Внешние и внутренние факторы восприятия пандемии короновируса

ВВЕДЕНИЕ

В условиях событий 2019-2020 года, связанных с пандемией COVID-
19, повсеместной самоизоляцией, экономическим и политическим кризисом,
человечество лицом к лицу столкнулось с рядом психологических проблем, к
наиболее значимым из которых эксперты относят: «виртуальную угрозу и
информационный стресс, депривационный и социально-экономический
стресс». Факторы нестабильности и неопределенности, а также уникальность
самой ситуации глобального «локдауна» вызвали необходимость
кардинальной перестройки жизненных стратегий, устоявшихся способов
жизнеустройства современного человека. Тревожное информационное поле
стало фоном повышения психоэмоциональной тревожности населения, что
также сказалось на всех бытийных аспектах: людям пришлось открыто
встретиться с базовыми данностями существования: свободой, смертью,
изоляцией, одиночеством, отсутствием смысла.
По мнению В.Ю. Слабинского и Н.М. Воищевой главными вызовами
сложившейся ситуации явились: «дефицит смысла, дефицит понимания и
дефицит доверия». Все эти «вызовы» порождают реакции страха перед
потерей смысла, потерей свободы и страх одиночества и смерти.
Такие изменения мира требуют трансформации сознания личности,
становления определенных особенностей реагирования в тревожных,
затрагивающих онтологические основы жизни, условиях. По нашему
мнению, несмотря на ряд негативных последствий, именно наличие всех
условий «карантинного существования» смогли проявить наличие или
отсутствие у людей необходимых ресурсов для встречи с кризисами как
переломными моментами жизни. Для кого-то ситуация пандемии стала
«точкой бифуркации» – выбора и принятия решения в сторону дальнейшей
жизни, но в новых условиях, а значит – по новым правилам, с творческим
преобразованием имеющихся ресурсов. А для кого-то – ситуацией краха,
эскалации тревожно-депрессивных расстройств. В этом примере, на наш

взгляд, уместно ввести понятие «толерантность к неопределенности»,
понимая под ней способность личности выдерживать напряжение кризисной
ситуации. Применяя такую способность, человек, даже в условиях
«многомерного стрессового воздействия» [5, c.15], может творчески, с
опорой на внутренние ценности, смыслы, психологические резервы
трансформировать жизненное пространство, открыто вступая в
конфронтацию с вызовами бытия.
Говоря о значении «толерантности к неопределенности» как значимого
личностного ресурса, мы, вслед за Д.А. Леонтьевым, относим ее к ключевым
качествам, наряду с жизнестойкостью, осмысленностью и жизненной
позицией личности. Рассматривая толерантность к неопределенности как
«социально-психологическую установку, включающую в себя аффективный,
когнитивный и поведенческий компонент» мы можем сопоставить ее с
феноменом «экзистенциальной надежды». Это значит, что в любой, даже
самой критичной ситуации, условиях дезориентации, человек имеет почву
под ногами, действуя по внутреннему призыву: «Я ценю жизнь и могу
повлиять на ситуацию, чтобы смягчить негативные последствия». На наш
взгляд, в корне такой установки лежат две фундаментальные мотивации (по
А. Лэнгле): мотивация «Бытия-в-мире» и мотивация «Ценности жизни».
Актуальность работы обусловлена значимостью выбранной темы.
Пандемия коронавируса стала фундаментальным вызовом для современного
общества, которая за рекордно короткий срок изменила жизнь миллионов
людей во всем мире. В работе исследуется проблема влияния пандемии
COVID-19 на социально-психологические аспекты жизни людей.