семьи в организацию совместной жизни (роли-обязанности), а также типичные варианты поведения в конфликтных ситуациях (роли взаимодей­ствия). Кроме того, опросник позволяет косвенно оценить статус членов се­мьи и степень их влияния на принятие семейных решений.

Бланк опросника «Семейные роли» Инструкция

Впишите имена членов Вашей семьи и отметьте количеством звездочек, насколько перечисленные роли характерны для каждого из них: *** — его (ее) постоянная роль; ** — довольно часто он (она) это делает; * — иногда это относится к нему (к ней).

Некоторые из упомянутых ролей не свойственны Вашей семье или никогда не исполняются тем или иным ее членом; в этом случае оставьте графу пустой. Возможно, в Вашей семье есть свои уникальные роли, отсутствующие в общем списке, допишите их.

Затем среди всего списка выделите трк роли, которые Вы считаете наибо­лее важными для жизни семьи.

Роли-обязанностиИмена
Организатордомашнегохозяйства
Закупщикпродуктов
Зарабатывающийденьги

152

Роли-обязанностиИмена
Казначей
Егопревосходительствоплохойисполнительвсех своихобязанностей
Убирающийквартиру
Выносящиймусор
Повар
Убирающийсостолапослеобеда
Тот, ктоухаживаетзаживотными
Организаторпраздникови-развлечений
Мальчикнапобегушках
Человек, принимающийрешения
Починяющийсломанное
РоливзаимодействияИмена
Буфер, посредниквконфликте
Любительпоболеть
Сторонникстрогойдисциплины
Главныйобвинитель
Одинокийволк
Утешающийобиженных
Уклоняющийсяотобсужденияпроблемы
Создающийдругимнеприятности
Держащийсявсторонеотсемейныхразборок
Приносящийжертвырадидругих
Семейныйвулкан
Затаивающийобиду
Шутник

Интерпретация результатов

В основе интерпретации полученных результатов лежит представление о том, что члены семьи, которые чаще других играют важные роли, как правило, об­ладают большей властью в семье.

Методику можно проводить индивидуально или со всей семьей. Она очень наглядна, информативна и в групповом варианте может служить основой для обсуждения семейной ситуации и разницы в ее восприятии членами семьи.

153

4.1.4. Проективные рисуночные методики «Рисунок семьи» и «Кинетический рисунок семьи»

Исторически использование методики «Рисунок семьи» (PC) связано с об­щим развитием «проективной психологии».

В настоящий момент трудно определить пионера в использовании «Рисун­ка семьи» для изучения межличностных отношений. Считается, что идея ис­пользования рисунка семьи для диагностики внутрисемейных отношений во­зникла у ряда исследователей, среди которых упоминают работы В. Вульфа, В. Хьюлса, И. Минковского, М. Поро, Л. Кормана и др. (Общая психодиагно­стика, 1987). Сегодня наиболее известна модификация Р. Бернса и С. Кауфма­на — «Кинетический рисунок семьи» (КРС) (Берне Р. С, Кауфман С. X., 2000).

В работах российских и отечественных психологов также обращается вни­мание на связь между особенностями рисунка семьи и внутрисемейными меж­личностными отношениями (Захаров А. И., 1988; Хоментаускас Г. Т., 1986; Романова Е. С, Потемкина О. Ф., 1991; Венгер А. Л., 2003 и др.).

Проективная методика «Рисунок семьи» (как и «Кинетический рисунок се­мьи») является полифункциональной. Она и ее модификации могут быть ис­пользованы, с одной стороны, для изучения структуры семьи, особенностей взаимоотношений между ее членами («семья глазами ребенка»), а с другой — как процедура, отражающая в первую очередь переживания и восприятие ре­бенком себя («Я-образ», половая идентификация), своего места в семье, его отношение к семье в целом и отдельным ее членам. Оба этих аспекта — «семья глазами ребенка» и «развитие ребенка в семье», так или иначе, являются объек­том интереса семейных психотерапевтов. Полифункциональность методики позволяет одновременно отнести ее также к группам методов, предназначен­ных для диагностики детско-родительских и сиблинговых отношений.

Вследствие привлекательности и естественности задания эта методика спо­собствует установлению хорошего эмоционального контакта психолога с ребенком, снимает напряжение, возникающее в ситуации обследования. Осо­бенно продуктивно применение методики в старшем дошкольном и младшем школьном возрасте, так как полученные результаты мало зависят от способ­ности ребенка вербализовывать свои переживания, от его способности к интроспекции, умения вжиться в воображаемую ситуацию, то есть от тех особенностей психической деятельности, которые существенны при выпол­нении вербальных заданий.

Описание методики

Для проведения исследования необходимы: лист белой бумаги (15x20,21x29 см), шесть цветных карандашей (черный, красный, синий, зеленый, желтый, коричневый), ластик. Ребенку дается инструкция:

(PC) — «Нарисуй, пожалуйста, свою семью».

(PC) — «Нарисуй семью, как ты ее себе представляешь».

(КРС) — «Нарисуй свою семью, где все заняты обычным делом».

154

(КРС) — «Нарисуй, пожалуйста, свою семью, где каждый член семьи и ты делают что-нибудь. Постарайся рисовать целых людей, не «мультяшек» и не людей, состоящих из палочек. Помни: изображай каждого делающим что-ни­будь, какое-либо действие».

Ни в коем случае нельзя объяснять, что обозначает слово «семья», так как этим искажается сама суть исследования. Если ребенок спрашивает, что ему рисовать, необходимо просто повторить инструкцию. Время выполнения за­дания не ограничивается (в большинстве случаев оно длится не более 35 ми­нут). Во время рисования ребенка следует отмечать в протоколе:

О последовательность рисования деталей;

□ паузы более 15 секунд;

□ стирание деталей;

□ спонтанные комментарии ребенка;

□ эмоциональные реакции и их связь с содержанием рисунка.

После выполнения задания надо стремиться получить максимум информа­ции вербальным путем. Обычно задаются следующие вопросы:

1. Скажи, кто тут нарисован?

2. Где они находятся?

3. Что они делают? Кто это придумал?

4. Им весело или скучно? Почему?

5. Кто из нарисованных людей самый счастливый? Почему?

6. Кто из них самый несчастный? Почему?

Последние два вопроса провоцируют на открытое обсуждение чувств, что не каждый ребенок склонен делать. Поэтому, если ребенок молчит или отве­чает формально, не следует настаивать на эксплицитном ответе. При опросе нужно попытаться выяснить смысл нарисованного ребенком: чувства к от­дельным членам семьи; почему ребенок не нарисовал кого-нибудь из членов семьи (если так произошло); что значат для ребенка определенные детали рисунка (птицы, звери и т. д.). При этом по возможности следует избегать прямых вопросов, не настаивать на ответе, так как это может индуцировать тревогу, защитные реакции. Часто продуктивными оказываются проектив­ные вопросы («Если вместо птички был бы нарисован человек, то кто бы это был?», «Кто бы выиграл в соревнованиях между братом и тобой?», «Кого мама позовет идти с собой?» и т. п.).

После опроса можно (но необязательно) попросить ребенка решить шесть условных ситуаций: три из них должны выявить негативные чувства к членам семьи, три — позитивные. Российский психолог Е. И. Рогов предлагает следу­ющие шесть ситуаций:

О Представь себе, что ты имеешь два билета в цирк. Кого бы ты позвал идти с собой?

□ Представь, что вся твоя семья идет в гости, но один из вас заболел и дол­жен остаться дома. Кто он?

□ Ты строишь из конструктора дом (вырезаешь бумажное платье для кук­лы), и тебе не везет. Кого ты позовешь на помощь?

155

П Ты имеешь... билетов (их количество на один меньше, чем членов семьи)

на интересную кинокартину. Кто останется дома? П Представь себе, что ты попал на необитаемый остров. С кем бы ты хотел

там жить? □ Ты получил в подарок интересное лото. Вся семья села играть, но вас

одним человеком больше, чем надо. Кто не будет играть?

Интерпретация результатов

Для интерпретации рисунка ребенка и его рассказа психологу необходимо располагать объективной информацией о возрасте исследуемого ребенка; о составе его семьи, возрасте братьев и сестер; если возможно, о поведении ре­бенка в семье, детском саду или школе.

Интерпретацию рисунка условно можно разделить на три части:

1. Анализ структуры «Рисунка семьи».

2. Интерпретация особенностей графических презентаций членов семьи.

3. Анализ процесса рисования.

Анализ структуры «Рисунка семьи»

и сравнение состава нарисованной и реальной семьи

Ожидается, что ребенок, переживающий эмоциональное благополучие в семье, будет рисовать полную семью. Искажение реального состава семьи за­служивает пристального внимания, так как за этим почти всегда стоят эмоци­ональный конфликт, недовольство семейной ситуацией. Крайние варианты представляют собой рисунки, в которых: (1) вообще не изображены люди; (2) изображены только не связанные с семьей люди (такое защитное избега­ние задания встречается у детей достаточно редко).

За такими реакциями чаще всего кроются: травматические переживания, связанные с семьей; чувство отверженности, покинутости (поэтому такие ри­сунки относительно часты у детей, недавно пришедших в интернат из семей); аутизм; чувство небезопасности, большой уровень тревожности. Кроме того, это может быть результатом плохого контакта психолога с ребенком.

Однако в практической работе чаще приходится сталкиваться с менее вы­раженными отступлениями от реального состава семьи. Дети уменьшают состав семьи, «забывая» нарисовать тех членов семьи, которые менее эмоционально привлекательны для них, с которыми сложились конфликтные отношения. Не изображая их, ребенок как бы разряжает неприемлемую эмоциональную ат­мосферу в семье, избегает негативных эмоций, связанных с определенными людьми. Наиболее часто в рисунке отсутствуют братья или сестры, что, веро­ятно, обусловлено ситуацией конкуренции между сиблингами. Таким спосо­бом ребенок в символической ситуации «монополизирует» недостающую лю­бовь и внимание родителей. Ответы на вопрос, почему не нарисован тот или иной член семьи, бывают, как правило, защитными: «Не нарисовал потому, что не осталось места»; «Он пошел гулять» и т. д. Но иногда на указанный во­прос дети дают и более эмоционально насыщенные ответы: «Не хотел — он дерется»; «Не хочу, чтобы он с нами жил» и т. п.

156

В некоторых случаях вместо реальных членов семьи ребенок рисует малень­ких зверушек, птиц. Психологу всегда следует уточнить, с кем ребенок их иден­тифицирует (наиболее часто так рисуются братья или сестры, чье влияние в семье ребенок стремится уменьшить).

Большой интерес представляют те рисунки, в которых ребенок не рисует себя или вместо семьи рисует только себя. В обоих случаях рисующий не включает себя в состав семьи, что свидетельствует об отсутствии чувства общности с дру­гими ее членами. Отсутствие своего изображения в рисунке более характерно для детей, чувствующих отвержение, неприятие. Презентация в рисунке толь­ко себя может указывать на различное психическое содержание, в зависимос­ти от контекста других, характеристик рисунка. Если указанной презентации свойственна позитивная концентрация на рисовании самого себя (большое количество деталей тела, цветов, декорирование одежды, большая величина фигуры), то это, наряду с несформированным чувством общности, указывает на определенную эгоцентричность, истероидные черты характера. Если же изображение себя характеризуется маленькой величиной, схематичностью, и при этом другими деталями рисунка и цветовой гаммой создан негативный эмоциональный фон, то можно предполагать присутствие чувства отвержен­ности, покинутости, иногда — аутистических тенденций.

Информативным является и увеличение состава семьи. Как правило, это связано с неудовлетворенными психологическими потребностями в семье. Примерами могут служить рисунки единственных детей — они относитель­но чаще включают в рисунок семьи посторонних людей. Выражением потреб­ности в равноправных, кооперативных связях является рисунок ребенка, в котором, помимо членов семьи, нарисован ребенок того же возраста (двою­родный брат, дочь соседа и т. п.). Презентация маленьких детей указывает на неудовлетворенные аффилиативные потребности, желание занять охраняю­щую, родительскую, руководящую позицию по отношению к другим детям (такую же информацию могут дать и нарисованные в дополнение к членам семьи собачки, кошки и т. п.).

Изображение других, не связанных с семьей взрослых, помимо родителей (или вместо них), указывает на восприятие неинтегративности семьи, на по­иск человека, способного удовлетворить потребность ребенка в близких эмо­циональных контактах. В некоторых случаях — на символическое разрушение целостности семьи, месть родителям вследствие ощущения отверженности, ненужности.

Интерпретация особенностей графических презентаций членов семьи

Анализ особенностей нарисованных фигур. Особенности графических презен­таций отдельных членов семьи могут дать информацию большого диапазона: об эмоциональном отношении ребенка к отдельному члену семьи, о том, каким его видит ребенок, об «Я-образе» ребенка, его половой идентификации и т. д.

При оценке эмоционального отношения ребенка к членам семьи следует обращать внимание на следующие моменты графических презентаций:

157

П количество деталей тела: присутствуют ли голова, волосы, уши, глаза, зрачки, ресницы, брови, нос, щеки, рот, шея, плечи, руки, ладони, паль­цы, ноги, ступни;

□ декорирование (детали одежды и украшения): шапка, воротник, галстук, банты, карманы, ремень, пуговицы, элементы прически, сложность одеж­ды, украшения, узоры на одежде и т. п.;

□ количество использованных цветов для рисования фигуры.

Как правило, хорошие эмоциональные отношения с человеком сопровож­даются позитивной концентрацией на его рисовании, что в результате находит отражение в большем количестве деталей тела, декорировании, использова­нии разнообразных цветов. И наоборот: негативное отношение к человеку ве­дет к большей схематичности, неоконченности его графической презентации. Иногда пропуск в рисунке существенных частей тела (головы, рук, ног) может указывать, наряду с негативным отношением к нему, также на агрессивные побуждения относительно этого человека.

О восприятии других членов семьи и «Я-образа» рисующего можно судить на основе сравнения величин фигур, особенностей презентации отдельных частей тела и всей фигуры в целом.

Дети, как правило, самыми большими рисуют отца или мать, что соответ­ствует реальности. Однако иногда соотношение величин нарисованных фигур явно не соответствует реальности: семилетний ребенок может оказаться выше и шире своих родителей и т. д. Это объясняется тем, что для ребенка (как и для древнего египтянина) величина фигуры является средством, при помощи ко­торого он выражает силу, превосходство, значимость, доминирование. Так, например, изображая семью, для которой характерна большая доминантность матери, являющейся истинно авторитарным руководителем, девочка Н. 6 лет нарисовала маму на 1/3 больше отца и вдвое больше других членов семьи. Не­которые дети самыми большими или равными по величине с родителями ри­суют себя. Как правило, это может быть связано либо с эгоцентричностью ре­бенка, либо с соревнованием за родительскую любовь с другим родителем, когда ребенок приравнивает себя родителю противоположного пола, исключая или уменьшая при этом «конкурента».

Дети, которые чувствуют свою незначительность, ненужность и т. п. или, напротив, требуют опеки, заботы со стороны родителей, занимают в семье по­зицию «малыша», рисуют себя значительно меньшими по размеру, чем другие члены семьи.

Информативной может быть и абсолютная величина фигур. Большие, тя­нущиеся через весь лист фигуры рисуют импульсивные, уверенные в себе, склонные к доминированию дети. Очень маленькие фигуры связаны с тревож­ностью, чувством опасности у ребенка.

При анализе особенностей презентаций членов семьи следует обращать вни­мание и на рисование отдельных частей тела. Дело в том, что отдельные части тела связаны с определенными сферами активности, представляя собой сред­ства общения, контроля, передвижения и т. д. Особенности их презентации могут указывать на определенное, связанное с ними чувственное содержание.

158

Руки являются основными средствами воздействия на мир, физического контроля поведения других людей. Если ребенок рисует себя с поднятыми вверх руками, длинными пальцами, то это часто связано с его агрессивными жела­ниями. Иногда такие изображения присутствуют и в рисунках внешне спокой­ных, покладистых детей. В этом случае можно предполагать, что ребенок чув­ствует враждебность по отношению к окружающим, но его агрессивные побуждения подавлены. Такое рисование себя также может указывать на стрем­ление ребенка компенсировать свою слабость, желание быть сильным, властво­вать над другими. Эта интерпретация более достоверна тогда, когда ребенок в дополнение к «агрессивным» рукам еще рисует и широкие плечи или другие атрибуты, символы «мужественности» и силы. Иногда ребенок рисует всех чле­нов семьи с руками, но «забывает» нарисовать их себе. Если при этом ребенок рисует себя еще и непропорционально маленьким, то это может быть связано с чувством бессилия, собственной незначительности в семье, с ощущением, что окружающие подавляют его активность, чрезмерно его контролируют. Интересны рисунки, в которых один из членов семьи нарисован с длинными руками, большими пальцами. Чаще всего это указывает на восприятие ребен­ком пунитивности, агрессивности этого члена семьи. То же значение может иметь и презентация члена семьи вообще без рук. Таким образом ребенок символическими средствами ограничивает его активность.

Голова — центр локализации «Я», интеллектуальной и перцептивной дея­тельности; лицо — самая важная часть тела в процессе общения. Уже дети 3 лет в рисунке обязательно рисуют голову, некоторые части тела. Если дети старше пятилетнего возраста (нормального интеллекта) в рисунке пропускают части лица (глаза, рот), это может указывать на серьезные нарушения в сфере обще­ния, отгороженность, аутизм. Отсутствие головы, черт лица или заштрихован­ное лицо в изображении других членов семьи часто связано с конфликтными отношениями с данным человеком, враждебным отношением к нему.

Выражение лиц нарисованных людей также может быть индикатором чувств ребенка к ним. Однако надо иметь в виду, что дети склонны рисовать улыбаю­щихся людей, это своеобразный «штамп» в их рисунках: иногда это вовсе не означает, что они так воспринимают окружающих. Для интерпретации рисун­ка семьи выражения лиц значимы только в тех случаях, когда они отличаются друг от друга. В этом случае можно полагать, что ребенок сознательно или бес­сознательно использует выражение лица как выразительное средство. Это в основном характерно для старших детей. Например, мальчик Р. 9 лет, послед­ний сын в семье, имеющий, в отличие от своих братьев, физический дефект и не такой, как они, успешный в учебе и спорте, в рисунке выразил свое чувство неполноценности, изображая себя значительно меньшим, с опущенными вниз краями губ. Эта графическая презентация «Я» явно отличалась от других чле­нов семьи — больших и улыбающихся.

Девочки больше, чем мальчики, уделяют внимание рисованию лица, изоб­ражают разнообразные детали. Они замечают, что их матери много времени уделяют уходу за лицом, косметике, и сами постепенно усваивают ценности взрослых женщин. Поэтому концентрация на рисовании лица может указы­вать на хорошую половую идентификацию девочки.

159

В рисунках мальчиков этот момент может быть связан с озабоченностью своей физической красотой, стремлением компенсировать ее физические не­достатки, формированием стереотипов женского поведения.

Презентация зубов и выделение рта часты у детей, склонных к оральной аг­рессии. Если ребенок так рисует не себя, а другого члена семьи, то это может свидетельствовать о наличии чувства страха в связи с воспринимаемой враж­дебностью этого человека к ребенку либо к иным членам семьи.

Существует закономерность, что с возрастом детей рисунок человека обо­гащается все новыми деталями. Дети 3,5 лет в большинстве своем рисуют «го­ловонога», а 7 лет презентируют уже богатую схему тела. Каждому возрасту ха­рактерны определенные детали, и их пропуск в рисунке, как правило, связан с отрицанием их функций, конфликтом. Если, например, ребенок 7 лет не рису­ет одной из этих деталей: головы, глаз, носа, рта, рук, туловища, ног, на это надо обратить внимание.

У детей старше 5,5—6 лет в рисунках выделяются две разные схемы рисова­ния индивидов разной половой принадлежности. Например, туловище муж­чины рисуется овальной формы, женщины — треугольной, либо половые раз­личия выражаются другими средствами. Если ребенок рисует себя так же, как и другие фигуры того же пола, то можно говорить об адекватной половой иден­тификации. Аналогичные детали и цвета в презентации двух фигур, например сына и отца, можно интерпретировать как стремление сына быть похожим на отца, идентификацию с ним, хорошие эмоциональные контакты.

Расположение членов семьи указывает на некоторые психологические осо­бенности взаимоотношений в семье.

Рисование членов семьи с соединенными руками, объединенность их в об­щей деятельности являются индикаторами психологического благополучия, вос­приятия сплоченности семьи, включенности в семью. Рисунки с противополож­ными характеристиками (разобщенностью членов семьи) могут указывать на низкий уровень эмоциональных связей. Осторожности в интерпретации требу­ют те случаи, когда близкое расположение фигур обусловлено замыслом помес­тить членов семьи в ограниченное пространство (лодку, маленький домик и т. п.). Тут близкое расположение может, наоборот, говорить о попытке ребенка объ­единить, сплотить семью (для этой цели ребенок прибегает к внешним обстоя­тельствам, так как чувствует тщетность собственных усилий).

Психологически интереснее те рисунки, в которых часть семьи расположе­на в одной группе, а одно или несколько лиц — в отдалении от них. Если изо­лированным ребенок рисует себя, это указывает на чувство невключенности, отчужденности. В случае отделения другого члена семьи можно предполагать негативное отношение ребенка к нему либо ощущение угрозы, исходящей от него. Часты случаи, когда такая презентация связана с реальным отчуждением члена семьи, с малой его значимостью для ребенка.

Группировка членов семьи в рисунке иногда помогает выделить психологи­ческие микроструктуры семьи, коалиции и треугольники типичных взаимоот­ношений в семье.

Как указывалось ранее, мера психологической близости (эмоциональные связи) может выражаться ребенком в рисунке посредством физических рас-

160

стояний (дистанций) между фигурами. То же значение имеет и размещение между членами семьи объектов, деление рисунка на ячейки, по которым рас­пределены члены семьи. Такие презентации указывают на слабость позитив­ных межперсональных связей между членами семьи.

Анализ процесса рисования

При анализе процесса рисования следует обращать внимание на:

□ последовательность рисования членов семьи;

□ последовательность рисования деталей; О стирание;

□ возвращение к уже нарисованным объектам, деталям, фигурам;

□ паузы;

□ спонтанные комментарии ребенка в процессе рисования.

Интерпретация процесса рисования в общем реализует тезис о том, что за динамическими характеристиками рисования кроются изменения мысли, ак­туализация чувств, напряжения, конфликты, которые отражают значимость определенных деталей рисунка для ребенка. Интерпретация процесса рисова­ния требует творческого включения всего практического опыта психолога, его интуиции. Несмотря на большой уровень неопределенности, как раз этот уро­вень анализа часто дает наиболее содержательную, глубокую, значимую ин­формацию.

Как при рассказе ребенок начинает с главного, так и в рисунке первым он изображает наиболее значимого, главного или наиболее эмоционально близ­кого человека. Как правило, это тот, кто больше времени бывает с ним, боль­ше, чем другие, уделяет ему внимания. То, что часто дети первыми рисуют себя, наверное, связано с их эгоцентризмом как возрастной характеристикой. При­мечательны случаи, когда ребенок последней рисует мать — как правило, это связано с негативным отношением к ней.

Последовательность рисования членов семьи может быть более достоверно интерпретирована в контексте анализа особенностей графической презента­ции фигур. Если нарисованная первой фигура является самой большой, одна­ко ее изображение выполнено схематично, в отсутствие декорирования, то та­кая презентация указывает на воспринимаемую ребенком значимость этого лица, силу, доминирование в семье, но не указывает на положительные чув­ства ребенка в его отношении. Однако если первая фигура нарисована тща­тельно, декорирована, то можно думать, что это наиболее любимый член се­мьи, которого ребенок почитает и на которого хочет быть похож.

Обычно дети, получив задание нарисовать семью, начинают рисовать членов семьи. Но некоторые сперва рисуют различные объекты, линию основания, солнце, мебель и т. д. и лишь в последнюю очередь приступают к изображению людей. Есть основание считать, что такая последовательность выполнения за­дания является своеобразной защитной реакцией, при помощи которой ребе­нок отодвигает неприятное ему задание во времени. Чаще всего это наблюда­ется у детей с неблагополучной семейной ситуацией, но это также может быть последствием плохого контакта ребенка с психологом.

161

Возвращение к рисованию определенных членов семьи, объектов, деталей указывает на их значимость для ребенка. Как непроизвольные движения чело­века иногда показывают актуальное содержание психики, так и возвращение к рисованию уже выполненных элементов рисунка соответствует движению мысли, отношению ребенка к ним и может указывать на главное, доминирую­щее переживание, связанное с определенными деталями рисунка.

Паузы перед рисованием определенных деталей, членов семьи чаще всего связаны с конфликтным отношением и являются внешним выражением внут­реннего диссонанса мотивов. На бессознательном уровне ребенок как бы ре­шает, рисовать ему или нет человека или деталь, которые связаны для него с негативными эмоциями.

Стирание нарисованного, перерисованного может быть обусловлено как негативными эмоциями по отношению к данному члену семьи, так и с позитив­ными. Решающее значение имеет конечный результат рисования. Если стира­ние и перерисовывание не привели к заметно лучшей графической презента­ции, то можно предполагать конфликтное отношение ребенка к этому человеку.

Спонтанные комментарии часто проясняют смысл рисуемого содержания. Поэтому к ним следует внимательно прислушиваться. Также надо иметь в виду, что кажущиеся иррелевантными комментарии все же являются средством ослабления внутреннего напряжения, их появление выдает наиболее эмоцио­нально «заряженные» места рисунка. Это может помочь направить и вопросы после рисования, и сам процесс интерпретации.

Особенности интерпретации результатов КРС

При обычном задании «нарисуй свою семью» ребенок часто рисует стати­ческую картину, в которой все члены семьи расположены в ряд и повернуты лицом к наблюдателю. Хотя в этом случае полезная информация может быть получена, некинетические инструкции обычно приводят к относительно ста­тичным, ригидным рисункам. Подход, использующий кинетические (деятель­ные) инструкции, когда ребенка просят представить изображение, где фигуры двигались бы или делали что-нибудь, является более информативным.

Несмотря на то, что при интерпретации результатов «Кинетического ри­сунка семьи» учитываются все вышеперечисленные уровни анализа, интерпре­тации кинетических рисунков фокусируются на действии или движении, а не на инертных фигурах.

Согласно Р. Бернсу и С. Кауфману, авторам данной модификации, действия и объекты, изображенные на рисунке, заключают в себе энергию, созвучную определенным отношениям. «Энергии» или «поля напряжения» могут отра­жать злобу, зависть, соревнование, стремление к близким контактам и т. д. (На­пример, игра в мяч говорит о конкуренции, зависти; горящий огонь — о враж­дебном отношении, злобе.) Вот некоторые характеристики КРС и их значение (Берне Р. С, Кауфман С. X., 2000):

Стиль

1. Отделение. Дети пытаются изолировать себя (и свои чувства) от осталь­ных членов семьи через отделение.

162

2. Подчеркивание. Проведенная внизу страницы линия характерна для де­тей из неустойчивых семей.

Действия

1. Мать:

□ готовка: это действие матери наиболее часто встречается на КРС и отра­жает фигуру матери, которая удовлетворяет потребности детей;

□ уборка: это действие обнаруживается у компульсивных матерей, кото­рые больше озабочены «домом», чем людьми в доме; уборка приравни­вается к приемлемому или хорошему поведению;

□ глажка: обычно обнаруживается у чрезмерно вовлеченных матерей, слиш­ком усиленно пыта"ющихся дать ребенку «тепло».

2. Отец:

□ домашние дела: чтение газеты, оплата счетов, игры с детьми являются частыми действиями нормальных отцов;

□ по пути на работу или во время работы: обычно обнаруживается у отцов, которых воспринимают как отстраненных от семьи или пребывающих за ее пределами, не интегрированных в нее;

□ резание: такие действия, как подстригание газона, рубка деревьев, реза­ние и т. д., обнаруживаются у «жестких» или «кастрирующих» отцов (иногда матерей).

3. Соперничество. Обычно изображается как применение силы или конф­ликт между членами семьи, то есть как бросание мяча, ножа, самолета и т. п. Выступает у сильно конкурирующих или «ревнивых» детей.

Это малая часть обычных «действий», которые часто повторяются в КРС.

Для оценки внутрисемейных отношений, воспринимаемых ребенком, мож­но использовать следующую таблицу (Фурманов И. А., Аладьин А. А., Фурма­нова Н. В., 1999).

Таблица 6

Симптомокомплексыкинетическогорисункасемьи

СимптомокомплексСимптомБалл
Благоприятная семейнаяситуацияОбщаядеятельностьвсехчленовсемьи0,2
Преобладаниелюдейнарисунке0,1
Изображениевсехчленовсемьи0,2
Отсутствиеизолированныхчленовсемьи0,2
Отсутствиештриховки0,1
Хорошеекачестволиний0,1
Отсутствиепоказателейвраждебности0,2
Адекватноераспределениелюдейналисте0,1
Другиевозможныепризнаки0,1
ТревожностьШтриховка0,1,2,3
Линияоснования—пол0,1

163

Окончаниетабл. 6
СимптомокомплексСимптомБалл
Линиянадрисунком0,1
Линияссильнымнажимом0,1
Стирание0,1,2
Преувеличениявниманиякдетям0,1
Преобладаниевещей0,1
Двойныеилипрерывистыелинии0,1
Подчеркиваниеотдельныхдеталей0,1
Другиевозможныепризнаки0,1
КонфликтностьБарьерымеждуфигурами0,1
Стираниеотдельныхфигур0,1,2
Отсутствиеотдельныхчастейтелаунекоторыхфигур0,2
Выделениеотдельныхфигур0,2
Изоляцияотдельныхфигур0,2
Неадекватнаявеличинаотдельныхфигур0,2
Несоответствиевербальногоописанияирисунка0,1
Преобладаниевещей0,1
Отсутствиенарисункенекоторыхчленовсемьи0,2
Членсемьи, стоящийспиной0,1
Другиевозможныепризнаки0,1
Чувствонеполноцен­ностивсемейной ситуацииАвторрисунканепропорциональномаленький0,2
Расположениефигурнанижнейчастилиста0,2
Линияслабая, прерывистая0,1
Изоляцияавторарисункаотдругихчленовсемьи0,2
Маленькаяфигура0,1
Неподвижная, посравнениюсдругими, фигураавтора0,1
Отсутствиеавтора0,2
Авторстоитспиной0,1
Враждебностьвсе­мейнойситуацииОднафигуранаоднойсторонелиста0,2
Агрессивнаяпозицияфигуры0,1
Зачеркнутаяфигура0,2
Деформированнаяфигура0,2
Обратныйпрофиль0,1
Рукираскинутывстороны0,1
Пальцыдлинные, подчеркнутые0,1
Другиевозможныеварианты0,1

4.1.5. Системный семейный тест Геринга (FAST)

Данный тест разработан в рамках системной семейной терапии и основан на структурной теории семьи. Он представляет собой метод репрезентации респондентами (членами семьи) структуры их семейных отношений, ключе-

164

выми параметрами которой выступают сплоченность, иерархия, гибкость этих параметров, а также границы семьи (подробнее см. раздел «Основные понятия семейной психологии»).

Системный семейный тест Геринга используется для диагностики и по­строения терапевтических гипотез при работе с семьями и их отдельными чле­нами, а также в исследовательских целях. С его помощью могут быть получе­ны количественные и качественные данные об индивидуальном и групповом восприятии (оценке) членами семьи структур, регулирующих их семейные от­ношения в различных ситуациях.

Данная методика впервые на белорусской выборке была использована в диссертационном исследовании О. В. Агейко, посвященном изучению особен­ностей восприятия семейной структуры детьми из неполных семей (Агей­ко О. В., 2004).

Описание методики

Материал методики состоит из доски, разделенной на 81 квадрат (9x9), фи­гур, обозначающих лица мужского и женского пола, а также цилиндрических блоков высотой 1,5; 3 и 4,5 см. На фигурках условно нанесены точками глаза.

Расстояние между фигурками на доске отражает степень сплоченности се­мьи и отдельных ее подсистем. Высота фигурок, регулируемая с помощью ци­линдрических блоков, показывает семейную иерархию. Направление взгляда фигур является дополнительным качественным параметром, отражающим нюансы взаимоотношений членов семьи (Черников А. В., 2001).

Для дополнительного исследования взаимоотношений в семье в тесте име­ются цветные фигурки трех цветов, с помощью которых испытуемый может подчеркнуть разницу в поведении и характере разных членов семьи.

Существует несколько вариантов семейного системного теста (ССТ):

□ индивидуальный; О групповой;

□ комбинированный (вначале проводится индивидуально с каждым чле­ном семьи, а затем — со всеми членами семьи вместе).

Выполнение теста доступно всем членам семьи старше 6 лет. Проведение теста с одним испытуемым занимает в среднем 20-30 минут. Основные этапы проведения ССТ:

1. Сбор анамнестических данных.

2. Инструкция по выполнению теста.

3. Наблюдение за поведением испытуемого(ых) при выполнении теста.

4. Запись семейных репрезентаций.

5. Интервью после каждой репрезентации.

Данные, полученные в ходе выполнения теста, записываются эксперимен­татором в специальные бланки, куда вносятся и необходимые комментарии. Тест включает в себя три репрезентации:

□ репрезентация типичной семейной ситуации;

□ репрезентация идеальной семейной ситуации;

П репрезентация конфликтной семейной ситуации.

165

Во время тестирования респондент находится один на один с эксперимен­татором.

Индивидуальный тест

Типичная репрезентация

Инструкция: «Представьте типичные отношения в Вашей семье. Вначале расставьте фигуры на доске таким образом, чтобы показать, насколько близки члены Вашей семьи между собой. Затем с помощью цилиндрических блоков отрегулируйте высоту фигур и покажите, какова власть или влияние, которы­ми обычно обладает каждый член семьи».

Изображенная респондентом конфигурация записывается эксперимента­тором в тестовый бланк под названием «Типичная репрезентация».

Бланк «Типичная репрезентация»

Ф.И.О.

ФигураОтецМатьРеб. 1Реб. 2Реб.ЗРодств.Др. фиг.
Возраст
Пол
Расположение
Высота
Цвет

Интервью, проводимое после репрезентации типичной семейной ситуации

1. Показывает ли это изображение типичную ситуацию? Если да, то какую?

2. Как долго взаимоотношения существуют таким образом (является ли та­кое положение вещей стабильным)?

3. Как изменились сейчас взаимоотношения по сравнению с тем, какими они были раньше (отличия)?

166

4. Какова причина того, что отношения стали такими, какими Вы их здесь показываете?

5. Каков контакт глаз между фигурами или что означает направление их взгляда?

6. Почему Вы заменили фигуру (фигуры) на цветную (цветные)?

7. Какие персональные характеристики представлены цветами, которые Вы выбрали?

8. До какой степени эти характеристики влияют на семейные взаимоотно­шения?

Комментарии:

Идеальная репрезентация

Инструкция: «Семейные отношения не всегда идеальны. Покажите, каки­ми Вы хотели бы видеть отношения в Вашей семье или каким образом Вы бы изменили типичные отношения в Вашей семье, с тем чтобы они соответство­вали бы идеальным. Вначале расставьте фигуры на доске, а затем отрегулируй­те их высоту».

Изображенная респондентом конфигурация записывается эксперимента­тором в тестовый бланк под названием «Идеальная репрезентация».

167

Бланк «Идеальная репрезентация»

Ф.И.О.

ФигураОтецМатьРеб. 1Реб. 2Реб. 3Родств.Др. фиг.
Возраст
Пол
Расположение
Высота
Цвет

Интервью, проводимое после репрезентации идеальной семейной ситуации

1. Показывает ли эта репрезентация ситуацию, которая имела когда-то ме­сто? Если да, то какова была эта ситуация?

2. Как часто такая ситуация случается (частота), как долго она длится?

3. Когда подобная ситуация произошла впервые и когда она имела место в последний раз?

4. Что должно произойти, чтобы типичные отношения стали соответство­вать такими, как Вы их видите в идеале?

5. Насколько важным это было бы для Вас и других членов семьи?

168

6. Каков контакт глаз между фигурами и что означает направление их взгляда?

7. Почему Вы заменили фигуру (фигуры) на цветную (цветные)?

8. Какие характеристики передает цвет, который Вы выбрали?

9. Каким образом эти характеристики влияют на отношения в семье? Комментарии:

Конфликтная репрезентация

Инструкция: «В каждой семье есть какие-то конфликты. Подумайте о том, какой конфликт в Вашей семье является наиболее важным (серьезным). По­кажите, каковы отношения в Вашей семье во время конфликта. Вначале рас­ставьте фигуры на доске, а затем определите их высоту».

Изображенная респондентом конфигурация записывается эксперимента­тором в тестовый бланк под названием «Конфликтная репрезентация».

Бланк «Конфликтная репрезентация»

Ф.И.О.

ФигураОтецМатьРеб. 1Реб. 2Реб. 3Родств.Др. фиг.
Возраст
Пол
Расположение
Высота
Цвет

169

ГЛАВА 4. ДИАГНОСТИКА СЕМЕЙНЫХ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ В СИТУАЦИИ КРИЗИСА

Интервью, проводимое после репрезентации конфликтной семейной ситуации

1. Кто вовлечен в этот конфликт (тип конфликта)?

2. По какому поводу этот конфликт (ситуация)?

3. Как часто этот конфликт происходит (частота) и как долго он длится?

4. Когда подобная ситуация произошла впервые и когда это случилось в последний раз?

5. Насколько важен этот конфликт для Вас и других членов Вашей семьи?

6. Какие роли играют различные члены семьи в разрешении этого конф­ликта?

7. Каков контакт глаз между фигурами или что означает направление их взгляда?

8. Почему вы заменили фигуру (фигуры) на цветную (цветные)?

170

9. Какие персональные характеристики представляют цвета (цвет), кото­рые Вы выбрали?

10. До какой степени эти характеристики влияют на семейные взаимоотно­шения?

Комментарии;

Групповой тест

При групповом варианте выполнения ССТ всю семью или отдельных ее членов просят сделать расстановку фигур вместе. Инструкции для репрезента­ций остаются такими же, как и в индивидуальном варианте, однако акцент делается на том, что члены семьи должны работать все вместе. Отличающиеся мнения об отношениях в семье следует обсудить. Если это представляется воз­можным, необходимо достичь согласия в определении общей позиции по ре­презентации.

Во время работы респондентов над совместной репрезентацией необходи­мо вести наблюдение за взаимоотношениями членов семьи между собой. Кри­терии для наблюдения выбираются в соответствии со специальными целями исследования.

Процедура интервью, проводимая после интерактивной репрезентации, выполняется таким же образом, как и для индивидуального теста.

Обработка и интерпретация результатов

После проведения ССТ дается его качественная и количественная оценка.

Сплоченность и иерархия в семейной структуре имеют три уровня: высо­кий, средний, низкий. Для оценки сплоченности семьи используется форма в виде решетки 9x9 клеток (см. бланки «Семейные репрезентации»). Определе­ние уровня данного параметра семейной структуры основано на выявлении расстояния между фигурами, обозначающими членов семьи. Для того чтобы рассмотреть, существует ли в семье межпоколенная коалиция (кроссгенера-ционная коалиция, или единство членов семьи разных поколений), следует сравнить сплоченность в родительской диаде со сплоченностью подсистемы «родитель-ребенок». Межпоколенная коалиция диагностируется, если отно-

171

шения между родителями характеризуются более низкой сплоченностью, чем одна из диад «родитель—ребенок».

Определение уровня иерархии в семейной структуре основано на оценке раз­ницы в высоте фигур, обозначающих членов семьи. Оценка иерархии включает не только позицию и власть каждого члена семьи по отдельности и разницу между ними, но также и классификацию качества границ между поколениями.

Совокупность всех измерений сплоченности и иерархии дает возможность получить описание типов семейных структур. На основе измерений сплочен­ности и иерархии выделяют три типа семейных структур:

П сбалансированный — уровень сплоченности и иерархии средний;

П среднесбалансированный — средний уровень сплоченности сочетается с высоким или низким уровнем иерархии, либо средний уровень иерар­хии сочетается с высоким или низким уровнем сплоченности;

□ несбалансированный — оба измерения отмечаются крайним количе­ством баллов (высокая или низкая сплоченность и иерархия).

Классификация структур отношения может быть выполнена как на семей­ном уровне, так и на уровне различных подсистем. Данная типология позволя­ет получить простые описания семейных структур и разницу в их восприятии отдельными членами семьи, а также разницу между индивидуальными и груп­повыми репрезентациями.

Структуры семейных отношений определяются и формируются под влия­нием индивидуальных ценностей членов семьи и особенностей культуры того общества, в котором данная семья проживает. Таким образом, любая интер­претация должна принимать во внимание особенности более широкого кон­текста существования семьи.

Важную помощь при интерпретации семейных конструктов оказывают спонтанные замечания респондентов и обмен информацией между респонден­тами и экспериментатором. Привлекая внимание к некоторым характеристи­кам репрезентации или обсуждая различия между репрезентациями, можно получить важные данные для выдвижения системных гипотез. Кроме того, полезно наблюдение за невербальным поведением респондентов. Во время проведения тестирования важно обращать внимание на порядок, в котором расставляются фигуры, и налюбые изменения (замены), сделанные после рас­становки. Это может дать информацию о том, кто из членов семьи является центральной фигурой для респондента или насколько четко определены пози­ции в семье.

При анализе семейных структур важно рассматривать качественные аспек­ты, особенно по измерениям иерархии. Например, различия во власти имеют иной смысл в отношениях «родитель—ребенок», чем в супружеских отноше­ниях. В то время как различия во властных полномочиях между родителем и детьми дают информацию о стиле воспитания, они также могут отражать не­равное распределение привилегий на уровне детей. Целесообразно выявить определенную манеру оказания влияния (например, через симптоматическое поведение). Это может также оказаться полезным при интерпретации измене­ний в иерархии.

172

4.2. ИЗУЧЕНИЕ СЕМЕЙНОЙ ИСТОРИИ

4.2.1. Генограмма

Методика «Генограмма» используется для анализа хода семейной истории, стадий развития семьи, паттернов взаимоотношений, переходящих из поко­ления в поколение, и событий, предшествующих кризису семьи и обращению за психологической помощью.

Генограмма представляет собой форму семейной родословной, на которой записывается информация о членах семьи как минимум в трех поколениях. В терапевтическую практику генограмма впервые была введена Мюррэем Боуэ-ном в 1978 году (Шерман Р., Фредман Н., 1997).

Методика позволяет посредством построения диаграммы, отражающей исто­рию расширенной семьи на протяжении трех и более поколений, показать, как образцы поведения и внутрисемейных взаимоотношений передаются из поколе­ния в поколение; как события, подобные смертям, болезням, крупным профес­сиональным успехам, переездам на новое место жительства и др. влияют на совре­менные поведенческие образцы, а также на отношения во внутрисемейных диадах и треугольниках. Генограмма дает возможность психотерапевту (исследо­вателю) и семье получить целостную картину, рассматривая все феномены и со­бытия семейной жизни в интегральной, вертикально направленной перспективе.

Генограмма имеет много общего с традиционными подходами к сбору дан­ных по истории семьи, но ее главной отличительной особенностью является структурированность и составление карты данных семьи. По сравнению с дру­гими формами исследовательской записи, генограмма позволяет постоянно вносить добавления и корректировку при каждой встрече с семьей. Наглядное представление взаимоотношений большого количества членов семьи и клю­чевых событий семейной истории облегчает психотерапевтическую работу. При построении генограммы практически вся семейная информация представля­ется графически, что позволяет исследователю (терапевту) быстро охватить сложные семейные паттерны.

Генограмма является богатым источником гипотез о том, как актуальные проблемы семьи могут быть связаны с семейным контекстом и историей раз­вития. Для терапевтических записей генограмма обеспечивает краткое резю­ме, позволяющее терапевту (консультанту), не знакомому со случаем, быстро воспринять большое количество информации о семье и получить представле­ние о ее потенциальных проблемах.

В сочетании с генограммой обычно используется список важных событий семейной истории или методика «Линия времени», в которой события распо­ложены вдоль временной оси. Методика довольно проста: по горизонтали про­черчивается линия времени с отметкой лет, месяцев и даже дней, на усмотре­ние терапевта (консультанта). Проводятся вертикальные линии, над ними указываются события жизненного цикла. Например: «Николай потерял рабо­ту», «Мария и Владимир поженились», «Отец Сергея умер» и т. д. Эта методика

173

позволяет представить трудно сопоставимую информацию о семейной исто­рии в более удобной графической форме. Особенно важной эта методика ста­новится при размышлении терапевта (консультанта) о том, почему семья при­шла за помощью именно сейчас, а не годом раньше или позже. Что изменилось в семье? Что стало другим во внешних связях семьи? Что заставило семью ис­кать помощь в это особое время? В чем состоит пусковой момент кризиса? (Чер­ников А. В., 2001).

Описание методики

В процессе семейного консультирования и психотерапии сбор информации о семейной истории обычно проходит в контексте общего семейного интер­вью, и терапевт не может игнорировать проблему, с которой пришла семья. Поэтому конструирование генограммы должно быть частью более широкой задачи присоединения и помощи семье. Проводя интервью, терапевт двигает­ся от представленной проблемы к более широкому семейному и социальному контексту, от актуальной семейной ситуации к исторической хронологии се­мейных событий, от легких вопросов к трудным, провоцирующим тревогу, от очевидных фактов к суждениям о взаимоотношениях и затем к циркулярным гипотезам о семейном функционировании.

Генограмма выстраивается, как правило, в присутствии всех членов семьи, способных слушать и воспринимать информацию, в том числе и детей. Пред­полагается, что членам семьи интересны сведения о своих близких родствен­никах и прародителях.

В процессе построения генограммы терапевт (консультант) собирает сле­дующую информацию (Черников А. В., 2001):

1. Состав семьи: «Кто живет вместе в квартире (доме)? В каких они род­ственных отношениях? Были ли у супругов другие браки? Есть ли от них дети? Где живут остальные члены семьи?»

2. Демографические данные: имена, пол, возраст членов семьи, продолжи­тельность брака, род занятий и образование членов семьи и т. д.

3. Настоящее состояние проблемы: «Кто из членов семьи знает о проблеме? Как каждый из них видит ее и как реагирует на нее? Имеет ли кто-нибудь в семье подобные проблемы?»

4. История развития проблемы: «Когда проблема возникла? Кто ее заметил первым? Кто думает о ней как о серьезной проблеме, а кто склонен не прида­вать ей особого значения? Какие попытки решений были предприняты и кем? Обращалась ли семья раньше к специалистам и были ли случаи госпитализа­ции? Что нового появилось или исчезло во взаимоотношениях в семье, по срав­нению с тем, какими они были до кризиса? Считают ли члены семьи, что про­блема изменяется? В каком направлении? К лучшему или к худшему? Что случится в семье, если кризис будет продолжаться? Как члены семьи представ­ляют себе взаимоотношения в будущем?»

5. Недавние события и изменения в жизненном цикле семьи: рождения, смерти, браки, разводы, переезды, проблемы с работой, болезни членов семьи и т. д.

6. Реакции семьи на важные события семейной истории: «Какова была реак­ция семьи, когда родился определенный ребенок? В честь кого он был назван?

174

Когда и почему семья переехала в этот город? Кто тяжелее всего пережил смерть этого члена семьи? Кто перенес легче? Кто организовывал похороны?» Оцен­ка прошлых способов адаптации, особенно реорганизаций семьи после потерь и других критических переходов, дает важные ключи к пониманию семейных правил, ожиданий и паттернов реагирования.

7. Родительские семьи каждого из супругов: «Живы ли родители? Если умерли, то когда и отчего? Если живы, то чем занимаются? На пенсии или работают? Разведены ли они? Были ли у них другие браки? Когда родители встретились? Когда они поженились? Есть ли братья и сестры? Старшие или младшие и како­ва разница в возрасте? Чем занимаются, состоят ли в браке, есть ли у них дети?» Терапевт может задавать* такие же вопросы и про родителей отца и матери. Це­лью является сбор информации по крайней мере о 3-4 поколениях, включая поколение идентифицированного пациента. Важной информацией являются сведения о приемных детях, выкидышах, абортах, рано умерших детях.

8. Другие значимые для семьи люди: друзья, коллеги по работе, учителя, врачи и т. д.

9. Семейные взаимоотношения: «Есть ли какие-либо члены семьи, которые прервали взаимоотношения друг с другом? Есть ли кто-нибудь, кто находится в серьезном конфликте? Какие члены семьи очень близки друг другу? Кому в семье тот или иной человек доверяет больше всего? Все супружеские пары име­ют некоторые трудности и иногда конфликтуют. Какие типы несогласия есть в вашей паре? У ваших родителей? В браках ваших братьев и сестер? Как каж­дый из супругов ладит с каждым ребенком?» Терапевт может задавать специ­альные циркулярные вопросы. Например, он может спросить у мужа: «Как вы думаете, насколько близки были ваши мать и старший брат?» и затем поинте­ресоваться, что думает об этом его жена. Иногда полезно спрашивать, как при­сутствующие на встрече люди могли бы быть охарактеризованы другими чле­нами семьи: «Как отец описал бы вас, когда вам было тринадцать лет, что соответствует возрасту вашего сына сейчас?» Такие циркулярные вопросы за­дают для того, чтобы обнаружить различия во взаимоотношениях с разными членами семьи. Выявляя отличающееся восприятие у разных членов семьи, те­рапевт попутно вводит новую информацию в систему, обогащая ее новыми представлениями о самой себе.

10. Семейные роли: «Кто из членов семьи любит проявлять заботу о других? А кто любит, когда о нем много заботятся? Кто в семье может считаться воле­вым человеком? Кто самый авторитетный? Кто из детей наиболее послушен? Кому сопутствует успех? Кто постоянно терпит неудачи? Кто кажется теплым? Холодным? Дистанцированным? Кто больше всех болеет в семье?» Терапевту важно обращать внимание на ярлыки и клички, которые члены семьи дают друг другу: Супермать, Железная Леди, Домашний Тиран и т. д. Они являются важными ключами к эмоциональным паттернам в семейной системе.

11. Трудные для семьи темы: «Имеет ли кто-нибудь из членов вашей семьи серьезные медицинские или психические проблемы? Проблемы, связанные с физическим или сексуальным насилием? Употребляют ли наркотики? Много алкоголя? Когда-либо были арестованы? За что? Каков их статус сейчас?» Об­суждение этих тем может быть болезненным для членов семьи, и поэтому во-

175

просы следует задавать особенно тактично и осторожно. Если семья выражает сильное сопротивление, то терапевт должен отступить и вернуться к ним по­зднее.

В то время как основная информация по генограмме может быть собрана за полчаса (без детального опроса по проблеме), всесторонний сбор семейной истории от нескольких членов семьи, как в рамках терапии, так и в рамках на­учного исследования, может потребовать нескольких встреч. Терапевт (иссле­дователь) может проделать такую работу, предварительно мотивировав на нее семью и заключив с ними соответствующий контракт. Более распространен­ным является первоначальное получение основной информации о семейной истории и возвращение к ней время от времени, когда в разговоре всплывает «исторический материал».

Возможны иные способы работы с генограммой. Так, например, психоте­рапевт может предложить каждому члену семьи с помощью основных обозна­чений, используемых для построения генограммы, изобразить графически свое представление о семье, то есть генограмма может быть составлена самими чле­нами семьи (Эйдемиллер Э. Г., Добряков И. В., Никольская И. М, 2003). Не­редко такая генограмма отражает характерные структурные нарушения семей­ной системы.

Генограмма семьи: основные обозначения

176

На генограмме рядом с теми членами семьи, к которым это относится, мо­жет коротко помечаться важная информация, например: имена, образование, род занятий, серьезные заболевания членов семьи, место жительства на насто­ящий момент.

177

ГЛАВА 4. ДИАГНОСТИКА СЕМЕЙНЫХ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ В СИТУАЦИИ КРИЗИСА

4.2.2. Геносоциограмма

Методика «Геносоциограмма» разработана и описана А. А. Шутценбергер. Слово «Геносоциограмма» происходит от слов «генеалогия» и «социометрия». Методика «Геносоциограмма» базируется на методике «Генограмма» и также используется для анализа семейной истории, паттернов взаимоотношений, переходящих из поколения в поколение, и событий, предшествующих тому или иному кризису семьи. Ее отличие состоит в фокусировке на мегасистемном уровне функционирования семейной системы. При работе с данной методи­кой психотерапевт обращает особое внимание на ситуацию в социуме в то вре­мя, когда в семье происходили те или иные события. В ходе работы над гено-социограммой отмечаются такие социальные катаклизмы, как война, голод, спад производства, изменение политического строя, гонения на отдельные народы и национальности и др. Цель методики — получение полной и целост­ной картины функционирования семьи на всех уровнях: индивидуальном, мик­ро-, макро- и мегасистемном.

Помимо генеалогической картины, дополненной перечнем важных жиз­ненных событий семьи, геносоциограмма, базирующаяся на социометричес­кой концепции Я. Морено, отражает также социометрические связи, эмоцио­нальные отношения, взаимные симпатии и антипатии членов семьи, что позволяет глубоко проанализировать макросистемный уровень функциони­рования семьи.

4.3. ДИАГНОСТИКА СУПРУЖЕСКИХ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ

При переживании семьей кризиса супружеские отношения, так же как и отношения в иных подсистемах, испытывают неблагоприятное влияние со сто­роны разнообразных стрессоров. Более того, на кризисный период, в котором находится семья в целом, может накладываться кризис супружеских отноше­ний, связанный с динамическими процессами, протекающими именно в су­пружеской подсистеме. Например, кризис семьи, вызванный рождением ребен­ка, может совпасть по времени с кризисом супружеских отношений 3—7 лет.

Необходимую информацию, позволяющую дать квалифицированную оцен­ку взаимоотношений супругов, психолог-консультант может получить не толь­ко посредством специально организованной беседы в процессе консультиро­вания, но и с помощью стандартизированных диагностических процедур, направленных на изучение различных аспектов взаимоотношений между парт­нерами в браке.

178

4.3. ДИАГНОСТИКА СУПРУЖЕСКИХ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ

При диагностике супружеских отношений могут решаться следующие задачи:

1. Изучение особенностей общения в супружеской паре: опросник «Обще­ние в семье» (Ю. Е. Алешина, Л. Я. Гозман, Е. М. Дубовская) и др.

2. Исследование эмоциональных отношений в супружеской паре:

□ опросник удовлетворенности браком (В. В. Столин, Г. П. Бутенко, Т. Л. Романова);

□ опросник «Шкалалюбви и симпатии» (3. Рубин, модификация Л. Я. Гоз-мана и Ю. Е. Алешиной);

□ опросник «Понимание, эмоциональное притяжение, авторитетность» (ПЭА) (А. Н. Волкова, модификация В. И. Слепковой).

3. Диагностика супружеской совместимости:

□ опросник «Ролевые ожидания и притязания в браке» (РОП) (А. Н. Волкова);

□ опросник «Измерение установок в семейной паре» (Ю. Е. Алешина, Л. Я. Гозман).

4. Изучение особенностей конфликтного взаимодействия супругов:

□ методика «Характер взаимодействия супругов в конфликтных ситуаци­ях» (Ю. Е. Алешина, Л. Я. Гозман);

О опросник «Реакция супругов на конфликт» (А. С. Кочарян, Г. С. Коча-рян, А. В. Киричук).

5. Исследование перцептивных процессов в супружеской паре: О методика «Мое письмо о супруге» (С. А. Белорусов);

□ методика «Диагностика межличностных отношений» (Т. Лири, в адапта­ции Л. Н. Собчик).

В рамках данного издания мы представляем методики, предназначенные для диагностики эмоциональных отношений между партнерами в браке, су­пружеской совместимости (в частности, социально-психологической совмес­тимости), а также перцептивных процессов в супружеской паре.

4.3.1. Опросник удовлетворенности браком

Назначение методики — экспресс-диагностика степени удовлетвореннос­ти—неудовлетворенности браком у каждого из супругов, а также совпадения или рассогласования полученных оценок. Авторами данной методики явля­ются В. В. Столин, Т. Л. Романова и Г. П. Бутенко (1984).

В основе опросника лежит представление об удовлетворенности браком как о достаточно стойком эмоциональном явлении, заключающем в себя, прежде всего, чувство, обобщенную эмоцию, генерализованное переживание, нежели рациональную оценку успешности брака по тем или иным параметрам, кото­рое может проявляться как непосредственно в эмоциях, возникающих в раз­личных ситуациях, так и в разнообразных мнениях, оценках, сравнениях.

179

Предлагаемый опросник может быть использован везде, где необходима экспресс-диагностика удовлетворенности браком: при проведении научного исследования в области психологии семьи, при психопрофилактических об­следованиях, при работе с разводящимися в загсах и судах, а также в сфере семейного консультирования и психотерапии. Опросник удовлетворенности браком можно с успехом применять для диагностики кризисного состояния супружеской подсистемы на любом этапе жизненного цикла семьи.

Описание методики

Текст методики состоит из 24 утверждений (первоначальный вариант содер­жал 29 утверждений), которые могут быть сведены к шести следующим типам:

1. Сравнение своего брака с другими браками.

2. Предположение об оценке собственного брака со стороны.

3. Констатация тех или иных чувств в адрес супруга в настоящем или про­шлом.

4. Собственная оценка супруга по ряду параметров.

5. Установка на изменение характера супруга.

6. Мнение, позитивное или негативное, относительно брака вообще.

Каждому утверждению соответствуют три варианта ответа: «верно», «труд­но сказать», «неверно» (или их семантические аналоги). Утверждения содер­жат как положительные, так и отрицательные характеристики брака и сфор­мулированы как в позитивной, так и в негативной форме.

Заполнение опросника занимает не более 10 минут. Вопросы не касаются излишне интимных фактов и подробностей.

Инструкция: «Внимательно читайте каждое утверждение и выбирайте один из трех предлагаемых вариантов ответов. Старайтесь избегать промежуточных ответов типа "трудно сказать", "затрудняюсь ответить" и т. д. Выполняйте ра­боту по возможности быстро».

Текст опросника

1. Когда люди живут так близко, как это происходит в семейной жизни, они неизбежно теряют взаимопонимание и остроту восприятия другого человека:

а) верно;

б) не уверен;

в) неверно.

2. Ваши супружеские отношения приносят Вам:

а) скорее беспокойство и страдание;

б) затрудняюсь ответить;

в) скорее радость и удовлетворение.

3. Родственники и друзья оценивают Ваш брак:

а) как удавшийся;

б) нечто среднее;

в) как неудавшийся.

180

4. Если бы Вы могли, то:

а) Вы бы многое изменили в характере Вашего супруга (Вашей супруги);

б) трудно сказать;

в) Вы бы не стали ничего менять.

5. Одна из проблем современного брака в том, что все приедается, в том числе и сексуальные отношения:

а) верно;

б) трудно сказать;

в) неверно.

6. Когда Вы сравниваете Вашу семейную жизнь с семейной жизнью Ваших друзей и знакомых, Вам кажется:

а) что Вы несчастнее других;

б) трудно сказать;

в) Вы счастливее других.

7. Жизнь без семьи, без близкого человека — слишком дорогая цена за пол­ную самостоятельность:

а) верно;

б) трудно сказать;

в) неверно.

8. Вы считаете, что без Вас жизнь Вашего супруга (Вашей супруги) была бы неполноценной:

а) да, считаю;

б) трудно сказать;

в) нет, не считаю.

9. Большинство людей в какой-то мере обманывается в своих ожиданиях относительно брака:

а) верно;

б) трудно сказать;

в) неверно.

10. Только множество различных обстоятельств мешает подумать Вам о разводе:

а) верно;

б) трудно сказать;

в) неверно.

11. Если бы вернулось время, когда Вы вступали в брак, то Вашим мужем (женой) мог бы стать:

а) кто угодно, но только не теперешний(яя) супруг(а);

б) трудно сказать;

в) возможно, что именно теперешний(яя) супруг(а).

181

12. Вы гордитесь что такой человек, как Ваш(а) супруг(а), рядом с Вами:

а) верно;

б) трудно сказать;

в) неверно.

13. К сожалению, недостатки Вашего(ей) супруга(и) часто перевешивают его достоинства:

а) верно;

б) трудно сказать;

в) неверно.

14. Основные помехи для счастливой супружеской жизни кроются:

а) скорее в характере Вашего супруга ;

б) трудно сказать;

в) скорее в Вас самих.

15. Чувства, с которыми Вы вступали в брак:

а) усилились;

б) трудно сказать;

в) ослабли.

16. Брак притупляет творческие возможности человека:

а) верно;

б) трудно сказать;

в) неверно.

17. Можно сказать, что Ваш супруг(а)обладает такими достоинствами, ко­торые компенсируют его недостатки:

а) согласен;

б) нечтосреднее;

в) нет, несогласен.

18. К сожалению, в Вашем браке не все обстоит благополучно с эмоцио­нальной поддержкой друг друга:

а) верно;

б) трудно сказать;

в) неверно.

19. Вам кажется, что Ваш(а) супруг(а)часто делает глупости, говорит невпо­пад, неуместно шутит:

а) верно;

б) трудно сказать;

в) неверно.

20. Жизнь в семье, как Вам кажется, не зависит от Вашей воли: а) верно;

182

б) трудно сказать;

в) неверно.

21. Ваши семейные отношения не внесли в жизнь того порядка и организо­ванности, которых Вы ожидали:

а) верно;

б) трудно сказать;

в) неверно.

22. Не правы те, кто считает, что именно в семье человек меньше всего мо­жет рассчитывать на уважение:

а) верно;

б) трудно сказать;

в) неверно.

23. Как правило, общество Вашего супруга(и) доставляет Вам удовольствие:

а) верно;

б) трудно сказать;

в) неверно.

24. По правде сказать, в Вашей супружеской жизни нет и не было ни одного светлого момента:

а) верно;

б) трудно сказать;

в) неверно.

П р и м е ч а н и е. В варианте опросника для супругов, подавших заявление о разводе, утверждения № 3, 10, 12, 18, 23 формулируются в прошедшем времени.

Обработка и интерпретация результатов:

«Ключ»: 1в, 2в, За, 4в, 5в, 6в, 7а, 8а, 9в, 10в, Ив, 12а, 13в, 14в, 15а, 1бв, 17а, 18в, 19в, 20в, 21в, 22а, 23а, 24в.

Если выбранный испытуемым вариант ответа (а или в) совпадает с приве­денным в ключе, то начисляется 2 балла; если ответ промежуточный (б) — 1 балл; за ответ, не совпадающий с «ключом», — 0 баллов. Далее подсчитыва-ется суммарный балл по всем ответам. Возможный диапазон тестового бал­ла — от 0 до 48 баллов. Высокий балл говорит об удовлетворенности браком.

Вся ось суммарных баллов теста разбивается на 7 категорий, образуя следу­ющую шкалу оценок взаимоотношений:

0—16 баллов — абсолютно неблагополучные,

17—22 баллов — неблагополучные,

23—26 баллов — скорее неблагополучные,

27—28 баллов — переходные,

29-32 баллов — скорее благополучные,

33—38 баллов — благополучные,

39-48 баллов — абсолютно благополучные отношения.

183

4.3.2. Опросник «Ролевые ожидания и притязания в браке» (РОП)

Автором методики является А. Н. Волкова (Волкова А. Н., Трапезнико­ва Т. М., 1985).

Методика направлена на изучение представлений супругов о значимости в семейной жизни сексуальных отношений, личной общности мужа и жены, родительских обязанностей, профессиональных интересов каждого из супру­гов, хозяйственно-бытового обслуживания, моральной и эмоциональной под­держки, внешней привлекательности партнера. Эти показатели, отражая ос­новные функции семьи, составляют шкалу семейных ценностей (ШСЦ). Кроме того, эта методика позволяет уточнить представления супругов о желаемом распределении ролей между мужем и женой при реализации семейных функ­ций, объединенных шкалой ролевых ожиданий и притязаний (ШРОП). Резуль­таты данной методики свидетельствуют об иерархии семейных ценностей су­пругов, что дает возможность сделать вывод о социально-психологической совместимости супругов в семье.

Диагностика социально-психологической супружеской совместимости, в том числе с использованием опросника «Ролевые ожидания и притязания в браке», приобретает особую актуальность во время любого кризисного периода, содер­жанием которого является ролевое переструктурирование супружеской пары.

Описание методики

Методика содержит по 36 утверждений в каждом варианте (мужском и жен­ском) и состоит из 7 шкал.

Супругам предлагается самостоятельно ознакомиться с набором утвержде­ний, соответствующих их полу, и выразить свое отношение к каждому утверж­дению, используя следующие варианты ответов: «Полностью согласен», «В об­щем это верно», «Это не совсем так», «Это неверно».

Инструкция: «Перед Вами ряд утверждений, которые касаются брака, се­мьи, отношений между мужем и женой. Внимательно прочитайте утвержде­ния текста и оцените степень своего согласия или несогласия с ними. Вам пред­лагается 4 варианта ответа, выражающие ту или иную степень согласия или несогласия с утверждением, а именно: «Полностью согласен», «В общем это верно», «Это не совсем так», «Это неверно». Подбирая вариант ответа к каж­дому из утверждений, постарайтесь как можно точнее передать Ваше личное мнение, а не то, что принято среди Ваших близких и друзей. Свои ответы реги­стрируйте в специальном бланке».

Текст опросника

(Женский вариант)

1. Настроение и самочувствие человека зависит от удовлетворения его сек­суальных потребностей.

2. Счастье в браке зависит от сексуальной гармонии супругов.

184

3. Сексуальные отношения — главное в отношениях мужа и жены.

4. Главное в браке — чтобы у мужа и жены было много общих интересов.

5. Муж — это друг, который разделяет мои интересы, мнения, увлечения.

6. Муж — это прежде всего друг, с которым можно поговорить о своих делах.

7. Самая главная забота мужа — обеспечить материальный достаток и бы­товой комфорт семьи.

8. Муж должен заниматься домашним хозяйством наравне с женой.

9. Муж должен уметь обслужить себя, а не ждать, что жена возьмет на себя все заботы о нем.

10. Муж должен заниматься детьми не меньше, чем жена.

11. Я хотела бы, чтобы мой муж любил детей.

12. О мужчине я сужу по тому, хороший или плохой он отец своим детям.

13. Мне нравятся энергичные, деловые мужчины.

14. Я очень ценю мужчин, серьезно увлеченных своим делом.

15. Для меня очень важно, как оценивают на работе деловые и профессио­нальные качества моего мужа.

16. Муж должен уметь создавать в семье теплую, доверительную атмосферу.

17. Для меня главное — чтобы мой муж хорошо понимал меня и принимал такой, какая я есть.

18. Муж — это прежде всего друг, который внимателен и заботлив к моим переживаниям, настроению, состоянию.

19. Мне нравится, когда мой муж красиво и модно одет.

20. Мне нравятся видные, рослые мужчины.

21. Мужчина должен выглядеть так, чтобы на него было приятно смотреть.

22. Самая главная забота женщины — чтобы все в семье были обихожены.

23. Я всегда знаю, что нужно купить для моей семьи.

24. Я собираю полезные советы хозяйке: как готовить вкусные блюда, кон­сервировать овощи, фрукты.

25. Главную роль в воспитании ребенка всегда играет мать.

26. Я не боюсь трудностей, связанных с рождением и воспитанием ребенка.

27. Я люблю детей и с удовольствием занимаюсь с ними.

28. Я стремлюсь добиться своего места в жизни.

29. Я хочу стать хорошим специалистом своего дела.

30. Я горжусь, когда мне поручают трудную и ответственную работу.

31. Близкие и друзья часто обращаются ко мне за советом, помощью и под­держкой.

32. Окружающие часто доверяют мне свои беды.

33. Я всегда искренне и с чувством сострадания утешаю и опекаю нуждаю­щихся в этом людей.

34. Мое настроение во многом зависит от того, как я выгляжу.

35. Я люблю красивую одежду, ношу украшения, пользуюсь косметикой.

36. Я придаю большое значение своему внешнему виду.

185

Текст опросника

(Мужской вариант)

1. Настроение и самочувствие человека зависит от удовлетворения его сек­суальных потребностей.

2. Счастье в браке зависит от сексуальной гармонии супругов.

3. Сексуальные отношения — главное в отношениях мужа и жены.

4. Главное в браке — чтобы у мужа и жены было много общих интересов.

5. Жена — это друг, который разделяет мои интересы, мнения, увлечения.

6. Жена — это прежде всего друг, с которым можно поговорить о своих делах.

7. Самая главная забота жены — чтобы в семье были накормлены и ухожены.

8. Женщина многое теряет в моих глазах, если она плохая хозяйка.

9. Женщина может гордиться собой, если она хорошая хозяйка своего дома.

10. Я хотел бы, чтобы моя жена любила детей и была им хорошей матерью.

11. Женщина, которая тяготится материнством, неполноценная женщина.

12. Для меня главное в женщине, чтобы она была хорошей матерью моим детям.

13. Мне нравятся деловые и энергичные женщины.

14. Я очень ценю женщин, всерьез увлеченных своим делом.

15. Для меня очень важно, как оценивают на работе деловые и профессио­нальные качества моей жены.

16. Жена должна, прежде всего, создавать и поддерживать теплую, довери­тельную атмосферу.

17. Для меня главное — чтобы моя жена хорошо понимала меня и прини­мала таким, каков я есть.

18. Жена — это прежде всего друг, который внимателен и заботлив к моим переживаниям, настроению, состоянию.

19. Мне нравится, когда моя жена красиво и модно одета.

20. Я очень ценю женщин, умеющих красиво одеваться.

21. Женщина должна выглядеть так, чтобы на нее обращали внимание.

22. Я всегда знаю, что надо купить для нашего дома.

23. Я люблю заниматься домашними делами.

24. Я могу сделать ремонт и отделку квартиры, починить бытовую технику.

25. Дети любят играть со мной, охотно общаются, идут на руки.

26. Я очень люблю детей и умею с ними заниматься.

27. Я принимал бы активное участие в воспитании своего ребенка, даже если бы мы с женой решили расстаться.

28. Я стремлюсь добиться своего места в жизни.

29. Я хочу стать хорошим специалистом своего дела.

30. Я горжусь, когда мне поручают трудную и ответственную работу.

31. Близкие и друзья часто обращаются ко мне за советом, помощью и под­держкой.

32. Окружающие часто доверяют мне свои беды.

33. Я всегда искренне и с чувством сострадания утешаю и опекаю нуждаю­щихся в этом людей.

34. Мое настроение во многом зависит от того, как я выгляжу.

186

35. Я стараюсь носить ту одежду, которая мне идет.

36. Я придирчиво отношусь к покрою костюма, фасону рубашки, цвету гал­стука.

Бланк для регистрации ответов

Дата__

Ф.И.О. Пол

Возраст

Образование___________

Стаж супружеской жизни.

Количествоивозрастдетей
Полностью согласенВобщемэтоверноЭтонесовсемтакЭтоневерно
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30

187

Полностью согласенВобщемэтоверноЭтонесовсемтакЭтоневерно
31
32
33
34
35
36

Обработка и интерпретация результатов

После выполнения супругами задания ответы мужа и жены заносятся в таб­лицу «Консультационное исследование семейных ценностей» (см. табл. 7).

Таблица 7

Консультационноеисследованиесемейныхценностей

Шкаласемейных ценностейутверж­денияБаллутверж­денияБаллОбщийпоказатель (вбаллах)
Интимно-сексуаль­ная1
2
3
7=
Личностнаяиденти­фикацияссупругом4
5
6
9=
Хозяйственно-быто­ваяОжиданияПритязания
722
823
924
7=?=
Родительско-воспи-тательная1025
1126
1227
7=?=
Социальнаяактив­ность1328
1429
1530
7=7=
Эмоционально-пси­хотерапевтическая1631
1732
1833
?=?=
Внешняяпривлека­тельность1934
2035
2136
7=9=

188

Ответы на предлагаемые утверждения свидетельствуют о выраженности у супругов семи основных семейных ценностей. Соответственно, баллы по каж­дой шкале семейных ценностей суммируются отдельно. По первым двум шка­лам эти результаты являются итоговыми и переносятся в последний столбец таблицы. Итоговые баллы остальных пяти шкал вычисляются как полусумма баллов по подшкалам «ролевые ожидания» (установка мужа и жены на актив­ное выполнение партнером семейных обязанностей) и «ролевые притязания» (личная готовность каждого из партнеров выполнять семейные роли). Ответы оцениваются следующим образом:

□ ответ «Полностью согласен» — 3 балла;

□ ответ «В общем это верно» — 2 балла; О ответ «Это не совсем так» — 1 балл; П ответ «Это неверно» — 0 баллов.

Таким образом, минимальный суммарный балл по шкале составляет 0 бал­лов, максимальный итоговый балл по шкале — 9 баллов. Шкала оценок взаи­моотношений представлена тремя категориями:

низкие оценки по шкале — 0-3 балла;

средние оценки по шкале — 4-6 балла;

высокие оценки по шкале — 7-9 баллов.

Характеристика шкал семейных ценностей

1. Интимно-сексуальная шкала (утверждения № 1-3) — шкала значимости сексуальных отношений в супружестве. Высокие оценки по шкале означают, что супруг(а) считает сексуальную гармонию важным условием супружеского счастья, отношение к супруге(у) существенно зависит от оценки ее (его) как сексуального партнера. Низкие оценки по шкале интерпретируются как недо­оценка сексуальных отношений в браке.

2. Шкала личностной идентификации с супругом(ой) (утверждения № 4—6) — шкала, отражающая установку мужа (жены) на личностную идентификацию с брачным партнером: ожидание общности интересов, потребностей, ценност­ных ориентации, способов времяпрепровождения. Низкие оценки по шкале предполагают установку на личную автономию.

3. Хозяйственно-бытовая шкала измеряет установку супругов на реализацию хозяйственно-бытовой функции семьи. Эта шкала, как и все последующие, имеет две подшкалы: «ролевые ожидания» и «ролевые притязания». Подшкала «ролевые ожидания» (утверждения № 7-9) — оценки рассматриваются как сте­пень ожидания от партнера активного решения бытовых вопросов. Чем выше оценки по шкале ролевых ожиданий, тем больше требований предъявляет муж (жена) к участию супруга в организации быта, тем большее значение имеют хозяйственно-бытовые умения и навыки партнера. Подшкала «ролевые при­тязания» (утверждения № 22-24) отражает установки на собственное актив­ное участие в ведении домашнего хозяйства. Общая оценка по шкале рассмат­ривается как оценка мужем (женой) значимости бытовой организации семьи.

4. Родительско-воспитательская шкала позволяет судить об отношении су­пругов к своим родительским обязанностям. Подшкала ролевых ожиданий

189

(утверждения № 10-12) показывает выраженность установки супруга(и) на ак­тивную родительскую позицию брачного партнера. Подшкала ролевых притя­заний (утверждения № 25—27) свидетельствует об ориентации мужа (жены) на собственные обязанности в воспитании детей. Общая оценка шкалы рассмат­ривается как показатель значимости для супруга(и) родительских функций. Чем выше оценка шкалы, тем большее значение придает муж (жена) роли отца (ма­тери), тем более он (она) считает родительство основной ценностью, концент­рирующей вокруг себя жизнь семьи.

5. Шкала социальной активности отражает установку на значимость внеш­ней социальной активности (профессиональной, общественной) для стабиль­ности брачно-семейных отношений. Подшкала «ролевые ожидания» (утверж­дения № 13—15) измеряет степень ориентации мужа (жены) на то, что брачный партнер должен иметь серьезные профессиональные интересы, играть актив­ную общественную роль. Подшкала «ролевые притязания» (утверждения № 28— 30) иллюстрирует выраженность собственных профессиональных потребнос­тей супруга(и). Общая оценка шкалы показывает значимость внесемейных интересов для мужа (жены), являющихся основными ценностями в процессе межличностного взаимодействия супругов.

6. Эмоционально-психотерапевтическая шкала выражает установку на зна­чимость эмоционально-психотерапевтической функции брака. Подшкала «ролевые ожидания» (утверждения № 16-17) измеряет степень ориентации мужа (жены) на то, что брачный партнер возьмет на себя роль эмоциональ­ного лидера в семье в вопросах коррекции психологического климата в се­мье, оказания моральной и эмоциональной поддержки, создания «психоте­рапевтической атмосферы». Подшкала «ролевые притязания» (утверждения № 31-33) отражает стремление мужа (жены) быть семейным «психотерапев­том». Общая оценка шкалы рассматривается как показатель значимости для супруга(и) взаимной моральной и эмоциональной поддержки членов семьи, ориентации на брак как среду, способствующую психологической разрядке и стабилизации.

7. Шкала внешней привлекательности оценивает степень значимости внеш­него облика для мужа (жены), его соответствие стандартам современной моды. Подшкала «ролевые ожидания» (утверждения № 19-21) свидетельствуете вы­раженности желания супруга(и) иметь внешне привлекательного партнера. Подшкала «ролевые притязания» (утверждения № 34—36) иллюстрирует уста­новку на собственную привлекательность, стремление модно и красиво оде­ваться. Общая оценка — показатель ориентации супруга(и) на современные образцы внешнего облика.

Анализ результатов предполагает три этапа:

1. Анализ индивидуальных показателей шкалы семейных ценностей, ролевых ожиданий и притязаний мужа (жены). Проводится на основании подсчета бал­лов в таблице «Консультационное исследование семейных ценностей». Полу­ченные в результате подсчета данные характеризуют:

П представление мужа (жены) об иерархии семейных ценностей: чем боль­ше величина балла по шкале семейных ценностей, тем значимее для су-пруга(и) данная среда жизнедеятельности семьи;

190

□ ориентацию жены (мужа) на активное ролевое поведение брачного парт­нера (ролевые ожидания) и на собственную активную роль в семье по реализации семейных функций (ролевые притязания).

2. Сравнительный анализ представлений о семейных ценностях и ролевых установок мужа и жены. Степень согласованности семейных ценностей суп­ругов оценивается на основе данных, представленных в таблице 8.

Таблица 8

Согласованностьсемейныхценностейсупругов

Семейные ценностиИнтимно-сексуаль­наяЛичност­наяиден­тификацияХозяй­ственно-бытоваяРодитель-ско-воспи-тательскаяСоциаль­наяак­тивность

Эмоцио-нально-психотера-

певтическая

Внешняя привлека­тельность
ШСЦм
ШСЦж
ССЦ

Примечание. ШСЦм и ШСЦж — показатели по шкалам семейных ценностей мужа и жены соответственно, ССЦ — согласованность семейных ценностей супругов.

Согласованность семейных ценностей характеризуется разностью баллов показателей шкалы семейных ценностей мужа и шкалы семейных ценностей жены. Чем меньше разность, тем больше согласованность представлений су­пругов о наиболее значимых сферах жизнедеятельности семьи. Разность до 3 баллов позволяет предположить отсутствие у супругов проблемных взаимо­отношений, в то время как расхождение более 3 баллов свидетельствует о до­статочно высокой степени конфликтности отношений в паре.

3. Определение степени ролевой адекватности супружеской пары в пяти сфе­рах межличностного взаимодействия в семье (3—7 ШСЦ). Анализируя специ­фику представлений супружеской пары о значимости семейных ценностей, необходимо исходить из того, что установки мужа и жены относительно важ­нейших сфер жизнедеятельности семьи могут иметь идеальный характер, но не соответствовать реальному ролевому поведению супругов. Адекватность ролевого поведения мужа и жены зависит от соответствия ролевых ожиданий ролевым притязаниям супругов. Ролевая адекватность мужа оценивается на основе подсчета разности баллов оценок ролевых притязаний жены и ролевых ожиданий мужа; соответственно, ролевая адекватность жены будет равна раз­ности баллов, характеризующих ролевые притязания мужа и ролевые ожида­ния жены (см. табл. 9). Чем меньше разность, тем больше ролевая адекватность супруга(и), и, следовательно, ориентации жены (мужа) наличное выполнение определенной функции соответствуют установкам мужа (жены) на активную роль брачного партнера в семье.

Анализируя степень согласованности семейных ценностей мужа и жены, необходимо акцентировать внимание на тех семейных ценностях, которые ха­рактеризуются наименьшим совпадением, так как их рассогласование являет­ся одной из причин ролевого несоответствия в супружеской паре и, следова-

191

Таблица 9

Ролеваяадекватностьсупружескойпары

Семейные ценностиРолевыеустановкиРамРолевыеустановкиРаж
ПжОмПж—ОмПмОжПмОж
Хозяйственно-бытовая
Родительско-воспитательская
Социальная активность
Эмоционально-пси­хотерапевтическая
Внешняяпривле­кательность
?РАм=?РАж=

Примечание. РАм — ролевая адекватность мужа, РАж — ролевая адекватность жены. Пм и Пж — оценки ролевых притязаний мужа и жены соответственно; Ом и Ож — оценки ролевых ожиданий мужа и жены.

тельно, конфликтогенным фактором, дестабилизирующим межличностные отношения в семье.

Пример

Обратившиесязапсихологическойпомощьюмолодыесупругизаполнили опросник«Ролевыеожиданияипритязаниявбраке». Полученныевре­зультатеданныепредставленывдвухтаблицах.

Согласованностьсемейныхценностейсупругов

Семейные ценностиИнтимно-сексуальнаяЛичностная иденти­фикацияХозяйствен­но-бытоваяРодитель* ско-воспи-тательскаяСоциальная активностьЭмоцио­нально-психотера­певтическаяВнешняя привлека­тельность
ШСЦм4956,556,56
ШСЦж396,58867
ссц101,51,530,51

Индивидуальныепоказателишкалысемейныхценностеймужаиженыпо­зволяютсделатьследующиевыводы.

Дляданнойсупружескойпарыхарактернаопределеннаясогласованность представленийосемейныхценностях. Существующиеразличиявустанов­кахсупруговнаважнейшиесферыжизнедеятельностисемьинепревыша­ютдопустимойнормы. Молодыесупругиобоюдносчитаютнаиболеезна­чимойвсемейнойжизниобщностьинтересов, потребностей, представле­ний, жизненныхцелеймужаижены. Можнопредположить, чтомолодожены ориентируютсянатакназываемый«супружеский»типсемейнойорганиза­ции, восновекотороголежитценностно-ориентационноеединствобрач­ныхпартнеров.

Помнениюмолодыхсупругов, всемейнойжизнитакжеважныродитель­скиеобязанности; внимательные, заботливыеитеплыевзаимоотношения;

192

привлекательныйимодныйвнешнийоблик (собственныйибрачногопарт­нера); стремлениереализоватьпрофессиональныеинтересы (чтовболь­шейстепенивыраженоумолодойженщины); готовностьрешатьбытовые проблемысемьи.

Сточкизрениямолодоженов, сфераинтимно-сексуальныхотношенийме­неезначимавсемейнойжизни. Этодостаточнохарактернодлямолодых супругов, таккакпониманиесупругамиценностиинтимныхотношений, как правило, формируетсявпроцессесовместнойжизнипомередостижения психосексуальнойсовместимостимужаижены.

Ролеваяадекватностьсупружескойпары

СемейныеценностиРолевые Пжустановки ОмРам Пж—ОмРолевые Пмустановки ОжРаж ПмОж
Родительско-воспита-тельская6 87 81 0

3

5

7 84 3
Эмоционально-психотера­певтическая43 95 57 48 81 4
Внешняя привлекательность770572
? РАм = 11? РАж=14

Степеньролевойадекватностимужавразличныхсферахжизнедеятельно­стисемьинеодинакова. Соответствиеролевыхожиданиймужаролевым притязаниямженынаблюдаетсявпрофессиональнойиродительскойсфе­рах, впредставленииозначимостивнешнейпривлекательности. Такимоб­разом, готовностьжены (Пж) выполнятьматеринскиеобязанности, вести домашнеехозяйство, следитьзасвоимвнешнимвидомсогласуетсясуста­новкоймужа (Ом) иметьпривлекательную, модноодетуюжену, выполняю­щуюобязанностиматериихозяйкидома. Наименьшаяролеваяадекват­ностьмужанаблюдаетсявустановкахнапрофессиональныеинтересыи создание«психотерапевтической»атмосферывсемье. Молодаяженщина стремитсябытьспециалистомсвоегодела. Однакомужсчитает, чтопро­фессиональнаязанятостьженывозможналишьвнезначительнойстепени. Женанехочетбратьнасебяфункции«психологическогодиспетчера»в семье, чтонесоответствуетролевыможиданиямсупруга. Показателиро­левойадекватностиженыдемонстрируютсоответствиеожиданийженыи притязаниймужавсфереегопрофессиональныхинтересов, вориентации насоблюдениетребованийсовременноймоды. Вместестеможидания женыактивногорешениясупругомхозяйственно-бытовыхвопросов, вы­полненияродительскихобязанностей, оказанияженеморальнойиэмоцио­нальнойподдержкинесогласуютсясролевымипритязаниямимужа. Заключение

1. Длямолодыхсупруговхарактернаопределеннаясогласованностьпред­ставленийоважнейшихсемейныхценностях.

2. Мужиженадемонстрируюттипичноедлямолодыхсупруговрассогласо­ваниепритязанийиожиданий: женаориентируетсянареализациюсоб-

193

ственныхпрофессиональныхинтересов, ожидаяотмужаактивноговыпол­нения«женских»функцийвсемье, втовремякакмужсохраняеттрадици­онныепредставленияоролиженщинывсемейномвзаимодействии.

3. Дляданнойсупружескойпарыхарактернонесоответствиеидеальных представленийсупруговосемейныхценностяхролевымустановкаммужаи женынаихреализацию. Так, молодожены, выделяязначимостьдлясовмест­нойжизниобщностиинтересов, потребностей, взглядовипредставлений (личностнаяидентификация), ориентируютсянаиндивидуальныйстильмеж­личностноговзаимодействиявсемье, чтоявляетсясерьезнымконфликто-геннымфактором.

4.3.3- Опросник ПЭА (понимание, эмоциональное притяжение, авторитетность)

Автором методики является А. Н. Волкова.

Опросник предназначен для оценки степени понимания, эмоциональной привлекательности и уважения партнеров в браке.

Описание методики

Опросник состоит из 45 утверждений, которые касаются взаимоотноше­ний между партнерами в браке. В текст опросника заложены три шкалы, ото­браженные в названии методики: понимание, эмоциональное притяжение и авторитетность (уважение). Каждая шкала включает по 15 вопросов-утверж­дений.

Супругам предлагается самостоятельно ознакомиться с набором утвержде­ний и выразить свое согласие или несогласие с каждым из них.

Инструкция: «Здесь даны высказывания о Вашем понимании своего супру­га (своей супруги). На эти вопросы можно ответить: „Да" (согласен, это так), „Нет" (не согласен, это не так) или выбрать ответ „Не знаю" (затрудняюсь ска­зать). Выбрав ответ, поставьте «галочку» в соответствующую графу бланка».

Текст опросника

1. Я легко читаю ее (его) мысли.

2. Я с трудом угадываю ее (его) настроение.

3. Я понимаю ее (его) без слов.

4. Мне трудно предсказать, как она (он) будет вести себя в той или иной ситуации.

5. Я хорошо знаю ее (его) вкусы и привычки.

6. Мне трудно предсказать ее (его) мнение по тому или иному вопросу.

7. Я знаю, чего она (он) хочет, к чему стремится.

8. Мне кажется, я плохо ее (его) понимаю.

194

9. Она (он) часто удивляет меня поступками, которых я от нее (него) не ожидал (а).

10. Я хорошо знаю ее (его) достоинства и недостатки.

11. Ее (его) внутренние переживания остаются для меня загадкой.

12. Я знаю, на что она (он) способна (способен), а на что — нет.

13. Я знаю, что для нее (него) важно в жизни.

14. Часто выясняется, что я неверно ее (его) понял.

15. Мне трудно сказать, что ее (его) может огорчить или обрадовать!

16. На меня благотворно действует просто ее (его) присутствие.

17. Мне нравится слушать ее (его) голос, смотреть на ее (его) лицо.

18. Меня раздражают ее (его) манеры.

19. У нее (него) неприятное лицо.

20. Мне нравится наблюдать, как она (он) ходит, работает, сидит.

21. Мне неприятны ее (его) поцелуи, прикосновения, ласка.

22. Мне нравится ее (его) смех, улыбка.

23. Я тяжело переношу разлуку с ней (ним).

24. Что-то в ее (его) внешности мне явно не нравится.

25. Я часто критикую ее (его) действия и высказывания.

26. Часто она (он) высказывает дельные и умные мысли.

27. Ее (его) взгляды на многие вещи неприемлемы для меня.

28. Я дорожу ее (его) мнением обо мне.

29. Я горжусь тем, что она (он) мой друг.

30. Я редко соглашаюсь с ее (его) мнениями и оценками.

31. Рядом с ней (ним) я чувствую себя легко и раскованно.

32. В ее (его) присутствии у меня поднимается настроение.

33. Рядом с ней (с ним) я легко утомляюсь, раздражаюсь, выхожу из себя.

34. Я готов(а) отложить важные дела, лишь бы побыть с ней (с ним) рядом.

35. Часто у меня появляется желание отдохнуть от нее (него).

36. Я чувствую себя лучше, когда она (он) отсутствует.

37. Я нахожу в ней (нем) много личных достоинств, за которые я ее (его) уважаю как человека.

38. Среди моих знакомых и близких она (он) — самый авторитетный для меня человек.

39. Когда мне трудно что-нибудь решить, я чаще всего советуюсь с ней (с ним).

40. Она (он) легко может меня переубедить.

41. Я считаю, что у нее (него) хорошо работает голова.

42. Я интересуюсь теми книгами и фильмами, которые произвели на нее (него) впечатление.

43. Она (он) интересный человек, я с ней (с ним) не скучаю.

44. Иногда мне кажется, что она (он) недалекий человек.

45. В ней (в нем) есть такие качества, которые я хотел(а) бы видеть у себя.

195

Бланк опросника ПЭА

ДаНезнаюНетДаНезнаюНетДаНеенаюНет
11631
21732
31833
41934
52035
62136
72237
82338
92439
102540
112641
122742
132843
142944
153045
27X?S?

Обработка и интерпретация результатов

Подсчет баллов производится отдельно по каждой шкале в соответствии с ключом:

2 балла присваивается:

0 за ответ «Да» («+») в вопросах: 1, 3, 5, 7, 10, 12, 13, 16, 17, 20, 22, 23, 25, 26, 28, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37,39, 41, 42, 45;

□ за ответ «Нет» («-») в вопросах: 2, 4, 6, 8, 9, 11, 14, 15, 18, 19, 21, 24, 27, 29, 30, 38, 40, 43, 44.

1 балл присваивается за ответ «Не знаю» (затрудняюсь сказать); О баллов — за ответ, не совпадающий с ключом.

Сумма баллов в пределах одной шкалы является числовой мерой измеряе­мого параметра. Таким образом, методика позволяет измерить меру понима­ния, эмоциональной привлекательности и уважения. Максимальное значение по каждой из этих шкал составляет 30 баллов.

1. Понимание (1-15 утверждений): оценка поданной шкале свидетельствует о наличии у субъекта картины личности партнера, субъективного ощущения зна­ния его индивидуальных особенностей. Субъект, отмечающий у себя высокое по­нимание супруга, не затрудняется в интерпретации его поведения, мыслей, чувств и намерений и легко может учитывать их при общении с ним. Низкие оценки по этой шкале отражают непонимание — отсутствие ясной картины личности парт­нера, затруднения в интерпретации, объяснении его мыслей, чувств, поступков.

2. Эмоциональное притяжение (16—30 утверждений) — оцениваются привле­кательность партнера, желание общаться, иметь с ним дело, терапевтическое

196

воздействие контакта на субъекта. Невысокие оценки характеризуют сложно­сти в общении у партнеров, чувство усталости друг от друга.

3. Авторитетность (уважение) (31—45 утверждений) — показатель того, насколько партнер принимается как личность, насколько субъект разделяет его мировоззрение, интересы, мнения и принимает их как эталон. Неуваже­ние — презрение к партнеру как личности.

4.3.4. Опросник «Шкала любви и симпатии»

Автором методики является Зик Рубин, модификация выполнена Л. Я. Гоз-маном и Ю. Е. Алешиной (1985).

Цель методики — выяснить, что преобладает во взаимоотношениях: любовь или симпатия.

Изначально шкалы любви и симпатии 3. Рубина представляли собой 2 на­бора высказываний, в каждый из которых входило 13 пунктов, затем по мере работы над созданием методики количество утверждений было уменьшено до 9. При составлении шкал опросника 3. Рубин исходил из определенных теорети­ческих представлений о внутренней структуре измеряемых феноменов. В част­ности, важными для измерения представлялись три компонента любви: привя­занность, забота и степень интимности отношений.

Шкала симпатии регистрирует: степень уважения, степень восхищения и степень воспринимаемого сходства объекта оценки с респондентом.

Описание методики

В окончательный вариант методики, адаптированной Л. Я. Гозманом и Ю. Е. Алешиной, включены 14 пунктов. Время выполнения методики — 5-7 минут.

Инструкция: «Вашему вниманию представляются следующие утверждения, которые касаются Вас и Вашего(ей) супруга(и). К каждому утверждению не­обходимо подобрать тот вариант ответа, который, по Вашему мнению, наибо­лее соответствует сложившимся отношениям с ним (ней). Варианты ответа следующие: "Да, это так"; "Вероятно, это так"; "Вряд ли это так"; "Это совсем не так". Постарайтесь отвечать как можно откровенней. Не задерживайтесь долго над обдумыванием какого-либо утверждения. И помните: нет правиль­ных и неправильных ответов».

Текст методики

1. Я чувствую, что могу доверить ему (ей) абсолютно все.

2. Когда мы вместе, у нас всегда схожее настроение.

3. Я могу сказать, что он (она) принадлежит только мне.

4. Он (она) очень умный человек.

5. Для нее (него) я готов(а) абсолютно на все.

6. В большинстве случаев он (она) нравится людям почти сразу же после знакомства.

197

7. Когда мне плохо, то хочется поделиться только с ним (ней).

8. Я думаю, что мы с ним (ней) внутренне похожи друг на друга.

9. Я чувствую себя в ответе за то, чтобы ему (ей) было хорошо.

10. Мне хотелось бы быть похожим на него (нее).

11. Мне приятно чувствовать, что он (она) доверяет мне больше других.

12. Он (она) один (одна) из самых обаятельных мужчин (женщин), которых я знаю.

13. Мне было бы очень тяжело, если бы пришлось жить без него (нее).

14. Я уверен(а), что он (она) хорошо ко мне относится.

Обработка результатов

К шкале любви относятся следующие утверждения: 1,3,5,7,9, 11, 13. Шкала симпатии представлена утверждениями за четными номерами 2, 4, 6,8,10,12,14.

Ответы оцениваются следующим образом: О ответ «Да» — 4 балла;

□ ответ «Вероятно, это так» — 3 балла;

□ ответ «Вряд ли это так» — 2 балла;

□ ответ «Это совсем не так» — 1 балл.

Баллы, присвоенные ответам на каждое из утверждений, суммируются от­дельно по шкале любви и по шкале симпатии. Итоговые оценки могут варьи­ровать от 7 до 28 баллов. Возможен подсчет суммарного балла по обеим шка­лам, характеризующим общий уровень эмоциональных отношений в диаде (от 14 до 56 баллов).

4.3.5. Метод диагностики

межличностных отношений

Метод диагностики межличностных отношений (ДМО) представляет собой модифицированный вариант интерперсональной диагностики Т. Лири (моди­фицирован и адаптирован Л. Н. Собчик).

Цель методики — исследование представлений субъекта о себе и своем иде­альном «Я», представлений о членах семьи. Использование методики ДМО при анализе семейных кризисов позволяет сделать вывод о притязаниях испытуе­мого в сфере семьи; выявить зоны вероятных конфликтов; изучить психологи­ческую совместимость супругов и межличностные отношения в семье (выяв­ление преобладающего типа отношений в семье). Соотнесение представлений каждого из супругов о себе дает возможность выявить искажения в восприя­тии и проблемы, связанные со сходством/различием в проявлении стилей меж­личностных отношений.

Описание методики

Основываясь на том, что личность проявляется в поведении, актуализиро­ванном в процессе взаимодействия с окружающими, американский психолог

198

Т. Лири систематизировал эмпирические наблюдения в виде 8 общих или 16 бо­лее дробных (не оправдавших себя на практике) вариантов межличностного взаимодействия. Соответственно разным типам межличностного поведения был разработан опросник, представляющий собой набор из 128 достаточно простых характеристик-эпитетов (Собчик Л. Н., 2003).

К каждому типу относится по 16 суждений. Методика построена так, что суждения, направленные на выявление какого-либо типа отношений, распо­ложены не подряд, а особым образом: они группируются по 4 и повторяются через равное количество определений. Так, к первому типу взаимоотношений относятся суждения за номерами: 1-4, 33-36, 65-68, 97—100.

Каждый обследуемый лри заполнении опросника отмечает наличие тех или иных качеств у себя (при необходимости — супруга, своего отца, своей матери или другого члена семьи), а также отмечает, какими качествами он сам хотел бы обладать и какие он хотел бы видеть у своего мужа (своей жены или другого члена семьи).

Инструкция: «Перед Вами опросник, содержащий различные характерис­тики. Следует внимательно прочесть каждую и подумать, соответствует ли она Вашему представлению о себе. Если „да", то в специальном бланке, предна­значенном для регистрации Ваших ответов, перечеркните крестом соответству­ющую порядковому номеру характеристики цифру в сетке регистрационного бланка. Если „нет", то не делайте никаких пометок на регистрационном блан­ке. Постарайтесь проявить максимальную внимательность и откровенность, чтобы избежать повторного обследования.

Итак, Вы должны ответить на вопрос: „Какой Вы человек?" (испытуемый выполняет задание).

А теперь при помощи тех же характеристик попробуйте оценить Ваше иде­альное представление о себе, то есть ответьте на вопрос: „Каким бы я хотел быть?"».

Затем аналогичным образом предлагается дать оценку мужу (жене) и его (ее) идеалу, с точки зрения респондента.

Текст опросника

1. Умеет нравиться.

2. Производит впечатление на окружающих.

3. Умеет распоряжаться, приказывать.

4. Умеет настоять на своем.

5. Обладает чувством достоинства.

6. Независимый.

7. Способен сам позаботиться о себе.

8. Может проявить безразличие.

9. Способен быть суровым.

10. Строгий, но справедливый.

11. Может быть искренним.

12. Критичен к другим.

13. Любит поплакаться.

199

14. Часто печален.

15. Способен проявлять недоверие.

16. Часто разочаровывается.

17. Способен быть критичным к себе.

18. Способен признать свою неправоту.

19. Охотно подчиняется.

20. Покладистый.

21. Благодарный.

22. Восхищающийся и склонный к подражанию.

23. Уважительный.

24. Ищущий одобрения.

25. Способный к сотрудничеству, взаимопомощи.

26. Стремится сдружиться с другими.

27. Доброжелательный, дружелюбный.

28. Внимательный и ласковый.

29. Деликатный.

30. Ободряющий.

31. Отзывчивый к призывам о помощи.

32. Бескорыстный.

33. Способен вызывать восхищение.

34. Пользуется у других уважением.

35. Обладает талантом руководителя.

36. Любит ответственность.

37. Уверен в себе.

38. Самоуверен и напорист.

39. Деловитый, практичный.

40. Соперничающий.

41. Стойкий и крутой где надо.

42. Неумолимый, но беспристрастный.

43. Раздражительный.

44. Открытый и прямолинейный.

45. Не терпит, чтобы им командовали.

46. Скептичен.

47. На него трудно произвести впечатление.

48. Обидчивый, щепетильный.

49. Легко смущается.

50. Неуверенный в себе.

51. Уступчивый.

52. Скромный.

53. Часто прибегает к помощи других.

54. Очень почитает авторитеты.

55. Охотно принимает советы.

56. Доверчив, стремится радовать других.

57. Всегда любезен в обращении.

58. Дорожит мнением окружающих.

59. Общительный и уживчивый.

200

60. Добросердечный.

61. Добрый, вселяющий уверенность.

62. Нежный и мягкосердечный.

63. Любит заботиться о других.

64. Щедрый.

65. Любит давать советы.

66. Производит впечатление значительности.

67. Начальственно-повелительный.

68. Властный.

69. Хвастливый.

70. Надменный, самодовольный.

71. Думает только о себе.

72. Хитрый.

73. Нетерпим к ошибкам других.

74. Расчетливый.

75. Откровенный.

76. Часто недружелюбен.

77. Озлоблен.

78. Жалобщик.

79. Ревнивый.

80. Долго помнит обиды.

81. Склонный к самобичеванию.

82. Застенчивый.

83. Безынициативный.

84. Кроткий.

85. Зависимый, несамостоятельный.

86. Любит подчиняться.

87. Предоставляет другим принимать решения.

88. Легко попадает впросак.

89. Легко поддается влиянию друзей.

90. Готов довериться любому.

91. Благорасположен ко всем без разбору.

92. Всем симпатизирует.

93. Прощает все.

94. Переполнен чрезмерным сочувствием.

95. Великодушен и терпим к недостаткам.

96. Стремится помочь каждому.

97. Стремящийся к успеху.

98. Ожидает восхищения от каждого.

99. Распоряжается другими.

100. Деспотичный.

101. Относится к окружающим с чувством превосходства.

102. Тщеславный.

103. Эгоистичный.

104. Холодный, черствый.

105. Язвительный, насмешливый.

201

106. Злой, жестокий.

107. Часто гневлив.

108. Бесчувственный, равнодушный.

109. Злопамятный.

ПО. Проникнут духом противоречия.

111. Упрямый.

112. Недоверчивый, подозрительный.

113. Робкий.

114. Стыдливый.

115. Услужливый.

116. Мягкотелый.

117. Почти никому не возражает.

118. Навязчивый.

119. Любит, чтобы его опекали.

120. Чрезмерно доверчив.

121. Стремится снискать расположение каждого.

122. Со всеми соглашается.

123. Всегда со всеми дружелюбен.

124. Всех любит.

125. Слишком снисходителен к окружающим.

126. Старается утешить каждого.

127. Заботится о других в ущерб себе.

128. Портит людей чрезмерной добротой.

Бланк ДМО

(В зависимости от целей и задач добавляется необходимое количество таблиц в бланке и указывается, какие представления выявляются: о себе реальном, себе

идеальном, о супруге и др.)

1IIIIIIVVVIVIIVIII
1591317212529
26101418222630
37111519232731
48121620242832
3337414549525761
3438424650545862
3539434751555963
3640444852566064
6569737781858993
6670747882869094
6771757983879195
6872768084889296
97101105109113117121125
98102106110114118122126
99103107111115119123127
100104108112116120124128

202

Обработка и интерпретация результатов

После того как испытуемый оценит себя, свой идеальный образ, мужа (жену) и его (ее) идеал и заполнит регистрационный бланк, подсчитываются баллы по восьми вариантам межличностного взаимодействия. Для этого использует­ся ключ, с помощью которого выделяются блоки по 16 номеров в каждом, фор­мирующих каждый из 8 октантов:

Iоктант: характеристики 1—4, 33-36, 65-68, 97-100;

IIоктант: характеристики 5-8, 37-40, 69-72, 101-104;

IIIоктант: характеристики 9-12, 41—44, 73-76, 105—108;

IVоктант: характеристики 13-16, 45-48, 77-80, 109-112;

Vоктант: характеристики 17-20, 49-52, 81-84, 113-116;

VIоктант: характеристики 21-24, 53-56, 85-88, 117-120;

VIIоктант: характеристики 25-28, 57-60, 89-92, 121-124;

VIIIоктант: характеристики 29-32, 61-64, 93-96, 125-128.

Каждый зачеркнутый номер соответствует одному баллу. По каждому ок­танту подсчитывается количество баллов. Максимальная оценка по октанту — 16 баллов, но она разделена на 4 степени выраженности отношений:

Полученные данные (баллы) переносятся на дискограмму (рис. 5).

Дискограмма — условная схема, разработанная Т. Лири для представления результатов методики, имеющая вид круга, разделенного на секторы (8 секто­ров, где каждый из секторов соответствует определенному типу взаимоотно­шений), на осях которого обозначены: дружелюбие—враждебность (агрессив­ность) по горизонтали, доминирование—подчинение по вертикали.

Количественные показатели по каждому из октантов — от 0 до 16 — откла­дываются на соответствующей номеру октанта координате, каждая из которых размечена дугами, расстояние между ними крат­но четырем: 0,4,8,12,16. На уровне, соответству­ющем полученным баллам по каждому октанту, проводится дуга. Определенная дугой внутренняя часть октанта заштриховывается. После того как отмечены все полученные при обследовании ре­зультаты и заштрихована внутренняя, централь­ная часть круга диско граммы до уровня, очерчен­ного дугами, получается некое подобие «веера». Максимально заштрихованные октанты (то есть те, по которым баллы оказались высокими) соот­ветствуют преобладающему стилю поведения дан­ного индивида в межличностных отношениях.

203

Характеристики, не выходящие за пределы 8 баллов, свойственны гармо­ничным личностям. Показатели, превышающие 8 баллов, свидетельствуют об акцентуации свойств, выявляемых данным октантом. Баллы, достигшие уров­ня 14—16, говорят о трудностях социальной адаптации.

Низкие показатели по всем октантам (0—3 балла) могут быть результатом скрытности и неоткровенности испытуемого. Соответственно, полученные данные следует рассматривать как сомнительные в плане их достоверности (СобчикЛ. Н.,2003).

Характеристика типов отношения к окружающим

1. Авторитарный тип (властный—лидирующий).

13—16 —диктаторский, властный, деспотичный характер, тип сильной лич­ности, который лидирует во всех типах групповой деятельности, всех настав­ляет, поучает, всегда стремится полагаться на свое мнение, не умеет прини­мать советы других. Окружающие отмечают эту властность, но признают ее.

9-12 — доминантный, энергичный, компетентный, авторитетный лидер, успешный в делах, любит давать советы, требует к себе уважения.

0-8 — уверенный в себе человек, но не обязательно лидер, упорный и на­стойчивый.

2. Эгоистический (независимый—доминирующий).

13—16 — стремится быть над всеми, но одновременно в стороне от всех, са­мовлюбленный, расчетливый, независимый, себялюбивый. Трудности пере­кладывает на окружающих, но сам относится к ним несколько отчужденно.

0-12 — эгоистические черты, ориентация на себя, склонность к соперни­честву.

9-12 — самоуверенность.

0-8 — уверенность в себе.

3. Агрессивный тип (прямолинейный—агрессивный).

13-16 — жесткий, враждебный по отношению к окружающим, резкий; аг­рессивность может доходить до антисоциального поведения.

9-12 — требовательный, прямолинейный, откровенный, строгий и резкий в оценке других, непримиримый, склонный во всем обвинять окружающих, насмешливый, иронический.

0—8 — упрямый, упорный, настойчивый, энергичный.

4. Подозрительный (недоверчивый—скептический).

13-16 — отчужденный по отношению к враждебному миру, подозритель­ный, обидчивый, склонный к сомнению во всем, злопамятный, постоянно жалуется на всех (шизоидный тип характера).

9-12 — критичный, испытывает трудности в интерперсональных контак­тах из-за подозрительности и боязни плохого отношения, замкнутый, скеп­тичный, разочарованный в людях, скрытный, свой негативизм проявляет в вербальной агрессии.

204

0—8 — критичный по отношению ко всем социальным явлениям и окружа­ющим людям.

5. Подчиняемый тип (покорный—застенчивый).

13-16 — покорный, склонный к самоуничтожению, слабовольный, уступа­ющий всем и во всем, всегда ставит себя на последнее место, осуждая себя; приписывает себе вину, пассивен, стремится найти опору в ком-либо более сильном.

9-12 — застенчивый, кроткий, легко смущается, склонен подчиняться бо­лее сильному без учета ситуации.

0-8 — скромный, робкий, уступчивый, эмоционально сдержанный, способ­ный подчиняться, не имеет собственного мнения, послушно и честно выпол­няет свои обязанности.

6. Зависимый (зависимый—послушный).

При умеренных показателях — потребность в помощи и доверии со сторо­ны окружающих, в их признании. При высоких показателях — сверконформ-ность, полная зависимость от мнения окружающих.

7. Дружелюбный (сотрудничающий—конвенциальный).

Выявляет стиль межличностных отношений, свойственный лицам, стремя­щимся к тесному сотрудничеству с референтной группой, к дружелюбным от­ношениям с окружающими. Избыточность степени выраженности данного стиля проявляется компромиссным поведением, несдержанностью в излия­ниях своего дружелюбия по отношению к окружающим, стремлением подчер­кнуть свою причастность к интересам большинства.

8. Альтруистический (ответственный—великодушный).

Этот вариант межличностного поведения проявляется выраженной готов­ностью помогать окружающим, развитым чувством ответственности (до 8 бал­лов). Высокие баллы свидетельствуют о мягкосердечности, сверхобязательно­сти, гиперсоциальности установок, подчеркнутом альтруизме. В экстремальной форме характерна гиперответственность, стремление принести в жертву себя и свои интересы, навязчивость в своей помощи.

Первые четыре типа межличностных отношений — 1, 2, 3 и 4 — характери­зуются преобладанием неконформных тенденций, из них 3,4 отражают склон­ность к дизъюнктивным (конфликтным) проявлениям, а 1 и 2 — стремление к независимости мнения, упорство в отстаивании собственной точки зрения, тенденцию к лидерству и доминированию. Другие четыре октанта — 5, 6, 7 и 8 — дают противоположную картину: подчиняемость, неуверенность в себе и конформность (5 и 6), склонность к компромиссам, конгруэнтность и ответ­ственность в контактах с окружающими (7 и 8).

Интерпретация данных ДМЛ в основном должна ориентироваться не пре­обладание одних показателей над другими, и в меньшей степени — не абсо­лютные величины.

Формула для вычисления индекса доминантности (вектор V):

205

V = 1-5+0,7[(2-8)-(6+4)]

Формула для вычисления индекса доброжелательности (вектор G):

G = 7-3+0,7[(8+7)-(4+3)]

Результат, отклоняющийся от 1,0 как в положительную, так и в отрицатель­ную сторону, выявляет преобладающие тенденции.

На основании результатов выполнения данной методики можно получить наглядное представление о конфликтных зонах и выстроить терапевтические ги­потезы о причинах затруднений в паре, соотнеся представления супругов о себе и о партнере; о реальном и идеальном партнере, представив их в одной таблице.

Таблица 10

Согласованностьстилеймежличностныхотношенийсупругов

ОктантСтильмежличностных отношенийПредставлениеосебеПредставлениеосупруге
Я-реальноеЯ-идеальноеЯ-реальноеЯ-идеальное
IВластный-лидирующий
IIНезависимый-домини­рующий
IIIПрямолинейный-агрес­сивный
IVНедоверчивый-скепти­ческий
VПокорный-застенчивый
VIЗависимый-послушный
VIIСотрудничающий-кон-венциальный
VIIIОтветственный-велико­душный

Использование метода ДМО в сфере семейного консультирования доста­точно эффективно: помимо констатации межличностного конфликта, метод позволяет глубже понять причины психологической несовместимости, кото­рые могут таиться как в разных характерах и поведенческих паттернах членов семьи, так и в наличии у кого-то из них внутриличностной неконгруэнтности (внутреннего конфликта). Кроме того, пагубную роль в таких ситуациях могут играть нереальные представления об идеале мужа, жены, детей или родителей (СобчикЛ. Н.,2003).

4.3.6. Методика «Мое письмо о супруге»

Методика «Мое письмо о супруге», автором которой является С. А. Белору­сов (1998), представляет собой вариант известного в психологии метода «Не­законченные предложения». Она сконструирована с учетом ситуации семей­ного консультирования.

206

Данная методика позволяет супругам, обратившимся за психологической помощью, систематизировать взаимные претензии, обиды, оценки друг друга. В результате чего, по мнению автора, целесообразно использовать ее на пер­вых этапах консультирования. Содержащаяся в методике структурированная информация может также оказаться ценной для консультанта, предоставляя возможность оценить ситуацию и сделать вывод о проблеме обратившейся су­пружеской пары. Так, например, уже совпадение или близкий смысл первого предлагающегося определения «самого... для меня человека» позволяет наде­яться на хороший и, возможно, быстрый результат консультирования. И на­против, абсолютно разные определения с первой строки могут обозначить при­чины фрустрации как результата несовпадения ожиданий.

Одной из задач при работе с методикой «Мое письмо о супруге» может быть выявление представлений супругов друг о друге, о своем браке, а также об ос­новных трудностях и проблемах супружества. Прочитав бланк и заполнив его, супруг сможет лучше понять, представить и, возможно, изменить свое отно­шение к своему партнеру, «Письмо» которого он читает.

При составлении текста методики автор руководствовался достижениями «нарративной теории», согласно которой жизнь как отдельного человека, так и семьи можно представить в виде рассказанной истории, к которой будут при-ложимы универсальные принципы истолкования (экзегезы). Если в момент обращения к специалисту эта история может быть интерпретирована как куль­минация трагедии или драмы, то целью консультанта будет помочь ее участ­никам пересказать ее для себя в ином повествовательном ключе.

Описание методики

Двум пришедшим в семейную консультацию супругам предлагается в мол­чании заполнить одинаковые заранее подготовленные бланки с пропущенны­ми словами. Их задача — вставить пропущенные слова. В среднем время за­полнения составляет около получаса. После этого супруги обмениваются «Письмами» и читают их.

«Письмо» начинается с актуализации представлений о предшествующем заключению брака периоде. Воспоминания позволяют позитивно настроить­ся на дальнейшее обсуждение супружеских отношений. Методика восстанав­ливает в памяти первое впечатление о будущем супруге, которое, вероятнее всего, было положительным, а также приводит к необходимости задуматься о системе личностных ценностей и ожиданий в этот период. В дальнейшем про­ясняется отношение к разнообразным аспектам брака: цели, время, проводи­мое вместе, отношение к родственникам и пр. Так или иначе, заполняющему стандартный бланк приходится постоянно возвращаться к собственному вос­приятию происходящего, к степени реализации своих ожиданий, к ответствен­ности за свой личный выбор.

Последний блок методики посвящен оценке сегодняшнего состояния се­мейной жизни и возможных вариантов развития событий. Ключевым словом здесь является «выход». Оно подчеркивает, что семья переживает кризис и од­новременно имеет ресурсы для его преодоления. Ответственность в этой ситу-

207

ации делят между собой оба супруга, согласившиеся написать «Письма». Их представления о способах разрешения сложившейся ситуации могут быть сход­ными или, наоборот, сильно различаться. Задачей психолога является помощь в оценке реалистичности предлагаемых решений и поддержка супругов в по­иске наиболее адекватного выхода из сложившейся ситуации.

Методика может быть использована в семейном консультировании и тера­пии. Специальных исследований, направленных на ее валидизацию и сравне­ние с уже существующими приемами семейной диагностики и семейного кон­сультирования, не производилось (Белорусов С. А., 1998).

Бланк «Мое письмо о супруге»

Что я могу рассказать о самом....................................для меня человеке, моем

партнере по браку. Когда мы познакомились, для меня решающим было

..................................................................... а для этого человека — .............

.................................................Впоследствии оказалось, что..............................

Если пошутить, то из животных, он (она) напоминает........................потому,

что главное в нем (ней)....................................................., а во мне, по-моему —

Наши родители...............................................................................................

Вступая в этот брак, больше всего мне хотелось, чтобы у нас...............

Для этого я......................................................................................................

Мне кажется, мой партнер по браку хотел....................................................

Мои ожидания.................................................................................В целом

наш брак ................................................................................................................

Иногда мы ..................................................................................... Тогда я

Ревность по отношению к партнеру в браке я................................................

Мы понимаем друг друга.............чем раньше. Конечно, мы изменились, о

себе могу сказать, что.............................................................................................

а человек, который рядом со мной.......................................................................

Иногда я думаю, что если бы все сложилось иначе, это было бы про­сто.......................................Согласившись написать это письмо, можно при­знать, хотя бы внутри себя, что у меня есть проблемы. Начать с себя: во-пер­вых, я.................................................................................., во-вторых, у меня

................................................................................................................................)

в-третьих, мне —.......................................................Существуют вещи, которые

я воспринимаю как негативные качества у моего семейного партнера. Напри­мер, мне совершенно невыносимо, когда......................................................

Впрочем, я могу мириться с тем, что......................................................

На его (ее) месте, я никогда бы не...........................................................

Из положительных черт моего партнера три главные для меня — это:

208

Работа для моего партнера —это............................................а про себя я могу

сказать, что моя цель —.........................................................................................

Из развлечений я предпочитаю...........................................................и здесь

мой партнер...............................................................................................

Если в момент свадьбы рейтинг партнера в моих глазах составлял 10 бал­лов, то в последнее время —.....баллов. Наши трудности больше всего связаны

с..............................................сферой. Причина этого в том, что человек, с ко­торым оказалась связана моя жизнь, мог бы быть ................................

..................................................................... Наши взгляды на семейную жизнь

практически ............................................................................................

Когда мы вместе, мы редко..................................................................

Друзья и родственники для нас — это источник........................................

Остается добавить, что в отношении детей............................

Мне кажется, что наилучшим выходом было бы

С любовью................Дата:..................200.... года

После того как оба супруга закончат свои письма, следует период обдумыва­ния, поиск новой формы поведения. Наиболее правильной психотерапевтиче­ской практикой в таком случае будет поддержание подобной «креативной паузы», за исключением ситуаций, когда у супругов не возникает вопросов, направлен­ных на прояснение тех или иных нюансов написанного другим партнером.

Если супругам при заполнении бланка письма не хватает места и они пишут меж­ду строк, старательно комментируя свою позицию, то зачастую это свидетельствует о заинтересованности и глубокой рефлексивной вовлеченности. В то же время не­которые предлагающиеся к заполнению промежутки «Письма» иногда остаются пу­стыми, что дает основание предположить наличие проблемных зон в той или иной области. В таком случае рекомендуется обсуждение соответствующих тем.

4.4. ИССЛЕДОВАНИЕ СЕМЬИ, ОЖИДАЮЩЕЙ РЕБЕНКА

Особый интерес для практического психолога, оказывающего психологи­ческую помощь семье, может представлять исследование семьи, ожидающей ребенка. Такая семья находится в ситуации нормативного кризиса и стоит на пороге изменений, связанных с появлением нового члена семьи.

Ожидание ребенка и перемены, происходящие в связи с этим в семье, не могут не сказываться на психическом состоянии молодой женщины — буду­щей матери. Поскольку во время пренатального периода развития ребенок, по

209

сути, представляет вместе с телом матери единый организм, то есть живет прак­тически одной жизнью (одним телом) с матерью, ее психологическое неблаго­получие во время беременности, а также сильные нарушения в протекании физиологических процессов могут оказать влияние, и подчас необратимое, на реализацию генетического потенциала ребенка и затруднить его последующее развитие и взаимодействие с окружающей средой. Поэтому очень важное зна­чение приобретает диагностика возможных нарушений, связанных с отноше­нием к факту беременности и будущему ребенку.

В рамках данного издания мы представляем ряд методик, которые могут быть использованы для диагностики характера отношения будущих родителей к ожидаемому ребенку:

□ «Тест отношений беременной» (ТОБ (б)) (И. В. Добряков);

□ Методика «Цветовой тест отношений» (А. М. Эткинд).

В отличие от методик исследования структуры семьи, обладающих универ­сальностью, данные диагностические процедуры могут быть использованы только для исследования процессов, протекающих в семьях, которые находят­ся в ситуации определенного нормативного кризиса, связанного с принятием супругами факта появления в семье новой личности и родительских ролей.

4.4.1. Методика «Тест отношений беременной» (ТОБ (б))

Тест отношений беременной предназначен для определения типа пережи­вания беременности у будущей матери (Эйдемиллер Э. Г., Добряков И. В., Никольская И. М., 2003).

Концептуальными основами создания теста послужили теория психологии отношений В. Н. Мясищева (1960), что позволило рассматривать беременность через призму единства организма и личности, а также понятие «гестационной доминанты». На основе учения А. А. Ухтомского о доминанте И. А. Аршавс-ким была предложена теория о существовании в период вынашивания ребен­ка гестационной доминанты (от лат. gestatio— беременность, dominans— гос­подствующий). Понятие «гестационная доминанта» наиболее удачно отражает особенности протекания физиологических и нервно-психических процессов в организме беременной женщины. Она обеспечивает направленность всех реакций организма на создание оптимальных условий для развития эмбриона, а затем плода. Это происходит путем формирования под влиянием факторов внешней и внутренней среды стойкого очага возбуждения в центральной нерв­ной системе, обладающего повышенной чувствительностью к раздражителям, имеющим отношение к беременности и способным оказывать тормозящее вли­яние на другие нервные центры (Эйдемиллер Э. Г., Добряков И. В., Николь­ская И. М., 2003). .

Различают физиологический и психологический компоненты гестационной доминанты, которые, соответственно, определяются биологическими или пси-

210

хическими изменениями, происходящими в организме женщины, направлен­ными на вынашивание, рождение и выхаживание ребенка. Психологический компонент гестационной доминанты (ПКГД) вызывает особый интерес пери­натальных психологов и психотерапевтов. Он представляет собой совокупность механизмов психической саморегуляции, включающихся у женщины при воз­никновении беременности, направленных на сохранение гестации и создание условий для развития будущего ребенка, формирующих отношение женщины к своей беременности, ее поведенческие стереотипы.

В результате изучения анамнестических сведений, клинико-психологичес-ких наблюдений за беременными женщинами и бесед с ними И. В. Добряко-вым было выделено пять типов ПКГД: оптимальный, гипогестогнозический, эйфорический, тревожный и депрессивный.

Оптимальный тип ПКГД отмечается у женщин, которые относятся к сво­ей беременности ответственно, но без излишней тревоги. В этих случаях, как правило, супружеский холон зрелый, отношения в семье гармоничны, бере­менность желанна обоими супругами. Беременная женщина продолжает ве­сти активный образ жизни, но своевременно встает на учет в женскую кон­сультацию, выполняет рекомендации врачей, следит за своим здоровьем, с удовольствием и успешно занимается на курсах дородовой подготовки. Оптимальный тип способствует формированию гармонического типа семей­ного воспитания ребенка.

Гипогестогнозический тип ПКГД (от греч. hypoприставка, означающая слабую выраженность; лат. gestatioбеременность; греч. gnosisзнание) не­редко встречается у женщин, не закончивших учебу, увлеченных работой. Сре­ди них встречаются как юные студентки, так и женщины, которым скоро ис­полнится или уже исполнилось 30 лет. Первые не желают брать академический отпуск, продолжают сдавать экзамены, посещать дискотеки, заниматься спортом, ходить в походы. Беременность у них часто незапланированная. Жен­щины второй подгруппы, как правило, уже имеют профессию, увлечены рабо­той, нередко занимают руководящие посты. Они планируют беременность, так как справедливо опасаются, что с возрастом повышается риск возникновения осложнений. С другой стороны, эти женщины не склонны менять жизненный стереотип, у них «не хватает времени» встать на учет в женскую консультацию, посещать врачей, выполнять их назначения.

Женщины с гипогестогнозическим типом ПКГД нередко скептически от­носятся к курсам дородовой подготовки, пренебрегают занятиями. Уход за деть­ми, как правило, передоверяется другим лицам (бабушкам, няням), так как сами матери «очень заняты». Нередко этот тип ПКГД также встречается у много­детных матерей. Чаще всего ему сопутствуют такие типы семейного воспита­ния, как гипопротекция, эмоциональное отвержение, неразвитость родитель­ских чувств.

Эйфорический тип ПКГД, (от греч. ей — хорошо; phew— переносить) отме­чается у женщин с истерическими чертами личности, а также у длительно ле­чившихся от бесплодия. Нередко беременность у них становится средством манипулирования, способом изменения отношений с мужем, достижения мер­кантильных целей. При этом декларируется чрезмерная любовь к будущему

211

ребенку, возникающие недомогания и трудности преувеличиваются. Женщи­ны претенциозны, требуют от окружающих повышенного внимания, выпол­нения любых прихотей. Врачи, курсы дородовой подготовки посещаются, но далеко не ко всем советам пациентки прислушиваются и не все рекомендации выполняют или делают это формально. Эйфорическому типу ПКГД соответ­ствует расширение сферы родительских чувств к ребенку, потворствующая ги­перпротекция, предпочтение детских качеств. Нередко отмечается вынесение конфликта между супругами в сферу воспитания.

Тревожный тип 77А7^характеризуется высоким уровнем тревоги у беремен­ной, что влияет на ее соматическое состояние. Тревога может быть вполне оправданной и понятной (наличие острых или хронических заболеваний, дис­гармоничные отношения в семье, неудовлетворительные материально-быто­вые условия и т. п.). В некоторых случаях беременная женщина либо переоце­нивает имеющиеся проблемы, либо не может объяснить, с чем связана тревога, которую она постоянно испытывает. Нередко тревога сопровождается ипохон-дричностью. Повышенную тревожность нетрудно выявить как врачу женской консультации, так и ведущим курсы дородовой подготовки, однако беремен­ные женщины с этим типом ПКГД далеко не всегда получают адекватную оцен­ку и помощь.

К сожалению, именно неправильные действия медицинских работников довольно часто способствуют повышению тревоги у женщин. В этих случаях повышенный уровень тревожности у беременной женщины должен расцени­ваться как ятрогенный, то есть связанный с неправильным оказанием меди­цинской помощи. Большинство беременных женщин с этим типом П КГД нуж­даются в помощи психотерапевта. Став матерями, они отличаются повышенной моральной ответственностью, не уверены в своих силах и способностях вос­питывать ребенка. Воспитание детей чаще всего носит характер доминирую­щей гиперпротекции. Распространено и вынесение конфликта между супру­гами в сферу взаимодействия с ребенком, обусловливающее противоречивый тип воспитания.

Депрессивный тип ЯАТ^проявляется, прежде всего, резко сниженным фо­ном настроения у беременных. Женщина, мечтавшая о ребенке, может утверждать, что теперь не хочет его, не верит в свою способность выносить и родить здоровое дитя, боится умереть в родах. Часто у нее возникают мысли о собственном уродстве. Женщины считают, что беременность «изуродовала их», боятся быть покинутыми мужем, часто плачут. В некоторых семьях по­добное поведение будущей матери может действительно ухудшить ее отно­шения с родственниками, объясняющими все капризами, не понимающи­ми, что женщина нездорова. Это еще больше усугубляет ее состояние. В тяжелых случаях появляются сверхценные, а иногда и бредовые ипохонд­рические идеи, идеи самоуничижения, обнаруживаются суицидальные тен­денции.

Гинекологу, акушеру, психологу всем, кто общается с беременной, очень важно своевременно выявить подобную симптоматику и направить женщи­ну на консультацию к психотерапевту или психиатру, который сможет опре­делить невротический или психотический характер депрессии и провести со-

212

ответствующий курс лечения. К сожалению, депрессивный тип ПКГД, как и тревожный, нередко формируется у беременной женщины в связи с неосто­рожными высказываниями, поступками медицинского персонала, что явля­ется ятрогенным.

Отклонения в процессе семейного воспитания при этом типе ПКГД анало­гичны тем, что развиваются при тревожном типе, но выражены в большей сте­пени. Встречаются также эмоциональное отвержение, жестокое обращение. При этом мать испытывает чувство вины, усугубляющей ее состояние.

Определение типа ПКГД может существенно помочь разобраться в ситуа­ции, при которой вынашивался и родился ребенок, понять, как складывались отношения в семье в связи с его рождением, каким образом формировался стиль семейного воспитания. Тип ПКГД отражает, прежде всего, личностные изме­нения и реакции женщины, то есть те изменения, которые произошли в систе­ме ее отношений.

Описание методики

Тест содержит три блока утверждений, отражающих отношение беремен­ной женщины:

1. К себе беременной (блок А).

2. К формирующейся системе «мать—дитя» (блок Б).

3. К тому, как к ней относятся окружающие (блок В).

В каждом блоке есть три раздела, в которых шкалируются различные поня­тия. Они представлены пятью утверждениями, отражающими пять различных типов ПКГД. Испытуемой предлагается выбрать один из них, наиболее соот­ветствующий ее состоянию.

Блок А (отношение женщины к себе беременной) представлен следующи­ми разделами:

1. Отношение к беременности.

2. Отношение к образу жизни во время беременности.

3. Отношение во время беременности к предстоящим родам.

Блок Б (отношения женщины к формирующейся системе «мать—дитя») представлен следующими разделами:

1. Отношение к себе как к матери.

2. Отношение к своему ребенку.

3. Отношение к вскармливанию ребенка грудью.

Блок В (отношение беременной женщины к тому, как к ней относятся окружающие) представлен следующими разделами:

1. Отношение ко мне беременной мужа.

2. Отношение ко мне беременной родственников и близких.

3. Отношение ко мне беременной посторонних людей.

Инструкция: «Просим Вас из пяти утверждений, представленных в блоках, выбрать одно, наиболее полно отражающее Ваше состояние».

213

А

11Ничтонедоставляетмнетакогосчастья, каксознаниетого, чтоя беременна
2Янеиспытываюникакихособыхэмоций, связанныхстем, чтоябеременна
3Стехпоркакяузнала, чтобеременна, янахожусьвнервномнапряжении
4Восновноммнеприятносознавать, чтоябеременна
5Яоченьрасстроенатем, чтобеременна
21Беременностьзаставиламеняполностьюизменитьобразжизни
2Беременностьнезаставиламенясущественноизменитьобразжизни, ноя сталакоевчемсебяограничивать
3Беременностьянесчитаюповодомдлятого, чтобыменятьобразжизни
4Беременностьтакизменилаобразмоейжизни, чтоонасталапрекрасной
5Беременностьзаставиламеняотказатьсяотмногихпланов, теперьне сужденосбытьсямногиммоимнадеждам
31Ястараюсьвообщенедуматьниобеременности, ниопредстоящихродах
2Япостояннодумаюородах, оченьихбоюсь
3Ядумаю, чтововремяродоввсемогусделатьправильноинеиспытываю особогострахапередними
4Когдаязадумываюсьопредстоящихродах, настроениеуменяухудшается, таккакяпочтинесомневаюсьвихплохомисходе
5Ядумаюородах, какопредстоящемпразднике
Б
11Ясомневаюсьвтом, чтосмогусправлятьсясобязанностямиматери
2Ясчитаю, чтонесмогустатьхорошейматерью
3Янезадумываюсьопредстоящемматеринстве
4Яуверена, чтостанупрекраснойматерью
5Яполагаю, чтоеслипостараюсь, тосмогустатьхорошейматерью
21Ячастосудовольствиемпредставляюсеберебенка, котороговынашиваю, разговариваюсним
2Японимаюребенка, котороговынашиваю, восхищаюсьимисчитаю, чтоон знаетипонимаетвсе, очемядумаю
3Япостояннобеспокоюсьосостоянииздоровьяребенка, которого вынашиваю, стараюсьегопочувствовать
4Янедумаюотом, какимбудетребенок, котороговынашиваю
5Ячастодумаюотом, чторебенок, котороговынашиваю, будеткаким-нибудьнеполноценным, иоченьбоюсьэтого
31Янедумаюотом, какбудукормитьребенкагрудью
2Ясвосторгомпредставляюсебе, какбудукормитьребенкагрудью
3Ядумаю, чтобудукормитьребенкагрудью
4Ябеспокоюсьотом, чтоуменябудутпроблемыскормлениемгрудью
5Япочтиуверена, чтоврядлисмогукормитьребенкагрудью

214

В

11Считаю, чтобеременностьсделаламеняещепрекраснейвглазахотца моегоребенка
2Моябеременностьникакнеизменилаотношениякомнеотцамоего ребенка
3Из-забеременностиотецмоегоребенкасталвнимательнееитеплее относитьсякомне
4Из-забеременностиясталанекрасивой, иотецмоегоребенкастал холоднееотноситьсякомне
5Боюсь, чтоизменения, связанныесбеременностью, могутухудшить отношениекомнеотцамоегоребенка
21Большинствоблизкихмнелюдейразделяютмоюрадостьпоповоду беременности, имнехорошосними
2Невсеблизкиемнелюдидостаточнорадытому, чтоябеременна, невсе понимают, чтоятеперьнуждаюсьвособомотношении
3Большинствоблизкихмнелюдейнеодобряютто, чтоябеременна, мои отношенияснимиухудшились
4Менямалоинтересуетотношениекмоейбеременностидажеблизкихмне людей
5Некоторыеблизкиемнелюдиотносятсякмоейбеременности неоднозначно, иэтоменятревожит
31Мневсегдамучительностыдно, когдаокружающиезамечаютчтоя«в положении»
2Мненемногонепосебе, когдаокружающиезамечают, чтоя«вположении»
3Мнеприятно, когдаокружающиезамечают, чтоя«вположении»
4Мненаплевать, замечаютокружающиеилинет, чтоя«вположении»
5Янеиспытываюособойнеловкости, еслиокружающиезамечают, чтоя«в положении»

Обработка результатов

После выполнения задания необходимо перенести результаты в таблицу, отметив соответствующую утверждению цифру (таблица 11).

Таблица 11 РезультатыобследованияТОБ (б)

БлокиРазделыОГЭТд
1142135
223415
331524
2153412
214235
331254
3132154
214253
35432

1

-------------—и, —

Всего

215

В нижней строке таблицы — «Всего» — выставляется результат подсчета количества отмеченных цифр (баллов, не суммы цифр!) в каждом столбце. Столбец «О» отражает утверждения, характеризующие преимущественно оп­тимальный тип ПКГД, «Г» — гипогестогнозический, «Э» — эйфорический, «Т» — тревожный, «Д» — депрессивный.

Если в результате тестирования набрано 7—9 баллов, соответствующих од­ному из типов ПКГД, он может считаться определяющим.

Если ни по какому типу ПКГД преобладания баллов не наблюдается, не­трудно определить, какие подсистемы ПКГД у женщины нуждаются в коррек­ции. Для наглядности можно построить профиль ПКГД в виде гистограммы. По вертикали отмечаются избранные баллы, а по горизонтали — типы ПКГТ (рис. 6).

Пример___________________________________________________________________

«Тестотношенийбеременной»былзаполненбудущейматерью. Результа­тыобследованиябылизанесенывсоответствующуютаблицу.

Каквидноизтаблицыирис. б, наибольшеечисловыбранныхутверждений принадлежатпервойграфе. НаоснованииэтогофактатипПКГДопределя­етсякакпреимущественнооптимальный.

216

Тест позволяет не только определить тип ПКГД по преобладанию выбран­ных утверждений, но и произвести качественный анализ, выявить те отноше­ния, которые нуждаются в коррекции.

Пример

Удругойженщины, обратившейсязапсихологическойпомощью, было выявленоэйфорическоеотношениексвоейбеременностиитревожное отношениексебе—матери. Полученныеврезультатеприменениятеста данныеприведенывтаблице:

Изучивутверждения, выбранныеиспытуемой, нетрудноустановить, чтоу женщиныотмечаетсяэйфорическоеотношениексвоейбеременности, оп­тимистическоеотношениекбудущемуребенку, окружающимеепосторон­нимиблизкимлюдям, втовремякакповышеннаятревогасвязанаспред­стоящимиобязанностямиматери.

На основе результатов исследования беременную можно отнести к одной из трех групп, требующих различной тактики проведения дородовой подготовки и, при необходимости, оказания психологической помощи.

Первая группа включает в себя практически здоровых беременных женщин, находящихся в состоянии психологического комфорта, имеющих оптималь­ный тип ПКГД.

Вторая группа может быть названа «группой риска». В нее следует включать женщин, имеющих эйфорический, гипогестогнозический, иногда тревожный типы ПКГД. У них отмечается повышенная вероятность развития нервно-пси­хических нарушений, соматических заболеваний или обострения хронических расстройств.

Третья группа состоит из женщин, также имеющих гипогестогнозический и тревожный типы ПКГД, однако выраженность их клинических проявлений

217

более значительна, чем у представительниц второй группы. Кроме того, сюда следует включать всех женщин, характеризующихся депрессивным типом ПКГД. Многие беременные женщины из этой группы обнаруживают нервно-психические расстройства различной степени тяжести и нуждаются в индиви­дуальном наблюдении и лечении у психотерапевта или психиатра.

Таким образом, тест позволяет выявлять нервно-психические нарушения у беременных женщин уже на ранних этапах развития ребенка, связывать их с особенностями семейных отношений и ориентировать психологов на оказа­ние соответствующей помощи. Результаты, полученные при использовании методики, могут быть задействованы непосредственно при оказании психоло­гической помощи, например, в качестве тем психотерапевтической беседы. Таким образом, благодаря обследованию коррекция выявленных отклонений может осуществляться более целенаправленно.

Простота использования теста дает возможность внедрения его в практику работы женских консультаций, применения акушерами-гинекологами, тера­певтами. При выявлении выраженных нарушений у беременных женщин им может быть рекомендовано обращение за помощью к психологу или к психо­терапевту. Рекомендуется проводить тестирование во втором и третьем триме­страх беременности. Своевременно и адекватно оказанная помощь не только улучшает ситуацию в семье, течение беременности и родов, но и является про­филактикой недостатка грудного молока, послеродовых невротических и пси­хических расстройств.

Тест может быть использован также с целью определения эффективности оказания психологической помощи и курсов дородовой подготовки: в таком случае он проводится до начала курса либо встреч с психологом и после его завершения. Изменения результатов тестирования можно использовать для оценки эффективности данной работы. При этом не рекомендуется проводить тестирование чаще одного раза в месяц.

4.4.2. Методика «Цветовой тест отношений»

Автором методики «Цветовой тест отношений» является А. М. Эткинд.

Цветовой тест отношений (ЦТО) представляет собой компактную невер­бальную диагностическую процедуру, методической основой которой являет­ся цветоассоциативный эксперимент. Базовым является предположение, что в цветовых ассоциациях могут отражаться особенности значимых отношений личности.

Методика предназначена для выявления отношения каждого из супругов к беременности и будущему ребенку, а также изучения эмоционального компо­нента отношений членов семьи к различным феноменам семейных отноше­ний (другие члены семьи, события и т. п.).

Цветовой тест отношений можно использовать в работе с детьми, подрост­ками и взрослыми.

218

Описание методики

В качестве стимульного материала используются восемь цветовых карточек размером 5x3 см, представляющих копию стандартных цветовых карточек из восьмицветового теста М. Люшера. Они предъявляются испытуемому при ес­тественном освещении на белом фоне. Набор включает карточки следующих цветов: темно-синий, сине-зеленый, оранжево-красный, желтый, фиолетовый, коричневый, черный и серый.

Тестирование проводится в индивидуальном порядке. Испытуемому пред­лагается выбрать из разложенных перед ним карточек цвет, подходящий к пред­ложенному психологом понятию, не соотнося его с представлениями об одеж­де или с чем-либо другим. Необходимо исходить только из того, насколько данному понятию подходит этот цвет.

Затем цвета ранжируются испытуемым в порядке предпочтения, начиная с «самого красивого, приятного для глаз» и заканчивая «самым некрасивым, непри­ятным». С этой целью психолог предлагает испытуемому выбрать из предложен­ных восьми цветов самый привлекательный. Выбранный цвет убирается, и про­цедура выбора осуществляется снова до тех пор, пока карточки не закончатся.

Обработка и интерпретация результатов

Интерпретация результатов основывается на сопоставлении цветов, ассо­циируемых с каждым из предлагаемых понятий (феноменов), с их местом в раскладке по предпочтению:

□ 1-е и 2-е места в раскладе по предпочтению ассоциативного цвета сим­волизируют положительное отношение к изучаемому факту;

D3-е и 4-е места — позитивное отношение,

□ 5-е и 6-е места — нейтральное отношение,

□ 7-е и 8-е места — негативное отношение (антипатия, неприязнь, отвержение).

Таким образом, если с будущим ребенком ассоциируются цвета, занимаю­щие первые места в раскладке по предпочтению, значит, к нему испытуемый относится положительно, эмоционально принимает его. Если, наоборот, с ним ассоциируются цвета, занимающие последние места в раскладке по предпо­чтению, то отношение к будущему ребенку, вероятнее всего, негативное.

4.5. ДИАГНОСТИКА ДЕТСКО-РОДИТЕЛЬСКИХ ОТНОШЕНИЙ

Исходя из понимания семьи как системы, как поля взаимовлияний, можно утверждать, что любые изменения, происходящие в функционировании семьи, будут оказывать влияние на существование всех ее членов и, прежде всего, на

219

развитие ребенка. Дети остро реагируют на любые изменения в семье. Они осо­бенно сензитивны к оценке со стороны взрослых, их позиции по отношению к ним, к состояниям матери и отца и обычно быстро реагируют на изменения стереотипов повседневной жизни. Как правило, при переживании семьей кри­зиса развития, как нормативного, так и ненормативного, самыми уязвимыми членами семьи оказываются именно дети.

Наиболее остро дети переживают нарушение контакта с родителями в ре­зультате длительных отлучек одного из них или их обоих, отсутствия тепла и заботы со стороны родителей, развода, отказа от ребенка, а также при наличии выраженного внутрисемейного конфликта, влияющего на характер детско-родительских отношений и пр. Таким образом, позитивное общение с родите­лями — важнейший фактор нормального психологического развития ребенка.

Исследование детско-родительских отношений свидится к решению двух основных задач, в соответствии с которыми осуществляется выбор методик (Марковская И. М., 2002):

1. Исследование межличностных отношений в системе «родитель—ребенок» с точки зрения родителя.

Важнейшей сферой деятельности семейного психолога является работа с родителями, ибо взрослые, находящиеся рядом с ребенком, определяют фор­мирование уникальной для каждого ребенка социальной ситуации развития. Изучая межличностные отношения в системе «родитель-ребенок» с точки зре­ния родителей, семейный психолог-практик обращает внимание на особен­ности семейного воспитания: отношение родителей к ребенку и жизни в се­мье, родительские установки и реакции, нарушения воспитательного процесса в семье, причины отклонений в семейном воспитании, типы воспитания, уро­вень родительской компетентности.

Эти аспекты взаимоотношений родителей и детей исследуются с помощью следующих методик:

□ методика измерения родительских установок и реакций (PART) (E. Ше-фер, Р. Белл; в адаптации Т. Н. Нещерет);

□ опросник «Анализ семейных взаимоотношений» (АСВ) (В. В. Юстиц-кис, Э. Г. Эйдемиллер);

□ тест-опросник родительского отношения (ОРО) (А. Я. Варга, В. В. Сто-лин);

□ опросник «Взаимодействие родитель-ребенок» (вариант для взрослых) (И. М. Марковская).

2. Исследование межличностных отношений в системе «родитель—ребенок» глазами ребенка:

П проективный графический тест «Рисунок семьи»;

□ проективная методика Р. Жиля;

□ опросник «Взаимодействие родитель—ребенок» (вариант для детей) (И. М. Марковская);

□ опросник «Родителей оценивают дети» — модификация опросника «Ана­лиз семейных отношений» (АСВ), выполненная И. А. Фурмановым и А. А. Аладьиным.

220

4.5.1. Опросник «Анализ семейных взаимоотношений» (АСВ)

Опросник для родителей «Анализ семейных взаимоотношений» (АСВ) (Эй-демиллер Э. Г., Юстицкис В. В., 2000) существует в двух вариантах — детском и подростковом.

Методика предназначена для изучения опыта родителей в воспитании ре­бенка (подростка) и поиска ошибок в родительском воспитании. Она позволя­ет диагностировать дисфункции в системе взаимного влияния членов семьи, нарушения в структурно-ролевом аспекте жизнедеятельности семьи и в меха­низме ее интеграции.

Описание методики

Опросник АСВ включает 130 утверждений, касающихся воспитания детей. В него заложены 20 шкал. Первые И шкал отражают основные стили семей­ного воспитания; 12,13, 17 и 18-я шкалы позволяют получить представление о структурно-ролевом аспекте жизнедеятельности семьи, 14-я и 15-я шкалы де­монстрируют особенности функционирования системы взаимных влияний, 16, 19-я и 20-я шкалы — работу механизмов семейной интеграции. Ниже приве­дено описание шкал в том порядке, в каком они расположены в опроснике.

Характеристика шкал опросника

1.Гиперпротекция (Г+). При гиперпротекции родители уделяют подростку крайне много сил, времени, внимания: воспитание является центральным де­лом в жизни родителей. Типичные высказывания таких родителей отражают то важное место, которое подросток занимает в их жизни, и содержат полные опасений представления о том, что произойдет, если не отдать ему все свои силы и время. Эти типичные высказывания использованы при разработке со­ответствующей шкалы.

2. Пшопротекция (Г-) — ситуация, при которой ребенок оказывается на пе­риферии внимания родителей, до него «руки не доходят», родителю «не до него». Подросток часто выпадает из виду. За него берутся лишь время от вре­мени, когда случается что-то серьезное. Вопросы данной шкалы отражают ти­пичные высказывания таких родителей.

Эти две шкалы определяют уровень протекции, то есть речь идет о том, сколь­ко сил, внимания, времени уделяют родители воспитанию ребенка. Таким об­разом, здесь рассматриваются два уровня протекции: чрезмерная (гиперпро­текция) и недостаточная (гипопротекция).

3. Потворствование (У+). О потворствовании говорят в том случае, когда родители стремятся к максимальному и некритическому удовлетворению лю­бых потребностей ребенка. Они «балуют» его. Любое его желание — для них закон. Объясняя необходимость такого воспитания, родители приводят аргу­менты, являющиеся типичной рационализацией: «слабость» ребенка, его ис­ключительность, желание дать ему то, чего в свое время был лишен сам роди­тель, то, что подросток растет один, без отца и т. п.

221

4. Игнорирование потребностей подростка (У-). Данный стиль воспитания противоположен потворствованию и характеризуется недостаточным стрем­лением родителя к удовлетворению потребностей ребенка. Чаще страдают при этом духовные потребности, особенно потребности в эмоциональном контак­те, общении с родителями, в их любви. Описываемый стиль проявляется в опре­деленных высказываниях родителей, косвенно отражающих их нежелание об­щаться с детьми, в предпочтении детей, ничего не требующих от родителей.

Эти две шкалы измеряют степень удовлетворения потребностей ребенка, то есть то, в какой мере деятельность родителей нацелена на удовлетворение по­требностей подростка, как материально-бытовых (в питании, одежде, предме­тах развлечений), так и духовных (прежде всего — в общении с родителями, в их любви и внимании). Данная черта семейного воспитания принципиально отличается от уровня протекции, поскольку характеризует не меру занятости родителей воспитанием ребенка, а степень удовлетворения его потребностей. Так называемое «спартанское воспитание» — пример высокого уровня протек­ции (родитель много занимается воспитанием, уделяет ему большое внима­ние) и вместе с тем низкого удовлетворения потребностей ребенка.

5. Чрезмерность требований (обязанностей) (Т+). Именно это качество ле­жит в основе типа неправильного воспитания «повышенная моральная ответ­ственность». Требования к ребенку в этом случае очень велики, непомерны, не соответствуют его возможностям, не только не содействуют развитию его лич­ности, а, напротив, ставят его под угрозу. В одном случае на ребенка перекла­дывается более или менее значительная часть обязанностей родителей (веде­ние хозяйства, уход за малолетними детьми). Такие родители, как правило, осознают, что ребенок очень загружен, но не видят чрезмерности нагрузки. Они уверены к тому же, что этого требуют обстоятельства, в которых семья нахо­дится в данный момент. В другом — от ребенка ожидают значительных и не соответствующих его способностям успехов в учебе или других престижных занятиях (художественная самодеятельность, спорт и т. п.). Такие родители подчеркивают в беседе с психологом те условия, которые прилагают для орга­низации его успехов.

6. Недостаточность обязанностей подростка (Т-). В этом случае ребенок имеет минимальное количество обязанностей в семье. Данная особенность воспита­ния проявляется в высказываниях родителей о том, что трудно привлечь ре­бенка к какому-нибудь делу по дому.

Эти две шкалы дают представления о требованиях-обязанностях ребенка, то есть тех заданиях, которые он выполняет (учеба, уход за собой, участие в организации быта, помощь другим членам семьи).

7. Чрезмерность требований-запретов (доминирование) (3+). В этом случае ребенку «все нельзя». Ему предъявляется огромное количество требований, ограничивающих его свободу и самостоятельность. У стеничных подростков такое воспитание форсирует реакцию эмансипации, у менее стеничных про­воцирует развитие черт сенситивной и тревожно-мнительной (психастеничес­кой) акцентуаций. Типичные высказывания родителей отражают их страх пе­ред любым проявлением самостоятельности ребенка. Этот страх проявляется в резком преувеличении последствий, которые могут иметь место даже при

222

незначительном нарушении запрета, а также в стремлении подавить самосто­ятельность мысли подростка.

8. Недостаточность требований-запретов к ребенку (3-). Родители так или иначе транслируют ребенку, что ему «все можно». Даже если существуют ка­кие-то запреты, ребенок их легко нарушает, зная, что с него никто не спросит. Он сам определяет время возвращения домой вечером, круг друзей, вопрос о курении и употреблении алкоголя. Он ни за что не отчитывается перед родите­лями. Родители при этом не хотят или не могут установить какие-либо рамки в его поведении. Данное воспитание стимулирует развитие гипертимного типа характера у подростка, особенно неустойчивого типа.

Эти две шкалы указывают на то, что ребенку нельзя делать. Они определя­ют, прежде всего, степень самостоятельности ребенка, возможность самому выбирать способ поведения.

9. Чрезмерность санкций (жестокий стиль воспитания) (С+). Для этих роди­телей характерна приверженность к строгим наказаниям, чрезмерная реакция даже на незначительные нарушения. Типичные высказывания этих родителей отражают их убеждения в полезности для детей максимальной строгости.

10. Минимальность санкций (С-). Родители склонны обходиться без наказа­ний или применять их крайне редко. Они уповают на поощрения, сомневают­ся в результативности любых наказаний.

Эти две шкалы дают представление о строгости наказаний, применяемых к ребенку родителями за невыполнение семейных требований.

11. Неустойчивость стиля воспитания (Н). Оценки по этой шкале позволяют говорить о постоянной резкой смене стиля воспитания, приемов воспитания. Они свидетельствуют о «шараханьях» родителей: от очень строгого стиля к ли­беральному и, наоборот, от значительного внимания к ребенку к эмоциональ­ному отвержению. При этом родители, как правило, признают значительные колебания в воспитании подростка, однако недооценивают размах (частоту этих колебаний).

Возможно большое количество сочетаний перечисленных стилей семейно­го воспитания. Однако особенно важное значение имеют устойчивые сочета­ния, формирующие следующие типы неправильного воспитания.

Потворствующая гиперпротекция (Г+, У+, Т-, 3-, С-). Ребенок находится в центре внимания семьи, которая стремится к максимальному удовлетворению его потребностей. Этот тип воспитания содействует развитию демонстратив­ных (истероидных) и гипертимных черт характера у ребенка.

Доминирующая гиперпротекция (Г+, Ус, Тс, 3+, Сс). Ребенок также находит­ся в центре внимания родителей, которые отдают ему много сил и времени, но в то же время лишают его самостоятельности, ставя многочисленные ограни­чения и запреты. У гипертимных подростков такое воспитание усиливает реакцию эмансипации. При тревожно-мнительной (психастенической), сен­ситивной, астеноневротической акцентуациях характера доминирующая ги­перпротекция усиливает астенические черты.

Эмоциональное отвержение (Г-, У-, Тс, Зс, Сс) заключает в себе сочетание пониженной протекции и игнорирование потребностей ребенка и нередко про­является в жестком обращении с ним. В крайнем варианте — это воспитание

223

Таблица 12

Диагностикатиповсемейноговоспитания

ТипвоспитанияВыраженностьчертвоспитательногопроцесса
Уровень протекции П <Г+,Г-)Полнота удовлетворения потребностей УКоличество требований ТЧисло запретов 3Жесткость санкций С
Потворствующая гиперпротекция++~
Доминирующаягипер­протекция++ + ++
Жестокоеобращение4-__+
Эмоциональноеотвер­жение—■и—+ +
Повышеннаямораль­наяответственность++ +
Безнадзорность-1

Примечание. Знак «+» означает чрезмерную выраженность соответствующей черты воспитания, «-» недостаточную выраженность, «+ -* означает, что при данном типе воспитания возможна как чрезмерность данной черты, так и ее недостаточность или невыраженность.

по типу «Золушки». При таком воспитании усиливаются черты эпилептоид-ной акцентуации характера, а у подростков с эмоционально-лабильной, сен­ситивной и астеноневротической акцентуациями характера могут формиро­ваться процессы декомпенсации и невротические расстройства.

Повышенная моральная ответственность (П-, У-, Т+) образуется сочетани­ем высоких требований к ребенку и одновременно с этим понижением внима­ния к нему со стороны родителей, меньшей заботой о нем. Этот тип воспита­ния стимулирует развитие черт тревожно-мнительной (психастенической) акцентуации характера.

Гипопротекция (гипоопека, безнадзорность (П-, У-, Т-, 3-). Ребенок представ­лен сам себе, родители не интересуются им и не контролирует его. Такое вос­питание особенно неблагоприятно при акцентуациях гипертимного, неустой­чивого и конформного типов.

12. Расширение сферы родительских чувств (РРЧ). Обычно этот феномен наблюдается при таких нарушениях воспитания, как потворствующая или до­минирующая гиперпротекция. Данный источник нарушения воспитания воз­никает чаще всего тогда, когда в силу каких-либо причин супружеские отно­шения между родителями оказываются нарушенными: нет одного из супругов (смерть, развод) либо отношения с партнером по браку не удовлетворяют ро­дителя, играющего основную роль в воспитании (эмоциональная холодность, несоответствие характеров). Нередко при этом мать (реже отец), сами того не осознавая, хотят, чтобы ребенок, а позже подросток стал для них чем-то боль­шим, нежели просто ребенком. Родители хотят, чтобы он удовлетворял хотя бы часть потребностей, которые в обычной семье должны быть удовлетворены в процессе супружеских отношений (взаимная исключительная привязанность, частично эротические потребности). Отношения с ребенком, а позднее с под-

224

ростком, становятся исключительными, важными для родителя. Мать неред­ко отказывается от повторного замужества, стремясь отдать сыну «все чувства», «всю любовь». В детстве стимулируется эротическое отношение к родителям (ревность, детская влюбленность). Когда ребенок достигает подросткового возраста, у родителя возникает страх перед нарастающей самостоятельностью подростка, в результате чего появляется стремление удержать его с помощью потворствующей или доминирующей гиперпротекции. Стремление одного из родителей к расширению сферы родительских чувств за счет включения эро­тических потребностей в отношения с ребенком, как правило, им не осознает­ся. Эта психологическая установка проявляется косвенно, например, в выска­зываниях о том, что ей (матери) никто не нужен, кроме сына, и в характерном противопоставлении идеализированных отношений с сыном не удовлетворя­ющим отношениям с мужем. Иногда такие матери осознают свою ревность к подругам сына, хотя чаще они проявляют ее в виде многочисленных придирок к ним.

13. Предпочтение в подростке детских качеств (ПДК). Этот вид нарушения воспитания обусловлен потворствующей гиперпротекцией. У родителей появ­ляется стремление игнорировать взросление детей, стимулировать у них детс­кие качества (детскую импульсивность, непосредственность, игривость). Для таких родителей ребенок все еще «маленький». Нередко они открыто призна­ют, что маленькие дети им вообще нравятся больше, что со старшими уже не так интересно. Страх или нежелание взросления ребенка могут быть связаны с особенностями биографии самого родителя (например, он имел младшего брата или сестру, и на них в свое время переключилась любовь его родителей, в связи с чем свой старший возраст воспринимался им как несчастье). Рассматривая ребенка как «еще маленького», родители снижают уровень требований к нему, создавая потворствующую гиперпротекцию и стимулируя развитие психичес­кого инфантилизма.

14. Воспитательная неуверенность родителей (ВН). Наблюдается чаще всего при таких нарушениях воспитания, как потворствующая гиперпротекция или пониженный уровень требований. Воспитательную неуверенность родителя можно было бы назвать «слабым местом» личности родителя. В этом случае происходит перераспределение власти в семье между ребенком и родителем. Родитель «идет на поводу» у подростка, уступает даже в вопросах, в которых, по его собственному мнению, уступать нельзя. Это происходит потому, что ре­бенок сумел найти к этому родителю подход, нащупал его «слабое место» и добивается для себя ситуации «минимум требований — максимум прав». Ти­пичная ситуация в такой семье — бойкий, уверенный в себе ребенок, смело ставящий требования, и нерешительный, винящий себя во всех неудачах с ре­бенком родитель. В одних случаях «слабое место» обусловлено психастениче­скими чертами характера родителя. В других — существенную роль в форми­ровании стиля семейного воспитания могли сыграть отношения родителя с его собственными родителями. В определенных условиях дети, воспитанные тре­бовательными, эгоцентричными родителями, став взрослыми, видят в своих детях тех же требовательных, эгоцентричных существ, испытывают по отно­шению к ним то же чувство «неоплатного долга», какое испытывали ранее по

225

отношению к собственным родителям. Характерный признак таких родите­лей — доминирование в их высказываниях реплик с признанием массы оши­бок, совершенных в воспитании. Неуверенно чувствующие себя в роли воспи­тателя родители боятся упрямства, сопротивления своих детей и находят довольно много поводов уступить им.

15. Фобия утраты ребенка (ФУ). Чаще всего ложится в основу господствую­щей или доминирующей гиперпротекции. «Слабое место» — повышенная не­уверенность родителей, боязнь ошибиться, преувеличенное представление о хрупкости «ребенка», его болезненности. Как правило, подобное отношение обусловлено историей рождения ребенка (его долго ждали, обращения к вра­чам-гинекологам ничего не давали, родился хрупким и болезненными, с боль­шим трудом удалось выходить и т. п.). Другой источник — перенесенные тяже­лые заболевания ребенка, особенно если они были длительными. Отношение родителя к ребенку в этом случае формируется под воздействием накопленно­го страха утраты ребенка. Этот страх заставляет одних родителей тревожно при­слушиваться к каждому пожеланию подростка и спешить с его выполнением (потворствующая гиперпротекция), других — мелочно опекать его (домини­рующая гиперпротекция). Типичные высказывания таких родителей отража­ют их ипохондрическую боязнь за ребенка: они видят у него множество болез­ненных проявлений. У родителей свежи воспоминания о прошлых, даже отдаленных по времени переживаниях по поводу здоровья ребенка.

16. Неразвитость родительских чувств (НРЧ) препятствует интеграции се­мьи и лежит в основе таких типов нарушения воспитания, как гиперпротек­ция, эмоциональное отвержение, «повышенная моральная ответственность», жестокое обращение. Воспитание является адекватным лишь тогда, когда ро­дителями движут достаточно сильные мотивы: чувство долга, симпатия, лю­бовь к ребенку, потребность «реализовать себя» в детях, «продолжить себя». Слабость, неразвитость родительских чувств нередко встречается у родителей подростков с отклонениями характера. В то же время это явление очень редко ими осознается, а еще реже признается как таковое. Внешне оно проявляется в нежелании иметь дело с подростком, в плохой переносимости его общества, в поверхностности интереса к его делам. Неразвитость родительских чувств может быть обусловлена отвержением самого родителя в детстве его родителя­ми, тем, что он сам в свое время не испытал родительского тепла. Другой при­чиной могут быть особенности характера родителя, например, выраженная шизоидность.

Замечено, что родительские чувства значительно слабее развиты у очень молодых родителей, имея тенденцию усиливаться с возрастом. При достаточ­но благоприятных условиях жизни семьи НРЧ определяет стиль воспитания по типу гипопротекции или эмоционального отвержения. При трудных, напря­женных условиях жизни на подростка часто перекладывается значительная часть родительских обязанностей («повышенная моральная ответственность») либо в адрес ребенка возникает раздражительно-враждебное отношение. Ти­пичные высказывания таких родителей содержат жалобы на утомительность родительских обязанностей, сожаление, что эти обязанности отрывают от чего-то более важного и интересного. Для женщин с неразвитым родительским чув-

226

ством довольно часто характерны эмансипационные устремления и желание любым путем устроить свою жизнь.

17. Проекция на ребенка собственных нежелательных качеств (ПНК). В боль­шинстве случаев составляет основу эмоционального отвержения, жестокого обращения. Причиной такого воспитания подростка является то, что в ребен­ке родитель видит те черты, наличие которых он ощущает, но не признает в самом себе. Это могут быть агрессивность, склонность к лени, тяга к алкого­лю, различные протестные реакции, несдержанность и др. Ведя борьбу с таки­ми же истинными или мнимыми качествами у ребенка, родитель (чаще отец) извлекает из этого эмоциональную выгоду для себя: борьба с нежеланным ка­чеством кого-то другого помогает ему верить, что у него самого этого качества нет. Эти родители много и охотно говорят о своей непримиримой и постоян­ной борьбе с отрицательными качествами и слабостями ребенка, о мерах на­казания, к которым они в связи с этим прибегают. В высказываниях родителей сквозит уверенность в том, что подросток неисправим, нередко они полны инквизиторских интонаций с характерным стремлением в любом поступке видеть проявление дурных качеств подростка, с которыми родитель борется.

18. Вынесение конфликта между супругами в сферу воспитания (ВК). Как правило, является первопричиной типа воспитания, соединяющего в себе по­творствующую гиперпротекцию одного родителя с отвержением либо доми­нирующей гиперпротекцией другого. Конфликтность во взаимоотношениях супругов — нередкое явление даже в относительно стабильных семьях. Но лишь в ряде семей воспитание превращается в «поле битвы» конфликтующих роди­телей. Здесь они получают возможность более открыто выражать недовольство друг другом, руководствуясь «заботой о благе ребенка». При этом мнения ро­дителей чаще всего бывают диаметрально противоположными: один настаи­вает на весьма строгом воспитании с повышенными требованиями, запретами и санкциями, другой же родитель склонен «жалеть» ребенка, идти у него на поводу. Характерное проявление такой «битвы» — выражение недовольства вос­питательными методами другого супруга. При этом легко обнаруживается, что каждого интересует не столько то, как воспитывать подростка, сколько то, кто прав в воспитательных спорах. Шкала ВК отражает типичные высказывания «строгой стороны». Это связано с тем, что именно «строгая сторона», как пра­вило, является инициатором обращения к врачу либо психологу.

19. Предпочтение мужских качеств (ПМК).

20.Предпочтение женских качеств (ПЖК).

Эти две шкалы позволяют обнаружить сдвиг в установках родителя по от­ношению к подростку в зависимости от его пола. Предпочтение мужских или женских качеств в ребенке обусловливает формирование таких типов воспита­ния, как потворствующая гиперпротекция или эмоциональное отвержение. Нередко отношение родителя к ребенку зависит не от действительных особен­ностей ребенка, а лишь тех черт, которые родитель приписывает его полу, то есть «вообще мужчинам» или «вообще женщинам». Так, при наличии пред­почтения женских качеств наблюдается неосознанное неприятие в подростке атрибутов мужского пола. В этих случаях типичны стереотипные отрицатель­ные высказывания о мужчинах вообще: «Большинство мужчин грубы, неопрят-

227

ны. Они легко поддаются животным побуждениям, они агрессивны и чрезмерно •сексуальны, склонны к алкоголизму. Любой же человек — и мужчина, и жен­щина — должен стремиться к противоположным качествам: быть нежным, де­ликатным, опрятным, сдержанным в чувствах». Именно такие качества роди­тель с ПЖК и видит в женщинах. Примером проявления ПЖК может служить отец, видящий массу недостатков у сына и считающий, что т