О субъекте истории - краткие замечания по поводу ложных альтернатив

Реферат

по статье Ю. Хабермаса «О субъекте истории – краткие замечания по поводу ложных альтернатив»

НГУ ФЕН гр. 9402

Романов Илья Игоревич

2011

Оглавление

Введение

Философский опыт истории

Теория рефлексии

Философия истории как аспект социальной эволюции

Заключение

Библиография

Введение

Философия истории представляет собой довольно головоломную и трудную для разбора область исследования. В связи с чем часто возникают проблемы с объективизацией исторического процесса и его анализа как такового, что причиняет в некоторой степени интеллектуальную неудовлетворенность философам. Структурализм и системная теория так энергично освободились от познавательного притязания и концептуальных рамок мышления, основанного на философии истории, что никакие страдания по поводу исчезнувших ступеней не помогут.

Познавательные притязания философии истории чрезмерны, а ее концептуальное оснащение оказывается непригодным для теории общественной эволюции. Следовательно, и то и другое должно быть пересмотрено, но при этом не следует впадать в ложные альтернативы: или противостоящие ей теории содержат представляющие интерес заблуждения, или теории ее исчезновения содержат частичные тривиальные истины.

Философский опыт истории

Философия истории 18-го века и направленная на реконструкцию истории человеческого рода теория общества 19-го века обобщили опыт, который в 20-ом веке не только не устарел, но и становится еще более актуальным. В этом опыте отражаются процессы модернизации, которые, как кажется, слегка проникновенно впервые и в неповторимом качестве осуществлялись вместе с капиталистическим способом производства, следовательно, с утверждением буржуазного общества. Выделяют прежде всего 4 подраздела такого опыта.

Во-первых, при капитализме впервые стал действовать механизм, который институционализировал развитие производительных сил, то есть сделал его устойчивым. Вознаграждение за повышение производительности труда и увеличение хозяйственной мощности обеспечивали ускоренные и направленные изменения в области производства. Затем такие изменения стали объектом целенаправленной государственной организации исследования и развития.

Во-вторых, Возрастающая сложность общественной системы требовала постоянного усиления роли управления. Это имело своим последствием, с одной стороны, расширение и усовершенствование сети интеракций, а в конечном итоге и образование мирового общества, которое поместило свое историческое сознание в повсеместно объединяющей информационной взаимосвязи. С другой стороны, в силу растущей потребности в управлении компетенция планирования сосредоточивается в государственном аппарате, который подчинен приоритетным потребностям хозяйственной системы и все содержание конфликтов должен переводить в административно обрабатываемую форму. Каждая успешная редукция создает перегрузку новой сложностью.

В-третьих, с утверждением капиталистического способа производства экономическая система разъединяется прежде всего с политической и культурной системами, причем настолько, что смогла возникнуть сфера частного права, освободившегося от традиций и регулируемого всеобщими стратегическими нормами. Господствующая в традиционных обществах декларируемая государственная этика уступает место универсальной морали, основанной на принципах рационалистического естественного права и формализованной этики. Правда, эта мораль ограничивается только сферой с нормируемым правом общения частных лиц друг с другом. Она несет в себе с самого начала характерное для буржуазного национального государства противоречие между человеком и гражданином – подданным государства. Ни организация государственной власти, ни сохраняющееся в отношениях между национальными государствами естественное состояние не могли длительный период быть невосприимчивыми по отношению к допускаемым в частном общении принципам универсальной морали.

Наконец, в-четвертых, доминирующие составные части культурной традиции все больше теряют характер мировоззрений, следовательно, характер интерпретации мира, природы и истории в целом. Буржуазные идеологии – это уже остатки мировоззрений, которые временно убереглись от несущих на себе печать лишения требований устраниться, исходящих от политико-экономической системы и системы науки. В настоящее время не существует эквивалента для функционального обеспечения идентичности, которое выполняла ныне разрушающаяся традиционная система мира.

Теория рефлексии

философия история саморефлексия эволюция

Проекты философии истории 18-го века и эволюционные теории общества 19-го века можно определить как попытки решить проблему идентичности посредством соответствующего требования к научности толкования всеобщей истории. Она воплощает именно новый тип теории, раскрывающей условия, при которых только и становится возможной саморефлексия человеческой истории, а значит, и она сама. Размышляя о своем возникновении и своем возможном применении, теория определяет себя как необходимый катализирующий момент той самой общественной жизни, которую она анализирует. Рефлексивная теория охватывает двойное отношение между теорией и практикой: она исследует, с одной стороны, историческую взаимосвязь интересов, к которой теория посредством акта познания еще принадлежит, и, с другой стороны, исследует историческую взаимосвязь действий, на которую теория может оказывать ориентирующее влияние.

Выбор концептуальных рамок подсказывается упомянутым выше фундаментальным историческим опытом. Опыт ускоренного и направленного социального изменения, хозяйственный рост и возрастание степени технического овладения внешней природой лежат в основании идеи прогресса, или социальной эволюции.

Предположение относительно всемирно-исторического субъекта порождает апории философско-исторического мышления. Слово «история» как бы ссылается на мнимого индивидуума, выходящего за пределы обычных человеческих рамок. История представляется как процесс его образования. Философия истории недостаточно радикально осуществила критику философии как науки, претендующей на объяснение происхождения сущего, она не до конца освободилась от наследия онтологии. Из этого следует вывод, что необходимо радикализовать подходы к философии истории, или дополнить ее, или отступить от нее.

Философия истории как аспект социальной эволюции

История как коллективная единица не устраняется при помощи образования множества. Многие данные говорят о том, что универсальное единство истории на земном шаре (и вокруг него) сегодня является реальностью, однако – ставшей реальностью. Единство истории – это результат, а не что-то изначально гарантированное благодаря деятельности субъекта, который в процессе воспитания сам себя созидает. Конечно, то противоречивое мировое общество, которое прокладывает себе дорогу, является результатом процесса развития, соответствующего образцу иерархической дифференциации основных структур.

Теория общественной эволюции, которая может объяснить великие инновационные сдвиги, а именно образование оседлых земледельческих культур, переход к высоким культурам и возникновение капитализма с вступлением в эпоху модерна, выдвигает программу, ориентированную на ряд гипотез, как-то: гипотезу относительно логики возможного развития на уровне производительных сил, эффективности управления, структур интеграции и мировоззрений; о механизмах и условиях, которые бы позволили объяснить происходящее развитие; о диспропорциях в развитии различных изменений социальной жизни, создающих кризисные состояния, которые отчасти преодолеваются посредством инноваций, отчасти сохраняются, что ведет к непродуктивности. В качестве субстрата развития принимаются социокультурные системы, в которых обнаруживаются как всеобщие системные качества, так и особенные составляющие. Поскольку не системы вообще, а социокультурные системы, которые управляются при помощи речевой коммуникации, представляют субстрат мировой истории, то прокладывающее себе дорогу единство истории не может быть определено лишь аспектом растущей взаимозависимости и увеличивающейся эффективности управления.

Заключение

Философия истории – область знания, занимающаяся проблемами смысла истории, ее закономерностями, основным направлением развития человечества и историческим познанием. Выступая против идущей от Августина Блаженного теологизации истории, просветители внесли в Философию истории идею причинности, разработали теорию прогресса, высказали идею единства исторического процесса, обосновывали влияние на человека географической и социальной среды.

Высшим этапом в развитии буржуазной философии истории явилась Философия истории Гегеля, рассматривавшего историю как единый, закономерный, внутренне необходимый процесс саморазвития духа, идеи. Основоположники марксизма отмечали ограниченность гегелевской Философии истории, ее спекулятивный, априорный, идеалистический характер. Гегелевской Философии истории марксизм противопоставил исторический материализм, изучающий наиболее общие законы и движущие силы развития общества, исследующий проблемы исторического познания, создания научной, адекватной картины исторического прошлого.

В современной западной Философии истории особым влиянием пользуются концепции Тойнби и Шпенглера. Философы иррационалистической ориентации обычно рассматривают историю как поток событий, лишенный внутренней логики, как хаотическое чередование случайностей, отвергают причинность, закономерности в истории и социальный прогресс. В их воззрениях преобладает дух пессимизма и агностицизма.

Библиография

1. Философия истории. Антология. – М.: Библиотека НГУ, 1994.

2. Лекционный материал по курсу «Социальная философия» на ФЕН НГУ.

3. Материалы сайта http://www.philsci.univ.kiev.ua/biblio/FIL_XX/11.html.