Написать доклад про известного русского оратора

Доклад об А.Ф. Кони

Анатолий Кони родился 28 января,9 февраля по новому стилю,1844
года в Петербурге в семье литератора и преподавателя Федора
Александровича Кони и актрисы Ирины Семеновны Юрьевой. В 1865 году
А.Ф. Кони окончил курс юридического факультета Московского
университета. 
     По окончании университета со степенью кандидата права
А.Ф.Кони поступил на временную службу счетным чиновником в
Государственный контроль,затем был переведен в военное ведомство,где
состоял при Главном штабе для юридических работ.
Русскому обществу Кони известен в особенности как судебный
оратор. Переполненные залы судебных заседаний по делам,
рассматривавшимся с его участием, стечение многочисленной публики,
привлекавшейся его литературными и научными речами, и быстро
разошедшийся в двух изданиях сборник его судебных речей — служат
тому подтверждением (отзывы: «Вестник Европы», 1888 г., IV; «Неделя»,
1888 г., № 12; «Русские Ведомости» 10 марта; «Новое Время» 12 июля;
«Юридическая Летопись», 1890 г., № 1; профессор Владимиров,
«Сочинения»). Причина этого успеха Кони кроется в его личных
свойствах, он воспитывался под влиянием литературной и артистической
среды, к которой принадлежали его родители; в Московском университете
он слушал лекции Крылова, Чичерина, Бабста, Дмитриева, Беляева,
Соловьева. Слушание этих лекций заложило в нём прочные основы
философского и юридического образования, а личные сношения со
многими представителями науки, изящной литературы и практической
деятельности поддерживали в нём живой интерес к разнообразным
явлениям умственной, общественной и государственной жизни; обширная,
не ограничивающаяся специальной областью знания, эрудиция при
счастливой памяти, давала ему, как об этом свидетельствуют его речи,

обильный материал, которым он умел всегда пользоваться, как художник
слова.
     Судебные речи А. Ф. Кони всегда отличались высоким
психологическим интересом, развивавшимся на почве всестороннего
изучения индивидуальных обстоятельств каждого данного случая. С
особенной старательностью останавливался он на выяснении характера
обвиняемого, и, только дав ясное представление о том, «кто этот человек»,
переходил к дальнейшему изысканию внутренней стороны совершенного
преступления. Характер человека служил для него предметом наблюдений
не со стороны внешних только образовавшихся в нём наслоений, но также
со стороны тех особых психологических элементов, из которых слагается
«я» человека. Установив последние, он выяснял, затем, какое влияние
могли оказать они на зарождение осуществившейся в преступлении воли,
причём тщательно отмечал меру участия благоприятных или
неблагоприятных условий жизни данного лица. В житейской обстановке
деятеля находил он «лучший материал для верного суждения о деле», так
как «краски, которые накладывает сама жизнь, всегда верны и не
стираются никогда». Судебные речи Кони вполне подтверждают верность
замечания Тэна, сделанного им при оценке труда Тита Ливия, что
несколькими живыми штрихами очерченный портрет в состоянии более
содействовать уразумению личности, нежели целые написанные о ней
диссертации. Под анатомическим ножом Кони раскрывали тайну своей
организации самые разнообразные типы людей, а также разновидности
одного и того же типа. Таковы, направленцы, типы Солодовникова,
Седкова, княгини Щербатовой, а также люди с дефектами воли, как
Чихачев, умевший «всего желать» и ничего не умевший «хотеть», или
Никитин, «который все оценивает умом, а сердце и совесть стоят позади в
большом отдалении».

    Выдвигая основные элементы личности на первый план и находя в
них источник к уразумению исследуемого преступления, Кони из-за них не
забывал не только элементов относительно второстепенных, но даже
фактов, по-видимому, мало относящихся к делу; он полагал, что «по
каждому уголовному делу возникают около настоящих, первичных его
обстоятельств побочные обстоятельства, которыми иногда заслоняются
простые и ясные его очертания», и которые он, как носитель
обвинительной власти, считал себя обязанными отстранять, в качестве
лишней коры, наслоившейся на деле. Очищенные от случайных и
посторонних придатков, психологические элементы находили в лице
Анатолия Федоровича тонкого ценителя, пониманию которого доступны
все мельчайшие оттенки мысли и чувства.
    Сила его ораторского искусства выражалась не в изображении
только статики, но и динамики психических сил человека; он показывал не
только то, что есть, но и то, как образовалось существующее. В этом
заключается одна из самых сильных и достойных внимания сторон его
таланта. Психологические этюды, например, трагической истории
отношений супругов Емельяновых с Аграфеной Суриковой,
заключившихся смертью Лукерьи Емельяновой, или история отношений
лиц, обвинявшихся в подделке акций Тамбовско-Козловской железной
дороги, представляют высокий интерес. Только выяснив сущность
человека и показав, как образовалась она и как реагировала на
сложившуюся житейскую обстановку, раскрывал он «мотивы
преступления» и искал в них оснований, как для заключения о
действительности преступления, так и для определения свойств его.
    Мотивы преступления, как признак, свидетельствующий о
внутреннем душевном состоянии лица, получали в глазах его особое
значение, тем более, что он заботился всегда не только об установке
юридической ответственности привлеченных на скамью подсудимых лиц,

но и о согласном со справедливостью распределении нравственной между
ними ответственности. Соответственно содержанию, и форма речей Кони
отмечена чертами, свидетельствующими о выдающемся его ораторском
таланте: его речи всегда просты и чужды риторических украшений. Его
слово оправдывает верность изречения Паскаля, что истинное красноречие
смеется над красноречием как искусством, развивающимся по правилам
риторики. В его речах нет фраз, которым Гораций дал характерное
название «губных фраз». Он не следует приемам древних ораторов,
стремившихся влиять на судью посредством лести, запугивания и вообще
возбуждения страстей — и тем не менее он в редкой степени обладает
способностью, отличавшей лучших представителей античного
красноречия: он умеет в своём слове увеличивать объём вещей, не
извращая отношения, в котором они находились к действительности.
«Восстановление извращенной уголовной перспективы» составляет
предмет его постоянных забот.
    Отношение его к подсудимым и вообще к участвующим в
процессе лицам было истинно гуманное. Злоба и ожесточение, легко
овладевающие сердцем человека, долго оперирующего над
патологическими явлениями душевной жизни, ему чужды. Умеренность
его была, однако, далека от слабости и не исключала применения едкой
иронии и суровой оценки, которые едва ли в состоянии бывали забыть
лица, их вызвавшие. Выражавшееся в его словах и приемах чувство меры
находит свое объяснение в том, что в нём, по справедливому замечанию К.
К. Арсеньева, дар психологического анализа соединен с темпераментом
художника. В общем можно сказать, что Кони не столько увлекал, сколько
овладевал теми лицами, к которым обращалась его речь, изобиловавшая
образами, сравнениями, обобщениями и меткими замечаниями,
придававшими ей жизнь и красоту.

8 января 1900 года Анатолий Фёдорович был избран почетным
академиком Императорской Академии наук по разряду изящной
словесности. Он очень дорожил этим званием,систематически выступал с
докладами о жизни и творчестве И.С.Тургенева, Ф.М.Достоевского, А.С.
Пушкина, Л.Н.Толстого, Ю.М.Лермонтова.

При подготовке доклада использованы материалы сайта:
https://www.fondkoni.ru/biografiya-koni/ дата обращения: 08.03.2022